Суждено.

Pov Анна. Дрожащими пальцами я закрыла дверь, задыхаясь от слез. Весь мир стал серым, безразличным, пустым. Как и я сама. Порой, в голове мелькала мысль о том, что я ощущаю. Я даже не могу назвать это болью. Наверное, это чувство намного сильней. Оно разъедает и разрывает изнутри. Пелена слез накрыла глаза. Я ничего не вижу. Шаркая ногами я шла на кухню за успокоительным. «Я люблю тебя, дура! Мне ни кто не нужен! Слышишь?! Ни кто!» — кричит Егор в моих мыслях и истерика накрывает сполна. падая на пол, сжимая в руке телефон, я шепчу ему, будто он услышит: — Я не могу без тебя, Егор… — слезы стекают по щекам. — Я люблю тебя… Господи, как же я тебя люблю… — шепот обжигает горло. Все тело болит, а сотовый мигает. Я долго не обращаю внимания, но все же открываю напоминание. «Прямо эфир по Музу.» Кое-как сев на стул я включаю телевизор и сквозь слезы смотрю в экран. — Ты недавно уходил на больничный, что с тобой случилось? — я не знаю, сколько уже идет эфир, но вопрос явно не первый. Егор улыбается, смеется, а я рыдаю, взахлеб. Я хочу к тебе, я невыносимо хочу к тебе… — Простыл на одном из концертов и пошли осложнения. И вот, пришлось уйти на больничный. — девушка прочистила горло. — Не боишься, если вновь заболеешь, потерять голос? — спросила блондинка. — Ни сколько, надеюсь, что такого больше не случится, но кто знает, кто знает. — усмехнулся он, а мое сердце заныло просто жутко, болезненно, ноющей болью. — Эм, Егор, если ты позволишь, то я задам вопрос, который интересует многих твоих поклонниц. — Булаткин отпил воды из бутылки и я вспомнила наш поцелуй в гримерке. Каждое его движение сопровождается невыносимой болью. — Надеюсь, что это приличный вопрос! — просмеялся он. — Да, конечно! — улыбаясь ответила девушка. — Ну тогда, спрашивай. — он что-то шепнула оператору и повернулась снова. — Не так давно, как раз во время болезни, в твоем профиле в инстаграм появилась некая фотография, которая просто свела с ума всех девушек! Ты догадался о чем я? — глаза Егора потухли и он потер переносицу. Нет, не надо, не делайте ему больно, пожалуйста, пожалуйста… — Да, я уже понял. — он выдохнул. — Так вот, одна девушка прислала нам несколько фото вместе с твоим постом и описала это так. — она показала на экран, позади Егора. Высветились несколько фото с выступления Егора, с последнего выступления… Еще, два фото где она кричит на него и пост с нашим фото. Черт, я схожу с ума. Я не могу, не могу, не могу! — «Вчера, я застала вот какой конфуз. На закрытом мероприятии, которое было просто невероятным, Егор Крид и Нюша подняли VIP ложу верх дном, но это не самое вкусное, буквально за день до этого в профиле артиста появилось фото с таинственной девушкой. Ни эта ли причина стала ссорой между певцами? И что теперь о нравственности своего кумира думают Кридоманы? Вам не стыдно за него?» — процитировала девушка, а после посмотрела на Егора. — Я должен как-то прокомментировать ситуацию в целом? — журналистка кивнула, а Егор выдохнул. — Ну, во-первых, мы ничего не перевернули. Это был небольшой конфликт вот и все. — он улыбнулся, будто бы действительно так оно и было. А моя боль нарастала, сжигала меня, разрывала изнутри. — А о фото в твоем профиле? — вновь спросила девушка. — О фото? Эм, я могу промолчать? — она смущенно отвела взгляд. — Твое право. — я выдохнула и сжала руки в кулаки. — Но, этот конфликт был не из-за фото? — она прикусила губу. — Однозначно нет. Я думаю, этот вопрос можно закрыть. О своей личной жизни я не говорю, на то она и личная. — девушка улыбнулась ему. Я не выдержала и выключила телевизор. Мне больно. Я помню каждый наш поцелуй. Каждое его прикосновение. Нашу первую ночь вместе. Первую встречу. Я легла на постель, свернувшись клубком.