This is war

POV Jesse - Милый мой Зак, прости меня, я такой идиот. Прости, если ты еще готов делать это в очередной раз. Черт, нет, не так. Я не могу извиняться перед тишиной своей палаты. Слова не идут, когда я не вижу того, перед кем должен ползать на коленях, вылизывая пол. И вообще, это выглядит довольно странно со стороны: лежит парень, на голове которого гнездо из запутанных отросших волос с некрашеными черными корнями, корчит лицо и говорит сам с собой. Или же с невидимым другом, это кто как может для себя решить. Но в итоге все вынесут всё равно один приговор: психически болен. Нет, я и не отрицаю, что болен, но не до такой степени. С галлюцинациями пока не разговариваю, и на том спасибо. Хотя, наверное, было бы неплохо, чтобы иногда они меня навещали, а то совсем грустно здесь лежать одному. Я даже уже привык к этой мерзкой вони в больнице, но это далось мне с большим трудом, если сказать честно. Иногда заглядывают ребята, но я почти с ними не говорю. Они, наверное, решили, что я не рад их компании, и потому не сидят со мной сутками, чтобы не напрягать своим присутствием. На деле же мне так хочется с ними поговорить по душам, повеселиться и расслабиться, но я не могу. Тупо из-за чувства стыда, которое я испытываю уже как дней пять, с того момента, как Майки обозвал меня эгоистом и испарился. Я ведь и правда тварь последняя, и я это понял. Но извиниться нормально перед парнями все равно не могу, мне страшно посмотреть им в глаза и наткнуться на безразличие и холод, которыми так пестрил я. Знаю, что они улыбнутся от всей души и простят меня, однако сил просто сказать это все-таки пока не имею. Хватит, надо взять себя в руки, собраться с мыслями и прямо в следующее их посещение попросить прощение. И еще как-то увидеть Мелиссу и тоже извиниться, ведь это она открыла мне глаза на правду. Хотя я и до этого понимал, что чрезмерно эгоистичен, но бороться с этим едва ли хотел. Парни действительно быстро растаяли, даже не дав мне договорить свою страдальческую речь до конца. Они совсем не держали на меня зла, потому что привыкли к жуткому характеру своего любимого вокалиста. Брэндон, что стало для меня большим удивлением, чуть даже не расплакался от такой трогательной атмосферы. Майки глубоко вздохнул и обнял меня настолько крепко, как ему позволяло сделать это мое лежачее положение. Джереми был как обычно отстраненным, но я видел в его глазах теплоту. Для полного счастья не хватало самого главного человека - Зака. Ребята сказали, что они до сих пор не знают, где он находится, потому что Эбелс так и не связался с ними, а сами они это выяснить не могут. Но я скажу, что звучало бы гораздо точнее не "не могут", а не хотят. Все знают, что с нашим Зико все хорошо, ему просто нужно время. Нет смысла тормошить его, поднимая на уши полицию или даже какие-нибудь спецслужбы. Но мне все равно безумно хотелось увидеть его поскорее. Если бы Эбелс был рядом, то мое выздоровление проходило бы гораздо быстрее, я уверен. Он будто лечит меня одним своим присутствием, ей-богу! Однако жаловаться на скорость, с которой я шел на поправку, мне было бы грешно. С того момента, как мир с парнями был налажен, меня словно какие-то высшие силы наградили сверхспособностью быстро восстанавливаться. Буквально еще через пять дней врач заглянул ко мне в палату и сообщил, что уже можно выписываться. Я дико обрадовался такой новости и готов был уже выпорхнуть прямо в ту секунду. По случаю моего возращения к нормальной жизни в голову Фрида пришла идея замутить домашнюю вечеринку с самыми близкими людьми. Я подумал, что эта туса могла бы стать отличным поводом, чтобы встретиться с Мелиссой и очистить свою душу еще немного. Чиста до конца она будет только тогда, когда Зак тоже простит меня. Морис пришла, и я был благодарен ей уже за это. Она могла бы и отклонить приглашение, ведь последняя наша встреча была не самой приятной. Да что там говорить, я вообще с самого начала был далеко не любезен с Мэл. Она могла бы меня ненавидеть так же яро, как это делал я, но все-таки она не такая. Не знаю, как бы повел себя я в ее положении. Навряд ли нашел бы в себе силы простить того, кто надо мной откровенно издевался несколько месяцев. Однако она нашла, придя ко мне с желанием помириться тогда в больницу. Какой же я был идиот, что отвергнул бедную девушку. Но если бы она не высказалась, а я бы не полежал и не подумал, то навряд ли бы пришел к тому, что сейчас имею в своей голове. Я весь вечер собирался с силами, чтобы просто подойти и сказать ей, но не мог никак решиться. Иногда я чувствую себя такой тряпкой. Особенно, когда дело доходит до подобного. Как кричать и унижать, так я всегда готов, а как за это просить прощение, так сразу в кусты. В этом весь я. Следил за Морис на протяжении целой вечеринки, выискивая подходящий момент. Она чувствовала себя немного неуютно, я видел это по ее глазам, хотя Мэл всегда была как рыба в воде в нашей компании. Но сегодня ей, видимо, было не по себе. Может быть, оттого, что сам ублюдок Разерфорд позвал ее на свою тусовку. Или потому что я был с ней доброжелателен и приветлив, что было мне ну никак не свойственно. Она все ждала подвоха, иногда поглядывая с опасением. Однако никакой гадости в этот раз я мутить не собирался, Мелисса лишь напрасно волнуется. Наверное, я так долго ждал подходящего момента, что стало поздно. Мэл, выпив рюмку водки и даже не закусив, осмотрелась, вздохнула и села на диван. Я отвернулся обратно к Майки и Лорен, когда она подошла ко мне и тихо прошептала на ухо, что уходит. Даже не успел моргнуть глазом, как девушка уже испарилась. Черт подери, вот же какая ловкая! Никого не предупредив, я схватил куртку и тихо испарился. Они не заметят, что меня нет, потому что народу и так достаточно. Одним больше, одним меньше - неважно. Мне повезло, что Мелисса, покинув подъезд, шла довольно медленным шагом. Я понял, что она направляется к пляжу, который был недалеко от моего дома, и словно настоящий преследователь аккуратно двигался по пятам за Морис. Она опустилась на песок и, уткнувшись подбородком в колени, стала смотреть вдаль. Солнце уже всходило. Вода огромными потоками, разбушевавшись, била о серые скалы. Этот шум всегда меня успокаивал и помогал очисть голову от целого мира. Наверное, Мелиссу тоже, раз она пришла именно сюда. Я решился подойти, точнее сказать, бесшумно подползти к девушке и сесть рядом. Мы находились на расстоянии меньше метра друг от друга, и я слышал ее тихое дыхание. Эта тишина не давила на нас, но Мелисса все же поинтересовалась: - Ты часто здесь бываешь? - Достаточно. На том и кончился наш диалог, и дальше мы просто молчали. Мэл опустилась на землю всем телом и закрыла глаза. Вслушиваясь каждый раз в грохот, издаваемый океаном, я вжимал задницу в пока еще не прогретый дневным солнцем песок, распластав по нему ноги, и просто ни о чем не думал. Может быть, сейчас как раз именно тот момент, который я ждал целый вечер, но я не знаю, как лучше начать. - Мне было семнадцать, когда я встретил ее. Невысокая, черные длинные волосы, дерзкая и сумасшедшая. На лицо не такая уж и привлекательная, но для меня она всегда была самой красивой. Родители оставили ее на попечение бабушки, которая уже даже не могла ходить, когда девчушке было всего семь. Конечно, ей пришлось познавать жестокий мир благодаря улице. Мэл приоткрыла глаза и посмотрела на меня. Я же опустил голову и разглядывал мелкие песчинки, составлявшие этой необычайной красоты берег. Руки не могли успокоиться, теребя край футболки. Дыхание было спокойным, но иногда грудь вздымалась выше и сильнее обычного. Привстав, Морис сменила положение лежа на сидячее и тихонько дотронулась до моей руки, давая почувствовать, что я могу продолжить свой рассказ. Она поняла мои намерения и желала дать мне шанс очистить душу. - Клэрис, так ее звали, вырвала меня из мира серости, разукрасив все яркими цветами. Я познакомился с классными людьми, пробирающей до дрожи музыкой и наркотиками. Окончив школу, я решил продолжить образование, но дело почти не шло. Я не появлялся на учебе, все время проводя с ней. Тогда я встретил и парней. Три года мы жили с Клэрис то в дикой страсти, то в ненависти, то в обычной дружбе. Я не понимал, чего она хочет, но точно знал, что я просто хочу быть рядом с ней. Мэл молчала, внимательно меня слушая и изредка кивая головой. Ее лицо немного напряглось, видимо, в ожидании основных действий. - Мы вместе курили травку, я старался не баловаться чем-то посильнее. А вот она подсела на героин. Из-за этого пристрастия мы часто ругались, я хотел, чтобы девушка завязала. Но, кажется, ей было до лампочки на мое мнение. Клэр жутко меня бесила своими гребаными капризами, эгоистичностью и нежеланием начать новую жизнь. Я мечтал о нашей свадьбе, детях, доме, но для этого она должна была бросить употреблять. Сама понимаешь, героин оказался важнее. Я глубоко вздохнул, начав с большей силой дергать край своей футболки, выглядывающей из-под куртки. Прикрыв глаза, я собрался с мыслями и решил продолжить рассказ. - Я хотел обеспечить нас, делал для этого все возможное, но Клэр никогда этого не ценила. Все, что ей было нужно в последнее время от меня, так это лишь деньги на наркоту. Я не отваливал ей бабло и даже боялся узнать, где она все же его находила. Но я все равно догадывался, ведь это слишком просто. А однажды мы жутко поругались, я выгнал ее из квартиры, которую снимал на последние и единственные деньги, подрабатывая на разных тяжелых физических работах. Клэрис разбила о мою голову вазу и сбежала. Мы не виделись месяц. Потом она все-таки пришла сама. Ей было так плохо. Говорила, что не может жить без меня, но я видел, что это была всего лишь ломка от отсутствия дозы, а не искренняя тоска по мне. Откашлявшись, я достал сигарету и закурил. Серые клубы дыма стали кружить перед нами, окутывая и погружая в другую атмосферу. Я закуривал нервно, часто и много, а потом выталкивал из легких эту пелену. Мелисса съежилась от подувшего морского ветерка, который начал разгонять дым, и потерла холодными ладонями о голые плечи. Смекнув, что девушка замерзла, я снял с себя куртку и накинул на нее, не принимая никаких отказов. - Я боялся, что в один день она просто вот так возьмет и покинет меня навсегда, даже не попрощавшись. Чувствовал, что конец близок, и решил терпеть все ее загоны. Был рядом, когда она была на границе двух миров, крепко сжимая ее руку и обещая любить вечно. Думал, что это действительно конец. Но неожиданное чудо все перевернуло: Клэрис стала выкарабкиваться. Состояние улучшилось, она снова начала жить нормально. И тогда я решил, что это посланный нам свыше шанс начать все сначала. Однако все пошло наперекосяк опять. Она вновь увлеклась наркотиками, а я просто устал от этого. Мы разругались в хлам. Не хотел ее больше видеть. И девушка ушла. Я знал, что в этот раз она покинула меня с концами, отчего мне было безумно хреново. Но возвращать ее у меня уже не было сил, ибо все бы завертелось снова по одному и тому же кругу. Окурок выпал из моих рук, затушившись о песок. Прикусив губу, я закрыл глаза и начал улыбаться, погружаясь в приятные воспоминания. - Тогда парни помогли выбраться. Мне было уже двадцать, но я ничего не имел в этой гребаной жизни. Квартира съемная, работа непостоянная, девушка ушла. Были только они. И мы начали играть музыку. Все закрутилось, я погрузился в работу с головой. Боль вкладывал в песни, вытаскивая ее из себя. Мы добились такого успеха, о котором я даже не мечтал в детстве. Но больше я никогда не любил никого. Даже не могу сосчитать, сколько было девушек в моей постели. А потом я усмехнулся, вспоминая историю дальше по порядку. - Однажды, это было пару лет назад, я встретил нашего общего с Клэр друга, который сообщил мне, что ее больше нет. Это тоже, как и у меня недавно, была передозировка. Я знал, что все случится именно так, закончится вот таким вот дерьмом. Но мне все равно было в тот момент так плохо, потому что я не хотел верить в то, что жизнь человека, которого я так любил, все-таки оборвалась, - я замолчал. А затем, понимая, что в моем мире появляется другой персонаж, расплылся в нежной улыбке. - В тот вечер пришел к Заку. Не знаю, почему именно к нему, ведь мы никогда не общались до этого слишком близко. Хорошо, но совсем не так, как лучшие друзья. И Заку удалось помочь мне. Я тебе соврал, сказав, что больше никого не любил так, как Клэр. Потому что Зико стал для меня всем с тех пор. Девушка с пониманием заглянула в мои глаза. Она не понаслышке знает, какой Эбелс идеальный. Ведь он тоже огромная часть ее жизни, любимая ее часть. Наверное, я слишком сильно ревновал Зака к Мелиссе, и оттого и невзлюбил ее. Мне казалось, что Мэл может отобрать у меня моего мальчика, а я бы этого не пережил. Хоть она и не собиралась так жестоко обходиться со мной, я не понимал этого. Ведь сначала я просто насторожился, но тут подключилась Клэр, которая стала внушать мне, что Морис хочет увести Зака. Да, так и получилось, что я начал войну с Мэл. - Ты, вероятно, думаешь, зачем я рассказал тебе все это? - засмеявшись с долей истеричности в голосе, поинтересовался я. Мелисса пододвинулась еще ближе и по-дружески обхватила правой рукой меня за плечи, крепко прижавшись. - Просто я отчего-то понял, что могу довериться. Весь вечер я смотрел на тебя и думал о том, как было бы лучше извиниться за все то зло, что я тебе причинил. И когда ты тихо смылась, я решил, что не могу упустить момент, я должен был это сделать именно сегодня, - я замолк, опустив голову. Но потом продолжил, переведя дух: - Я не жду от тебя успокоений, какой-то поддержки или чего-то еще, Мэл. Я всего лишь хотел попросить прощения, в глубине души надеясь на то, что ты сможешь извинить меня, хотя и понимаю, что это очень трудно. Не знаю, почему я решился поведать тебе эту историю... Наверное, чтобы как-то оправдать свое мерзкое поведение. Затем я сплюнул на песок, выдохнул и резко поднялся. Взъерошив волосы на своей голове, я уверенной походкой пошел прочь, не дожидавшись ответа Мелиссы. Думаю, что сейчас ей нужно все хорошенько обдумать и решить, действительно ли она готова жить со мной мирно и делить одного Зака на двоих. А мне надо подумать о том, как существовать дальше.