Всегда со мной

- Мы на месте, сэр. - Спасибо, мне нужно еще минут пять. Чаевые на мини-баре. До свидания! - Спасибо, сэр! Хорошего вечера вам и вашей спутнице. Машина остановилась, моя голова так и лежала у Мэнсона на коленях. Надо же, водитель обратил на меня внимание. Я думала, что я для него просто приложение к звезде, типа бутылки спиртного или косухи. - Идти сама сможешь? - А ты понесешь меня, если не смогу? - А ты умеешь дерзить, значит? Я отнесу тебя до самого номера, если хорошо попросишь. Я решила лучше довериться своим ногам, чем даром убеждения, и сказала, что пойду сама. Я села, он протянул мне платье и помог надеть его. Я достала зеркало из сумки и стала приводить себя в порядок. Зрелище на любителя: в уголках глаз расплывшаяся тушь, на губах след от его помады (я свои губы не красила). Я посмотрела в сторону кабины. От водителя нас снова отделяло темное стекло. - Он не слышал ни единого звука и ничего не видел, пока я не опустил стекло. Оно звуконепроницаемое и затонировано с обратной стороны. Хотя он догадывается чем мы занимались. Ты готова? - Да. - Я оставлю его себе? - он поднял апостольник. - Да. - Я смотрю тебе понравилось говорить "да". Он лукаво улыбнулся, медленно вращая рукой, в которой держал головной убор. Я промолчала. Если меня выпорят еще раз, я, наверное, неделю не смогу сидеть. Мэрилин открыл дверцу, вышел и подал мне руку. Я ступила на землю нетвердыми ногами. На улице поднялся ветер и пошел снег. Он раскрыл свой плащ, который набросил на плечи перед выходом, подвинул меня к себе и приобнял так, чтобы я была закрыта плащом. Мы вошли в гостиницу, и я почувствовала себя неловко: я совершенно не соответствовала ее роскошному интерьеру в черном платье с чужого плеча. При этом все взгляды были обращены на нас: еще бы, такая скандальная личность впервые в стране, где всего каких-то 10 лет назад людям снова позволили верить в бога. Он провел меня мимо ресепшн, и на нашем пути возникла эффектная брюнетка с диктофоном, а позади нее был парень с фотоаппаратом. Мэрилин машинально поднял свой плащ, полностью закрыв меня от объектива, прежде чем щелкнул затвор. Я мысленно поблагодарила его: не хватало мне еще попасть на первую полосу в таком виде и компании. - Мистер Мэнсон, я из газеты «Аргументы и факты», как вы можете описать свои впечатления от пребывания в России? - Боюсь вы опоздали, - холодно, но вполне вежливо сказал он, - сегодня я достаточно общался с прессой. Теперь у меня есть важные дела. Знаете, не только бог спасает заблудшие души. Попробуйте завтра, перед концертом. Он прошел мимо, по-прежнему закрывая меня плащом. В лифте я спросила его: - Ты еще даже не дал интервью, а уже потешаешься над богом, с ума сойти! Что за заблудшая душа? Это я? - Конечно, я же спасаю тебя, - он отдернул плащ, но по-прежнему держал меня вплотную к себе, стоя за моей спиной. - От чего спасаешь? - Расскажу в номере, если не догадаешься. - Ты флиртуешь со мной? - Ты думаешь, нам нужен флирт? Не опоздали ли мы с ним? - он взял меня за грудь обеими руками, и я сделала судорожный вдох. В этот момент открылись двери лифта. Мы приехали. - Готов поспорить на сотню баксов, ты была бы готова провалиться под землю, если бы перед лифтом кто-то стоял и увидел нас. Я уж не говорю о людях, которые знают тебя лично. Тогда ты умерла бы прямо здесь, от сердечного приступа, а мне вместо концерта пришлось бы идти на твои похороны. - Ты бы пришел? - спросила я, засмеявшись. Чувства юмора ему было не занимать, хоть и шутил он в основном мрачно. - Конечно, я бы чувствовал себя отчасти виновным. Ну меня, конечно же, обязательно бы обвинили в смерти несчастной девушки. Но скорее ты придешь на мои похороны. Все придут, чтобы убедиться, что я умер. - Звучит как строчка из песни. - Да, нужно обязательно написать песню о своей смерти, пока я жив. Мы подошли к номеру. Он открыл дверь передо мной и пропустил вперед. Как причудливо: джентльмен, хватающий за грудь. - Снимай это платье и иди сюда, - сказал он, сев в кресло, - нам нужно поговорить. - Поговорить без платья? - Оно меня... отвлекает. Почему я даже не рассматриваю вариант поступить не так, как он говорит? Я сняла платье и направилась к дивану, стоявшему рядом. - Не-а, сюда, - он похлопал себя по бедру. - Ты была хорошей девочкой в этом году? - Теперь будем играть в Санту? - я села к нему на колени и обхватила за шею. - Хорошая девочка, которая дерзит. - он положил ладонь мне на плечо и стал теребить лямку бюстгальтера большим пальцем. - Мужчина, который открывает перед женщиной дверь после того, как облапал ее. И говорит, что спасает меня. - Ты догадалась, от чего? - Нет. - От скучной и правильной жизни. - То есть я правильная? Ответив "да" почти на все вопросы на твоей исповеди? - Милая, тебя ведь даже еще никто хорошенько не трахнул, ни один из твоих двух обожателей. - С чего это вдруг? - Ну например, с того, что ты кончила уже во время прелюдии? - Ну таких прелюдий у меня никогда не было. - Конечно, твой номер 2 только гладит и целует тебя, чтобы разогреть. Он бы не отшлепал тебя, даже если ты просила, а тебе раньше и в голову не могло прийти, что это может нравится, это просто не укладывается в рамки твоего мира. У вас с номером 2 прочные отношения и наверняка в будущем свадьба. Твоя мама души в нем не чает. Он такой хороший, что однажды ты решила ублажить его ртом в качестве подарка на день рождения или Рождество. - В нашей стране принято дарить подарки Новый год, этот праздник в России больше любят, чем Рождество. - поправила его я. Черт, я даже не стараюсь оправдываться, я только подтверждаю его правоту. - И я говорила мне понравилось. - Да, ты ведь делаешь приятно тому, кто хорошо к тебе относится, такая форма альтруизма. Мне, наверное, в качестве благодарности за творчество. Но ты не кайфуешь, как Линда из "Глубокой глотки". - Откуда? - Это уже ставший классикой порнофильм, который, как ни странно, показывали в кинотеатрах. Главная героиня не испытывала удовольствия от секса, пока не выяснила, что главные эрогенные зоны у неё во рту. Все это время мы смотрели друг другу в глаза, но теперь я отвела взгляд. - Ты наверное смотрела порно один раз в жизни, когда твоя школьная подруга показала кассету, которая нашла у родителей. Вы посмотрели и пришли к выводу, что это мерзко, а женщины из фильма проданы в рабство или наркоманки и поэтому делают это. - На самом деле я посмотрела фильм с двумя друзьями, лет до 15 я не дружила с девочками. В нашем классе в тот год был новенький, папа у которого служил в ГДР, и у них дома был видеомагнитофон... - я решила не молчать, раз он читает меня словно книгу, допуская лишь неточности в деталях. - Тот мальчик явно хотел нас впечатлить. - У него получилось? - О да... Но его мама пришла с работы раньше, а мы не услышали ее, поставив звук на максимум. - И как она отреагировала? - Накричала на нас и рассказала нашим мамам при первом удобном случае. Сыну тоже досталось, но кассета была не его, поэтому мы все были соучастниками. - Что сказала твоя мама? - Она сказала что если трогать себя там, можно занести инфекцию и попасть в больницу. Ну, это в общих чертах. Видимо, она решила, что мы занялись коллективной мастурбацией. - Мне мама говорила, что у меня вырастут волосы на ладонях, прямо как у Дракулы. Если бы она сказала, что волосы вырастут на груди, я стёр бы себе руки и член, так мне хотелось тогда обзавестись растительностью и быть мужественней. Я засмеялась. - Когда ты последний раз ласкала себя? - Эм, сегодня, ну или вчера, если учесть, что уже за полночь, во время нашего... эээ ... причастия. - А ты быстро учишься, детка! Но я имел ввиду, когда ты довела себя до оргазма? Я отвела взгляд, а потом снова посмотрела на него. Он смешно поджал губы, сделав шутливо-снисходительное лицо, с которым обычно выслушивают детские оправдания, настолько смешные, что им не веришь с самого начала. - Это же занятие исключительно для одиноких дам или девственниц! Ведь тебе более чем достаточно секса с номером 2! - Достаточно. - Я сразу понял. Он наклонил голову и поцеловал меня, глубоко и страстно, опустил правую руку и начал снимать с меня трусы. Я помогла ему и потянулась к ремню, стала расстегивать его брюки. Он встал, держа меня на руках, сделал пару шагов и опустил меня на диван, на котором я планировала сидеть изначально. Прервав поцелуй, он шепнул: "Я сейчас вернусь, ничего не делай без меня." Я была уверена, что он ушел за презервативом. Он вернулся с бутылкой с зеленой жидкостью (судя по всему, абсент) и двумя бокалами, поставил бокалы на стол, наполнил оба, взял один и сел обратно в кресло, положив одну ногу на другую. План дальнейших действий у нас явно не сходился. - Садись или останься лежать. Я хочу, чтобы ты доставила себе удовольствие, пока я буду смотреть. - Что? - спросила я и села. - Ты слышала. - Я не могу. Я была поражена, что мне сказали удовлетворить себя самой, вместо того, чтобы "хорошенько трахнуть", к чему, как мне казалось, все и шло. В то же время я не без удовольствия отметила, что все-таки могу ему отказать. Не то чтобы я жалела, что согласилась на все произошедшее, но быть настолько подвластной ему (кому угодно, но особенно ему) немного страшно. - А я уж хотел насладиться зрелищем. Знаешь, это лучший способ показать, что именно ты любишь в постели тому, с кем спишь. К тому же это так заводит, даже представить себе не можешь. Тебе понравится, точно тебе говорю. Он подошёл ко мне, сел на пол возле меня и спросил, расстегивая бюстгальтер: - А если ты не будешь меня видеть? - Хорошо. - Как же быстро пали мои бастионы; он как будто обретает надо мной власть, прикасаясь ко мне. - Какая рука у тебя ведущая? - Правая. Я сказала не придавая этому смысла. Он взял мою правую руку и облизал по очереди большой, указательный и средний палец, обошёл диван, держа руку на моем плече, встал позади меня, убрал волосы от шеи слева, поцеловал в неё и велел начать. Я положила по пальцу между большими и малыми губами и начала двигать пальцами по кругу. Я ощущала его дыхание на своей шее. Мне было неловко, но от этого я возбуждалась ещё сильнее. Он провел языком по всей шее до уха и пощекотал мочку и прошептал: - Почему ты пошла за мной? Почему не отказала мне? - Твой голос... - с трудом выдавила из себя я. - Я ведь нравлюсь тебе не только из-за музыки, да? Ты представляла нас вдвоем? - Ага... - Хотела, чтобы я трахнул тебя, негодная девчонка? - Да. - Ты получишь, чего хочешь. Он провёл пальцами по подбородку, губам и просунул в приоткрытый рот. Я сжала губы и пососала пальцы. Неужели это я делаю? - Давай помогу тебе, девочка. Он наклонился сильнее, взял одной рукой меня за грудь, а другую опустил вниз, накрыл мою ладонь своей и, разместив свои пальцы между моими, подхватил мой ритм (ох уж эти музыканты!). Я застонала, изогнулась и обхватила его шею свободной рукой. Я ускорила движения, и он вместе со мной. По телу снова прокатилась волна, но ощущения были гораздо сильнее, настоящий экстаз! В исступлении я впилась ногтями в его шею и прикусила губу. - Я же говорил, тебе понравится. Я выдохнула, отпустила его и развалилась на диване, не торопясь с ответом. Хотя что тут можно сказать? - Давай выпьем за твое раскрепощение. Возьми себе бокал, а другой дай мне. Я встала, сделала шаг и наклонилась над столиком. Развернувшись, я увидела, что он остался на прежнем месте, но снял джемпер (зима все-таки!), и я наконец увидела его руки, покрытие татуировками. Я игриво улыбнулась и пошла обратно, покачивая бедрами. Да, нам определенно есть, что отметить. Опираясь одним коленом на диван, я протянула Мэрилину бокал через спинку, потом взялась за нее освободившейся рукой и поставила второе колено на диван, приблизившись к нему. - На брудершафт! - Что? - А я и не думала, что знаю что-то, чего не знаешь ты. Это такая традиция в России, знак дружбы или другой близости. Мы пьём, скрестив свои руки, а потом целуемся. - Главное, не заставляй меня выговорить это. Я засмеялась, и мы скрестили руки. Мое лицо обжигал его взгляд, а горло - горький напиток с привкусом полыни. Он приблизился ко мне и снова поцеловал. Дрожь пробежала по всему телу, словно это первый мой с ним поцелуй. Свободной рукой я взяла его за предплечье, а он бросил свой бокал на пол и высвободил из моей руки второй. Он отодвинул меня назад, перелез ногой через спинку дивана, сел на него и снова притянул к себе. На ощупь, не отрываясь от его губ, я нашарила ширинку, расстегнула и начала стягивать брюки вместе с бельём. Он прервал поцелуй, опустился ниже и провел языком по соску. - Ты водишь, девочка. Внезапно, я вновь услышала голос разума (самое время, черт возьми!) и, отстранившись и посмотрев на него, промямлила что-то про безопасный секс. - Прости милая, это не ко мне, - сказал он, качая головой в знак отрицания, - я слишком опасен для безопасного секса (I'm too unsafe for safe sex). Но не беспокойся, у меня достаточно опыта в нежелании становиться отцом, так что я сделаю все, что нужно. Желание возразить испарилось, как только он снова прижал меня к себе. Опираясь на его плечи, я села, раздвинув ноги и согнув их в коленях, а он вошёл в меня. С губ сорвался стон, я закрыла глаза и замерла на несколько секунд, чувствуя его внутри себя в первый раз. Я начала двигаться, медленно насаживаясь на него. Левой рукой я по-прежнему держала его за плечи, а правой водила по его груди, нащупывая шрамы от порезов. Мы смотрим друг другу в глаза, и я снова ловлю себя на мысли, что все по-настоящему, я вижу его, он прямо здесь, со мной, я чувствую его. Он взял меня за ягодицы и ускоряет темп. Я прижалась к нему грудью, прогнувшись в пояснице, он крепко обхватил мою шею правой рукой так, чтобы большой палец упирался в подбородок, а левую прислонил к спине стал вести вниз по моему позвоночнику. Его движения были плавными и казались очень медленными на фоне фрикций, но я хорошо чувствовала его пальцы. Дойдя до копчика, он провел рукой по правой ягодице, оставив ладонь на ней, поставил палец на промежность и начал массировать, аккуратно, но ощутимо. Я шумно втянула в себя воздух, не готовая к новым ощущениям. Я дотронулась языком до его пальца на моем подбородке и попробовала скопировать его движения, показывая, что мне нравится. Он поднял палец выше и снова провел по губам, я взяла палец в рот и совсем скоро кончила. Кажется, я выполнила недельную норму за один вечер. Он взял меня за талию, резко приподнял и переместил влево от себя. Я встала на диване так же, как когда подавала ему бокал. Он резко вошел в меня, держа за плечи, и начал двигаться еще быстрее. Я крепко ухватилась за спинку, чтобы удержать равновесие. Через некоторое время он негромко застонал, вынул член и я почувствовала капли на пояснице... - Пошли искупаемся... - негромко сказал он, вставая.