I'm Just The Boy Who's Had Too Many Chances

Сквозь сон Джерард почувствовал, как трясется его кровать, отчего мгновенно проснулся. Взглянув на окно и свет, проникающий в комнату сквозь занавески, он предположил, что сейчас около десяти утра. — У тебя очень удобная кровать. Джерард резко сел вертикально и обнаружил Фрэнка, растянувшегося поперек его ног. — Как ты сюда попал? — сонно пробормотал он. — Я пришел, чтобы вернуть тарелку из-под печенья твоей маме, и она впустила меня. Думаю, мы должны избавиться от гвоздей в запасном выходе. Это сделает побеги более удобными. — Я не собираюсь сбегать. — Ну, теперь ты дружишь со мной, а я частенько этим занимаюсь. Так что, привыкай. — Зачем ты сюда пришел? — спросил парень, перебирая, как по ощущениям, гнездо гигантской крысы на своей голове. — Нам с мамой нужна помощь. Поэтому одевайся, я подожду тебя наверху. — Чт.. — сказал Джерард самому себе, так как Фрэнк уже успел выйти из комнаты. Парень покачал головой. Даже не буду спрашивать. Джерард оделся и поднялся наверх, где нашел Фрэнка, сидящего на кухне — он обмакивал вафлю в сиропе. — Доброе утро, солнце, — сказал парень, заметив Джерарда. Он протянул вафлю в его сторону. — Вафельку? — Мне и без нее отлично, — хихикнул Джерард. — Что ж, куда ты заберешь моего сына? — спросила Донна, и Джерард был потрясен подлинности ее улыбки. Видимо, его родители смягчились по отношению к Фрэнку. — Только в мой дом, — пробормотал Фрэнк набитым вафлями ртом. — Несколько вещей нужно переложить, и я не думаю, что достаточно силен, чтобы сделать это в одиночку. — И возможно еще недостаточно высок, — напомнил Джерард. Фрэнк измазал палец в сиропе и провел им по щеке Джерарда. — Фу! Фрэнк! Фрэнк начал смеяться так сильно, что чуть не упал с табуретки. Донна сморщилась, но затем все-таки выдавила небольшую улыбку. Джерард побежал к раковине, чтобы вытереть сироп с лица мокрым полотенцем, после чего кинул его во Фрэнка. Парень посмотрел вниз на огромное влажное пятно, оставленное проклятым полотенцем на его рубашке и кинул его назад в Джерарда. Парень вывернулся, и полотенце приземлилось в чашку с кофе, которую Донна приготовила для себя. Глаза парней полезли на лоб; они оба выглядили как нашкодившие дети. Женщина скривила губы и смерила сына холодным взглядом. Это означало, что время игр было официально закончено. — Пойдем, Фрэнк! — прикрикнул Джерард, схватив своего друга за рукав, и потащил его от табуретки до своей комнаты. Прежде чем закрыть дверь, он высунул голову и быстро сказал: — Между прочим, маме Фрэнка сорок лет. Челюсть Донны повисла, и парень закрыл дверь. — Мне нравится твоя мама, — сказал Фрэнк. — Она милая. Твой папа в основном молчал, но тоже мне понравился. — У них очень ебанутые взгляды, и они чертовски любопытны, но в целом — довольно хорошие родители. — Моей маме нравится скрытая преисподняя в тебе, — прокомментировал Фрэнк, улыбаясь. — Она думает, что ты храбрый, милый и, я цитирую, человек, который нужен мне в жизни. — Она же не знает меня, — отклонил комплимент Джерард, краснея. Фрэнк пожал плечами. — Я говорю с ней все время. Она мой лучший друг. Я просто не мог не рассказать ей про тебя. О том, какой ты король для моего класса искусств. Как ты куришь. И о том, что ты тоже липнешь к людям, как и я. Она говорит, что у нас бы сложился хороший союз. Джерард покраснел еще сильнее. Он был уверен, что Линда подразумевала, что они были бы хорошей парой, и парень не мог не согласиться, но он не станет говорить о своей ориентации даже пустой комнате, а о ком-то одушевленном и речи идти не может. Он уверен, что его кишка никогда не станет настолько толстой, чтобы он смог рассказать об этом Фрэнку. — Мне кажется, мы дополняем друг друга, — сказал Джерард, закинув руку на плечо Фрэнка. — Я боюсь всего и поэтому делаю все слишком осторожно и безопасно. Ну, а ты не думаешь, прежде чем действовать, и ты слишком импульсивен. Но вместе мы прекрасная комбинация трусишки и придурка. — Согласен. Я ведь придурок только наполовину? — Э-э.. — протянул Джерард, и Фрэнк толкнул его локтем в бок. Парень пропустил Джерарда в парадную дверь, и тот был удивлен увиденным — коробки стояли буквально везде, а мебель выставлена у стены. Линда вытряхивала коврик на заднем дворе; она вошла, одетая в короткие шорты и ярко-розовую майку. — Вам не холодно? — Немного, но мы собираемся попотеть. Я предполагаю, что Фрэнк вытащил тебя из кровати против воли, а не спросил, можешь ли ты нам помочь? — Мам, серьезно? Ты думаешь, что меня волнует, хотел он помочь или нет? — Ты такой грубый, Фрэнки, — улыбнулась она и, пройдя мимо, потрепала его по голове. Он отбежал от ее руки и взобрался на ручку дивана. — Фрэнки? — повторил Джерард, улыбаясь. — Твоя мама называет тебя Фрэнки? — Парнишка покраснел. — Это восхитительно! — Выкуси, — сказал Фрэнк, поправляя свои волосы. — Мы заканчиваем распаковку, — счастливо объявила Линда, поставив руки на бедра. Джерард знал, что это означает. — Вы остаетесь? — с надеждой спросил он. — Ага, — ответил Фрэнк. — Ты можешь сидеть на диване и контролировать нас, если не хочешь помогать, — предложила Линда. — Я не собираюсь просто смотреть. Конечно я помогу. Фрэнк улыбнулся. — Давайте сделаем это, — сказал он, спрыгнув с дивана. — Мам, я включу свой iPod? — спросил мальчик, встав на колени перед стерео. — Хорошо, — крикнула она с кухни. — Я начну здесь. — Ладно! — Фрэнк нажал на стерео и Misfits взорвали колонки. Джерард улыбнулся, когда узнал песню. — Синатра! — позвал мальчик, и пес сбежал с лестницы. — Смотри, — обратился он к Джерарду. Парень взял пластмассовую чашку из коробки и протянул собаке. — Отнеси это маме! Синатра схватил чашку пастью и направился в кухню. — Спасибо, Фрэнк! — крикнула Линда из другой комнаты. — Хорошо, это довольно круто. — Он еще может играть в футбол. — Потрясающе, — произнес Джерард, наблюдая как Фрэнк открывает коробки с надписями «зал / кухня» Джерард никогда не думал, что распаковка может быть такой забавной. У Линды было что-то вроде коллекции декоративных подушек, так что мальчики спрятались за диванами у противоположных стен комнаты и начали бой подушками. Когда они помогали Линде распаковывать фарфор на кухне, Фрэнк засунул кубик льда ей под майку, а она обрызгала его водой из распылителя. Затем женщина опрыскала и Джерарда, когда тот начал смеяться, но он закрылся от воды большим подносом. К окончанию водной борьбы вся кухня была полностью мокрая, но Линде было плевать. Она просто бросила полотенца на пол, и все трое начали танцевать шимми на них, чтобы вода впитывалась. После этого они решили, что будет круто прокатиться на матраце с лестницы, что было смешно и небезопасно, и Джерард практически влюбился в Линду, когда она предложила это. Они все были наверху, когда iPod Фрэнка перешел к песням ABBA*. Фрэнк смутился, Джерард засмеялся, а Линда просто вскочила на ванную и начала петь Dancing Queen, используя расческу как микрофон, словно шестнадцатилетняя девочка. Затем, когда началась Lou Bega — Mambo No. 5, они все забрались на огромную калифорнийскую кровать Линды и начали танцевать вместе. — Мам, если мы собираемся оставаться, может, раскрасим чердак? — Почему бы и нет, — ответила Линда, свисая с кровати. — Но для начала, может, нам нужно купить краску? — Черт, да! — завопил Фрэнк, сбегая вниз, чтобы захватить обувь. — Джерард, ты с нами? — хихикнула женщина. — Если вы не против. Она положила руку ему на плечо. — Джерард, сладкий, ты особенный. Есть в тебе что-то, что Фрэнку действительно нравится. И пока ты его друг, считай, что и мой приемный сын. Это значит, что тебе всегда рады в этом доме, в этой семье, в любое время. Я думаю, что Фрэнку повезло с тобой. И я рада, что у него теперь есть ты. — Джерард ярко покраснел, а Линда обняла его. — Я в машине! — крикнул Фрэнк снизу. — Пойдем, — снова хихикнула женщина. Фрэнк заставил Джерарда сесть на заднее сиденье с ним и Синатром. Они болтали (Линда постоянно кидалась пошлыми шутками, которые вызвали бы отвращение у Джерарда, сказав что-то подобное его мама, но Фрэнк просто истерично смеялся) и рассказывали истории до прибытия в хозяйственный магазин. Фрэнк решил, что хочет три красные стены, а на четвертую повесть доску, как в школьных кабинетах. Это означало, что им так же нужны были мелки всех цветов радуги. Еще мальчик хотел знак «осторожно — злая собака». Линда взяла краску, которая светится в темноте, два галлона дешевой черной краски и три навороченных водяных пистолета. Когда Фрэнк увидел их, то заулыбался, как ребенок в канун Рождества, но мама сказала ему, что не разрешает играть с ними, пока они не закончат комнату. Тогда Фрэнк решил, что на чердаке необходимо устроить битву красками, потому что красные стены, обрызганные черной краской будут выглядеть потрясающе. Джерард и Фрэнк убрали вещи с чердака и установили несколько непромокаемых брезентов. Потребовалось, приблизительно, три часа, чтобы закончить две стены, после чего они подготовили водяные пистолеты. Джерард был в шоке; его родители никогда бы не позволили ему и Майки сделать подобное. Спустя какое-то время, все было выкрашено, и стены, более или менее, пропитаны. Фрэнк как-то сказал, что заглотил почти половину галлона, и Линда ответила: «Это то, что она сказала!»** и Джерард, буквально, упал на пол от смеха, пока Фрэнк пытался заткнуть его. Парни решили, что должны ознаменовать этот день, поэтому они оставили отпечатки своих рук светящейся в темное краской на стене. Затем они решили сделать ангела из краски на непромокаемом брезенте, но Фрэнк переделал его в дьявола, подрисовав рожки, вилы и красный хвост. Мальчики решили, что смыть краску будет лучше из шланга на заднем дворе. К восьми вечера краска полностью высохла, а ребята обставили чердак вещами. — Джерард, ты собираешься остаться на ночь? — спросила Линда, вытирая волосы полотенцем. — Ты хочешь? — обратился он к Фрэнку. — Конечно! — ответил парнишка, закатывая глаза, словно это было не очевидно. — Есть что-то, что ты не любишь на пицце? — Нет, — пожал плечами Джерард. — Что мне заказывать? — спросила Линда, идя в другую комнату. — Большую порцию с грибами и луком! — крикнул Фрэнк. — Я знаю, чего хочешь ты. Джерард, что-нибудь другое? — Нет, — повторил он. — Мы должны пойти к тебе и взять пижаму, если ты, конечно, не привык спать в мокрой одежде, — предложил Фрэнк. — Чертовски не привык, — улыбнулся Джерард. — Мам, мы скоро вернемся! — Окей!

***

— Джерард, что с вами произошло? — удивленно спросила Донна, когда они зашли. — Мы разрисовывали комнату Фрэнка, — ответил он застенчиво. — Не капайте на мой пол! Пока Джерард собирал пижаму и одежду на следующий день в сумку, Фрэнк достал маленький молоток из кармана. Джерард обернулся, когда парень вынул первый гвоздь из двери. — Что ты делаешь? Мама и папа убьют меня, если узнают, что я вынул гвозди, не спросив у них. — Тогда спроси, — легко ответил Фрэнк. — Они не разрешат. — Как часто они сюда заходят? — спросил Фрэнк, закатив глаза. — Почти никогда. — Значит, они не узнают, — ответил парнишка, злобно улыбаясь. Джерард улыбнулся ему также в ответ и помог достать остальные гвозди.

***

— Фрэнк, хочешь? — спросила Линда, шевеля куском пиццы с беконом и оливками перед его лицом. — Фу, нет! Убери это дерьмо от меня, — пропищал он, сжавшись и хихикая. — Не любишь оливки? — поинтересовался Джерард. — Не ем мясо, — исправил мальчик. — С тринадцати лет. — Это круто. — Ты издеваешься? — возмутилась Линда. — Это боль в моей заднице. Я должна готовить отдельно для него! — У меня много пищевых аллергий, — объяснил Фрэнк. — Так что, это, в первую очередь, боль в моей заднице. — И Эпштейн-барр***. Я думаю, что мы должны скинуться и купить тебе большой пузырь, чтобы ты жил в нем, — пошутила Линда. — Что такое Эпштейн-барр? — Это моя болезнь. Я восприимчив к приступам бронхита. Вот почему я не ходил в школу в течение первых двух недель после переезда и в эту пятницу. — Это отстойно. — Да, но мама хорошо заботится обо мне, так что я не жалуюсь. Джерард чувствовал дружбу между Фрэнком и Линдой. Парню было немного завидно, потому что ему остается лишь мечтать о таких взаимоотношениях с родителями.

***

Фрэнк пожертвовал своей кроватью этой ночью, чтобы спать на полу с Джерардом. — Я весело провел время сегодня, — сказал Джерард, когда Фрэнк выключил свет и залез в свой спальный мешок. — Я тоже. Странно проводить время с кем-то, кроме мамы. Это делает меня лузером? — Да, отчасти. Но это нормально, потому что я тоже лузер. — Из нас получилась отличная команда лузеров, — произнес Фрэнк, зевая. — Джерард? — Да? — Ты будешь здесь, когда я проснусь, верно? — спросил он, и Джерард слышал сонливость в его голосе. — Конечно, Фрэнк. Я буду здесь столько, сколько ты захочешь. — Спасибо, — ответил мальчик, переворачиваясь на свою сторону. — Доброй ночи, Джерард. — Доброй ночи, Фрэнк. Джерард тоже перевернулся, смотря на светящиеся отпечатки их рук на стене.