(Be)Love(d/less)

Хёнсын разрешил Чунхёну видеться с сыном. Почему? Он же не зверь. Они оба не звери... Омега чувствовал, что больше угрозы со стороны альфы не было. Возможно, это был всего лишь самообман. А возможно, все же интуиция. Ведь омеги вообще отличаются удивительным правдивым чутьем. Что бы это ни было на самом деле - омежка просто позволил этому руководить. Это самое чутье подсказывало, что все будет прекрасно. Он знал, что жизнь просто решила подарить ему счастье. Счастье в лице Чонуна и Чунхёна. Но будущий муж воспринял новость о свиданиях с настоящим отцом не так, как омежка рассчитывал. Хёнсын впервые видел альфу таким. Маленькие ладошки сжимались в кулаки до побелевших костяшек. И омежка был уверен, что внутри, на коже, обязательно останутся кровавые полумесяцы. Но страшно не было. Потому что юноша был уверен, что его жених не способен на жестокость. Ни в каком виде. И не в отношении возлюбленного. Но он был невероятно зол, это не скрывалось от взгляда. - С чего такая благосклонность к этой гадине? - выдавил Чонун. Хёнсын сидел перед ним на диване, а альфа расхаживал из угла в угол. - Сэхуну нужен отец, - неуверенно пожал плечами омега, глядя в сторону. - Я его отец, - вспыхнул альфа, - Я! - Конечно, ты, - примирительно поднял руки омежка, - Но Сэхунни будто чувствует, что они связаны... Называет его папой, обнимает, смеется рядом с ним... Я не могу так просто взять и отнять у своего сына то, что делает его счастливым, понимаешь? - Конечно, понимаю... Просто у меня нехорошее предчувствие... Будто что-то должно произойти... Прости, - альфа опустился на колени перед женихом, пряча лицо в его ладонях и невесомо целуя их, - Он же не украдет вас у меня? - Ты мне не веришь, Чонун? - тихо спросил Хёнсын. - Я верю и доверяю тебе всем сердцем, - покачал головой тот, - Я не верю ему. Прости за то, что разозлился. Я очень испугался, прости. Это глупо? - Чонун целовал руки омеги. Он покрывал легкими поцелуями его безымянный палец с обручальным колечком вверх по руке, до самой шеи, а потом прижался губами к губам, - Я просто очень тебя люблю. - Глупый мой, - выдохнул Хёнсын и улыбнулся в поцелуй. Остановил их плач Сэхуна. Омежка слабо улыбнулся, будто извиняясь за это, и встал. В комнату вдруг заглянул Бэкхён. - Я сам его успокою и уложу спать. Пап, отдохни, пожалуйста, - он улыбнулся ласково и нежно. Потом подбежал к омеге и обнял его за талию, крепко-крепко прижимаясь. На сердце Хёнсына стало теплее. *** Чунхён гулял с сыном. Он жил от выходных до выходных. Лишь бы скорее увидеть родную мордашку. Так же удавалось немного повидаться с Хёнсыном. Но омежка вел себя холодно, будто и знать не хотел ничего об альфе. Хотя... Чунхён полагал, что так оно все и было. Но он очень радовался возможности увидеться с возлюбленным и провести время с сынишкой. Сэхунни был лапочкой. Милый, непосредственный, любопытный. Очень похожий на Чунхёна. Теперь маленький альфа болтал без умолку. Его часто было почти невозможно понять, но от этого не становилось менее мило и радостно. Потому что когда малыш счастливо трещал о чем-то своем, альфа чувствовал себя настоящим отцом. И ему было все равно, что он ничегошеньки не понимал. Лишь некоторые слова. "Папа", "Бэк", "Дед", "Врууум". Последнее было самым любимым - Сэхун обозначал им практически все, чему не мог придумать названия. Машины, дома, дети, птицы. Все сводилось к счастливому детскому "врууум". И Чунхён гордо и смышлено повторял эту абракадабру вслед за сыном. Он был счастлив. Почти полностью. Они с Сэхуном стояли на вокзале, ожидая поезда, который должен был привезти друзей Чунхёна. Маленький альфа, сидя на руках отца, игрался с его волосами, наматывая их на пальчики. Поезд подошел, и мужчина стал выглядывать знакомых среди толпы, повалившей из дверей. Наконец, он нашел нужную ему парочку. Они стояли на платформе, споря о чем-то своем. Между ними были чемоданы и сумки. Лухань что-то недовольно вещал, размахивая руками. Чонин не отставал от мужа в пародировании мельницы. Подойдя ближе, Чунхён смог расслышать, что спор состоялся из-за багажа. Судя по всему, альфа просто не давал своему мужу поднять хоть одну сумку из тех, что были перед ними, ссылаясь на то, что в его положении это ни к чему хорошему не приведет. Первым Чунхёна заметил омежка. Он счастливо взвизгнул и подлетел к другу, замирая. Он смотрел на малыша на руках того с открытым ртом. Сэхун с любопытством разглядывал незнакомого человека. - Твой? - одними губами спросил Лу, указывая глазами на маленького альфу. Чунхён кивнул, улыбаясь, - Можно? - омежка протянул руки к ребенку. Сэхун посмотрел на отца, улыбнулся и потянулся к Лухану. Парень осторожно взял малыша на руки и засиял так, как никогда до этого. Альфы никогда его таким не видели. Улыбка на его лице была такой особенной, неповторимой. Чонин наблюдал за этим с замершим сердцем. Теперь ему хотелось увидеть своего ребенка в тысячу раз сильнее. Чтобы вот такая улыбка на любимом лице никогда не гасла. - Он очень похож на тебя, - улыбнулся альфа, глядя на друга, - Сразу видно, кто тут папочка, - Чунхён смущенно улыбнулся. - Когда ждать вашего? - Еще семь месяцев впереди, - смущенно улыбнулся Лу, - У нас будет красивый омежка, малыш, - обратился он к Сэхуну, - Маленький, красивенький омежка. Женишься на нем, когда вы вырастете? - маленький альфа закивал, обнимая нового знакомого за шею. А вот взрослые удивленно смотрели на омегу. - Что это за новости? - первым очнулся Чунхён. - А разве не здорово? - невинно улыбнулся Хань, - Наши детки поженятся, нарожают нам внуков. Я буду спокоен, зная, что мой омежка в таких надежных руках. Ты ведь не будешь поступать, как папочка? - Не будет у нас омег! - уверенно ввернул альфа, - У нас будет мужик, альфа! Все дружно засмеялись. Даже малыш Сэхунни смеялся вместе со всеми, не зная, над чем, но радуясь, что все в таком хорошем настроении. *** - Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, - канючил Хёнсын, сидя на коленях жениха. Чонун морщил нос, больше кривляясь, чем на самом деле пребывая в строгости, - Ну, это же мальчишник! А если Химчан потом не придет ко мне? - омежка состроил умильную мордашку. - И что там будет? Стриптиз, доступные альфы, наркотики? - смешно дул щеки альфа. - Конечно! - заливисто засмеялся Хёнсын, - Все и бесплатно! Ты отпустишь меня? Я обещаю вести себя прилично, к альфам не приставать. Но, возможно, выпью. Возможно, даже много. - Веди себя прилично, телефон не выключай, слишком много не пей - скоро течка, - альфа раздавал указания, будто перед ним был его сынишка, а потом склонился и поцеловал возлюбленного в живот, - Я буду на связи. Звони в любое время - я тебя заберу. - Ты чудо, - Хёнсын поцеловал мужчину в щеку и убежал собираться. Это, конечно, было событие с огромной буквы "С". Мальчишник у Химчана. Совсем скоро свадьба. Омежка так был рад за своего лучшего друга. Он даже и представить не мог, что сможет чему-то радоваться после всего, что с ним произошло. Хёнсын придирчиво разглядывал себя в зеркало. Если честно, он не знал, как нужно одеваться на подобные мероприятия и в клубы. Но что-то ему подсказывало, что джинсы и легкая черная рубашка неплохо подходят для всего. Омежка закатал рукава и улыбнулся своему отражению. Впервые за долгое время он чувствовал себя красивым. И это было не так уж и важно, конечно. Но ведь для омег всегда было важно хорошо выглядеть и быть желанными. На талию легли теплые руки. - Не пущу никуда, - прошептал Чонун в шею, - Слишком красивый. Уведут, - он легко поцеловал парня в макушку. - Ну вот, - демонстративно вздохнул Хёнсын, - Я тут собирался-собирался, а ты не пустишь? - он сделал щенячьи глазки. Мужчина засмеялся и поцеловал жениха в губы, - Кто мне там нужен? - прошептал омежка, - Не уведут. Буквально через час он уже входил в клуб, где его ждали друзья. Химчан выглядел великолепно. Он был в белом костюме. Будто бы сразу после клуба собирался на свою свадьбу. Омега был очень рад видеть своего друга. Ведь мальчишник не менее важное мероприятие, чем сама свадьба. Ночь обещала быть чудесной, яркой и очень приятной. *** - Тебе нужно сходить куда-нибудь, - увещевал Чонин друга. Они сидели в квартире парочки. Лухан был на кухне и что-то готовил, что аппетитно пахло. А альфы сидели в гостиной, потягивая чай и разговаривая, - Ты себя так угробишь к черту, и твой омега даже внимания на тебя больше не обратит. - Ты что мне предлагаешь вообще? - нахмурился Чунхён, - Мне что, нужно с кем-то переспать, чтобы выглядеть более привлекательным? - Вот! Я ни слова не сказал о том, что ты должен с кем-то переспать. Я говорю, тебе просто нужно отдохнуть, - в комнату вошел омега с закусками, - Это мне никуда не нужно ходить - у меня муж прекрасно справляется со своими обязанностями. А тебе нужно просто расслабиться. - Хоть он и дурак, но в чем-то прав, - вздохнул Лухан, - Просто погуляй, выпей, немножко успокойся и постарайся хоть день не думать о том, что тебе нужно вернуть себе своего возлюбленного. Я читал, тут недалеко есть приличный ночной клуб. Сходите с Чонином? - Со мной? - удивился альфа, - Дорогой, мне кажется, малыш кушает твой мозг, - взволнованно проговорил он. - С тобой, с тобой. И я схожу, но не с вами, а сам. Там есть безалкогольные коктейли, танцпол и мягкие диванчики. Буду издалека следить за тем, чтобы вы не налакались и хорошо отдохнули, - мило улыбнулся омега. - Теперь ты понимаешь, почему это мой муж? - гордо улыбнулся Кай. Чунхён только засмеялся. Но с друзьями согласился - что плохого в том, чтобы сходить в клуб? В клубе было шумно и душно. Огромная толпа просто отрывалась на танцполе, все запахи смешались в один, непонятный. Будто в парфюмерном магазине разбили сразу все флаконы. Невозможно было вычленить какой-то один запах. Лишь хаос из них. При этом, такая атмосфера нравилась Чунхёну. Ему нравилось то, что все эти запахи и весь шум стирали из головы все мысли. Альфы отправились к барной стойке, чтобы заказать что-нибудь для начала вечера. *** Мальчишник проходил идеально. Омежки выпивали, веселились. Они обсуждали предстоящую свадьбу и сплетничали о своих альфах. Хёнсын был счастлив. Он не чувствовал тревоги, не чувствовал запахов, не чувствовал печали. Он будто парил в клубе над всеми. А еще его грела мысль о том, что дома его ждут будущий муж и двое чудесных детей. Бэкхён стал ему совсем родным. И омежка был счастлив, что у него была настоящая семья. Его немного беспокоил тот факт, что Сэхун слишком радовался встречам с настоящим отцом, но в то же время, это отчего-то грело сердце. Это были очень странные и противоречивые чувства, объяснения которым омега не мог найти. Зато сейчас, танцуя в толпе, Хёнсын чувствовал себя абсолютно счастливым. Его даже мало беспокоило то, что какой-то альфа танцевал вместе с ним. В темноте и свете прожекторов лицо было невозможно рассмотреть. Но омежка позволял танцевать с собой. Ему было весело. Он думал, что ничего страшного нет в том, что он танцует с незнакомым альфой. Ведь это был всего лишь ночной клуб, мальчишник. А сам омега был приличным парнем. Когда началась медленная композиция, и альфа протянул руку, приглашая на танец, Хёнсын с удовольствием принял это приглашение. Он был немного захмелевшим, и ему очень хотелось танцевать. Быть ведомым в танце. Находиться в сильных и теплых руках. Эти объятия напоминали ему о чем-то надежном. Что-то было в этом правильное, нужное, необходимое. Омежка крепче прижался к мужчины, зарываясь носом в его шею и глубоко вдыхая аромат. От незнакомца пахло дымом клуба, алкоголем и фруктовой нарезкой, которую подавали в баре. Запах был очень приятным, и Хёнсын прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. Он был счастлив, хоть и не мог объяснить, в чем заключалось это самое счастье. Возможно, в том, что он был жив, и жизнь его налаживалась. Альфа ближе прижал его к себе и невесомо коснулся губами щеки омежки. Парень расплылся в довольной улыбке. Губы незнакомца были мягкими и теплыми. Алкоголь совсем затмил все мысли в голове. Альфа коснулся губами губ, и Хёнсын сам прижался ближе, отвечая на ласку. Они стояли среди танцующей толпы, целуясь. Нежно, сладко, тягуче. Это было похоже на безумие, которого так не хватало. Омежка цеплялся за плечи незнакомца, как за спасательный круг. Все звуки пропали, они остались вдвоем во всем мире. Когда легкие начало жечь от нехватки воздуха, они отстранились друг от друга, тяжело дыша. Хёнсын стоял с закрытыми глазами, облизывая чуть припухшие губы. Альфа взял его за руку и потянул на выход. На свежем воздухе стало легче дышать. Мужчина снова поцеловал омежку, и тот почувствовал, что тает в сильных руках. Такого с Чонуном никогда не было. Его поцелуи были приятными, но чувства были спокойней. А здесь кровь бурлила и стучала в висках. - Сынни? - услышал омежка голос Химчана. Хёнсын распахнул глаза, слишком резко выныривая в действительность. Он скоро отпихнул от себя мужчину и прижал ладонь к губам, которые горели от поцелуев, - Ты совсем с ума сошел? - подлетел к нему друг, чуть встряхивая за плечи. Омежка не сводил взгляда с альфы. - Ты... - только и выдохнул он. Перед ним стоял Чунхён, и омега только сейчас понял, что то был не запах фруктовой нарезки, это был запах зеленых яблок. Сердце колотилось как сумасшедшее. Губы горели еще сильнее, в глазах собирались слезы. - Я... - подтвердил мужчина. Стыда он не чувствовал. Наоборот, он был счастлив. Он так скучал по этим поцелуям. Но теперь хотелось еще и еще. На улицу вышел невысокий омежка и подошел к Чунхёну. - Чуни, пойдем домой? Меня немного тошнит, сам понимаешь, - Лухан провел ладошками по животу и скорчил милую мордашку, - Мы явно хотим спать... Пойдем? - он подергал друга за рукав. Альфа рассеяно кивнул, - Ладно, я пока пойду, а ты догоняй. И Кая прихвати, когда соберешься, - омежка махнул рукой, уходя от дверей. - Он беременный? - пробормотал Хёнсын, у которого даже губы побелели. Он не понимал, почему вид этого беременного омеги так больно резанул по сердцу. Он не мог объяснить, что чувствовал. - Да, он беременный, - кивнул альфа, не понимая, к чему этот вопрос. Из глаз омежки сбежали слезинки. Он сжал руки в кулаки и тяжело задышал, будто что-то мешало ему сделать полноценный вдох. - Какой же ты мерзавец, - прошептал он, - У тебя есть чертов беременный омега, а ты пришел ко мне и попытался впарить что-то о своих чувствах?! Ты зачем вернулся? Ты жизнь мою разрушить хочешь? Сына моего забрать? Что тебе нужно от меня? - Тише-тише, - стал оправдываться альфа, - Это не мой омега, это... - Я тоже не твой омега, а беременным от тебя был! - взорвался парень. Химчан у дверей замер, ошарашено глядя на парочку. Он медленно но верно понимал, о чем именно идет речь. И если сначала он хотел позвонить Чонуну, чтобы тот просто забрал своего жениха и разобрался с наглым альфой, то теперь он понял - этого делать было нельзя. - Ты мой омега! Мой упрямый омега, - ответил Чунхён, - Ты разве не чувствуешь этого? - Чувствую?.. Ты... Ты ворвался в мою жизнь, изнасиловал, отнял надежду на нормальную жизнь, свалил! Подарил такого прекрасного малыша... Мое счастье... А потом снова появился и все перевернул! Я ведь просто хочу выйти замуж за моего альфу и построить с ним нормальную семью. - Я твой альфа, ты со мной должен строить нормальную семью, со мной. Ты понимаешь это? - не унимался Чунхён, - Я вернулся, потому что ты мне нужен. Ты и наш сын. А потом остальные наши сыновья. Я хочу троих. И чтобы обязательно был омежка, похожий на тебя... - Даже не смей этого говорить... Я тоже мечтал встретить своего альфу... Тебя... А ты разрушил эту мечту... Я мечтал, что у нас будет много детишек... А ты... Ты все убил... Ты меня убил... Так что будь добр, наблюдай молча за тем, как я выхожу замуж за другого и твой сын называет его отцом. Ты меня потерял. - Не потерял, - выдохнул альфа. Он подлетел к омежке, впиваясь в его губы поцелуем. В уголках глаз Хёнсына снова блеснули слезы. Он уперся руками в плечи мужчины отталкивая, - Не потерял, - повторил Чунхён. - Не потерял, так потеряешь. - Ты ведь чувствуешь это... - Чувствую, но это уже неважно. Не трогай меня, - омежка сбросил чужие руки и, подхватив Химчана под руку, скрылся в клубе. Из дверей вышел Кай, удивленно глядя на друга. - А это был не твой омега? - удивленно спросил он. - Не мой. Но это временно. Я его верну, - уверенно кивнул себе альфа.