Суждено.

Примерно в десять утра мы приземлились. Нам пришлось нацепить на себя все что можно только так нас не заметят. Очки, куртки с капюшонами. И мало того, выходили мы очень долго и муторно, а я дико волновалась за Егора. Жар немного спал, но совсем чуточку и это очень плохо. Я не держу его за руку, а иду немного медленнее. Артем отвозит нас домой к Егору и я благодарю его и приглашаю войти, но Тема только смеется и прощается, обнимая меня, а потом Егора. Дома, уже сидя в спальне, я раскладываю все вещи, а Егор лежит на постели. Он без футболки в одних шортах. Я растворила лекарство, сделала имбирный чай и завтрак. Сырники со сметаной и вареньем, а когда я готовила, Егор думал, что я в душе. — Любимый… — прошептала я, ставя поднос на тумбу. — Егорчик… — он мило поморщился и открыл глаза, еле улыбнувшись. — Приятного аппетита. — я целую его в губы и он приподнимается. — Малыш… — он улыбнулся, но через минуту погрустнел. — Егор? — я посмотрела ему в глаза, садясь на постель. — Анечка просто понимаешь… Черт, это я должен ухаживать за тобой, милая, я должен готовить завтра для своей любимой девочки, а сейчас ты даже не спишь и всему виной мой гребаный организм. — он отпустил глаза, а я поцеловала его в шею, тихонько, мягко. Он прислонился к моим губам и улыбнулся, целуя. — Ты просто принимаешь все близко к сердцу. — я отламываю кусочек сырника и отправляю Егору в рот. — Как и ты. — улыбается он и я делаю тоже, отдавая ему вилку. — Ну как? — спрашиваю я, смущенно. — Малыш, а есть хоть что-то, что ты делаешь плохо? — я краснею и Егор смеется. — Какая же ты милая. — улыбается он и целует меня в губы. — И я так люблю тебя. — шепчет он. — А я люблю тебя… — отвечаю я и глажу его по щеке. Егор доедает, а я забираю тарелку и ухожу на кухню. Входя, вижу как мой любимый усердно пьет горьковатый, противный антибиотик. Он морщится, но все равно выпивает до конца. Я улыбаюсь и даю ему кружку с чаем. Он берет меня за руку и притягивает. Я сажусь рядом с Егором и он отпивает чай. — Анют, иди ко мне. — я забираюсь на постель с ногами и кладу голову на плечо любимого. Егор берет в руки сотовый и открывает камеру. — Егор? — зову я и он улыбается. — Прости, солнце, не удержался. — смеется он. — Ты у меня такая красивая. — я смущенно улыбаюсь и он снова делает снимки. На фото видно только наши сплетенные пальцы и то, как локоны моих волос спадают на его плечо. В целом, фото довольно не плохие. Егор листает инстаграм и мы вместе смотрит разные посты. Я убираю волосы на другое плечо и, приподнявшись, беру градусник, отдав его Егору. Я кусаю губу и жду пять минут. — Ну? — спрашиваю я и Егор смотрит грустными глазами из-под бровей. Я нервничаю и он берет меня за руку. — Тридцать семь и два. — шепчет он и смеется. — Булаткин! — я отворачиваюсь от него, демонстративно, а сама тихонько хихикаю. — Малыш? — я поворачиваюсь и целую его в губы. Поцелуй сладкий, восхитительный, с горечью лимона и сладостью чая. Губы теплые, нежные. — Ммм… — мурлычу я и снова чмокаю его в губы. Егор прикусывает мою нижнюю губу и оттягивает ее. Я улыбаюсь, касаюсь губами его щеки. — Как жаль, что ты не знаешь вкус своих губ… — шепчет Егор. — Как жаль, что ты не знаешь вкус своих… — улыбаюсь я и обнимаю его. Мы сидим и смотрим друг на друга, а потом глупо смеемся… Егор берет мою руку и гладит костяшки. — Тебе хоть немного лучше? — спрашиваю я, гладя колючую, щетинистую щеку. — Конечно, малыш! — улыбается он. — А может ты чего — нибудь хочешь? — Егор поднимает бровь и тянет меня к себе. — Хочу посмотреть ужастик… — шепчет он мне на ухо. — Ужастик? — пробубнила я. — Ну, давай… — Егор ухмыльнулся. — Уверена? — я кивнула и он полез искать пульт. Когда Егор включил фильм я сидела и очень долго держалась. Ну как долго… Двадцать минут, но для меня они казались часами. Сначала я подобрала к себе ноги и уткнулась губами в колени. И вот, крик в динамиках, на экране «великолепные» кадры и я утыкаюсь Егору в грудь, вжимаясь, а он смеется надо мной. — Анюта, я же с тобой! — ухмыляется он. — Угу. — отвечаю я и дальше жмусь к любимому. Фильм заканчивается и Егор целует меня в макушку. — Давай комедию? — ухмыляется он. — Комедию.? — сглатываю я. — Давай… — он снова смеется и я сажусь близко к нему. Мы смотрим фильм и смеемся, много, громко и весело. Но телефон Егора звонит и приходится поставить кино на паузу. — Да? — отвечает он и через секунду его зрачки дико расширяются. — Не думаю что нам стоит говорить. — он начинает злится и сжимает мою талию до боли, а я молчу. — Я же сказал, не стоит! А что это значит?! Значит что я не хочу разговаривать, это ясно надеюсь?! Ну и замечательно! — кричит он в трубку и я вскрикиваю, отодвигаясь от него. Ребро ноет от того, как Егор сжал руку на нем. Булаткин взбешенно смотрит на дисплей, а потом кидает его на подушку и только тогда видит как я сижу на краю постели. — Малыш? Боже… Извини, Анечка, пожалуйста… — он притронулся ко мне и я сразу повернулась. — Сильно больно? — он целует меня в губы, быстро и мягко. — Нет, все в порядке. — говорю я. — Что такое? С кем ты так грубо? — Егор обнимает меня. — Егор? — шепчу я, гладя его по спине. — Что случилось? — он все еще держит меня. — Это Шурочкина была. — я закрываю глаза и просто прижимаюсь к нему. Мы оба молчим, а я даже не хочу дышать, лишь бы забыть ее фамилию. Мне плевать, но то, что ей было нужно и я не переживаю что Егор сорвется вновь. Просто после прошлого ее появления в наших отношения мы чуть не потеряли друг друга навсегда… Эти мысли заставили ком в горле подняться выше. Я кусаю губу до крови и слеза катится по щеке. Егор отстраняется и стирает влажную дорожку, целуя меня в щеку. — Я не оставлю тебя ни за что, слышишь? Я всегда буду с тобой… — шепчет он и я киваю. — Не плачь, малыш. — я целую его в губы, а слеза капает на наши губы. — Я тебя очень люблю… Очень… — его шепот обжигает и я прижимаюсь к нему. — А я безумно люблю тебя… — говорю я и отстраняюсь, идя к тумбе. Я беру два раствора и отдаю Егору вместе со стаканом воды. Булаткин все выпивает, морщится и я смотрю на часы. Четыре двадцать семь. Смерив температуру я не очень порадовалась. Тридцать восемь и один. Она опять поднялась, снова. Я посмотрела на Егора, а он улыбнулся. — Не переживай, все будет нормально, я уверен что завтра поправлюсь. — я киваю и иду на кухню, оставив любимого в комнате. Я сделала поесть суп с курицей и только хотела нести в комнату, как заметила Егора, входящего в кухню. Он сел за стол и взял ложку с подноса. Я поставила на стол тарелку и села напротив. Быстро все съев, я смотрела в окно, думала, размышляла. Егор притронулся к моей руке и я посмотрела ему в глаза. Они пустые, черт подери. Он улыбается, но не так как обычно… Как-то по-другому. Я убираю посуду, протираю стол и ощущаю на талии теплые руки. — Моя маленькая хозяйка… — шепчет он. — Ты умница… — я улыбаюсь и поворачиваюсь к нему. — Спасибо тебе, малыш… — я чмокаю его в щеку и глажу ее. — Помнишь, ты обещал что будешь помнить о том, что я всегда рядом? — Егор потер переносицу. — Я сдерживаю обещание… — он зарывается пальцами в мои волосы. — Ты можешь сказать зачем она звонила? — я кусаю губу. — Если нет, то ничего страшного, правда. — и глажу колючую щеку. — Я не буду ничего скрывать от тебя, малыш. — он выдыхает. — хотела поговорить, а я не стал, вот и все. — я поцеловала его, мягко, трепетно. — У меня есть девушка с которой я могу поговорить… — шепчет он между поцелуями. — Любимая девушка… — я улыбаюсь и снова приникаю к губам Егора.