Это мой омега, сучки

- Нет, я все понять могу, - раздосадовано шипит Юнги, - из-за этого ливня мы не сможем попасть сегодня домой. Я согласен с тем, что на такси ехать опасно, потому что видимость ужасная. И я понимаю, почему вы настаиваете, чтобы мы остались здесь. Я с радостью, но какого черта, - так и хочется добавить «блять», - я должен спать с ним в одной комнате?! Мин указывает на Чонгука, но тот лишь разводит руками. Он, как бы, не против. Он, на самом деле, очень даже за. - Мама, в доме четыре спальни! И еще диван в гостиной! - Юнги, ну что ты как маленький? – вмешивается детектив Кан, читающий газету и краем уха слушающий возникший спор. Точнее, монолог. Юнги тут один говорит. - В дальней спальне сломана кровать, - качает головой мама, - там нельзя спать. А диван… Я там буду всю ночь Молодоженов смотреть, сегодня покажут 5 выпусков подряд! Если тебе что-то не нравится, можешь на полу поспать. - Чудно. Так и сделаю. Спокойной ночи, - он театрально разворачивается и направляется в сторону своей старой спальни. - Он вообще не изменился, - вздыхает детектив Кан. - Ну что с ним делать?.. - Чонгук, - мама Юнги бросает на альфу веселый взгляд, - файтин! Чонгук улыбается и кланяется на прощание. - Спокойной ночи, я тогда тоже пойду спать, - говорит он. - Конечно, иди-иди, - хитро ухмыляется женщина. - Удачи, - хмыкает детектив. Чонгук кланяется еще раз и скрывается в коридоре. - Ну и цирк, - усмехается мужчина. – Закрыть их в одной комнате… Ты такая коварная, ужас! Как я только с тобой живу… - Ой, не ной, - ворчит госпожа Кан в ответ. - Этим двоим нужно побыть вместе. Я, знаешь ли, внуков поскорее хочу, а от Сынги их ждать еще лет десять, не меньше. Мужчина вздыхает тяжело и качает головой – потраченный случай. - Но… я только сейчас подумал, разве кровать в дальней спальне уже сломана? Мы же купили её только месяц назад! - Цыц, - шикает его жена, - сегодня она сломана. И вообще, мне пора. Молодожены сейчас начнутся. - Ты что… серьезно собралась это смотреть? - Конечно! Все должно быть естественно, чтобы не вызывать никаких подозрений, – хмыкает она. - А ты иди и оторви Сынги от несчастных котят, не то бедные животные утонут в его любви. Ухмыльнувшись, женщина разворачивается и уходит в гостиную.

***

Слабый мягкий теплый свет от ночника создает в комнате приятный полумрак. - Юнги, - шепчет Чонгук, удобно устроившись на кровати. – Юнги, ты спишь? Юнги… Ю-юнги-и… Неужели правда спишь?.. Юнги-и… - Сплю. – Омега выпил на всякий случай двойную дозу обезболивающего и теперь ему действительно хочется отдохнуть. - А тебе не холодно? Пол нетеплый. - Мне заебись. Заткнись уже, закрой глаза, отвернись к стенке и спи. - Не холодно значит… Что-то я не верю, - качает головой альфа и слезает с кровати. Ложится рядом с Юнги, но тот моментально откатывается на добрых полтора метра. - Чего тебе, блять, надо, извращенец? – рычит мятноволосый, пожирая Чонгука злым взглядом. - Я решил проверить лично, - хмыкает он в ответ. - Проверил? - Проверил. - И что? Как ощущения? - Удивительно, но здесь даже удобнее, чем на кровати, - смеется Чонгук. - Вот и ладненько, тогда можешь спать здесь, а я на кровати полежу. Спокойной ночи, – он моментально подскакивает на ноги и отходит к кровати, от Чонгука подальше. Несколько минут альфа лежит молча, не шевелясь, и Юнги вздыхает спокойно. «Уснул, - думает он, - теперь можно не волноваться». Внезапно кровать под боком проминается, и омега, вышедший из состояния боевой готовности, в одно мгновение оказывается в ловушке сильных рук. Чонгук ложится рядом и прижимается к его спине грудью, обхватывает руками поперек живота, прижимает к себе так, что он даже двинуться не может. - Отпусти сейчас же! – почти в полный голос возмущается Юнги. - Слышишь?! - Не хочу, - отвечает Чонгук шепотом над самым ухом. - Тебе на полу ведь удобнее, разве нет?! - Я подумал и решил, что на кровати все-таки лучше. - Тогда я возвращаюсь обратно, - холодно отвечает омега и пытается высвободиться, но безрезультатно. - Лежи уже смирно, я ведь сказал, что не дам тебе встать. - Я сейчас закричу. - Кричи. Твои родители все равно уже дали мне зеленый свет на любые действия, – он прижимается еще сильнее к спине омеги. В принципе, Юнги чувствовал, что тут готовится какой-то негласный заговор против него, недаром после возвращения с работы детектива Кана с их лиц не сходила какая-то дебильная улыбочка. И, тем не менее, он сейчас чувствует себя так, как будто его позорно развели. Как если бы он купил в магазине любимый клубничный йогурт, принес домой, открыл, а там оказался творожок с малиной. Не то, чтобы он не любил малину, но… - Я последний раз повторяю. Отпусти. Альфа дышит ему в шею, и от этого горячего дыхания там уже воронка выжженная. - Ты знаешь, что пахнешь так сильно, что еще немного, и я сойду с ума? – Чонгук не шутит. Еще чуть-чуть, и у него точно случится помешательство. Он проводит кончиком носа по белой шее. – Знаешь, мне кажется, что твоя… моя метка стала темней. Прекрасная тонкая вязь, окольцевавшая шею, уходит под футболку, и эту самую футболку просто нереально сильно хочется прямо сейчас содрать и разорвать на мелкие клочья, чтобы она не мешала наслаждаться этой… дьявольской, да, ни одно другое слово не подходит, дьявольской красотой. - Когда кажется - креститься надо! – шипит Юнги и задыхается, потому что Чонгук целует его в излом плеча так нежно и так… ласково… Он находит своими пальцами пальцы омеги и переплетает их. Юнги чувствует спиной, как бьется чужое сердце. Чонгук отрывается губами от бархатистой кожи и зарывается носом в мятные волосы. Он не делает больше ничего: не говорит, не двигается, только дышит неслышно и крепко прижимает к себе Юнги. Они лежат так минут двадцать, а может час, думая каждый о своем и не закрывая глаз. Омега больше не сопротивляется – бессмысленно, да и не хочется, честно говоря. - Откуда ты узнал? – вдруг нарушает молчание Юнги. - Я имею в виду... Шуга. Откуда? - У меня есть друг, Пак Чимин. Вы учились в одной средней школе, - Чонгук вздыхает. - Если хорошенько его растормошить, он может вспомнить много интересного. - С ума сойти, - усмехается Юнги, - я уже похоронил это ужасное прозвище. - Не знаю, как по мне, оно классное. И очень тебе подходит. Все лучше, чем было у меня. - У тебя в детстве тоже было прозвище? – заинтересованно спрашивает омега. - Было, – тяжело выдыхает Чонгук. В воздухе повисает какая-то неловкая пауза. - Если не хочешь, то можешь не рассказывать, - предупреждает Юнги. - Я не настаиваю. - Я скажу, если обещаешь не смеяться. - Зачем мне смеяться? Альфа думает пару секунд, а потом чуть слышно шепчет что-то ему на ухо. Юнги слушает внимательно, переваривает несколько мгновений полученную информацию и разражается громким смехом. - Ты серьезно? – он чуть не плачет от смеха. Чонгук вздыхает обиженно. - Да ладно, я не смеюсь, не смеюсь, - Юнги кашляет. - Это ж надо такое придумать... - Теперь ты понимаешь, что тебе не на что жаловаться? За дверью слышатся шаги. Кто-то проходит мимо их комнаты и уходит дальше по коридору. - Кажется, детектив Кан не выдержал Молодоженов, - хмыкает омега, и они оба начинают тихо смеяться. - У тебя замечательная семья, - улыбается Чонгук, переводя дыхание. - Знаю, - отвечает Юнги, зевая и поеживаясь - бок, на котором он лежит, ужасно затек. Почувствовав это, Чонгук отпускает руки омеги и тот, шипя, переворачивается на спину. - Кстати, а кто такой D-Boy? – вдруг интересуется альфа. - Мой лабрадор-ретривер, - отвечает Юнги, снова зевая. - Он сейчас один дома, с ума, наверное, сходит. Я предупредил... соседа, чтобы он позаботился о нем, так что не о чем волноваться. - Лабрадор-ретривер это хорошо, - соглашается Чонгук. - Они обычно ладят с другими животными, так что проблем с Шугой не возникнет. - Что? – непонимающе морщится Юнги. - Когда мы будем жить вместе, то важно, чтобы наши животные тоже ладили, - поясняет альфа, довольно ухмыляясь. - Чон Чонгук, знаешь что? - после секундного молчания произносит в ответ омега. - Иди ты на хер, - и отодвигает его ногой так, что тот, не удержавшись, падает на пол. – Вот там и спи, идиот. Госпожа Кан тихонько приоткрывает дверь и заглядывает в комнату сына. Лежа на полу, Юнги мирно сопит в объятиях Чонгука. Женщина, чуть не пища от умиления, расплывается в улыбке от уха до уха и достает свой новенький смартфон. Она делает несколько снимков, после чего аккуратно закрывает дверь, чтобы случайно никого из них не разбудить.