I'm Just The Boy Who's Had Too Many Chances

— Куда мы идем? — спросил Фрэнк, когда Джерард потащил его в сарай следующим утром. Его родители были на работе, так что у них в запасе было несколько свободных часов. Он лежал между коробкой старых рождественских украшений и огромным терракотовым цветочным горшком, под двумя какими-то брезентами, но лицо Джерарда озарила улыбка, когда он нашел его. Фрэнк же просто вскинул брови в удивление. — Зачем нам газовый баллончик? Вместо ответа Джерард схватил его за руку и потянул обратно к дому. Они прошли на задний двор, и Джерард поставил баллончик в яму для костра, прежде чем они пошли в дом Айеро. Фрэнк все еще выглядел запутанным и растерянным. Его глаза полезли на лоб, когда Джерард, залетев в его комнату, полез под матрац. — Джерард, что ты делаешь? Джерард почувствовал что-то холодное своей рукой и рывком вытянул джинсы. Они были такими маленькими. Фрэнк преувеличил, сказав, что его отец лишь вытер костяшки об них. Внешняя сторона левой ноги была полностью размазана красным цветом, с еле проступающими чистыми участками. Джерард предположил, что Фрэнк лежал на полу этой стороной. Еще на них были брызги, более десятка отпечатков рук, пальцев и даже кулаков, покрывающих все, что было возможно. Джерард не был удивлен, увидев, что оба колена были разорваны. Даже в детстве Фрэнк не ровно дышал к рваным джинсам. Он поднялся с пола и потянулся к руке Фрэнка, но тот отступил. — Джерард, что ты делаешь? — спросил он испуганным голосом. Но его парень не был готов отвечать, так что он просто пролетел мимо Фрэнка, побежав к лестнице. — Джерард! — крикнул Фрэнк, устремившись за ним. Джерард знал, что все эти кошки-мышки только больше напугают Фрэнка, но это был единственный способ сделать задуманное без его сопротивлений. Он сбежал с лестницы так быстро, что чуть не навернулся и помчался к задней двери. Джерард, сделав два больших шага, перескочил через три ступеньки и остановился у ямы лицом к двери. Он наклонился, тяжело дыша. Ему следует бросит курить — он едва дышит. Фрэнк не заморачивался с лестницей, а просто перескочил через перила и подбежал прямо к своему парню. Точнее, не подбежал, а просто сделал прыжок с крыльца, приземлившись около него. — Джерард, что за хуйня? — кричал Фрэнк, лишь слегка запыхавшись. — Я хочу помочь тебе, — проговорил Джерард, еле дыша, и выпрямился. Он вытащил зажигалку из кармана. Фрэнк отступил, расширяя глаза. — Ты не сделаешь этого. — Не сделаю, — сказал Джерард, озорно улыбаясь. Он держал в одной руке зажигалку, а в другой — окровавленные джинсы Фрэнка. — Ты сделаешь. — Нет, — твердо ответил его парень, шатаясь. Джерард обошел импровизированный костер и положил руки на плечи парня. — Фрэнк, ты сможешь. Но тот даже не смотрел на Джерарда. Фрэнк смотрел в пространство. Складывалось ощущение, что все цвета покинули его кожу на лице и переехали на кожу вокруг его ногтей. С Майки происходило тоже самое, когда он был возбужден. Когда Фрэнк, наконец, взглянул на своего парня, его щеки украшали мокрые дорожки слез. — Я не могу, — пробормотал он, вертя головой. — Я уже пытался. Пытался выбросить их, разорвать, даже хотел закопать в одной ямке, сделанной Синатром еще когда мы жили в старом доме. Я не могу. — Но с тобой никогда не было меня. Ты не можешь сделать это в одиночку, Фрэнк, и ты не должен. Твой отец — придурок. Он плохой человек и ужасный папа. Ночью ты сказал, что позволишь ему вернуться. Что ты хочешь, чтобы он любил тебя. Но почему? У него есть самый лучший сын, с которым он не хочет иметь ничего общего, да и которого, к тому же, избивал. Он не заслуживает тебя. У него был шанс стать настоящим отцом и поддержкой для своего ребенка, но он все испортил. Теперь этот человек не может заслуживать еще одного шанса. А ты, Фрэнк, ты должен понять это и отпустить его. Я понимаю, он — твой отец, но он не достоин этого. Возможно, все было хорошо, когда ты был младше, но это было давно. Он тебе не нужен. У тебя есть люди, которые любят тебя. Ты должен прогнать его из твоей жизни, сжечь эти ужасные воспоминания о боли и пытках, и это — первый шаг. Думаю, если ты избавишься от них раз и навсегда, то поймешь, что тебе лучше без него. Я так сильно люблю тебя, Фрэнк. Линда любит тебя. Он не нужен тебе. Посмотри на меня, — сказал он, осторожно сжимая плечи Фрэнка. Его глаза упали на джинсы еще где-то посреди пламенной речи Джерарда. Теперь парень снова смотрел ему в глаза. — Он не нужен тебе, — повторил Джерард, медленно отступая от него. Фрэнк сглотнул, аккуратно вытянув джинсы и зажигалку из рук своего парня. Джерард заволновался, что он может убежать и снова спрятать их, но Фрэнк подошел к яме, еле передвигая дрожащими ногами. Джерард оторвал наконечник баллона, направив его содержимое в яму, встав рядом с Фрэнком. Губы того дрожали, но он, все же, зажег зажигалку и поднес каплю пламени к джинсам. Парень начал плакать, когда огонь распространился по всей их длине. Всхлипнув, он бросил их в яму. Огонь взвыл и вспыхнул, а Фрэнк рухнул на заснеженную землю. Он притянул колени к груди, обнимая их, и тихо плакал, наблюдая, как вся боль его детства превращается в пепел. Джерард сел рядом с ним, закинув руку на его плечо, медленно гладя спину. Через несколько секунд Синатра прибежал к ним и сел рядом со своим хозяином. Даже сидя, он был выше Фрэнка и Джерарда. Фрэнк почесал его шею. — Эй, приятель. Пес зарычал на огонь, словно он знал, что они отпускали что-то плохое. Все трое сидели в снегу около двух часов, не двигаясь и не говоря ни слова, пока остатки костра совсем не растворились в воздухе, и все, что оставалось — остатки отношений Фрэнка с отцом.