И мир перевернулся рядом с тобой

Чёрт, чёрт, ЧЁРТ! Это всё что я могу сейчас сказать! У нас до сих пор всё не идеально, даже сегодня, ох, хочу напомнить, сегодня вторник И ЗАВТРА КОНЦЕРТ. Как завтра?! Я сам уже замешался в круговороте времени и событий, так что и не заметил, как наступил вечер этого злосчастного дня. Не-ет, погодите его раскрашивать в чёрный цвет. Всё самое «сладкое» на потом. На завтра. На завтра, когда мы с треском, ну возможно и без него, провалимся, оставляя на своём месте гнетущую чёрную дыру. Ох, я никогда так не волновался с писательским клубом! Никогда, вы слышите?! Чёрт меня дёрнул самому себе открыть тайну, что я привязался к этим оболтусам! Ведь теперь я даже убежать не смогу! Ну, если вас интересует, могу в краткости рассказать пару событий, что бы и вы не сбивались с курса времени и дат, которые, в последние время, мне не благоволят. Первое, что меня хоть как-то радует, это то, что теперь мы все, словно по договорённости, ведём себя как в четверг. Нет, правда. Весь клуб теперь кипит работой, не передыхая и не оставляя шанса на остановку. Всё таже половина занимается декорациями, в которой я торчу добрую половину времени, а другая упорно работает над самым главным — пьесой. Мы даже на входных, внезапно объединившись, разбрелись кто по чьим домам, продолжать работу. У меня, что я вообще не ожидал, работа протекала очень бурно, после чего я весь вечер, на пару с добросердечным Хиросоки и парой ребят, отмывал стены и пол от краски. Так же, к моему превеликому несчастью, теперь все знали где я живу и каждый лично пообещался ко мне заходить. Но, слава богу, Хиросоки раньше меня поставил всех на место, за меня всех предупреждая что этого он никому не простит. Ну, причины у нас говорить подобное были разные, но по крайне мере мне от этого хуже не стало. Я же с ума сойду, если ко мне каждый вечер будет заваливаться орава придурков и горланить весь день и всю ночь! На меня и так соседка косо смотрит после случая с Дзоку! Не прощу ему, что в самом начале мы пели какие-то песни на весь квартал... Кстати, что говорить о моём не менее придурошном друге Шиосоки, дак он тоже, хоть и не имеет отношения к постановке, не плохо вписался в наш круг. Ну, по крайней мере, все, кроме главного блюстителя порядка Хиросоки, восприняли его хорошо. Ну, а отношения Дзоку и Рюу всегда были... Ниже среднего. Поэтому я даже не углубляюсь в их вечные ссоры. Хотя, чёрт побери, пару фразочек я бессовестно переписал к себе в мозговой накопитель, потому что ТАКИЕ СРАВНЕНИЯ мимо ушей не проскальзывают. Да и пригодятся, думаю. Отношения с остальными членами актёрского клуба у меня, как вы уже поняли, наладились, даже до такой степени, что Хиросоки меня постоянно одёргивал и утаскивал куда подальше. Меня это одновременно злит и смешит, тем более когда он начинает общественно заявлять, что ко мне никого не подпустит. Да что за бред то,а?! Как только у меня всё наладилось, влезаешь ТЫ! Сколько можно?! Ты мне вечно жизнь поганить собираешься или это из принципа? Ох, тем не менее, не смотря на все мои упрёки и дикие смеховые паузы, на рыжеволосого это не действовало. Он постоянно пользовался моментом, что бы оградить меня от общества, как особо опасного преступника. Хах, да я даже смог привыкнуть к тому, что он постоянно около меня ошивается, ну не то чтобы он отлынивает, я бы не допустил, но всегда где-то рядом. И мне... Приятно. Да,да,да, думайте что хотите, но мне и вправду приятно, что он обо мне заботится! Хоть и такими тупыми методами... Это даже трогательно как-то. И смешно. Нет, я не в коем случае не насмехаюсь над его чувствами!! Это уж точно нет! Просто он слишком сильно «ревнует» меня к остальным и рьяно старается затмить собою всех. Ну смешно это. Я даже не выдерживаю и начинаю в открытую смеяться. Оооо, особенно я полюбил, ранее упомянутые, стычки Дзоку и Рюу. Господи, да не только я один с увлечением наблюдаю битву титанов. Сначала всё началось с подколов и пакостей, а теперь перешло в открытую вражду. Но зато какая она красочная и живописная! То они устраивают войну, перекидываясь предметами и учебниками вперемешку, то они втягивают в эту вакханалию меня, соревнуясь в том, кто больше нараздаёт мне умопомрачительных сложных комплиментов. Боже, они бестолковые идиоты! Меня бесит то, когда они что-то из-за меня начинают выяснять! Да тем более прилюдно! Хрен с ним, с Хиросоки, но Дзоку чего влез?! Как он мне поясняет, он устраивает борьбу против гомосексуализма и первым делом борется с непобедимой скалой, апогеем и рассадником извращений, Рюу. Ну, не сказать, что он мне прямо докучает своей любовью... Да и вообще, я не могу даже слово поперёк ему втиснуть, если ему что-то заблагорассудиться и я настолько привык, что уже не замечаю этого! Нет, он до сих пор продолжает на меня смотреть этим убийственным взглядом. Ну не могу я оставаться спокойным, пока он так смотрит! И-и дело совсем не в том, что он мне нравится! Точнее он мне вообще не нравится! Ну в «этом» плане! Ну... Хотя... НЕТ. О чём я вообще думаю? Дак вот, если отстраниться от мешающих мне вещей, то всё идёт как по маслу. Только вот я всё-равно волнуюсь! Да, мы стараемся, но... Ах, меня преследует это ужасное чувство того, что что-то, в дополнение ко всем моим прочным несчастьям, подкосит всех, не исключая меня. Просто добивка. А всё то, что произошло чуть ранее, было затишьем перед бурей. Нарастающее чувство беспокойства так и колотит, не давая спать. Чёрт, что уж и говорить, если речь идёт о том, что сегодня последний день! Уже ведутся окончательные работы, вносятся небольшие поправки и детали, быстро пробегаются по сценарию по особо сложным моментам. Вот он — последний день. А что дальше? Самое странное, что раньше всегда я знал что будет дальше. Я знал что будет сегодня, завтра и послезавтра. И был со всем согласен. Теперь я мучаюсь из-за следующей прожитой минуты, разоряясь нервами и эмоциями, которые, не пойми откуда, хлещут через край, затмевая меня самого с головой. Бежать некуда, ха, даже, как оказалось, я и нахожусь в этом укромном «раю», с коим пытаюсь смириться. Так всё и будет, да? Господи, ты ведь не передумал менять своё решение по поводу возврата во времени? Никто этим не владел и я не овладею. Жизнь сама решает всё за нас, оставляя мизерный шанс на перемены. Судьба, воля случая — весомые факторы в её высокопоставленных решениях. А наши желания, мольбы и надежды не играют никакого значения. Совершенно. И это доказывает превосходство природы, или не её, перед нами. Кто же царь, раз сам трон его спихивает на землю? Порядком под вечерело, погода, как по заказу, извергалась раскатами грома и обильными ливнями. Предчувствие само по себе и так не может успокоиться, а вот эти предзнаменования ещё больше его будоражат. Хах, эмоции, интуиция так и не дают покоя мозгам, но кто говорил что физически я смогу это выносить? Вот именно — никто. Я люблю работать, тем более для своего же блага, но никогда не думал, что такая активная работа и общение с остальными людьми, выматывают, буквально валят с ног. В актовом зале до сих пор кипит упорная и усердная работа. Да уж, теперь даже этим остолопам не требуется моя подсказка. Я, уставший и измотанный, тем более если взять в учёт вечер и утреннее нагрузки школьного режима, просто постарался притихориться на задних рядах, мельком поглядывая на процесс. Ха, они и вправду надеются... Да, жалко что я, как старик какой, с тягомотной обречённостью сам себе не мил в последнее время. Я глянул на часы. Восемь пятнадцать. Мы остались последние в школе, но нам, слава богу, это позволяют, так как наше мероприятие самое масштабное. Все бегают и суетятся. Вот уже водрузили массивную, немного косую, сакуру, закрепляя её посередине сцены. Я полулёжа, опрокинув голову на холодную стену, квёло сидел. Чёрт, до чего же неудобно. Я бы не отказался отдохнуть, да только мне стыдно в наглую, пока все работают, разлечься и расслабиться. Нет, и как они ещё не устали?! А, хотя да. Поскольку низкая мозговая деятельность занимает самую малую часть, физически они способны на всё. Закон перекаченных амбалов. Ну, в моём случае, это просто зазвездившиеся высокие фотомодели будущего, которым не терпится себя показать. Что ж, лично я себя причисляю к горстке трудолюбивых самаритян. Увы мне не грозит такая бодрость и активность. — Ты не спишь? — Рыжеволосый уже как-то привычно садится рядом. Я попытался встряхнуть головой, прийти в себя, хотя так и не смог даже глаз приоткрыть. За окном барабанил надоедливый печальный дождь, прогоняя по телу лёгкий мороз и сонливость. — Нет, не сплю. — Я лениво передёргиваю плечами, от нового холодного прикосновения ветра. Окна в актовом зале никогда не защищали от мороза или от ветра. Благо погода была хорошая. — Почему не репетируешь? — Я постарался придать голосу серьёзности, даже смог отклониться от спинки сидения и приоткрыть глаза. Чёрт, погода дрянь. Спать хочу. — Сейчас там все занимаются декорациями. — Хиросоки улыбнулся и пожал плечами, кинув мимолётный взгляд на трудящихся. — Почему не помогаешь? — Я снял очки и сонливо потёр глаза. Вечное волнение выматывает. Если честно, то мне даже донимать Хиросоки не хочется. Он и так старался, а если я ещё начну грузить... Хэй, с каких пор я начинаю его жалеть? — Потому что решил проведать тебя. — О нет. Опять этот взгляд. Я вновь передёргиваю плечами от холодного потока воздуха. То же мне. Герой. Со мной же всё нормально, чего беспокоиться. — Я в порядке. — Кратко поясняю я. Ветер засвистел во всевозможные щели, заливая зал протяжным хохотом природы. — Только сегодня холодно. — Я мысленно отругал себя за не бдительность, обычно я всегда одеваюсь по погоде, но сегодня , уже как всегда, обо всём забыл и одел лишь жилет и рубашку с коротким рукавом. Лето же. — Ну и чего сидишь замерзаешь? — Актёр с укором на меня посмотрел, от чего стало даже немного стыдно. Я просто не посмотрел прогноз погоды. Хах, кто бы знал, что эти клоуны в ящиках, на протяжении всей моей жизни, давали иногда полезную информацию. Хиросоки, явно с озабоченным видом, снял с себя кофту, которая явно была меня на два размера больше, да и длиннее. Блин, что за подачки?! Я парень или кто?! Не надо меня укутывать, не маленький и не девушка! На мои плечи накинули тёплую кофту, как и ожидалось. — Что ты творишь?! — Я попытался скинуть её. — Ты за кого меня принимаешь? — По щекам расползается румянец, старательно выдавая мою панику. — Т-ты ч-что...?! — Мои руки перехватили, затаскивая обратно на плечи тёплую одежду. — Если его уберёшь, я сам начну тебя греть. — Я вздрогнул. Ч-ч-чёрт, его шёпот был слишком близко!!!! Извращенец! В смысле сам согреешь?! Мне хватает твоих прерий с Дзоку и ограждения от общества, дак теперь ты ещё и собираешься меня обнимать?! Я поспешно укутался в предложенную вещь, по нос прячась в единственном спасении от завывающего ветра. Ткань была мягкой и тёплой, он ведь только что её снял.... Я ещё больше сжался, подлавливая себя на подобных мыслях. Сзади одобряюще хихикнули. — Ты специально такой милый или для меня стараешься? — Я ещё больше покраснел, чувствуя как тело берёт дрожь. Ну нет! Прекрати меня постоянно смущать, напыщенный выскочка! Я резко развернулся, желая высказать всё, что я думаю о его подколах, но, не удержав равновесия, перегнулся через подлокотник и уткнулся носом в его плечо. Ну какого..?! — Осторожно. — Не замечая моей смущённости, улыбнулся парень. Не могу я! Почему он постоянно... ТАК себя ведёт?! Я замолк, не пытаясь отклониться. Да даже голову боюсь поднять, потому что знаю каким он меня встретит взглядом. Дурак. Я, понимая что краснею словно рак, ещё сильнее вжимаясь в тёплое плечо. Ненавижу. Пускай и привязался, но всё равно ненавижу. — Заткнись. — выдавливаю я. У меня теперь и слов не хватает на всё это! Чёрт бы побрал этого идиота! Чёрт бы всё к себе забрал! — Да расслабься. — Меня отстраняют за плечи и улыбчиво смотрят в лицо. Хорошо, что сам додумался это сделать. — Выглядишь уставшим... — Он приглядывается, серые глаза внимательно разглядывают каждую чёрточку моего лица. Я, нахмурив брови, смотрю в бездну туманных омутов. Что он делает вообще? — И сонным. — заканчивает фразу рыжеволосый. — Погода такая. — Флегматично пожав плечами, поясняю я. — И нервотрёпка жуткая. Затвра, если ты не забыл, концерт. — Я убираю его руки и, потеплее закутавшись в кофту, отворачиваюсь. — Конечно же я устал. Удивляюсь как вы ещё стоите на ногах. — Я опрокинулся на спинку стула, устремляя взгляд на сцену. Чёрт подери, я проигрываю этим уродам в выносливости! — Ну ты же больше всех выкладывался. — Парень мягко улыбается, отчего внутри расползается тепло. Отведя взгляд, мои щёки вновь краснеют. Боже, да почему я теперь даже на его комплименты реагирую?! — Если хочешь спать, то спи. Никто не осудит. — Я осужу. — Ещё больше надувшись, пробурчал я. — Я не собираюсь спать, тем более это невозможно. — Это почему? — Хиросоки придвигается и наклоняется ко мне. Я до сих пор чувствую его внимательный взгляд. — Потому что шумно. — Я вжимаюсь в спинку стула, уже полностью утонув в мягкой одежде. — Вот как... — Парень с лёгким вздохом отклоняется и кидает взгляд на остальных. — А если тише будет? — Он вновь проснулся интересом. — Давай закончим уже разговор. — Я обрываю энтузиазм актёра, уже приняв лежачие положение на стуле и отвернувшись к нему спиной. Да, не удобно, но выбирать не приходится. Да к тому же этот идиот не отстанет, если я не сделаю хотя бы вид, что пытаюсь спать. Все твёрдые и, как оказалось, острые углы впивались в тело, что ещё больше создавало не комфортность. Хрен уснёшь. — Эх Рё... — Меня обхватывают мужские руки и резким движением меняют моё положение. Теперь я, с раскрытыми от удивления глазами, очутился на его коленях, лежащим на целых трёх стульях. Первый раз, когда я попытался встать и разобраться, я чуть не упал, поэтому отодвинулся от края, после чего, устроившись удобнее, не решился рисковать своим здоровьем и сверзнуться со стула. Донесу информацию в устной форме. — Что ты вытворяешь?! — Я ударил его по ноге рукой, поднимая взгляд. Очки съехали и теперь я мог видеть расплывчато всё вокруг. — Совсем с катушек съехал?! — Я быстрым движением нащупываю дужки очков, поправляя незаменимый атрибут. Хэй,хэй! А это куда уволок?! Очки плавно слетают с моего носа, оставляя мир расплывчатым и смазанным, а сверху, как сама подлость бога, слышится смешок. — Спи. Ты устал и я это знаю. — И в-вовсе нет! Откуда что ты можешь знать?! Я пока не заметил за тобой предвидения, а уж тем более в моих действиях! Много мнишь о себе! — Да нет, я же сказ...! — Мои губы накрывают тёплой ладонью. Сердце уже так привычно замирает, а в ушах ставится блокатор на окружающие звуки. — Правда, лучше поспи. — Бархатный и приятный голос, с лёгкими нотками веселья, продолжает. — Для меня важнее твоё самочувствие. Доверься мне. Всё будет хорошо. — Моё тело дрожит от напряжения, пальцы подрагивают, впиваясь в мягкую обивку сидений, а глаза ошеломлённо уставились вперёд, в потолок. Я едва могу различить его смазанные белые контуры, от ярких ламп и тень, которой и является Хиросоки. С моих губ слетают его тёплые пальцы, оставляя продолжать негодовать. Он никогда не прекратит? А сердце не прекратит отбивать канкан о рёбра, оставляя трещины? Никогда? … О чём это я. Такого понятия не существует. Всё кончается и я должен был это понять ещё давно. Ещё тогда, когда открылась дверь в старый добрый писательский клуб, впуская новые потоки ветра, кои после недолгого времени превратились в ураган. «Никогда» не существует. Всё перерастает в нечто большее. Мы можем этого не замечать, но всегда настаёт момент, когда сопротивляться и слепо верить своим сказкам уже невозможно. А я ещё могу, ведь так?... — Извини. — Его голос резко стихает, а шум на заднем плане возвращается опять, захлёстывая всё ту атмосферу, которая пару секунд назад заставила меня дрожать и углубляться в собственные размышления. Я переворачиваюсь на бок, сложив одну руку под голову и уставившись взглядом в тёмные спинки кресел. Шум, гам, но теперь всё равно. Сердце не останавливается, поэтому, закрыв глаза, я стараюсь его утихомирить. Моим сказкам и надеждам ещё не пришёл конец. Но надолго ли их хватит? Моих плеч снова касаются, заставляя вздрагивать. Я на автомате поднимаю голову и поворачиваюсь, хотя даже смотреть на это, чтобы догадаться о действиях и не надо. Кофта бережно укрывала мои плечи, она видимо съехала, а тёплая и знакомая ладонь покоилась на ней. Я опустил голову обратно, чувствуя какое-то внутреннее и непонятное смущение. Знаете, когда тебе страшно, но приятно. А самое жуткое, что мне страшно от того, что приятно. Замкнутая цепь, которая даст разгадку только в том случае, если сказки перестанут существовать. *** — Ой, а что, Рё уснул? — Туманно и отдалённо слышится женский голос, ласкающий по ушам и воспроизводящий в непроглядной тьме полусна примерную картинку. Глаза плотно закрыты, а открывать их нету сил. Нету, томной негой лень сковывает и запрещает даже шелохнуться. — Да. — знакомый мужской голос, который отливается в сердце страшной теплотой. Хиросоки? — Да уж, вымотался наверное. — Женский голос стал ближе, а щеки аккуратно коснулись тонкие изящные пальчики, заставляя поморщиться. Послышался сдавленный смешок. — Ой, он такой милый и беззащитный!!! — Маленькая ладошка погладила по щеке, но вновь отдёрнулась, сопровождаемая смехом хозяйки. — Хиро-кун? — Что? — А ведь ты... — ладонь вновь коснулась щеки, нежно поглаживая. — Ты ведь серьёзен насчёт Рё? — Девушка вновь хихикает. — Абсолютно. — Хиросоки хмыкнул. — Если бы я не был серьёзен, то вряд ли бы вообще стал так далеко заходить. — Он прервался. — Обычно я сам жду признания в любви, а не с ума схожу от безответной. — Вздох. По моему телу проходит дрожь, улавливая напряжение. Я не хочу просыпаться. — Ты сама знаешь, с ним по другому. — Ну тебя, ты такой задавака! — Вновь приятный смех, который, через мгновение, резко обрывается. — Эх, выходит вот она — любовь... — Саи-сан заканчивает, а добрые и мечтательные нотки закрадываются в сердце. Всё стихает. Даже во тьме, в полусонном состоянии, я волнуюсь и боюсь этого. Я боюсь того, что сейчас чувствую. Я не проснусь. Не проснусь. — Ладно, не буду будить. — Голос отдаляется. — Давай постараемся для завтрашнего дня. Тихие шаги, едва уловимые в воздухе. Шум на заднем плане. Сейчас, в темноте, укрытый кофтой, согреваемый актёром, я слышу только одно — сердце. Именно сейчас, возможно вы не поверите, но именно сейчас, я самый честный человек на свете. Но сердце, всё же, честнее.