Берегись своих желаний

      Время неумолимо близилось к вечеру, а Люси до сих пор так и не выполнила желание Каны: Нацу нигде не было видно.       «Ну, и где его носит, черт возьми? — в который раз задавала себе один и тот же вопрос заклинательница. — Кана же меня убьет!»       Конечно, Люси все отдала, лишь бы ей не пришлось целовать его, да еще и на глазах у девчонок — Кана каким-то образом умудрилась потерять где-то карту, предназначенную для «слежки», и теперь той вздумалось проследить за выполнением желания лично; Леви и Джувия, разумеется, тоже пожелали присутствовать при этом: мало ли, вдруг Люси решит схитрить или отказаться, а Кана ее прикроет по старой дружбе?       Но где-то в глубине души девушка все же хотела этого поцелуя и искренне надеялась найти Нацу. Да и перспектива погибнуть от руки Альбероны ей пока что не улыбалась.       «Хорошо хоть, что Эрза об этом ничего не знает, — мрачно думала заклинательница. — Иначе мне сразу был бы конец! А как бы Мира обрадовалась… Еще бы ей не обрадоваться, когда тут такое творится! Вот только… Где же он, мать его за ногу?!»       От безысходности Хартфилия даже решила обратиться за помощью к ребятам, но те лишь пожимали плечами.       — Скорее всего, он просто расстроился, что проиграл наш спор, и теперь сидит где-нибудь и завидует в тряпочку, — предположил Гажил. Люси невольно вздрогнула, вспомнив недавний погром в их любимой гильдии, который, между прочим, периодически отвлекал девушек от их азартных игр на желания.       — Да не, — тут же возразил Грей, — он тогда не стал бы уходить. Не такой он человек, чтобы просто так сдаваться.       — Именно, — закивал головой Эльфман. — Нацу бы остался, ведь он мужик!       — Да и что-то я раньше никогда не замечал за ним зависти, — заметил Фуллбастер. — Характер у него не такой…       — Еще бы, — снова встрял Штраус, — ведь Нацу — мужик! А мужики не завидуют!       Больше ничего дельного они сказать не смогли: развязали жаркий спор о скромной персоне Драгнила, поэтому Хартфилия поспешила удалиться восвояси.

***

      Нацу еще немного побродил по Магнолии и направился обратно в гильдию. Ему нужно было срочно придумать, как доказать Гажилу, что он, Нацу, хоть и проиграл этот дурацкий спор, но не слабак. А лучше всего думается, как известно, в тишине и одиночестве, и гильдия под эти критерии явно не подходила. Но, увы, ничего толкового ему в голову так и не взбрело.       «Да как я вообще мог ему проиграть?! — недоумевал Саламандр, пиная подвернувшийся под ноги камень. — Я ведь уже раз сто, наверно, побеждал эту железку! А тут…»       Огненный маг почувствовал, что вступил в воду, и остановился, уставившись себе под ноги. Его взору предстала небольшая лужа — следы вчерашнего дождя. В мутной воде отражались темные тучи. Саламандр поднял голову вверх: небо и правда нахмурилось. Вот-вот пойдет дождь.       «Нужно торопиться, если не хочу промокнуть до нитки».       Драгнил вздохнул и ускорил шаг.       «Ну, ничего, жестянка, я еще с тобой разберусь!» — ухмыльнулся он, стоя уже у дверей гильдии, и зловеще сверкнул глазами в предвкушении хорошей драки.

***

      В гильдии все шло своим чередом: Мираджейн, как всегда, протирала стаканчики за барной стойкой и всем мило улыбалась, не забывая при этом бросать обеспокоенные взгляды на заклинательницу, развалившуюся рядом на столе; Кана пила уже, наверное, десятую бочку за этот вечер, а Грей устроил потасовку прямо посреди гильдии. Дело в том, что Леви сказала ему, что гулять в одних трусах перед девушкой не прилично, вот он и психанул из-за того, что снова где-то потерял свои шмотки. И теперь, обвинив Фрида, которому «посчастливилось» оказаться рядом с взбешенным ледяным магом, в воровстве, набросился на того с криками «Мочи вора!». На подмогу созидателю незамедлительно примчался Гажил, давно уже мечтавший набить морду Саламандру, но, так как последнего в гильдии не оказалось, Железный решил, что «и так сойдет», тем более что нечего всяким эксбиционистам смущать его мелкую своими причиндалами. Эльфман тоже времени даром не терял и бросился в клубок пыли со своим фирменным «Мужики не сдаются!», но тут же вылетел от мощного пинка Редфокса.       В таком положении их и «застукала» Титания.       — Что здесь происходит? — удивленно спросила она. — И где Нацу?       — Сами ищем, — ответил Грей, слезая со «слегка» помятого Фрида. — Особенно она, — тут он кивнул в сторону звездной волшебницы, которая с особым интересом слушала их разговор.       — Люси? — удивилась Титания. — Ей-то он зачем понадобился?       Примерно такие же мысли крутились и в голове самой Люси.       «Зачем Эрза его ищет? — нервно думала девушка, теребя края юбки. — А что, если она…»       Но тут мрачные размышления Хартфилии прервало взволнованное:       — Люси, ты в порядке?       Заклинательница подняла голову и, уловив на себе обеспокоенный взгляд Мираджейн, рассеянно кивнула, а затем чуть не подавилась коктейлем, услужливо поданным магом перевоплощений, едва заслышав голос Леви:       — Да она просто в карты проиграла!       — На желание? — мгновенно заинтересовалась Титания и тут же получила в ответ согласный кивок. — Что она должна сделать?       На МакГарден уже заинтересованно смотрела вся гильдия. В глазах каждого так и светилось нездоровое любопытство.       «Не говори, Леви! — мысленно умоляла подругу Хартфилия. — Пожалуйста!»       Но, увы, пока что маг слова мысли читать не умела.       — Ну, в общем, это… — МакГарден чуть заметно покраснела, чем заставила железного убийцу драконов нахмуриться. — Ей нужно поцеловать Нацу…

***

      Когда Нацу зашел в гильдию, то абсолютно все взгляды были устремлены на него, как будто в ожидании чего-то.       — Что-то случилось? — поинтересовался он, проходя в глубь гильдии и из последних сил делая вид, что не замечает на себе сотни глаз согильдийцев, буквально пожиравших его взглядами.       — Случилось, — ответил Грей, пытаясь подавить смех, и как-то странно посмотрел на приятеля. — Еще как случилось!       — Да? — Нацу мгновенно оживился. — А что именно? Нам объявили войну?       — Пока нет, — сказала Эрза с хитрой улыбкой. — Но объявят, если кое-кто сейчас не выполнит желание. Правда ведь, Люси?       — Чего? — не понял Драгнил. По всем параметрам было ясно: огненный маг вообще не в курсе, что тут происходит. — Какое желание? О чем вы?       Но тут к нему чуть ли не вплотную подошла Хартфилия, красная, как помидор, и все слова и мысли моментально улетели куда-то на задворки разума.       — Л-Люси? — пробормотал он, попятившись к двери.       — Куда это ты собрался? — за спиной Драгнила появилась Титания, блокируя путь к отступлению.       — Н-никуда, — пискнул он, возвращаясь обратно к Люси. Та, в свою очередь, все еще краснея, осторожно протянула руку к его лицу. Ее теплая ладонь легла на горячую щеку Саламандра. Тот вздрогнул от ее прикосновений, но не отстранился. Девушка начала медленно приближаться к огненному магу. Еще миг — и вот ее нежные губы легли на слегка шершавые и довольно грубые, но такие горячие и такие желанные губы Нацу.       «Я и не думала, что целовать Нацу может быть так приятно…» — пронеслось в голове девушки, когда Драгнил вдруг неосознанно ответил на ее поцелуй. Но уже в следующую секунду он отстранился, отпихнув ее от себя.       — Люси, ты чего? — недовольно спросил он, дотрагиваясь до своего рта, где еще совсем недавно были губы заклинательницы. — Ты странная… Мы же друзья…       Люси замерла. Как он сказал? Друзья? Друзья… В горле предательски встрял ком.       — Не нужно было делать… все это, — сказал Драгнил, разворачиваясь, чтобы уйти. В голосе парня чуть заметно просквозило… отвращение? От Хартфилии это не укрылось. Где-то в груди, там, в районе сердца, внезапно стало так больно… На глаза сами собой навернулись слезы.       — Нацу… Я…       Но Нацу ее уже не слышал. Он направлялся к стенду с заданиями, не замечая или же попросту игнорируя ошарашенные взгляды согильдийцев, которые после всего увиденного не могли и слова сказать.       — Как… как это понимать? — выдавил наконец Фуллбастер, провожая приятеля пораженным взором.       — Ты вообще больной?! — налетела на Драгнила и Скарлет. Тот лишь бросил на друзей рассеянный взгляд, с головой погрузившись в свои мысли.       За всем этим никто не заметил выбежавшую из гильдии волшебницу, на ходу стиравшую слезы.

***

      «Почему? Ну, почему он поступил со мной… так? Почему он сказал мне все это? Почему… почему мне так больно?.. Да почему, черт возьми, я вообще о нем думаю?! — Люси моргнула, пытаясь выкинуть из головы огненного мага, но, увы, у нее ничего не вышло: фантазия снова вырисовывала любимые черты. — Ну, что, что я сделала не так? Он ведь ответил на мой поцелуй… На секунду мне даже показалось, что он… меня… — Люси всхлипнула, не в силах больше думать о случившемся. — Да и Кана еще с этим своим желанием… А девчонки ее поддержали! Как они могли? Ведь знали же, что я… Да я… я… Да я его ненавижу! Лучше бы я никогда его не встречала… Пусть он исчезнет из моей жизни… Нет, пусть они все исчезнут… Пусть!..» — примерно такие мысли крутились в голове юной волшебницы, бегущей по солнечной Магнолии к своему дому.       Внезапно земля начала уходить из-под ног, и Люси запоздало подумала, что обо что-то споткнулась. Но удара не последовало. В глазах потемнело.