За гранью

      Полюшка направлялась к палате Драгнила и размышляла над случившимся. Правильно ли она поступает, заставляя этих недотеп идти неизвестно куда, да еще за тем, кого они теперь всей душой ненавидят? Тем не менее, больше ничего в голову не приходило. Да и потом, Нацу сейчас не в лучшем состоянии, ему нужна неотложная помощь. Надо хоть как-то уменьшить его боль, а о полном выздоровлении вообще молчать приходится. Да и возможно ли это в данной-то ситуации? Главное, чтобы не произошло ничего того, чем она еще пару минут назад запугивала Грея, иначе…       — Скажите… — молчавший всю дорогу Хэппи неожиданно оживился. — То, что вы говорили в гильдии… Ну, про вымирание мозга… Это правда? Нацу в самом деле может умереть, если не найти того старика?       — Не «вымирание», а «отмирание», — недовольно поправила его волшебница. — А те слова я сказала на полном серьезе.       — Вот как… — котенок разом сник. Больше он не проронил ни слова, так что Полюшке оставалось лишь гадать, что у него на уме. Вот только некогда ей заниматься такими пустяками, времени и так в обрез.       «Вот и пришли», — пронеслось в голове волшебницы при виде нужной двери (вернее, ее остатков).       — Нацу, мы вернулись! — весело крикнул Хэппи, влетая в палату и оглядываясь в поисках приятеля. Но внутри оказалось пусто.       — Этого мне еще не хватало, — пробормотала Полюшка и бросилась в гильдию: нужно срочно найти этого оболтуса, а лучшего средства, чем нюх убийц драконов, и не придумаешь. — Где его только черти носят?..

***

      Люси уныло плелась к дому, даже не глядя под ноги. А зря, потому что в следующую секунду она споткнулась о камень и упала, больно ударившись коленкой.       — Ничего, — успокаивала себя она, — Нацу сейчас куда больнее.       При упоминании дорогого сердцу имени глаза девушки вновь наполнились слезами.       — Интересно, где он сейчас? Все ли с ним в порядке?       — Ты что-то сказала? — пронеслось где-то над головой. Люси мигом ее подняла и лишь обреченно вздохнула.       — Леви, зачем ты здесь? — недовольно спросила она, поднимаясь с земли.       — Ну, в гильдии за тебя волновались, вот я и решила тебя навестить, — ответила Леви, глядя как завороженная на текущую тоненькой струйкой кровь из коленки подруги. Моргнув, МакГарден встрепенулась, будто вспомнив что-то важное. Хотя так оно по сути и было. — К нам сейчас Полюшка приходила, — начала маг слова и рассказала заклинательнице о случившемся.       — Я бы на месте Грея тоже так поступила, — не задумываясь ответила Люси. — Хотя можно и попробовать найти старика.       — Люси, ты это серьезно? — растерянно пробормотала Леви, абсолютно игнорируя ее последние слова.       «Да что это с ними?» — недоумевала словесница. Конечно, она тоже хотела помочь Нацу, но не таким же способом. Тем более когда есть более простой выход. — Ну, не знаю, как твой, — сказала она, все же улыбнувшись, и опустила руку на плечо подруги, — а мой мозг Нацу точно не подойдет — слишком уж умный для него!       — Это да, — улыбнулась Хартфилия. А затем улыбка медленно сошла с ее лица. До девушки дошло, что ее сейчас фактически назвали тупой. — Подожди! — возмущенно воскликнула она, бросившись догонять уже начавшую двигаться в сторону ее дома Леви. — Что ты там говорила про мой мозг?       — Я сказала, что он занят не тем, чем нужно, вот и не работает, как положено, — засмеялась МакГарден и что есть силы дала деру.

***

      Ну, а пока на улицах Магнолии кипела жизнь, в гильдии она застыла и оставалась неподвижной и тихой. Впрочем, такой она оставалась ровно до того момента, как Кана, гадавшая на картах, задумчиво уставилась в колоду и произнесла:       — «Возвращение путника» и «мертвый цветок»… Что бы это значило?       — Мертвый цветок? — переспросила Эрза.       — Я слышала о таком растении, — оживилась Венди. — Это целебная трава, часто используемая лекарями вроде нашей Полюшки.       — Если бы, — вздохнул Грей. Очевидно, он так не думал.       — Мертвый цветок… — задумчиво пробормотала Эрза. — Где его можно найти?       Венди понуро покачала головой.       — Найти его очень сложно, ведь это волшебный цветок, да еще умело маскируется под другие растения…       Добавить еще что-либо она не успела, поскольку недавно поставленная дверь гильдии распахнулась и внутрь вошел Гилдартс.       — А вот и наш путник, — пошутила Кана, весело глянув на карты. — Пап, что-то ты рано с задания вернулся.       Взгляд девушки скользнул по отцу, и она замолчала, не зная, как реагировать на увиденное. На плечах Гилдартс притащил…       — Нацу! — хвостатые тут же бросились к приятелю. Тот лишь приподнял голову. Неужели узнал? Да нет, просто это слово так часто произносили при нем, что теперь оно стало для него чем-то… родным, что ли? Хотя, если задуматься, оно и так ему знакомо. Слишком знакомо…       — Где ты его нашел? — обеспокоенно поинтересовалась Скарлет, пытаясь заглянуть в лицо Драгнилу. Сам огненный маг как будто находился в прострации и смотрел отрешенно, буквально сквозь девушку.       — Тут, недалеко, — маг разрушения махнул рукой в сторону дверей и помог Драгнилу сесть на стул, заботливо принесенный Мираджейн. — И что он только делал в лесу?       — Хочу задать ему тот же вопрос, — мрачно сказала неожиданно появившаяся на пороге Полюшка. Темная аура так и грозилась поглотить ее полностью, а с ней вместе и всю гильдию.       Приблизившись быстрым шагом к Саламандру, она… дала ему пощечину. Да еще с какой силой! Хвостатые от такого «радушного» приема буквально остолбенели, а Нацу лишь растерянно моргнул, когда его голова оказалась повернута вправо от удара.       — Где тебя только черти носили?! — негодовала целительница, приподняв незадачливого беглеца за воротник. Она же так волновалась! А этот огнедышащий монстр… — Тебе что, жить надоело?!       Нацу поднял на нее измученные глаза, холодные, как сталь, и такие же безразличные.       — А если и так? — грубо спросил он. И чего они только, спрашивается, к нему прицепились… — Что тогда?       — Тогда я выбью эту дурь из твоей тупой башки! — воскликнула волшебница и уже было замахнулась для нового удара, как неизвестно откуда возникший Макаров перехватил ее руку и недовольным голосом сказал одно-единственное слово:       — Прекрати.       Этого было вполне достаточно. Полюшка мигом остудила свой пыл и, разбудив в себе целительницу, присела перед больным — теперь Нацу был для нее именно таковым. Осмотрев его, она лишь покачала головой. В какой-то момент ее взгляд наткнулся на красный след на щеке Саламандра.       — Прости, — пробормотала она. Тот лишь непонимающе уставился на нее. За что она просит у него прощения? Она ведь ничего не сделала…       Внезапно кое-какие подозрения появились в голове старой волшебницы.       — Грей, мигом наколдуй мне кусочек льда! Чем холоднее, тем лучше! Венди, найди, в аптечке нашатырь! — скомандовала она. — Нужно кое-что проверить.       — Есть! — воскликнули те и принялись за дело. Когда все было готово, — а это буквально через секунду-другую — Полюшка приложила лед сначала к своей щеке и, тут же вздрогнув, отдернула руку от лица — холодный, — а затем — к щеке Нацу. Тот даже не шелохнулся. Тогда целительница решила дать ему понюхать нашатырь — ноль реакции. Феи молча наблюдали за действиями женщины, не в силах пошевелиться.       — Как я и думала, — тяжело вздохнула она. — Он потерял обоняние и осязание, поэтому не почувствовал моего удара. По той же причине он, скорее всего, и не смог далеко уйти. Особенно, если при этом он руководствовался своим нюхом.       — Что нам теперь делать? — расстроенно спросила Венди, вспоминая слова Эдо-Грандины, сказанные чуть ранее. — Ведь следующим будет слух…       — По-моему, он и так его уже теряет, — задумчиво пробормотала Полюшка. — Так, Гилдартс, Лаксус и Венди идут со мной: нужно как можно скорее дотащить эту тушку обратно в больницу и привести в чувства, а то он уже сознание теряет. Грей, Эрза, вы немедленно отправляйтесь на поиски. И да, прихватите с собой Люси — если алхимик откажется с нами сотрудничать, используете ее близнецов для получения информации, чтобы превратиться в него и проникнуть в голову, — начала распоряжаться она. Надо же, хоть волшебница и утверждала, что терпеть не может жалких людишек, по именам знала каждого. — Кстати… У вас есть с собой какая-нибудь вещь того старика, чтобы вы могли найти его по запаху? Нацу ведь, если я не ошибаюсь, нашел его именно этим способом.       — Да, у Нацу должен быть кусок его одежды, — кивнула Эрза. Целительница, не теряя ни секунды, обыскала все карманы Драгнила и, найдя то, что искала, вручила его Гажилу.       — Пойдешь с ними, — голосом, не терпящим возражений, сказала она.       — Слушаю и повинуюсь, — откланялся Гажил. И, отойдя на приличное расстояние, пробормотал, что он не собака, чтобы заниматься такими вещами.       — Я все слышала, — сверкнула глазами Полюшка, и Железный, вздрогнув, обернулся к ней и душевно оскалился, почесав затылок. — Фрид, Леви, — продолжила волшебница, — пойдете с нами. Нужно опечатать заклинаниями палату, чтобы этот дуралей больше не сбежал.       Все это время Грей стоял в стороне и думал. Думал о своем недавнем разговоре с Полюшкой. Смотреть на такого Саламандра ему было неимоверно больно. К тому же ему так и хотелось бросить эту затею с поисками алхимика и спасти Нацу более реальным и простым способом. Правильно ли он поступил, приняв предложение целительницы и поддавшись Эрзе? Он уже и сам не знал. А тут еще этот разговор Полюшки с Нацу больно резал слух и сердце, подталкивая Грея, к тому, другому, способу… А мозг как назло воспроизводил их слова в памяти снова и снова.       «…без должного лечения ваш дракоша скоро начнет не понимать даже самых элементарных вещей — полное помутнение рассудка…»       «Согласиться с ними?»       «Его мозг начнет отключать все необходимые для существования функции одну за другой. Сначала осязание, затем обоняние, потом слух, зрение — и так до полного отмирания мозга».       «Или остаться при своем мнении?»       «Он потерял обоняние и осязание…»       «Попробовать переубедить их…»       «Тебе что, жить надоело?» — «А если и так?»       «…Или же следовать за ними, и будь, что будет?»       На его плечо легла чья-то рука. Обернувшись, он увидел Эрзу. Та ему грустно улыбнулась.       — Не думай об этом, — посоветовала она. — Мы спасем Нацу своими силами. Только не так.       — Это не выход, — слабо кивнув, Грей пробормотал ей в ответ ею же сказанные ранее слова. И, улыбнувшись самому себе, принял окончательное решение.       «Будь, что будет!»

***

      «Итак, с момента заболевания всем известного Саламандра из Хвоста феи прошло уже две недели. Известие о том, что Нацу Драгнилу стало еще хуже, заставило магов Хвоста феи действовать незамедлительно. В тот же день несколько волшебников отправились на поиски алхимика, заразившего Драгнила неизвестным ядом, но пока что никаких известий от них не было. Интересно, что они собираются с ним делать? Отправить на костер?» — вещало новенькое радио, добытое Гилдартсом где-то на задании (хотя сам он утверждал, что встретил Джерара из Эдоласа, и тот, в память о давнишних временах, передал ему этот небольшой, якобы по его словам, подарочек для Мастера. Хотя чего отрицать, вдруг оно так все и было?). По просьбе Макарова Ридас срисовал неизведанный объект и, сделав таких рисунков с сотню, распродал другим гильдиям и даже Совету. Таким образом, в Магнолии (да и во всем Фиоре) появились первые зачатки цивилизации, а Мастер благодаря своему маленькому бизнесу разбогател и на часть полученных денег закупился всеми необходимыми снадобьями (Полюшка даже выдала ему список покупок). Остальная часть была прибережена на случай, если ребятам все же удастся найти алхимика и уговорить его помочь, и тогда деньги пошли бы уже на необходимые химические вещества.       — Это тебя нужно на костер отправить, журналюга пронырливый! — возмутился Гажил. В последний момент вместо него пошел Лаксус, пожелавший лично встретиться со стариком и поговорить с ним «по душам». А Гажил только и рад был избавиться от роли ищейки. Все прекрасно понимали, по каким именно душам хотел поговорить предводитель Громовержцев, но отговаривать его никто не стал: в конце концов, этот старикашка того заслуживает, а они далеко не ангелы, чтобы полностью спустить ему с рук случай с Саламандром.       «С момента отправки ребят на поиски уже прошло два дня. Все это время Драгнил пролежал без сознания и лишь сегодня пришел в себя», — продолжал тараторить журналист.       — Нет, ну, он меня еще и игнорирует! — еще больше возмутился Редфокс. — Или он меня что, не слышал, что ли?       — А он тебя и не может слышать: это устройство только доносит информацию, но обратной отдачи не имеет, — с умным лицом объяснила ему Леви, которая уже давно успела исследовать добытый «сувенир». Ясное дело, Гажил из ее слов понял только «не может слышать».       — Э… можешь повторить, но только на более понятном языке? — попросил он. Леви лишь обреченно вздохнула. И почему он только такой тугодум?       — А давай я тебе лучше нарисую? — предложил свою помощь Ридас, заметив на лице мага слова явное нежелание повторять свои же слова еще раз. Но Редфокса такой расклад, похоже, не устраивал.       — Как-нибудь в другой раз, — отмахнулся он и снова повернулся к МакГарден.       — Я тебе уже все объяснила, — заявила та, пока не последовали очередные просьбы, и с неописуемым интересом продолжила слушать радио.       «Также стало известно, что, потеряв разом осязание, обоняние и слух, Саламандр окончательно лишился рассудка и чуть не сжег дотла всю больницу. К счастью, в дело вмешались Фрид Джастин, Леви МакГарден и Джувия Локсар, сумевшие вовремя потушить пожар. Хоть в результате обошлось без жертв, такое поведение Нацу Драгнила, если честно, пугает всех жителей Магнолии…»       — Эй! — встрепенулся ущемленный до глубины души Гилдартс. — Это же мои слова!..       «А теперь переходим к другим новостям…» — но какими именно новостями спешил поделиться диктор, мы уже не узнаем, поскольку Лисанна выключила радио, чтобы все могли спокойно обсудить услышанное, ведь маги Хвоста феи собирались держать все в тайне, а тут…       Первым заговорил Эльфман.       — Вот же гад, даже про это разнюхал! — поразился он и недовольно стукнул кулаком по столу.       — И все же как он обо всем узнал? — недоумевала Мира, задумчиво уставившись на давно уже чистый стакан.       Хвостатые переглянулись. А ведь и правда, откуда журналист все это знает?       Леви также пребывала в недоумении и хмуро разглядывала свою книгу, как вдруг ее внимание кое-что привлекло.       — Стой, что это у тебя? — поинтересовалась она, пытаясь разглядеть что-то на груди у Гажила.       — Где? — не понял тот. То, что эта мелкая с таким интересом смотрела на его грудную клетку, ему, конечно, льстило, но… тут определенно было что-то не так.       — У нас тут серьезное дело, потом своим любимым налюбуешься, — разозлилась Джувия. Ее можно понять: прошло целых два дня, а от Грея-самы ни слуху ни духу.       Услышав слова женщины-дождя, оба «голубка» разом вспыхнули, но тут же поспешили взять себя в руки: все же дело и впрямь серьезное, ведь за ними, скорее всего, ведется слежка.       Сняв с жилетки Гажила непонятный предмет, отдаленно напоминавший какое-то редкое насекомое, Леви разом побледнела и, сокрушенно посмотрев на согильдийцев, понуро объявила:       — Нас прослушивали!       — Как такое могло случиться? — сокрушенно бормотал Редфокс. Почему-то он как никто другой был уверен в своей непричастности ко всему этому.       — Сам подумай, — недовольно ответила МакГарден, явно не считавшая также. — А кто дрался с журналистом? Кто его в дупло закинул, а?       — А чего он к нам приставал? — парировал Железный.       — И все же ты поступил очень грубо, глупо и невоспитанно!       — Да я, можно сказать, нашу честь защищал!       — Ну, и как? Защитил?       Неизвестно сколько эти двое могли бы еще пререкаться, но, к счастью, в разговор вмешался Мастер, и ребятам пришлось смолкнуть.       — Теперь уже не важно, по чьей вине это произошло, — произнес он, проходя мимо них с сомкнутыми на спине руками. — Важно другое: насколько много ему довелось узнать из услышанного… — лицо Мастера из задумчивого стало решительным. — Гилдартс! — позвал он. Тот удивленно поднял бровь. — Ты знаешь, что с этим делать, — с такими словами Макаров выхватил странный прибор из рук Леви и бросил его магу разрушения, а тот, не рассчитав силы, буквально распылил маленькую детальку на сотню песчинок, едва та коснулась его ладони. — Уже не надо, — улыбнулся Мастер и, подмигнув шокированным детишкам, поплелся в свой кабинет.       — Ничего не понял, но это было круто! — восторженно воскликнул Гажил, едва за Макаровым закрылась дверь. Леви презрительно фыркнула, в очередной раз поражаясь тупости своего возлюбленного.       — Ага! Наш дедуля — мужик! — подхватил Эльфман, одобрительно хлопая далеко не маленькой ладонью по барной стойке.       — И ты туда же? — усмехнулась Мира, спеша спасти несчастные стаканы, которые случайно зацепил брат, от печальной участи быть разбитыми о пол.       — Нормально, — притворно обиженным голосом возмутился Гилдартс, — разрушил эту хрень я, а мужик — Мастер…       На эту его реплику все присутствующие маги, будто сговорившись, рассмеялись.       — Нет, ну, правду же говорю! Чего смеетесь?       И снова ответом ему послужил смех. Но в этом смехе было столько уже позабытых чувств: тепла, радости, да и простого веселья, — что Гилдартсу не оставалось ничего другого, как присоединиться к этому счастливому смеху.