Суждено.

Pov Егор. Я не помню как заснул. Лежа на диване, будто очнувшись, я встал и, еле-еле управляя ватным телом, побрел на кухню. Голова гудит, внутри все ноет, болит, сжигается дотла, все еще, черт бы подрал меня. В мыслях звонкий смех, мягкий голос, шепчущий «Доброе утро…». Нет. Нельзя, выкинь ее из головы, идиот! Сделав глоток воды, понимаю, что свихнулся. За одну ночь, за дну гребаную ночь, я окончательно удушил себя. Мысли давят на мозг, не дают думать, а только выдают ее фразы, сладким тембром. Ну что, Егор Николаевич? Счастье закончилось? А было ли оно вообще? Было… И ведь я знаю, что это точно было счастье! Это было оно! Настоящее, теплое, солнечное, наше с ней… Но ее больше нет. Больше нет моей маленькой девочки, моей малышки. Послав к чертям себя самого, я напялил куртку и взял ключи от машины на столе. Уйди с головой в работу, раньше помогало. В офисе, глупо показываю всем два пальца, любимый жест. Только друзья поймут, что я потерян. Что это все. Что я снова закрыт, извольте принять таким, так вышло. Тимур встречает меня в коридоре и зовет поговорить в кабинет. — Входи. — я прохожу и закрываю дверь, опираясь на нее спиной. — Что случилось? — он присаживается на стол. — Что-то с Аней? — я потираю переносицу. — Нет больше моей Ани… — шепчу я, сжимая кулаки. — Нас с ней больше нет… — голова загудела, заныла. — Что? — ошеломленно спросил Тимур и я разозлился сам на себя, ругаясь матом в мыслях. — Мы расстались! Она оставила меня! Я довел ее! Довел свою девочку! И все, Тимур! Все! — я кричал, а потом сел на пол. Тим подошел ближе. — Прости, я погорячился. — я поднялся и потер глаза руками. — Егор, ты только не загоняйся, терпи. — он похлопал меня по плечу. — Если что, друзья всегда рядом, ты же знаешь? — я киваю. — Крепись. — Тим снова хлопает меня по спине, братски обнимая. — Спасибо, Тимур. — выдыхаю я. — Сегодня выступление, я могу заменить песню? — он смотрит на меня, что-то переписывая в блокнот. — Берегу или Тишина? — спрашивает он, спокойно, все еще записывая. — Пазл. — выдаю я. — Нет проблем. — я снова потираю переносицу, выходя. — Егор? — окликивает он и я оборачиваюсь. — Держись. — я киваю и иду в студию. Я настроил аппаратуру и захотел спеть «Улетела». Закрыв глаза, я увидел ее. Голубы глаза, бездонные, родные. Мягкие, пухлые, сладкие, желанные губки, алые, вкусные. Шоколадные локоны волос, шелковистые, темные, щекочущие кожу при поцелуях. Бархатная, манящая кожа, шикарная фигура. Моя маленькая девочка. Любимая, желанная, дорогая, родная. Моя… Слезы. Чертов слабак. Слезы. Я люблю ее. Без памяти люблю. И теряю. Каждую секунду я теряю свою девочки. Больно ли это? Нет. Это просто невыносимо. Выключив все, я вышел и встретил Артема. — Ты бы хоть сказал, что уехал. — зло сказал он. — Взаимно, Артем. — пробурчал я. — Мне опять нужно куда-то идти? — друг лишь кивает. — Дай угадаю, интервью? — Тема хлопает меня по плечу. — Ты сменил трек на выступление? — спросил он, пока мы шли к стилисту. — Если это так важно, то да. — я снова потер переносицу. — Совсем херово? — голова снова загудела, давя на мозг. — Просто жесть. — ко мне подходит девушка и я закрываю глаза. Стилисты работают, что-то делают, прическа, остальное. Я натягиваю улыбку и иду на интервью. На диване сидит девушка, которая вскакивает и идет ко мне. Я все еще натянуто улыбаюсь, подходя к ней. — Привет, меня Софья зовут, я твой интервьюер на сегодня. — я пожимаю маленькую ладонь и думаю о том, что рука совершенно другая. Холодная, шершавая, не такая как у моей девочки… Черт. — У нас есть двадцать минут, так что может начнем? — спрашивая и мы садимся. — Да, конечно. — соглашается она. — Эд, готовы. — говорит она оператору. — На тройку, окей? — он кивает и она начинает счет. — Три. — я смотрю на нее, а девушка лучезарно улыбается. Но не как моя малышка. Ее улыбку не заменит ни одна другая.