И дрогнули чаши весов

- Красная эскадрилья, заходите с левого фланга!... Есть, сэр!... Вжжжж… Вжжжж… Бах! Бах! Бах!... Меня подбили!... Пшшшш… Красная эскадрилья, неся значительные потери, уже почти сломила натиск врага, когда в самый разгар космического сражения раздались шаги в коридоре. Тут же исчез космос, горящие корабли, прекратились взрывы. Настоящие истребители, разрывающие пространство с невероятной скоростью и атакующие вражеский корабль, снова стали обычными пластиковыми игрушками. А командир эскадрильи, бросив на полу свои истребители, выключил свет, не раздеваясь, прыгнул в кровать и накрылся одеялом до носа. Он уже час, как должен мирно спать. Бен зажмурился, чтобы уж никаких сомнений не возникло в том, что он спит. Тихонько приоткрылась дверь. А потом что-то хрустнуло, Бен предполагал, что это один из истребителей пластмассовой эскадрильи. Жаль терять корабль, но раз уж он решил притворяться спящим, то надо доиграть роль до конца. - Я знаю, что ты не спишь. - Ты раздавил мой корабль. Бен дотянулся до выключателя и зажёг свет. Глаза уже успели привыкнуть к темноте, Бен щурился. - Извини, я его не заметил. Не стоит расстраиваться из-за игрушек. Жаль, конечно, но Бен уже взрослый и не должен расстраиваться из-за такой ерунды, как игрушки. - Можем его склеить. - У меня ещё есть, - махнул рукой Бен, а потом подумал, что надо было продолжить разговор о сломанном корабле, ведь дальше речь пойдёт о том, почему он, собственно, не спит, а играет. - Твоя мама сказала, чтобы ты ложился в полдесятого. - Мама на работе, - ответил Бен. – А папа уехал. - Значит, уложить тебя спать – моя задача. - Но я не хочу спать, дядя Люк. Бен хотел, чтобы красная эскадрилья закончила атаку, а ещё он хотел провести время с дядей Люком, ведь он так редко приезжает. - Мама будет сердиться. - Мама поздно вернётся, - с уверенностью сказал Бен. – Она всегда поздно приходит. У них там заседание. - Слушай, Бен, - дядя Люк присел на край кровати. – А папа давно уехал? - Почему ты не спросишь у мамы? - Она вчера была не в настроении разговаривать. Она была не в настроении разговаривать о папе, подумал Бен. Обо всём остальном она говорила. - Неделю назад, - ответил Бен. – Не сказал, куда и надолго ли. - Ясно. Дядя Люк о чём-то думал, а Бен не мог понять, почему взрослые всегда с такими трагическими лицами думают о важном вместо того, чтобы собраться и поговорить об этом важном. - Поиграй со мной, - попросил Бен. Он хотел отвлечь дядю от мрачных мыслей, он ведь знал, что они мрачные, дядя явно чем-то обеспокоен. А ещё Бену надоело играть одному. Дядя Люк приезжал в гости редко. Бен старался вспомнить, когда видел его в последний раз. Наверное, это было несколько месяцев назад. Бен скучал по дяде, но никогда не злился, что Люк так редко приезжает. Бен ведь уже взрослый, он всё понимает. Он понимает, что очень важные дела мешают дяде проводить с ним время. Дядя Люк обучает джедаев. Его работа в Академии очень важна для всей галактики, намного важнее, чем игрушки Бена. Все вокруг маленького Бена заняты чрезвычайно важными делами. Он гордится своим дядей и своими родителями, но иногда ему становится грустно, особенно когда все заняты, и ему приходится играть одному. Мама приходит поздно, она занята важными делами в Сенате. Бен очень гордится своей мамой. Она одна из лидеров нового правительства. Его мама решает проблемы всей галактики. Конечно, это очень важные дела, и у мамы редко есть время играть с Беном, но он не обижается, потому что уже взрослый и всё понимает. И дела, заставляющие папу надолго уезжать, тоже, наверное, очень важные. Наверное. Бывало, что папа улетал вдруг просто так, никого не предупредив. Но чаще всего он улетал, поругавшись с мамой. Они старались не ссориться при Бене, но если честно, у них плохо получалось. Играя в своей комнате, он прекрасно слышал, как они ссорятся на кухне. И потом он всегда знал, что чувствуют окружающие, видел, когда мама и папа расстроены или злы друг на друга. Бен не любил, когда они ссорятся. Он вообще не любил, когда рядом с ним кто-то злится. Дядя Люк сказал как-то, что это из-за чувствительности к Силе, Бен слышит эмоции людей и пока не может это блокировать. Бен не задумывался, почему так, но с самого детства он знал, что чувствуют люди и знал, когда они говорят неправду. Поэтому Бен не любил, когда кто-то злится, он ведь чувствовал плохие эмоции, и это было неприятно. А мама с папой сердились друг на друга очень часто. А потом папа, как правило, улетал на некоторое время. Бен скучал по нему. С папой всегда интересно и весело. Он рассказывает истории, Бен, правда, не всегда до конца их понимает, но надеется, что когда-нибудь поймёт, когда станет совсем взрослым. А ещё Бен очень любил, когда папа брал его с собой на свой корабль. Если они летали куда-то вместе, Бен сидел на коленях у папы в кресле пилота. Иногда папа даже позволял Бену нажимать кнопки на приборной панели или держать штурвал. Сокол Тысячелетия стал для Бена вторым домом. Он любил корабль почти так же сильно, как папа. На этом корабле он рос. В жилом отсеке даже была дверь, на которой раз в полгода папа отмечал рост Бена. Это была их традиция. В день новой отметки Бен старался как можно лучше позавтракать, чтобы вырасти побольше, если не вырос за прошедшие полгода. Он прислонялся спиной к двери и вытягивался, стараясь стать выше, и когда папа проводил на двери чёрточку, Бен сразу же отбегал, чтобы посмотреть, насколько сильно он вырос. Бен рос очень быстро, и это ему нравилось. Ему казалось, что чем быстрее он растёт, тем быстрее взрослеет. - Будто, тебя за уши кто-то тянет, - говорил папа, с нескрываемой гордостью смотря на новую отметку. – Скоро Чуи догонишь. Бен смеялся, и Чуи, который, как правило, был рядом, тоже смеялся. Смех вуки больше напоминал рычание, но Бен с детства знал Чуи и поэтому понимал язык вуки. Друг папы был частым гостем в их доме, и если папа улетал куда-то, Чуи всегда летел с ним, он второй пилот на Соколе Тысячелетия. Чуи был членом семьи, и Бен любил его так же, как остальных. Чуи большой и мохнатый, и когда он сажает Бена к себе на плечи, Бен выше всех. Интересно, где сейчас папа и Чуи, подумал Бен. Они улетели неделю назад. Бен хотел бы полететь с ними. Папа обещал, что когда Бен подрастёт, он возьмёт его с собой. Но ведь Бен уже взрослый. Ему семь лет, даже семь с половиной. Когда папа улетал, Бен упрашивал взять его тоже. Он уже большой, он не будет обузой. Но папа сказал, что ещё рано, что это опасно и что Бен должен остаться с мамой. Что же такого опасного в папиных поездках, Бен не знал. Но ему хотелось, очень хотелось полететь вместе с папой, чтобы доказать, что он уже взрослый, и от него есть толк. Если и было что-то, чего Бен хотел больше, чем полететь с папой, то это Академия. Бен мог часами слушать рассказы дяди Люка о джедаях, о Силе. Бен читал книжки о Старой Республике. На протяжение тысяч лет джедаи были хранителями мира и защитниками справедливости. Теперь вернутся старые времена, так говорил дядя Люк, Орден джедаев будет возрождён во всём своём прежнем величии. И Бен больше всего на свете хотел это увидеть, более того, он мечтал стать частью этого. Дядя Люк множество раз говорил, что в Бене есть Великая Сила. Правда, родители были не в восторге, когда дядя заводил об этом речь. Папа относился к Силе с насмешкой. Они с дядей Люком иногда затевали шутливые дискуссии о том, что эффективнее, бросаться на противника с лазерным мечом или с бластером. Бен думал, что, наверное, папа не верит в Силу, потому что никогда не ощущал её. Сам Бен чувствовал Силу, знал о её могуществе, и, конечно, прощал папе его заблуждения. Но чего он не мог понять, так это почему мама не хочет его слушать, когда Бен говорит, что хочет быть джедаем. У мамы тоже есть Сила, Бен это знал. Может, в ней Сила не так заметна, как в Бене или Люке, но она есть. Но когда Бен сказал маме, что хочет поехать в Академию дяди Люка, она почему-то рассердилась и расстроилась. Всё-таки он часто не мог понять, почему взрослые поступают так, как поступают. - Ты чем-то огорчён? – спросил Бен у дяди. Это был замечательный вечер. Бена не отправили спать, вместо этого он играл с дядей Люком в космические войны, потом они склеили сломанный истребитель, а теперь сидели перед голопроектором и смотрели смешные мультики. Бен очень любил, когда дядя Люк приезжал в гости. Вот только сегодня случилось что-то плохое. Дядя Люк не говорил об этом и старался не думать, но от Бена очень сложно что-то скрыть. Люк не ответил, он сделал вид, что не услышал вопроса. Теперь для Бена уже стало делом принципа выяснить, что произошло. Он не любил, когда от него что-то скрывали, он уже взрослый и имеет право знать правду, а к нему продолжают относиться, как к ребёнку. - Что-то случилось? – снова спросил он. Дядя Люк повернулся к нему. Он делал вид, что ничего не произошло. Бен знал, что дядя хочет как лучше, пытается сделать так, чтобы Бен был счастлив и ни о чём не беспокоился. Но всё равно было обидно. Ни о чём не беспокоятся только дети, а Бен уже не ребёнок. - Ничего важного, - ответил Люк. - Не ври, - сказал Бен. Он знал, когда говорили неправду. - От тебя ничего не скроешь, - дядя Люк грустно улыбнулся и провёл рукой по растрёпанным волосам племянника. – Изменился баланс Силы, Бен. Я снова чувствую Тёмную сторону. - Это плохо, да? Дядя уже рассказывал о Равновесии Силы, правда, Бен мало что понял. Но он знал, что Тёмная сторона несёт зло. - Да, - ответил Люк. – Но нам рано беспокоиться. Одна из сторон Силы просто не может перестать существовать. Тёмная сторона набирает силу, но это не грозит нам катастрофой. А если возникнет опасность, мы сможем ей противостоять. - А почему нельзя просто избавиться от Тёмной стороны? – спросил Бен. - Тогда пришлось бы избавиться и от Светлой. Сила не бывает хорошей и плохой. Такими бывают люди. Сила в тебе и во мне, Бен. И Светлая её сторона, и Тёмная. И наша борьба с Тьмой начинается отсюда. Он положил руку на грудь Бена, там, где билось сердце. Бен пытался осмыслить всё то, что услышал сейчас. - Я хочу сражаться за Светлую сторону, - сказал Бен неожиданно громко. Он сам едва узнал собственный голос, это не был голос ребёнка. Бен видел, как дядя Люк слегка вздрогнул. Бен тоже почувствовал волнение в Силе, едва заметную дрожь воздуха и чего-то невидимого в этом воздухе, неосязаемого, но мощного. Бен знал, что он сам является причиной изменения в Силе. - Я хочу стать джедаем, дядя Люк. Раньше Бен не говорил с дядей об этом. Может быть, когда-то в детстве, когда это было лишь игрой, и это были слова ребёнка. Но теперь он вырос, теперь он всё понимает и осознаёт. И он делает этот шаг сознательно, громко и чётко говорит о своём желании. И это не спонтанный порыв, Бен давно всё обдумал. Сила всегда была с ним, и Бен знал, что Сила – его судьба. Люк вздохнул. Так же, как и Бен, он знал, что однажды этот разговор состоится. - Всё не так просто, - сказал он племяннику. – Я говорил тебе о величии Ордена джедаев, о победах. Но ведь были и поражения. Это трудный путь, Бен, и не каждому он по силам… Подожди. Люк остановил слова, готовые сорваться с губ Бена. - Я не хотел сказать, что у тебя не получится. Напротив, я уверен, что получится. - Тогда в чём проблема? – спросил Бен. - В том, что ты не знаешь, на что идёшь, - серьёзно сказал Люк. – Это трудная жизнь и опасная. Это жизнь солдата в постоянной войне. И сражения будут самые настоящие, опасность настоящая. Джедаи станут опорой Новой Республики. Защищать мир и справедливость, значит рисковать своей жизнью. - Я готов! - с воодушевлением сказал Бен. Люк снова устало вздохнул. - Ты ещё ребёнок. Ты не можешь принять взвешенное решение. - Нет! – Бен начинал злиться. – В Академии есть дети младше меня, ты сам говорил, - Бен знал, что ругаться с дядей бесполезно и постарался успокоиться. - Я хочу этого, дядя Люк. Я знаю, что именно так должен поступить. Сила говорит мне об этом. Начинать обучение нужно сейчас, и ты это знаешь не хуже меня. Возьми меня в Академию. Родители согласятся, я знаю, если ты поговоришь с ними. Бен смотрел с надеждой и мольбой. Он знал, что ещё чуть-чуть и дядя Люк согласится. Бен хотел улететь с ним. Тогда он докажет родителям и всему миру, чего он стоит, что может. - Иди-ка сюда, Бен, послушай… Бен забрался к дяде на колени. - Давай договоримся так, - сказал Люк. – Ты ещё подумаешь, взвесишь всё, что я тебе сказал. Подумай, готов ли ты отдать всё ради дела Ордена джедаев и Республики. Ты ведь взрослый человек, так подумай хорошенько и прими решение. - Я уже принял, - ответил Бен. - Я приеду в следующий раз на твой день рождения. И если ты к тому времени не передумаешь, я поговорю с твоими родителями насчёт Академии. - Ты обещаешь? – спросил Бен. - Даю слово джедая, - серьёзно ответил ему Люк. - Тогда я даю слово джедая, что не подведу. Дядя Люк улыбнулся, и Бен подумал, что обязательно всё будет хорошо. Он и не представлял, сколько обещаний будет нарушено. Бен был ребёнком. Ребёнком, который очень хотел доказать всем вокруг, что он уже взрослый и от него есть польза. Ребёнком, отмеченным Силой. Голопроектор всё ещё что-то бубнил, разговаривая, Люк и Бен этого не замечали. Бен подумал, что пора завязывать с детскими мультиками и игрушками. Он уже взрослый, более того, скоро он поедет в Академию и будет учиться использовать Силу. Бен без пяти минут джедай, он уже не ребёнок. Вот только весь остальной мир упорно продолжал считать его несмышлёным малышом. Об этом напомнила мама, когда вернулась. Она выключила голопроектор и отправила Бена спать. Лёжа в постели, он слышал обрывки разговора мамы и дяди в гостиной. Бен уже хотел спать, но прислушался. Он знал, что подслушивать не хорошо, но почему-то Бену казалось, что сейчас речь пойдёт о нём. Интуиция никогда не подводила Бена. - Знаешь, посидеть с ребёнком и смотреть с ним мультики до ночи, это разные вещи, - сказала мама. Её голос был бы сердитым, если бы не был таким усталым. - Лея, куда полетел Хан? – спросил Люк. Бен не слышал этого, но знал, что мама тяжело вздохнула. - Я не знаю, - ответила она. – Не знаю. Мы слегка поругались. - Слушай, ваша личная жизнь меня не касается, но… - Ты прав, не касается, - перебила Люка мама. - Но жизнь Бена меня касается, - продолжил он. – А Бен переживает из-за всего этого. Он не жалуется, он вообще никогда не жалуется, но это видно. - Я знаю, - с грустью сказала мама. – Но я не знаю, что делать. И в этот раз дело, правда, не во мне. Бен думал, что сейчас она начнёт доказывать, что в ссоре виноват папа, но дядя Люк перебил её. - Я давно перестал вникать в то, что происходит между вами, - сказал он. – Хан мой лучший друг, а ты моя сестра, и я прекрасно знаю, что виноваты вы оба, потому что оба никогда не желаете уступать и искать компромисс. - Что поделаешь, такие уж мы есть, - ответила мама. – Может, из-за этого мы и вместе. Бен не видел, но знал, что мама и дядя Люк улыбаются. Значит, всё хорошо. Мама и папа просто поссорились чуть-чуть, потому что очень сильно друг друга любят. - Я хотел поговорить с тобой о Бене, - сказал дядя Люк. - А я не хочу, потому что знаю, что ты скажешь, - тон мамы был неожиданно резким. - И мой ответ, нет. Нет, Люк, я не отпущу его в твою Академию. - Почему нет? - Потому что хочу уберечь своего ребёнка от всего этого. Сейчас в галактике мир и покой, но если он вырастет и начнётся новая война? Бен окажется под ударом вместе с тобой. - Если он вырастет, и начнётся новая война, то Бен всё равно не останется в стороне, как и все мы, - сказал Люк. – И тогда не важно, будет ли он со мной или с Ханом на боевом корабле. Ты не сможешь уберечь его от всего на свете, Лея. Правильно, подумал Бен. Если начнётся война, он точно в стороне не останется. И если он не станет джедаем, то уж точно станет пилотом. - Может быть, не смогу, - вздохнула мама. – Но я попробую. И в Академию джедаев я его не отпущу. Я знаю, что такое Сила, Люк, и знаю, к чему всё это может привести. Я не хочу, чтобы… - она запнулась. – Чтобы с ним случилось то же, что и с нашим отцом. - Лея… Люк взял сестру за руку. - Мы должны верить в Бена. Он никогда не станет таким, как наш отец. Я же не стал. И не забывай о том, что отец перешёл на Светлую сторону перед смертью. - Не надо об этом, - сказала Лея. – Я боюсь за своего сына, и ты должен меня понять, ведь ты тоже любишь его. Я тоже чувствую Силу. И когда смотрю на тебя, вижу только Свет. Ты говорил мне, что Тёмная и Светлая сторона есть в каждом, но кто-то предрасположен к одной из них, а кто-то может выбирать. - Бен не предрасположен к Тёмной стороне, - сказал Люк. - Но в нём жива Тёмная сторона, - ответила Лея. - Именно поэтому он должен учиться искусству джедаев, чтобы Свет стал сильнее. Бен не такой, как наш отец. Баланс Силы внутри него никогда не нарушится в сторону Тьмы. Бен наш Свет. - И я хочу, чтобы он им и остался, - почти выкрикнула Лея. – Я хочу, чтобы он держался подальше от всего этого. - Не получится держаться подальше от того, что внутри тебя, - сказал Люк медленно и спокойно. – Сила зовёт его. Его уровень медихлорианов выше, чем у всех моих учеников, выше, чем у меня. Бен буквально создан из Силы. И об этом нельзя просто забыть, это нельзя игнорировать. Сила станет его судьбой, для этого он был рождён. - Откуда тебе знать, кто для чего рождён? – Лея явно злилась. – Я не отпущу Бена. - Это не тебе решать, - Люк был абсолютно спокоен. – И не мне. - А кто будет решать? – Лея с трудом сдерживала слёзы. – Семилетний мальчик, который наслушался историй про героев прошлого? - Всё уже решено за него, - сказал Люк. – Сила избрала его. И Сила взывает к нему. Не мы это решили и не он. Лея пыталась не заплакать. Она сама не знала, почему вдруг ей хочется плакать. Она чувствовала, ощущала всем своим существом, но не должна соглашаться на доводы Люка, что если она отпустит Бена, то навсегда потеряет его. И об этом говорила не Сила, а чутьё матери. И хуже всего было то, что у неё, действительно, нет выбора. Мама расстроилась. Бен ни в коем случае не хотел расстраивать её, и дядя Люк тоже не хотел. Но они должны как-то её убедить. Бен уже принял решение. Через полгода ему исполнится восемь, и он поедет с дядей Люком в Академию. Мама, наверное, расстроится ещё сильнее или рассердится на него, но она ведь должна понять. И папа тоже должен понять. Бен уже не ребёнок, он принял решение, распорядился своей судьбой, и никто не заставит его изменить это решение. Засыпая, Бен думал о подслушанном разговоре. Его удивила фраза произнесённая мамой «Я не хочу, чтобы с ним случилось то же, что и с нашим отцом». А что случилось с отцом мамы и дяди Люка? Бен ничего не знал о своём дедушке. Ему не рассказывали, и Бену как-то не приходило в голову спрашивать. Надо будет спросить утром, подумал Бен. Но утром дядя Люк получил какое-то сообщение и улетел. Бену было обидно. Дядя Люк обещал, что пробудет неделю. Бен уже всё распланировал. Дядя обещал сходить с ним в музей истории галактики и в парк аттракционов. А вот теперь он улетел ни с того, ни с сего. Опять важные дела. Мама с самого утра была какая-то раздражённая. Она отвезла Бена в школу и поехала на работу. И у неё дела. Конечно, всё, чем они занимаются, очень важно для всей галактики. Но, как бы Бен ни отрицал это, он был ребёнком. А для детей важны самые простые вещи, не имеющие отношения к судьбам галактики. Для Бена были важны его игрушки, коллекция пластмассовых истребителей, для него было важно сходить с дядей в парк аттракционов. И ещё множество разных вещей были важны для маленького Бена, но о них очень часто забывали.