Vendetta

      Умиротворённая тишина окутывала поместье. Туманный рассвет подступал всё ближе, роняя на сонные травы прохладные слёзы росы.       Как только Александр переступил порог, появилось смутное ощущение, что это совсем не тот дом, где он жил. В изумлении осматривая свою гостиную, он ходил из угла в угол, не переставая терзаться сомнениями.       Прошлое. Манящее прошлое. Оно, словно магнит, притягивает, зовёт в лабиринты событий и времён, давно канувших в мутные воды медленной реки, что зовётся Забвением. Вот и Александр стал одной из историй этого дома.       Ветви деревьев сплетались в причудливые узоры, укрывая тёмной сетью предрассветное небо. И оно тревожно застывало в просветах, заглядывая в мир бездонными голубыми глазами.       Сны, которые видела Елена, не имели никакого эмоционального содержания. Это был лишь текст, словно она читала какую-то книгу, но содержание текста вызывало в ней странные отголоски воспоминаний. Елена не любила такие ночи, приносящие сомнения, спутывающие мысли, терзающие чувства. В такие ночи ей казалось, что она заблудилась и больше не вернётся. Это всего лишь образы, воспоминания, переплетенные с ощущениями, нереальное. В то же время — жизненно необходимое.       Она сделала глубокий вдох, провела щёткой по густым тёмным волосам, поймала из глубин зеркала внимательный взгляд синих глаз, испуганно вздрогнула и повернулась. За окном комнаты серебрилась, извивалась змеей меж облаков луна-полумесяц. Невероятная усталость затмила все остальные чувства и их проявления. Теперь только одну мысль она держала в голове. Это скорее взрыв памяти. Странно всегда так живо представлять перед глазами тот портал и скрывающуюся в нём фигуру. Уже долгое время её преследуют эти воспоминания, звуки, запахи… Даже цвета вокруг не менялись!       — Ты помнишь нас? Наши нелепые откровения? Нашу прогулку ночью на вокзал? Поезда посмотреть. Как мы танцевали в парке? У тебя получалось лучше. Как я провожал тебя домой через весь город? Как обняла меня впервые? Ты ведь не хотела отпускать. Помнишь? Как поцеловал тебя в щёку и покраснел? Как мы в шутку выбирали интерьер нашего дома? Окна должны были быть во всю стену. Помнишь? Я — да, — в глубине его глаз отражались блики лунного света, его тонкие пальцы чертили непонятные знаки; в синеватом ночном свете он казался призраком, таинственным, волнующим…

***

      Скрипка манила тихим нежным пением.       За закрытыми дверями зала сновали слуги. Всё было так, как в любой другой день, но эта музыка бередила душу, проникая в самую ее глубину. Она пела то голосом юноши, потерявшего возлюбленную, то звала в безудержную пляску. Сейчас она звучала мягко, бережно, точно описывала хрупкие опадающие листья.       Молодой человек водил смычком по струнам и даже не глядел на ноты. Мелодия была затейливая, но много раз отрепетированная. На концерт по случаю дня рождения матери два года назад. А сейчас она лежала в комнате, куда Александра не пускали. По поместью ходили странные люди в черном. Слова, непривычные слуху, слышались в шепоте слуг. «Захват», «наследник»… И вот он остался в одиночестве играть.       За окном темнело, и обороты ключа в замке возвестили о том, что Александра заперли. А музыка лилась потоком, непокорная и чистая, как горная река. За дверью кто-то играл простую песенку на свирели. Величавое пение скрипки оттенялось простой мелодией.       На следующее утро его отправили в изгнание.       Удивительные темно-зеленые глаза смотрели устало и с печальным раздражением, словно никогда не принадлежали его любимой жене: в них будто бы погас дающий жизнь и тепло огонь, осталась только усталость и желание побыстрее закончить неприятный жизненный эпизод, которым вдруг стал весь их брак.

***

      — Теряя многое, обычно находишь больше. Ведь так? — пальцы легко перебирали тугие струны скрипки, помогая возродиться старой мелодии. Трели звучали мягко, словно бальзам на душу, но у играющего уже давно не было таковой.       Как и тогда, за окном была ранняя весна. Пушистые хлопья снега падали с неба, кружась в вальсе и мягко опускаясь на землю. Морозный воздух и сквозной ветер — вот, что можно было найти в заснеженных горах, скрываясь от всего мира.