Краеугольный камень

- Можно мне кое-что спросить? - говорит Гвен. Сибил отвлекается от "Суфражистки" и добавляет сахара в свой кофе. Гвен теребит перчатки - как всегда, когда нервничает. Ей так идут маленькая шляпка и светло-зеленое платье из ткани, которую Сибил подарила ей заранее перед Рождеством. Подарки слугам от всей семьи еще будут, но Сибил хотела сама подготовить сюрприз для Гвен, и радость на лице подруги стоила трудностей, связанных с тем чтобы тайком выбрать ткань. Сейчас Гвен выглядит намного лучше, чем дома в униформе горничной, когда всех боится и прячется как только кто-то заходит в комнату. - Что случилось, Гвен? Гвен опускает взгляд. - Простите, миледи... ой, черт... извини, Сибил... - она так вздрагивает, что Сибил начинает беспокоиться. - Я не должна об этом говорить, но я так волнуюсь... лучше спрошу. Сибил откладывает книгу в сторону и берется за кофе. - Так что же произошло, Гвен? У Анны и Бейтса что-то неладно? Или Томас узнал про твои собеседования и грозится еще кому-то сказать? - О господи, да нет же. Ничего такого, - Гвен краснеет по уши, но все-таки спрашивает: - Ты встречаешься с мистером Бренсоном? Сибил кашляет, поперхнувшись кофе. Гвен просит официантку подать воды, пока Сибил, краснея, откашливается. Только когда официантка уходит, они продолжают разговор. - Что? - спрашивает Сибил, сделав глоток воды. - Почему ты так думаешь? - Наверно, я ошиблась, миледи... Сибил. Я не должна была спрашивать. Но... - Но? Гвен до боли кусает губу. - Но вы так мило общаетесь, и часто ходите вместе в гараж... - Он просто учит меня чинить машину, я же рассказывала... - И в Рипон вы ездите вместе и надолго. - Он отвозит меня на встречи с подругами. - И... - Гвен снова смущенно умолкает. Сибил хмурится. - И?.. - Он... - Гвен вздыхает, - кажется, миледи, что вы ему нравитесь. Он ни с кем больше _так_ не говорит. И... Сибил, разве ты сама не замечала? - Что именно? - Он на вас так смотрит... - шепотом отвечает Гвен. - Будто кроме вас для него никого не существует. Еще хорошо, что он живет отдельно от остальных слуг и те на него не особенно обращают внимание, а так бы это заметил еще кто-то кроме меня. Вы ему очень нравитесь, миледи. Не просто нравлюсь, думает Сибил, вспоминая тот поцелуй в щеку. - А вы, миледи? - смущенно спрашивает Гвен. - Вы это замечали? Ей следовало бы испугаться, но она совершенно спокойна. Она делает глоток кофе и пробует печенье. Сейчас она просто ничего не чувствует. - Даже если это правда, почему ты думаешь, что мы встречаемся? - Сибил стыдно так говорить, но она продолжает: - Он ведь просто шофер. - Вы бы ни о ком из нас никогда так не сказали, - возражает Гвен. - И вы тоже на него смотрите, миледи. Я видела. И вы относитесь к нему по-особенному. Он что-то значит для вас. Сибил берет из сахарницы кусочек сахара и ложкой давит его на своем блюдце. - Простите, миледи, - тихо говорит Гвен. - Я не должна была спрашивать. - Нет, - отвечает Сибил. - Я не обижаюсь, что ты спросила. Бренсон и правда мне нравится. Но мы не встречаемся, Гвен... - она внимательно смотрит на подругу. - Мы же не должны... Гвен молчит, только осторожно прикасается к ладони Сибил. Сибил больно - почему она раньше об этом не подумала? Она не встречается с Бренсоном. Он шофер, а она - леди. Они не могут быть вместе - разве что только если Сибил оставит семью. Общество не одобрит их брак. И вдруг она понимает, что ей это уже всё равно.