I'm Just The Boy Who's Had Too Many Chances

Джерард вышел на улицу во второй половине дня и сделал глубокий вдох, наполняя легкие ароматом Хэллоуина. Не спрашивайте его, как пахнет Хэллоуин — он просто пахнет и все. Он быстро шел по улице, пока его рюкзак подпрыгивал у него на спине. Парень подошел к дереву, служащему импровизированной лестницей в окно Фрэнка, и тревожно осмотрел его. Если он упадет, то скорее всего, что-нибудь сломает. Но он видел, как Фрэнк делает это несколько раз с той первой ночи, и парнишка никогда не падал. Джерард подумал к черту и крепко ухватился за первую доску. Подъем был намного проще, чем он ожидал — доски оказались, на его удивление, очень стабильными даже после многих лет ветра, дождя и гниения. Окно Фрэнка было открыто, а занавески развевались на последнем ветру октября. Джерард попытался сделать все настолько скрытно, насколько это возможно, хотя от него было столько же шума, как от слона в посудной лавке. Так что, вместо того, чтобы незаметно прокрасться в окно Фрэнка, он грохнулся прямо в комнату. Его голова приземлилась очень близко к Фрэнку, но парень не двигался. Он был погребен под два огромных одеяла. Джерард ухмыльнулся — ему предоставилась такая хорошая возможность отомстить ему. Синатра поднял голову, осматривая Джерарда, и тот на секунду испугался, что он сейчас начнет лаять, но пес только почесал уши задней лапой и опустил голову обратно. Он поставил свой рюкзак на пол, приготовившись прыгнуть на кровать, но прежде чем он смог что-либо сделать, он был атакован массой красного и черного одеял. Джерард застонал, когда упал на пол, а его голова и локоть со всего размаху встретились с деревянным покрытием. Черт возьми, что за дерьмо только что произошло? Фрэнк пригвоздил Джерарда собой, прижимая его запястья к полу. — Утра, солнце! — Иисусе, Фрэнк! — Парень лишь хихикнул. — Не справедливо, ты не спал! — Это не имеет значения. Ты пытался незаметно прокрасться ко мне в мой день рождения. Ты должен быть наказан. Глаза Джерарда расширились. — Наказан? Как именно? Фрэнк усмехнулся своей злобной ухмылкой, наклоняясь ближе — так близко, что его волосы упали на лицо Джерарда, щекоча его кожу. — Фрэнк? — осторожно спросил Джерард. Его сердце забилось в разы сильнее. Он мог коснуться губ Фрэнка, ему даже не нужно принимать каких-либо усилий... Фрэнк наклонил голову и, высунув язык, облизал лицо Джерарда от самого подбородка до волос. — ФУ! — закричал Джерард, отталкивая Фрэнка в сторону, который приземлился на колени, как тряпичная кукла, а не человек. Он сидел, закутанный, как буррито, истерично смеясь над другом, который быстро добежал до кровати и вытер лицо подушкой. — Это так не круто, Фрэнк! — Ты это получил за попытку прокрасться ко мне в мой день рождения, — самодовольно сказал Фрэнк, вставая, и начал собирать свои массивные одеяла. — Хорошо, тогда я просто не подарю тебе подарок, — пригрозил Джерард, скрещивая руки и задирая голову к верху. Лицо Фрэнка смягчилось. — Ты не должен был ничего мне покупать. — Я знаю, но я уже сделал это, и возврат невозможен. Значит, я могу просто оставить это себе. — Что это? — легкомысленно спросил Фрэнк, запрыгивая на кровать рядом с парнем. Джерард делал все возможное, чтобы смотреть Фрэнку в лицо, а не на его грудь и живот, которые были открыты, когда плед был обвязан вокруг пояса. Он понятия не имел, что Фрэнк спит без рубашки, но теперь, когда он узнал, то чувствовал, что нескоро это забудет. — Не знаю, — сказал он, дразня. Фрэнк вздохнул. — Прости, что напал на тебя. — Хорошо, но недостаточно. — Прости, что облизал твое лицо. — Я вижу какой-то просвет. Фрэнк наклонился и прижал свои губы к щеке Джерарда, нежно поцеловав его. Джерард горячо покраснел, беспокоясь, что Фрэнк мог почувствовать эту вспышку. — А сейчас простишь? — сладко произнес Фрэнк. — Хм.. Ты почти близко. — Ты — маленький.. — Фрэнк снова прыгнул на Джерарда, но тот был на шаг впереди и смог свалиться с кровати за доли секунды, прежде чем Фрэнк приземлился на место, на котором он лежал до этого. — Терпение — сила. А теперь одевайся. Я хочу увидеть Линду, прежде чем она уйдет. Фрэнк поворчал, но все же встал, подошел к комоду и начал рыться в ящиках. Джерарда ждал еще один сюрприз — Фрэнк скинул с себя все одеяла, и по-видимому он спал не просто без рубашки, а вообще без всего, не считая боксеров. Джерард использовал всю свою силу воли, чтобы не смотреть, как парень надевал футболку с Black Flag и джинсы с разодранными коленями. Парень понял, что ни разу не видел Фрэнка в целых джинсах. — Как я выгляжу? — спросил Фрэнк, поворачиваясь. — Как мудак, — улыбнулся Джерард. — Хорошо, — кивнул Фрэнк, — это то, чего я хотел. Пойдем, — сказал он, взяв Джерарда за руку и потащив его по лестнице. Парни проследовали на звук фена, чтобы найти Линду. — Доброе утро, мам. — Два часа дня, Фрэнки, — отругала Линда Фрэнка, не отводя взгляд от зеркала. — Не говори мне, что ты только проснулся. — Ну, вообще-то, я был разбужен. — Чем? — Я попытался подкрасться к нему, — признался Джерард, а Линда подскочила. — О, Джерард, дорогой, я не знала, что ты здесь.— Она посмотрела на него. — Как ты сюда попал? — Он забрался через окно. — Оу, хорошо. Будь осторожен, оставляя окно открытым, Фрэнки. Любой человек мог оказаться на месте Джерарда. — Ха-ха! Моя мама не считает тебя угрозой! — дразнил Фрэнк, спускаясь с Джерардом на кухню. — Я думаю, что это хорошо. В отличие от некоторых людей, я не считаю, что когда тебя боятся и остерегаются — то, чем можно гордиться. — Без разницы, — пробормотал Фрэнк в свои хлопья. — Так, Фрэнк, — произнесла Линда, входя в комнату и подметая. Ее до сих пор влажные волосы были забраны в пучок на макушке. Она, как сумасшедшая бегала у ящиков и шкафов, словно охотясь на что-то. — Кошелек-или-жизнь начинается в пять и заканчивается в десять. Через полчаса я хочу, чтобы ты был дома с закрытыми дверьми. После десяти не открывай дверь никому. Конфеты здесь, — сказала она, хлопнув дверцей шкафа. Фрэнк злорадно улыбнулся. — Не ешь это, пока раздача конфет не кончится. — Улыбка парнишки угасла. — Джерард, ты с ночевкой? — Думаю, да, — кивнул он. — Пожалуйста, следи, чтобы Фрэнк не съел все эти конфеты. Если он съест слишком много сахара, то можешь забыть о сне. На столе $40 на еду. И, Фрэнк, не забудь отдать чаевые на этот раз, — строго сказала она, а парень улыбнулся в свою тарелку. — Так, еще не забудь выгулять Синатра. Если я увижу какие-нибудь лужи на полу, когда вернусь, то вытру их твоим бельем. Не оставляйте миску с конфетами на крыльце и не бродите по окрестностям, не буяньте, не толкайте тыквы и не крадите конфеты у младших. — С кем ты разговариваешь? — спросил Фрэнк, вскинув руки. — Разве я когда-нибудь делал что-то из этого? — Джерард хихикнул. — Лучше сказать, чем потом сожалеть, — пожала плечами Линда. — Вам, ребята, лучше спать, когда я вернусь домой. Где, черт возьми, мои ключи? Фрэнк взял ее ключи с полки и потряс ими прямо перед ее лицом. — Ты мой спаситель, — выдохнула она. — Когда ты будешь дома? Женщина улыбнулась и поцеловала макушку Фрэнка. — Увидимся утром. — Проваливай, — пробормотал Фрэнк себе под нос. Он и Джерард последовали за ней до входной двери. — С днем рождения, детка. Прости, что не могу остаться, — извинилась она, снова целуя макушку Фрэнка. — Я понимаю. Ты должна мне обед, чтобы компенсировать это. Линда засмеялась и оставила поцелуй на макушке Джерарда. — До свидания, мальчики! — Пока, мам! — До свидания, Линда! Спустя несколько секунд, после того как дверь закрылась, женщина просунула в нее голову. — Кстати, там несколько конвертов на кофейном столике для тебя, — ухмыльнулась она, прежде чем нырнуть обратно. Глаза Фрэнка расширились от радости. Он потащил Джерарда в гостиную, бухаясь на диван, чтобы изучить все конверты. Джерард последовал его примеру, приземлившись на подушку рядом. Его забавляло, с каким остервенением Фрэнк разрывал конверты. Деньги вылетали из каждого, после чего Фрэнк сгреб их и с нетерпением посчитал. — $80 от одной бабушки и сто от другой. $150 от тети Карен и ее четырех детей. Я сорвал банк в этом году! — улыбнулся он. — А твой отец? — мягко поинтересовался Джерард. Фрэнк закатил глаза. — Папа посылает пятьдесят баксов каждый год, и каждый год я жертвую их в приют для животных. Мне не нужны деньги от него. Джерард издал тихий смешок. — Пошли, — произнес Фрэнк, снова хватая Джерарда и таща его в свою комнату. Они сидели на кровати, пока Джерард наблюдал, как Фрэнк складывает все деньги в диск Misfits, после чего он вытащил комплект косметики и костюм из-под кровати. — Кем ты хочешь быть? — спросил он, вытаскивая краски, мелки и капсулы с поддельной кровью. — Разве мы не староваты для этого? — Фрэнк одарил Джерарда недоверчивым взглядом, а затем улыбнулся свой садисткой улыбкой. — Ты никогда не будешь слишком старым, чтобы нарядиться на Хэллоуин.

***

— Значит, ты знаешь все эти "монстры выходят ночью" вещи? Я думаю, что мы определенно монстры сейчас. — Ох, не будь такой девчонкой, — сказал Фрэнк, закатывая глаза и запрыгивая на перила на крыльце его дома. — Если ты так сильно ненавидишь все это, то иди и смой. А я — большой ребенок. — Это не значит, что мне не нравится это, — ответил Джерард, хотя это было правдой лишь на половину. Фрэнк проделал замечательную работу, сделав из Джерарда скелета, а из себя клоуна. Джерард был удивлен и немного раздражен тем, как его друг отлично справился с этим (учитывая то, что Джерард до усрачки боится клоунов). — Просто мне кажется, что мы отпугиваем детей. У нас была дюжина кошелек-или-жизнь за последние три часа. Фрэнк пожал плечами и взял конфету из чаши, садясь на ступеньки. Он расправился с оберткой и выкинул ее в уже значительную кучу других под лестницей. — Ну и хорошо. Нам больше достанется. Джерард усмехнулся и вытащил конфету для себя. — О, чуть не забыл, — сказал он, положив рюкзак на колени. — Я же не отдал тебе подарок. Глаза Фрэнка зажглись, почти завораживая. — Ты правда принес мне подарок? — Конечно. Это ведь твой день рождения. — Да, но.. — Фрэнк поморщился. — Я чувствую себя странно, когда люди дарят мне что-то. — Это плохо, — ухмыльнулся Джерард, протягивая коробку в упаковочной бумаге с черепами. Когда Фрэнк увидел обертку, его улыбка готова была разорвать его лицо пополам. — Так здорово! Джерард улыбнулся удивлению парня. Упаковочную бумагу с черепами было невероятно трудно найти, учитывая время года. Он протащил Майки через три Hobby Lobby*, чтобы найти ее. — Ого, я надеюсь, что ты будешь так же рад, когда узнаешь, что внутри, — вслух волновался Джерард. Фрэнк, не теряя времени, разорвал бумагу и отбросил крышку коробки. Когда он увидел, что внутри, его челюсть отвисла, а леденец выпал. — О, Боже, Джерард, это удивительно! — закричал он, доставая гитарный ремень и проводя пальцами по вышивке. — Тебе нравится? — неуверенно спросил Джерард. — Да! — рассмеялся Фрэнк. — Я пол жизни провел, ища что-нибудь, чтобы бахнуть значок Франкенштейна на гитару, и теперь у меня есть это! — Серьезно? — улыбнулся Джерард. Фрэнк бережно положил ремень в коробку и отставил ее, чтобы обнять Джерарда. — Он идеальный, Джерард. Спасибо.

***

Солнце миновало горизонт и начало ползти вверх, когда парни все-таки решили, что пора лечь спать. Как и в прошлый раз, Фрэнк поменял свою кровать на гнездо из одеял рядом с Джерардом. Два мальчика, завернутые в теплые пуховые одеяла, чтобы компенсировать сквозняк на чердаке, удобно устроились на полу. — Это отстой, — прошептал Фрэнк, когда Джерард уже начал дремать. — Что именно? — То, что Хэллоуин длится всего один день. Он должен идти неделю. — Ты только что сказал, что хочешь восемь дней получать подарки, — слегка обвинил парнишку Джерард. — Нет! — усмехнулся Фрэнк. — Просто.. На Хэллоуин я становлюсь нормальным, понимаешь? Я наконец-то становлюсь своим, — прошептал он. То, что сказал Фрэнк чуть не разбило сердце Джерарду. Этот особенный мальчик никогда не должен чувствовать себя одиноким. Фрэнк слишком удивительный, чтобы ощущать себя незаметным. — Я понимаю, — тихо сказал Джерард. — На Хэллоуин все носят макияж и необычную одежду, как фрики. — Он усмехнулся. — Все любят ведьм, призраков и вампиров. И ты, наконец, чувствуешь себя как все остальные, хоть только и на один день. — Точно, — прошептал Фрэнк, и Джерарду послышался намек на восхищение в голосе. — Если тебя заставит это чувствовать себя лучше, то помни, что ты не одинок. У тебя есть я, — произнес Джерард слабым и уязвимым голосом. — Мне лучше, — улыбнулся Фрэнк. Сердце Джерарда врезалось в его горло. Фрэнк сказал это вслух, что заставило пульс парня ускориться. — Эй, Джерард? Если я задам тебе личный вопрос, ты обещаешь не обижаться? — Зависит от вопроса, я думаю. — Ты девственник? — Джерард ничего не смог поделать со смешком, который случайно вырвался из его горла. — Ладно, тупой вопрос, — признал Фрэнк, краснея. — Я никогда не был в отношениях, Фрэнк. — И что? Необязательно встречаться с кем-то, чтобы заниматься сексом. — Я похож на парня, который воспользовался бы кем-то на одну ночь? На несколько секунд повисла пауза. — Нет. Ты похож на парня, который был бы заботливым и аккуратным. Ты бы никогда не стал спать с кем-то, кого не любишь. Ты не хочешь разбить сердце кому-либо. Ты похож на парня, который делал бы все осторожно, постоянно убеждаясь, удобно ли ей. Ты бы делал все это с ней, чтобы ее первый опыт был лучшим. Джерарду должно было быть не комфортно, потому что Фрэнк, очевидно, не мало думал о том, какой Джерард любовник, но он был польщен. Хотя "она", которое Фрэнк употреблял заставило его чувствовать вину. После всего того, что Фрэнк рассказал ему о себе, наименьшее, что может сделать Джерард — открыться ему. В конце концов, он ведь его лучший друг. Но он не мог подобрать слов. Как бы он не старался, сейчас он не готов. И не смотря на то, сколько Фрэнк поведал ему о себе, была еще одна вещь, которую Джерард не знал. — Ты девственник? — Да, — быстро ответил Фрэнк. Джерард услышал шелест и понял, что Фрэнк покачал головой. — Я был близок два раза, но так и не решился. Первый раз был с девочкой по имени Трейси в девятом классе. Она была такой красивой, Джерард. Великолепные светлые волосы, блестящие голубые глаза. Она была похожа на куклу Барби. Мы знали друг друга в течение двух лет, когда собирались попробовать, но я оттолкнул ее. Я признался, что я гей. Она была очень расстроена какое-то время, потому что, думаю, она действительно любила меня. Но она вовремя поняла, что так было лучше. Лучше смутиться и немного пострадать, чем потом сожалеть. Мы все еще друзья. Джерард улыбнулся. — А второй раз? — Мой друг Джеймс, — вздохнул Фрэнк. — Помнишь, я говорил тебе о нем. — Тот, у которого были хорошие марихуанские связи? — Да, этот, — хихикнул Фрэнк. — Ну, мы были больше, чем просто друзья. Типа.. Друзья с пользой. — Оу, — прошептал Джерард. — Он хотел, чтобы мы занялись сексом. Сказал, что первый раз лучше попробовать с другом. Набраться опыта, знаешь? Но я сказал ему, что хочу подождать. Я знаю, что это старомодно, но мы теряем девственность только один раз. И я не хочу тратить что-то такое особенное на еблю с приятелем. И независимо от того, как сильно я люблю Джеймса, он никогда не будет для меня кем-то большим. Я хочу, чтобы мой первый раз был с кем-то, кто заботится обо мне. Я забочусь о тебе. — Я хочу, чтобы это было с кем-то, кого я могу рассмешить. Кто заставляет смеяться меня. Ты смешишь меня. Я заставляю тебя смеяться. — С кем-то, кто не может без меня и дня. Я не могу без тебя и дня. — Я хочу, чтобы мой первый раз был с кем-то, кто любит меня. Я люблю тебя. Джерард резко выдохнул, когда эта мысль промелькнула у него в голове. Нет. Нет, этого не может быть. Джерард не знал, что чувствуют, когда любят. Он не может любить кого-то, не говоря уже о любви к лучшему другу. Его успокоили две светящиеся ладошки на стене. Он влюблен во Фрэнка. И эта мысль пугала его столько же, сколько оживляла. Фрэнк громко зевнул. — Я — сахарный громила, — усмехнулся он сонливым голосом. — Увидимся утром, Джерард. — Ночи, Фрэнк.