Мертвые бабочки

      Мака стояла в своей комнате перед зеркалом и смущенно разглядывала собственное отражение.       — Цубаки, а это не слишком… открыто? — с сомнением спросила она у стоявшей за спиной подруги.       — Тебе очень идет, — заверила ее та. — В конце концов, мы же на вечеринку идем, а не на бал у императора!       — Что-то я не вижу разницы, — вздохнула Мака, ранее никогда не бывавшая на подобных мероприятиях. Разве что на новогодних утренниках в школе, да и то недолго — до первых танцев.       — Думаю, твой Соул просто обалдеет, когда увидит тебя! — весело сказала Цубаки, приобнимая подругу за плечи и невольно вспоминая, с каким воодушевлением та рассказывала ей о встрече со странным красноглазым пареньком.       — Его там не будет, — с нескрываемым сожалением ответила та. Однако Цубаки явно придерживалась другого мнения.       — Да будет он там, успокойся уже! — рассмеялась она, от души хлопая Маку по плечу. — Отчего ж ему там не быть? Он же…       Дверной звонок не дал девушке договорить.       Мака тут же бросилась в прихожую. На пороге стояли сестры Томпсон.       — О, Лиз, Патти! — Албан с радушной улыбкой поприветствовала подруг и широко распахнула двери. Однако сестры заходить не спешили.       — Вы уже готовы? — спросила Лиз, придирчиво изучая наряд Маки. Затем она с видом хищницы заглянула в квартирку семейства Албан и, найдя взглядом Цубаки, оценивающе осмотрела и ее. Только после этого девушка произнесла властным голосом: — Идем, Кид ждет нас в машине.

***

      — ВОТ ЭТО ДА! ПРОСТО СУПЕРСИММЕТРИЯ!!!       Мака и Цубаки тяжко вздохнули под переполненным восхищения взглядом Смерти-младшего и мысленно взмолились, чтобы тому как можно скорее надоело их рассматривать. Однако сын Шинигами не успокоился, даже когда Лиз и Патти насильно запихали его в машину. Всю дорогу он только и делал, что открыто пялился на девушек и без умолку твердил что-то о симметрии и асимметрии. При этом он активно жестикулировал и абсолютно не смотрел на дорогу. Девушки до сих пор не знают, каким чудом добрались до обители Итеров живыми и невредимыми.       — Ух ты! — воскликнули в один голос Мака и Цубаки, с восхищением рассматривая двухэтажный особняк вышеупомянутого семейства.       — О-о-о, — восторженно протянула Патти. И, вцепившись пальцами в плечо сестры, одобряюще выставила вперед большой палец.       — И здесь живет тот самый крутой Итер? — присвистнула Мака. — А домик-то не из маленьких…       — Вы еще внутри не были, а уже такую бучу развели, — покачал головой Кид и театрально приложил ладонь ко лбу.       — Зато ты там бываешь каждый день, — пробурчала Лиз. Однако ее все равно прекрасно расслышали.       — Правда? — Накацукаса уставилась на Шинигами-младшего с восхищением. Будто перед ней сейчас стоял не привычный дотошный Смерть-младший, а настоящая кинозвезда. — И как там? Очень красиво?       — Там… — внезапно в глазах Кида промелькнул нездоровый блеск, а на лице появилась безумно-счастливая улыбка наркомана, получившего очередную дозу. — ТАМ ВСЕ СИММЕТРИЧНО! ТАМ НАСТОЯЩЕЕ ЦАРСТВО СИММЕТРИИ!!!       — Примерно то же самое пару минут назад ты говорил и о наших платьях, — недовольно заметила Албан, которой не терпелось как можно скорее уйти домой. Но обещание есть обещание. Даже если его вытянули обманом, используя прием «незаметно переключи жертву на другую тему — и она твоя».       — Ладно, идем уже, — любезно разрешила Лиз, хмуро покосившись в сторону Патти, которая уже давно с превеликим интересом изучала симпатичную мусорную урну, находившуюся у парадного входа, и даже намеревалась улицезреть ее содержимое, перед этим вытащив его на свет божий. — Патт, отойди оттуда сейчас же!              Внутри действительно было красиво: высокие потолки, хрустальные светильники, пышно прибранные покои и на удивление большие столы… Сразу видно, что в этом доме деньги — частые гости. От этого Маке стало не по себе. «Богачи… Как же я их ненавижу! Делают, что хотят, унижают нас, людей, которым повезло куда меньше в денежном плане…»       — Мака! Вот ты где! — среди огромного скопища народа Мака смогла разглядеть махавшую ей Цубаки, с которой они разделились, едва вошли в изящный и довольно просторный зал, в коем и находилась вся эта потасовка.       Как только Мака приблизилась к подруге, та подхватила ее под руку и принялась таскать за собой по всему помещению. При этом глаза девушки непрестанно бегали по лицам незнакомых и малознакомых ребят, мило беседовавших между собой и попивавших различные напитки и коктейли, подозрительно пахнущие алкоголем.       — Ищешь кого-то? — с сочувствием спросила Мака, тоже вглядываясь в толпу.       — Да, Блэк Стара, — на автомате ответила Цубаки. У Маки даже глаза на лоб полезли. Она слышала, что этот тип — не кто иной, как лучший друг Итера. Того самого Итера, в чьем доме они сейчас и находились. Не значит ли это, что этот Блэк — или как там его — тоже из богатеньких? Тогда ей, Маке, стоит оградить подругу от общения с этим наверняка ужасным, избалованным и эгоистичным человеком.       — Кого-кого? — возмущенно переспросила она. — Этого богатенького пройдоху? Ты что, с ума сошла?!       — Нет, — на полном серьезе ответила Накацукаса. — Он не так богат, как Итер. Вернее, совсем не из этого круга.       От этих слов Албан стало чуточку легче. Но лишь чуточку.       — Да как же не из этого круга, если тягается с Итером?       Накацукаса с явным недовольством посмотрела на подругу.       — Хватит уже грести всех под одну гребенку, — хмуро отозвалась она. Похоже, такое предвзятое отношение подруги к этому синевласому раздолбаю пришлось ей не по душе. — То, что твой бывший парень, соривший деньгами направо и налево, оказался таким гадом, не означает, что все остальные такие же.       Мака виновато потупила взгляд. Она понимала, что Цубаки права, но ничего не могла с собой поделать: слишком уж сильно она переживала за подругу.       — О! Блэк Стар! — счастливо воскликнула Цубаки. Как только вышеупомянутый приветливо махнул ей в ответ, девушка побежала к нему, оставляя Маку наедине со своими мыслями.       А подумать ей есть, над чем. Например, почему Цубаки была так уверена, что Соул непременно здесь появится. «Он — и в таком месте?» — казалось, Мака готова рассмеяться в голос. Истерическим смехом. Особенно, когда среди мелькающих ярких нарядов она разглядела пепельноволосого парня, облаченного в элегантный черный костюм в полоску, из-под которого игриво выглядывал ворот ярко-красной рубашки. Юноша стоял у одного из многочисленных столов и смущенно раздаривал свою улыбку направо и налево.       Мака буквально подлетела к этому «Мистеру Лучезарная Улыбка». На крыльях любви, наверное.       — Что ты здесь делаешь?! — набросилась она на паренька.       — А… Мака, — констатировал и так вполне очевидный факт Соул, внимательно осматривая наряд девушки. — Не думал тебя здесь увидеть… Тебя прям не узнать…       — А вот тебя ни с кем на свете не перепутаешь! — недовольно заметила Албан. Соул задумчиво заглянул ей в глаза.       — Ты злишься, — снова сказал он очевидное, а-ля «Шерлок Холмс, обращающийся к Ватсону».       — Конечно, злюсь!       — На меня.       — На кого же еще?!       — Потому что я здесь.       — Ну… да, — Мака смутилась, поняв, что не имеет абсолютно никакого права злиться и уж тем более кричать на этого человека. В конце концов, кто она ему? Всего лишь случайная знакомая, приютившая бездомного котенка.       — Ты не любишь богачей? — понимающе поинтересовался Соул, чуть склонив голову набок. Албан неуверенно кивнула. — Что ж, у тебя наверняка есть на то свои причины, — сказал он. И, поставив недопитый бокал наверняка детского шампанского, развернулся, чтобы уйти.       — Ты куда? — девушка, не задумываясь, схватила его за рукав пиджака. Почему-то ей не хотелось отпускать его. Однако в следующий миг пальцы сами разжались.       — Соул Ите-эр! Ты где? — в центре зала стоял недовольный Блэк Стар, очевидно, как обычно улизнувший от Цубаки и теперь изучавший толпы гостей внимательным взглядом.       — Соул? — недоуменно переспросила Мака. Сердце болезненно сжалось. — Он сказал… Соул?       — Это… мой тезка, — буркнул Соул, делая шаг в сторону. — Я Эванс.       Однако попытка соврать тут же разрушилась с крахом.       — Итер! — рядом с Эвансом появился Блэк собственной персоной. — Ты что, оглох? Я тебя уже битый час зову!       — И…тер? — казалось, ее и без того еле живое сердце остановилось окончательно. По крайней мере, Мака больше не чувствовала непонятного биения в груди. — Так ты… — на глаза девушки сами собой навернулись слезы. Эванс медленно, будто это причиняло ему адскую боль, повернулся к ней. Его необычные красные глаза виновато взглянули в ее зеленые. В этот миг ей действительно расхотелось жить. Не в силах вынести всего этого, она рванула к дверям, украдкой стирая хлынувшие слезы.       «Больно… — с горькой ухмылкой думала она, распахивая тяжелые входные двери и выбегая на улицу. Свежий воздух немного отрезвил ее, но даже он не мог заглушить всю боль разбитого девичьего сердца. — Почему же так больно?»       …Ветер тихо завывал свою грустную песню, оплакивая горе несчастной обманутой девушки, которая сидела на холодной земле во дворе большого особняка и горько плакала, упершись руками в какую-то лавочку и спрятав лицо в промокших от слез ладонях. Только он знал, что творится на сердце у этой юной особы. Вот и помогал, как мог.