This is war

POV Jesse Не знаю, сработает ли мой план, но очень надеюсь. Возможно, эта дурацкая статья и не станет поводом для расставания, но точно рассорит Зака и Мелиссу. Зак не поверил мне, конечно же, но я и не рассчитывал, что он с первого раза примет все за чистой воды правду. Однако эта вода камень точит. Он мальчик с активно развитым мыслительным процессом, и каждая секунда будет заставлять его сомневаться в святости Мэл. Но, скорее всего, Морис сможет доказать, что она не причастна к этой грязной статейке, и Зак, рассыпаясь в миллионах извинений, помирится с ней. Или, что вероятнее, он растает без всяких доказательств. Просто потому что любит. И потому что поверит ей на слово. С положительным исходом кажется, что вся эта затея является глупой и не имеющей смысла. Однако посмею опровергнуть данное предположение, потому что, какой бы сухой из сложившейся ситуации Мелисса не вылезла, в сердце моего Зико все равно поселятся сомнения на ее счет. А мне это и нужно. Очередной гениальный шаг - подставить врага. Я заставлю Эбелса смотреть на персону Морис другим взглядом, уже не таким влюбленным. Я даже представляю, как в эту секунду Зак выясняет отношения со своей драгоценной Мэл. Она с огромными глазами стоит (или сидит, может, даже и лежит, не знаю) и не может понять, в чем ее обвиняет парень. Какая обида, наверное, схватила эту сучку за горло и крепко держит, потихоньку душа. Мелисса пытается оправдаться, но Заку эти все слова кажутся пустыми, ненастоящими. Лживыми. Хотя и искренность в глазах девушки кажется явно неподдельный, Эбелс предпочитает не обращать на это внимания, ведь он уже почти на сто процентов уверен, что дурацкая статья - ее рук дело. Даже не смотря на то, что буквально еще часа три назад, увидев ее в студии, он не поверил. Мелисса начинает рыдать. Ну, возможно, точно не могу утверждать. Зак смеряет ее брезгливым, до мозга костей пробирающим взглядом и уходит. А потом понимает, что должен с кем-то поговорить. Вот, как я и говорил, он звонит мне. Прямо сейчас, в эту секунду. А я с довольной улыбкой пялюсь на айфон и понимаю, что снова одержал маленькую, но победу. - Зико? - мой голос звучит обеспокоенным. - Джесс, мне плохо. Ты мне нужен. Мой рот растягивается так, что все тридцать два зуба оголяются. Они тоже сверкают, как и мои глаза, от радости. Кажется, я весь свечусь от дикого восторга. Но пытаюсь спрятать свои истинные эмоции, и тихо, но внушающе произношу: - Я тебя жду. Зак скидывает, и по ушам бьют короткие гудки. Через полчаса он уже будет у меня весь расстроенный и едва ли не плачущий. Это словно смертельный удар для него, и сейчас другу требуется срочная помощь, чтобы спасти. И кто окажет ему ее? Правильно, я. Эбелс действительно заявляется ко мне жутко опечаленным, даже мрачным. Его голова опущена все время вниз, губы плотно сжаты, брови нахмурены. Он весь мокрый, ведь сегодня целый день льет дождь не переставая. Я боюсь начинать с ним разговор, а потому молча сниманию с него куртку и вешаю ее сушиться. Усадив парня на стул, я сажусь перед ним на корточки и расшнуровываю его мартинсы. Сняв с друга ботинки, аккуратно отставляю их в сторону. Зак на меня совсем не смотрит, он понур и бледен. Я все так же без слов приношу водку и протягиваю ее Эбелсу. Залпом он пьет прямо из бутылки, и в один момент я просто начинаю бояться, что за раз он сможет влить в себя смертельную дозу. Отобрав алкоголь у парня, я сам делаю несколько глотков. В спальне Зак тихо присаживается на край кровати и продолжает молчать. У нас обычно все шло по двум сценариям раньше. Первый: Эбелс заявляется ко мне со слезами на глазах, сходу выдает все свои проблемы, потому что где-то уже успел неплохо надраться, а потом мы всю ночь лежим и молчим. Он размышляет, а я просто наслаждаюсь чудесным моментом и интимностью обстановки. И другой вариант: он заявляется молчаливым и печальным. Я напаиваю его тем, что у меня есть дома, а потом он начинает трещать без умолку. И снова целую ночь мы проводим вместе. Но он никогда не плакал передо мной, лишь пускал нюни. Этот вечер принадлежал ко второму типу развития событий, и я был не против. Сейчас мой Зико разогреется и выложит мне все. - Она с таким искренним видом говорила, что это не ее статья, Джесси... - жалобно начинает шептать друг. Вот-вот, я так и знал! Я же говорил, что он может в какую-то секунду поверить ей! - А что ей оставалось? - я говорю это, чтобы вернуть Заку на секунду исчезнувшее отвращение к Мелиссе. - Не признается же она, что это ее писанина. - В первый раз мы поссорились этим утром. Представляешь, первый раз за все время наших отношений! Она говорила, что ты все это специально подстроил с Кайлой, чтобы насолить ей. Но я не поверил в это, Джесси, я тебя защищал. Потому что я знаю, что ты так не сможешь сделать. Ты хоть и мудак, но не последний, - в эту секунду меня пробила легкая дрожь, появившаяся от больного укола совести.- А потом я пришел к ней час назад и добил новым скандалом. Теперь мы точно поругались надолго. Может быть, и навсегда. Если эта статья действительно ее, то нам придется расстаться. Я не смогу делить свою жизнь с человеком, который в любой момент может воткнуть мне нож в спину. Так тихо и аккуратно. Только вот как мне узнать правду, Джесси? Черт, а что, если всплывет информация о том, кто настоящий автор? Нет, такого быть не может, потому что я все делал слишком аккуратно. Зак не узнает о том, что это все написано мной и подписано именем, похожим на Мелиссино. Точнее, эта Мэлмор - неизвестный объект, и нельзя утверждать точно, если подумать логически, что это именно она написала все это дерьмо. Однако вызывает подозрения, не так ли? - Эй, Джесс, ты тут? - я почувствовал толчок в плечо. - А, что? - встряхнул головой я. - Прости, просто задумался о... О том, как нам раскрыть правду. - Может быть, написать в это интернет-издание? Или позвонить? - начал размышлять Зак. - Стой, у них же по-любому есть свой офис, надо сразу туда ехать! Эбелса будто осенило, он даже вскочил с постели, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Нет, это плохая идея, Зико. Очень плохая. А хотя... там ему все равно правды не скажут, потому что, для начала, не имеют права распространяться. Так что пусть едет хоть к черту на кулички - все равно не узнает, кто написал эту статью. Уж я об этом хорошенько позаботился. - Разерфорд, ну чего ты молчишь? - затормошил меня друг. - Вставай, поехали прямо сейчас! Зак рванул в коридор, и по характерному шуршанию я понял, что он нацепляет на себя куртку. Господи, ну куда он собрался? Вот же двинутый. Чтобы остановить этого дебила, мне пришлось поспешить вслед за ним. - Ты видел, что там на улице творится? Ты же весь мокрый до сих пор, еще заболеть не хватало! Тем более ты пьян. - Ничего я не пьян, - громко возразил друг. Я хохотнул: - Да, пока. Алкоголь еще не начал действовать, но буквально через минут двадцать от такого количества залпом выпитого тебя нехило развезет. И представь, что о тебе люди подумают? Какой-то алкоголик приперся и требует выдать имя автора. Знаешь, я бы такого даже на порог не пустил, уже не говоря о том, чтобы вести с ним нормальную деловую беседу. Зак замер и немного призадумался. Кажется, мои слова положительным образом смогли на него подействовать, заставив пораскинуть мозгами еще раз. И видя до сих пор томящееся в глазах парня сомнение, я решил добить его. - Да и уже вечер. Скорее всего, к тому моменту, как ты доедешь, офис закроется. Навряд ли охранник в курсе дел и захочет тебе все выложить за чашечкой чая, предложив к напитку еще и шоколадные маффины. - Черт, ты прав, - опечаленно склонил голову друг. - И что делать? - Ну, для начала немного расслабиться и отпустить ситуацию. Хватит думать об этом дерьме, утро вечера мудренее. Вот завтра на свежую голову и обсудим все. А сейчас давай разберемся с той водкой, что у нас пока имеется, и вспомним старые времена. Ты ведь раньше часто ко мне так заявлялся. Или я к тебе. Я понял, что настал момент действовать. Подходя все ближе к парню, я лукаво начал на него посматривать. Сняв во второй раз за эти полчаса с него куртку, я уже не повесил, а куда-то ее кинул, продолжая смотреть в родные глаза. Зак замер, словно его тело было не в состоянии двигаться. Я обратился к своей любимой тактике - мягкое прикосновение моей руки к его. - Давай, пойдем. Помнишь, как нам всегда было классно вместе. Разве ты не желал этого вернуть? - я наклонился к уху парня. - Вот я очень хочу повторить это снова. И мой Зико поддался. Он расслабился, прикрыл глаза и пошел за мной. Мы с ногами залезли обратно на кровать, не забыв прихватить с собой бутылку водки. Теперь она шла медленно и понемногу, даря нашим телам ощущение свободы и легкости. Но даже не алкоголь помогал мне чувствовать себя так прекрасно. Это делал Зак. Осязая его тепло, ненавязчивое прикосновение руки, так громко бьющееся сердце, я млел. Мне было безумно хорошо, что даже не верилось, что все это было в реальности. - Ты настоящий? - вдруг начал щупать меня Эбелс. Кажется, не один я усомнился в подлинности происходящего. Мы засмеялись, в упор смотря друг на друга. Потом Зак нервно вздохнул. - Я так боюсь очнуться и понять, что это был лишь сон. Много раз за эти полгода мне снилось, что мы с тобой как всегда сидим вместе, дурачимся, пьем. И я чувствовал себя таким счастливым, как никогда. А потом просыпался и бился в дрожи, охватывавшей мое тело. Сворачивался в калачик и скулил до утра, пока не наступало время подниматься. Ком встал в горле, затрудняя дыхание. Причиной этого всего был лишь я. Это я сначала подпускал его к себе слишком близко, а потом резко откидывал на сотни километров назад. Давал ему возможность быть с собой, затем вышвыривал прочь, словно ненужного маленького котенка. Я знаю, со мной творилось какое-то дерьмо, но отныне не хочу делать подобного. - Зико, я обещаю, что этого не случится снова. Ты больше не будешь просыпаться посреди ночи. Разве только от моего веселого и пьяного крика. Реального, наяву, не в твоем сне. Зак опустил голову, глубоко дыша. Я видел, как его грудь медленно вздымалась и опускалась. Мне захотелось прижать парня к себе. Я знаю, что он до сих пор не верит в то, что я стал прежним Джесси. Он все еще сомневается и не позволяет себе раскрываться так, как делал это раньше. Но я докажу ему. - Мне не хватает тебя, Джесс. - И мне тебя, мой милый Зико. Я все-таки осмелился и притянул Эбелса к своей груди, обхватив его тело обеими руками. Зак подчинился и крепко прижался ко мне. Он почти что залез своей задницей ко мне на колени, свернувшись в мягкий и теплый клубок. Эта была первая ночь без Клэрис. Сегодня она не приходила ко мне. Надеюсь, сейчас она мной гордится.