Краеугольный камень

* * * Сибил думает, что всю жизнь будет благодарна Мэтью. Он ведь смог как-то так убедить отца, что ее волонтерство и стремление быть медсестрой - не самое худшее, что может случиться в семье. В Йорк ехать долго, три часа, но Сибил спокойна. Том не сказал ей ни слова с той минуты, как они сели в машину и покинули Даунтон. Она чувствует тяжесть на душе, и не уверена, ее это чувства или суженого. Но они это не обсуждают. Когда они прибывают в госпиталь и достают чемоданы из машины, Том приближается к Сибил и тихо говорит: - Два месяца... - Два, или, может, три, - отвечает Сибил. - Думаю, к апрелю я уже буду дома. Он кивает и поправляет шляпу так, чтобы та закрывала глаза. - Пожелаешь мне удачи? - спрашивает Сибил, и сама на себя злится за то отчаяние, которое чувствует. Том внимательно смотрит на нее, поправляя перчатки. - Конечно, я желаю вам удачи, - отвечает он с невероятным теплом в голосе. - Вы ищете свой путь в жизни, миледи. Желаю вам всей возможной удачи. Они смотрят друг на друга. - Мне пора, - с сожалением говорит Том. Сибил сжимает ручки своей маленькой сумочки сильнее. - Вас уже ждет старшая медсестра, миледи. Сибил оглядывается и видит, что у двери корпуса стоит полная женщина и смотрит на них, слегка постукивая носком туфли. Становится больно дышать. Сибил смотрит на Тома, и он протягивает ей руку. Сибил покусывает губы. Медленно, осторожно прикасается к его руке. Бренсон целует ей руку через перчатку. Даже сквозь ткань она чувствует тепло. Том отстраняется и направляется к авто. - Я... я напишу тебе, - говорит Сибил. - Обещаю, напишу... Том занимает место водителя и закрывает дверь. - Буду ждать, миледи. Она смотрит на "Рено", пока автомобиль не исчезает вдали.