Сердцебиение моей ошибки

The Avener ft. Ane Brun — To Let Myself Go

      Я сидел напротив Джексона за его столом, в его кабинете, прожигая взглядом, а он в это время спокойно продолжал работать. Это выводило меня из себя. — Господин Ван, — сквозь зубы позвал я его. — Да-да, — поднял голову он, мило улыбаясь.       Я закатил глаза, нервно вздохнув и отвернувшись. Усмехнувшись надо мной, Джексон продолжил свои дела.       И как этот человек мог так поступить?! Я пришёл увольняться, а он перевёл меня к себе. Как это понимать? Кто-нибудь знает? Вот и я не знаю.       Безусловно, я бы мог спокойно уйти, но, когда пришёл домой и рассказал всё Ёндже, он начал угрожать мне тем, что если посмею уволиться сам, то он прибьёт меня. Сначала я не воспринял его слова всерьёз, но Ёндже начал реветь и так напугал меня, что у меня не осталось выхода кроме как работать вместе с Джексоном. Но сдаваться я, конечно, не собирался. Не сам уволюсь, так заставлю Вана меня уволить.       Джексон попросил меня принести ему кофе. Теперь я был у него вроде секретаря, но вроде и на побегушках. Моей задачей было выполнять его мелкие поручения. Ну что же, я выполню всё на «высшем» уровне. Он ещё пожалеет о своём решении. — Вот ваш кофе, господин Ван, — заходя в кабинет и ехидно улыбаясь, сказал я.       Джексон неодобрительно смотрел на меня. Я подошёл прямо к нему и протянул поднос с чашкой. Ван поднёс руку к ней, но тут я «случайно» обронил кофе на него. Джексон вскочил со стула, закусывая руку, дабы приглушить боль от кипятка. — Ой, извините, я такой неуклюжий! — Сказал я с сарказмом, пытаясь сдержать смех. — Марк! — указав на меня пальцем, крикнул Джексон. — Да, господин Ван? Вы что-то хотите сказать? — улыбаясь, спросил я. — Нет, — прошипел Джексон и ушёл в уборную.       После его возвращения, я сидел у него за столом, ожидая следующих указаний. Он был зол на меня, но при этом сдерживался. Интересно, на сколько его хватит? Я посмотрел на него. Его лицо сделалось спокойным. И тут мне стало немного страшно. Око за око. А вдруг он мне отомстит? Такие мысли забили мою голову.       Джексон сел за своё место и стал на меня смотреть. Я глядел в окно, стараясь не замечать его взгляда. — Марк, — нежно произнёс он.       Я нервно сглотнул. — Да? — Займись-ка письменной работой. Держи, — он дал мне целую груду бумаг, — заполни их все до конца сегодняшнего дня. — Вы серьёзно? Я и за неделю не справлюсь! — возмущался я. — Правда? Ну тогда воспользуйся магией. А я пойду домой, — он встал со своего рабочего места и стал одеваться. — Но ведь рабочий день ещё не закончился? — Но не могу же я продолжать работу в таком виде? — он указал на свою одежду, на которой были следы кофе. — Удачной работы. Надеюсь, ты справишься быстро.       Чёрт! Он всё-таки отомстил мне! Здесь так много бумаг, и как я должен всё это сделать? Я что — волшебник? У меня нет магии! А ещё я ношу ребёнка! Разве можно нагружать работой беременного человека? Как бы я ни ныл, это не поможет. — Придётся выполнять… Ох, мой глупый мозг.       Я бы сидел там целую вечность, если бы на помощь ко мне не пришёл Инхо и пару моих коллег. Они все обсуждали то, какой изверг господин Ван, но они не знали, что причиной тому был я и разлитый мною кофе. Правду знал только Инхо.       В 11 вечера я наконец-таки прибыл домой. Завалился на кровать и сразу же заснул. Следующим утром я решил не выводить его из себя таким способом. Мне надо быть умнее. Я решил косячить, но убирать за собой следы. — Здравствуйте, господин Ван, — весело и протяжно произнеся это, вошёл в кабинет. — Чего это ты такой радостный? — посмотрел он на меня. — Просто так, хы~ — Ты слишком странный, — сказал он, окинув меня взглядом и поправив свой галстук.       Джексон вновь попросил меня принести ему кофе. Я послушно выполнил эту просьбу. Так же, как и вчера подошёл к нему, протянув поднос. Ван сначала было хотел уже сам взять чашку, но потом одёрнул руку. — Поставь на стол, — сказал он.       Я сделал. Джексон ухмыльнулся, взял кофе и отпил его. Но тут же его лицо скривилось. — Что это?! — свирепо спросил он, указывая на стакан. — Кофе, — сказал я. — Он солёный! — Правда?! — я взял и немного отпил. Моё лицо также скривилось. — Простите, видимо, я перепутал сахар с солью. Сейчас же всё исправлю!       Джексон остановил меня и сказал, что не стоит. Он был спокоен, не злился на меня. А я в это время внутренне злорадствовал. Я обманул демона. Специально подмешав соль, сделал вид, что отпил, но на самом деле и кончиком губ не дотронулся до этой ужасной воды. И при этом не получил какого-либо наказания. Из меня отличный актёр.       Всё остальное время я просто сидел в кабинете и читал книги, наблюдая за работающим Джексоном. К нему постоянно кто-то приходил, он всё время что-то писал, принимал звонки из разных стран, разговаривая на различных языках.       В моём воображении я себе не так представлял директора крупной компании. Я думал, что такие люди просто сидят в своих кабинетах, в удобных креслах, и тихонько попивают кофе, смотря телевизор. А на самом деле директора пашут ещё больше рабочих, да и стресса у них больше.       Джексон был настолько занят и погружён в работу, что не заметил как я вышел из кабинета и принёс ему и себе кофе. — Господин Ван, ваш кофе, — положив рядом с ним чашку, произнёс я. — Что? Кофе? Но я ведь не просил, — он отвлёкся и посмотрел на меня. — Вы так усердно работаете. И я подумал, что вам необходимо передохнуть пару минут и выпить чашечку бодрящего напитка. Попьёте со мной кофе? — спросил я.       Джексон качнул головой в знак согласия и отпил глоток. — Ммм… Действительно вкусно.       Я улыбнулся. На минуту мы смолкли. — Как твой малыш? — спросил Джексон. — Спасибо, всё хорошо. — Работа тебя не перегружает? Ты не устаёшь? — Нет, что вы. Наоборот, я бездельничаю, пока нахожусь здесь. — Вот и хорошо. Отдыхай, пока есть возможность.       И с чего вдруг такая забота? Вновь его это поведение. Что будет дальше? Он снова оттолкнёт меня? Я опять не понимаю его и его поведения. — Господин Ван, можно вас попросить кое о чём? — О чём? — Не заботьтесь обо мне. Я могу неправильно вас понять.       Джексон промолчал. — На сегодня твой рабочий день закончен, Марк. Можешь идти домой, — сказал он, допив свой кофе, и вышел из кабинета.       Я оделся и направился домой. Пока шёл, раздумывал о сегодняшнем дне. Под конец рабочего дня я пошёл против своих принципов. Я должен злить Джексона, а не готовить ему вкусный кофе и заботиться. Система дала небольшой сбой, но впредь этого не повторится.       Последующие несколько дней, я всё время что-то вытворял, но так извинялся за свои проступки, что мне всё прощали и я выходил сухим из воды. Но результата не было. Как бы я не злил Джексона, он всё равно оставался спокойным как удав. Однажды он сказал мне: — Марк, у меня очень много терпения, тебе не удастся вывести меня из себя, можешь не стараться.       Это уже начало меня раздражать. Какой-то обратный эффект. Он как будто отражает мои удары, и в итоге всё достаётся мне. Несправедливо. Я решил стать более дерзким с ним. — Джексон. Отныне я буду называть тебя только по имени, — заявил я ему, придя на работу. — Хорошо, я согласен, — спокойно ответил он, даже не смотря на меня. — Но это ведь неуважение к тебе! Ты всё ещё не хочешь меня выгнать? — начал возмущаться я. — Нет, не хочу, — продолжая заниматься своими делами, всё так же спокойно ответил он. — Почему? — Если тебе так удобнее меня называть, то называй. Я не против. — Но ведь другие же так тебя не называют! — Считай это моим подарком тебе на Новый Год.       Я обиженно надул губы и принялся доставать его вопросами, где постоянно произносил его имя. — Джексон, хочешь кофе? — растянуто произнеся его имя, спросил я. — Нет. — Джексон, ты не устал? — сделал особый акцент на его имя. — Нет. — Джексон, тебе нравится мой наряд? — с паузой после имени. — Н… Да, — он немного запнулся, привыкнув отвечать «нет». — Джексон, тебе нравлюсь я? — Да, — чётко и без колебаний ответил он.       Я не ожидал такого ответа. Я и сам не понял, что спросил, а тут такое… Это поставило меня в ступор. Удивлённо посмотрел на него. — Что? — недоумевал я. — Что? — Я…нравлюсь тебе? Правда? — я не верил своим ушам. — Конечно, — он отвечал без единой запинки, — ты хороший работник, как ты можешь не нравиться директору, если отлично выполняешь свои обязанности?       Так вот, что он имел ввиду. — Да… Вы правы… — с ноткой грусти произнёс я.       Мне уже не было весело доставать его. Я смолк, усевшись на стул и смотря куда-то на пол.       Я такой глупец! И как я мог подумать, что это правда? Как мог допустить хотя бы малейший намёк на это? Этот человек, давно показал свою позицию по отношению ко мне. Я лишь работник. Всего лишь хороший работник. Разве такой как я может нравится директору? Да ещё и директору нашей компании. Безумие. Как я сразу не догадался? Дурак… Глупый, наивный простак… — Ты чего затих? — смотря на меня, спросил директор, вернув меня в реальность из моих мыслей. — Просто… задумался, — ответил я, выдавив из себя улыбку. — Что-то не так? — директор начал разглядывать моё лицо, но я отвернулся. — Нет, всё хорошо. Мне просто надо в уборную, — сказав это, встал и вышел из кабинета.       Я вошёл в уборную, включил воду и застыл, смотря на кран. И почему всё так сложно? Теоремы в геометрии и то легче, чем это… И вот теперь думай: то ли жизнь сложная, то ли Джексон сложный. Лучше бы он меня домой отпустил. Всё равно работы нет, сижу бездельничаю, скучно, заняться нечем, а сейчас я и вовсе не смогу там сидеть, а в уборной провести ещё половину дня — не вариант… — Марк…       Я дёрнулся от внезапного голоса позади и ударился рукой о раковину. Схватившись за больное место, посмотрел на виновника. Это был Джексон. — С тобой всё нормально? Несильно ушибся? — обеспокоенно спросил он. — Извини, я не хотел тебя напугать. — Ничего. Директор, что… вы здесь делаете? — А… я… это, — он начал запинаться, его глаза забегали, — сегодня ты можешь уйти пораньше. — Что? Ты отпускаешь меня? — Моей радости не было предела. — Да, можешь идти. — Спасибо, Джексон, спасибо! — Весело проговорил я и убежал одеваться.       Неужели боги услышали меня? Я так счастлив. Не придётся сидеть здесь в неловкости!

***

      Тогда я ещё не подозревал о том, что эти боги станут слышать меня слишком часто, и это будет серьёзно доставать. В этом мире делается хоть что-то в пользу меня? Поначалу я считал счастьем тот факт, что Джексон стал понимать меня, мои внутренние желания, но потом… Но потом мне стало страшно вообще думать, потому что стоило мелькнуть хоть какой-нибудь маленькой мысли с желанием, так оно сразу исполнялось, причём только в том случае, если желание было связано напрямую с Джексоном. Из-за этого я стал дёрганым и, когда Ёндже будил меня во сне по каким-либо причинам, то вставал с возгласом: «Я не думаю о желаниях с Джексоном!» Не самый лучший расклад…       Каждый день на работе был для меня испытанием. Ведь невольно мысли с желаниями всё-таки бессовестно забирались в мою голову. Иногда это играло мне на руку, а порой это только злило…       Дабы не надумать ничего лишнего, я старался загрузить себя работой. Так как у Джексона было мало поручений, я брал с собой учебники и решал разные задания, тесты. Это помогало. Однако, когда я отвлекался от обучения, то мои мысли были об отдыхе и об ароматном кофе. Угадайте, кто появлялся в эту самую секунду? — Марк?! Не желаешь выпить чашечку кофе? — сказал Джексон, когда я вновь совершил оплошность и пожелал этого. — Дурак, — шёпотом произнёс я, казня себя за неосторожность. — Что? — Не, ничего. Я с удовольствием попью кофе с тобой.       Таким образом, я стал очень часто перекусывать вместе с Джексоном. Но не могу сказать, что мне это не нравилось. Наоборот, мне было хорошо с Джексоном. Я сближался с ним, узнавал многое, часто видел его улыбку, слышал его смех — всё это радовало мою душу. Думаю, что маленький Мёрфи также был счастлив от времяпровождения со своим отцом, потому что в те моменты, когда я находился с Джексоном, он был на удивление очень спокойным.       Однако, такое расположение совсем не нравилось Инхо. После того, как меня перевели к Джексону, он стал дёрганым, часто злился и возмущался. Инхо постоянно заглядывал к нам в кабинет, но, видя то, как хорошо нам с Джексоном, уходил в нервном состоянии.       Я пытался с ним поговорить, объяснить, что всё не так, как он думает, но это было бесполезно. Инхо не хотел меня слушать. Он не был дураком и прекрасно понимал, что все мои слова успокоения — ложь.       Как-то раз под конец рабочего дня Инхо завалился в кабинет директора пьяным. В это время я помогал Джексону разложить папки в шкафу. Наши руки часто соприкасались, и в какой-то момент Ван взял меня за руку. И именно в эту секунду ввалился Инхо. Я быстро отдёрнул руку, но это не ушло от глаз моего парня. — Так вот чем ты тут занимаешься, Марк. Пока твой парень работает, ты тут заигрываешь с директором! Молодец, ничего не скажешь, — басом говорил он мне. — Инхо, давай поговорим позже, — я пытался вывести его из кабинета, но он оттолкнул меня и продолжил. — Ты хочешь сказать, что это не так? Марк, да вся компания уже жужжит о том, что у вас двоих большая и чистая любовь! И как я должен реагировать? Стоять в сторонке, говоря, что это не так? Знаешь, Марк, я давно хотел тебе кое-что рассказать. Но не решался, думал, что ты влюблён в меня, что это будет для тебя большим ударом и что ребёнок из-за этого пострадает. Но теперь я вижу, что сейчас самое время вывести всё на чистую воду.       На минуту Инхо замолчал. Но потом продолжил свой гневный монолог. — Я ненавижу тебя, Марк. Ненавижу тебя и твоего жалкого ребёнка! Я никогда не любил тебя, для меня ты был лишь жалким человеком, на которого без слёз не взглянешь! Таких, как ты, не любят, в таких не влюбляются.       Для меня это было потрясением. На моих глазах тут же стали выступать слёзы. — Как ты смеешь так говорить о своём ребёнке? — вступился за меня Джексон.       Инхо истерично засмеялся в ответ. — Моём ребёнке? Моём? — он всё никак не мог остановиться смеяться.       После того как успокоился, он посмотрел на Джексона. — Директор, вы прекрасны… Вы мой ангел, моя муза, моя любовь! Я так люблю вас! Я вами восхищаюсь… Вы — единственная причина того, почему я был рядом с Марком. Я видел, что вы хорошо общаетесь, что вы близки и меня съедала зависть, ревность, это ужасное чувство заполнило моё сердце. Я поступил плохо, но только ради вас… Вы…примите мою любовь? — его глаза наполнились слезами, он упал на колени перед Джексоном, смотря на него жалобным взглядом.