Бунтари и Революционеры

      Весна уже уступила свое место жаркому лету. Июнь подошел к концу, и июль занял свое законное место. Школа закончилась, поэтому ребята наслаждались долгожданным отдыхом. Все, кроме них.       Леви и Жерар настраивали аппаратуру, периодически споря между собой, как же лучше все устроить. Грей и Джувия о чем-то разговаривали, продолжая красить таблички. Дреяр мастерил непонятную конструкцию, время от времени подбирая гвозди с земли и заколачивал их в доски. А Хартфилия висела вниз головой на железной балке каркаса сцены, прикрепляя какую-то ткань.       Ох, простите! Я забежала вперед, и теперь вам, скорее всего, непонятно, что же они делают. Итак, вернемся в прошлое…

Месяц назад

      Люси, по своему обыкновению, выпускала дым из легких. Она прекрасно знала, что внизу Леви играет с Гажилом в карты, Эрза с сестрами Штраус и Джувией в придачу, обсуждают новинки в мире музыки. А парни скорее всего пьют, либо сочиняют новые песни.       В ее комнате играла музыка, а Люси, валяясь на кровати, размышляла о своем. Песни помогали мыслям собраться в кучу. Никаких дел в правительстве, которые бы ее заинтересовали, не было. Драгнил так и не появился. Венди уже пару раз летала к нему, а Рей передал ему письмо, но Хартфилия так и не получила ответа. Она затянулась, шевеля губами и повторяя текст песни: Обломки империй, элементы систем, И тот, кто был всем, тот станет никем. Но мы с тобою будем вместе, Как Сид и Нэнси, Сид и Нэнси.       Люси не помнила, сколько так провалялась, но вскоре ей это надоело, поэтому она быстро сходила в душ, привела себя в порядок и спустилась вниз. Всё, как она и предполагала. — Доброе, — поздоровалась она. — Доброе? — усмехнулся Лексус, закинувший ноги на стол. — Уже шесть вечера. — Ну, если я только встала, значит, для меня только наступило утро, не думал? — Дерзишь, — он ехидно улыбнулся. — Чем занимаетесь? — поинтересовалась она. — Собираемся к Клайву, — спокойно сказала Джувия, поправляя волосы. — Сейчас? — А, мы ей не сказали, — протянул Грей. — Вчера он звонил Леви и сказал, что мы все должны явиться к нему. К семи часам. — И мы идем? — Ну и мы, заодно, — улыбнулась Эрза. — Ладно, по коням, — лениво сказал Жерар, вставая с дивана.

      Впрочем всё, как всегда: все разбились по парочкам, что сильно бесило Люси. Она шла позади всех, думая о чем-то своем. Девушка достала из кармана пачку сигарет, вытащила одну из них, так же быстро достала зажигалку и прикурила. С каждой затяжкой, она убеждала себя, что всё хорошо. Хотя, что сейчас плохого? Она иронично усмехнулась. В кармане заиграла привычная мелодия. Девушка достала телефон, подняв трубку. — Люси? — раздалось на том конце. — О, Венди! Привет, — Люси зажала сигарету в зубах, убирая зажигалку. — Как Амстердам? — Классный город, но в нем скучно. — Мы точно говорим о городе наркотиков и шлюх? — на том конце раздался смех, и блондинка расслабилась. — Как ты? — Я очень по вам скучаю. Уговариваю маму вернуться в Магнолию, но пока ни в какую. — Я ее понимаю, — она выдохнула дым. — Ты была ранена, и еле выжила. Естественно, она не хочет рисковать твоей жизнью. — Но мне здесь не место! — Твое место в безопасности, — строго сказала Люси. — Слушай, весь кипишь только улегся, а ты просишь маму отправить тебя к людям, с которыми ее дочь чуть не погибла. — К людям, которые стали мне родными! — повисло молчание. Хартфилия ее прекрасно понимала и хотела увидеть подругу, но опасность еще была в городе. — Венди, я обещаю, мы скоро увидимся, но пока тебе нужно думать о себе и не лезть на рожон. Понимаешь? — голос в трубке затих, но блондинка знала, что Марвел сделает так, как та ее просила. — Ведь ты позвонила не просто так. Верно? — Угу. — Что случилось? — Вчера я узнала, что нескольких из шайки Джека поймали. Мне передали, что кто-то крупно облажался, поэтому полиция вышла на след Джека. — А он — лакомый кусочек для полиции, — закончила мысль Хартфилия. — Именно. Его должны посадить. Я в этом уверена. — Что ж, будем надеяться. Как там твой брат? — Лучше, конечно. Он может ходить, но с большим трудом. Дядя так и не позволил ему с тобой связаться? — Нет. — Я думаю, совсем скоро дядя узнает, какая ты на самом деле, и позволит Нацу быть с тобой. — А какая я, Вен? Хулиганка? Преступница? Просто человек низкого сорта… — Зря ты так думаешь, — Люси улыбнулась. — Возможно. Ладно, мне пора. До встречи. — До встречи.       Она повесила трубку, положив телефон обратно в карман. Люси сделала последнюю затяжку, выкинула бычок в урну. Блондинка обдумывала разговор с Венди, как вдруг к ней подошел Грей. — Ник, есть зажигалка? — Что, посеял свою? — она усмехнулась, подняв одну бровь. — Дома забыл, — он улыбнулся. Хартфилия цокнула, но зажигалку дала. — Спасибо.       Парень взял сигарету, что была у него за ухом, сунул ее в рот и прикурил. Он вернул Люси зажигалку. Хартфилия витала в облаках, поэтому не услышала его благодарность. Фулбастер быстро нагнал Джувию, взяв ее за руку. — И что будет, если ничего не выйдет? — тихо спросила она. — Все выйдет. — А если нет? — Слушай, это был их план. Не забывай, кто все это продумал, — девушка отвела взгляд, а он улыбнулся. — Как бы все не пошло, и что бы ни случилось я тебе обещаю, пока я жив, ты будешь в безопасности, — Джувия сразу посмотрела на него: — Грей Фулбастер, если ты посмеешь умереть до семидесяти пяти лет, я тебя этого никогда не прощу! — он рассмеялся, отчего девушке стало легче. — Взаимно. Слушай, сколько мы уже пережили, а? Будет, что детям рассказать. — Действительно.       Они тихо смеялись. Джувии всегда было спокойно рядом с ним. Парень не так часто говорил, что любит ее, однако она точно знала, что Грей просто не сорит словами, дабы не обесценить их. И ведь постоянно, чтобы не случалось, он оказывался рядом. Сидел у ее больничной койки, пока заживала нога после выстрела, приносил ей все, чего девушка хотела (хотя она и неохотно говорила о своих желаниях), делал всё, чтобы она улыбалась. И Джувия порой даже не знала, как его благодарить, но Грей всегда говорил одну и ту же фразу: «Твоя любовь — лучшая благодарность».       Пока они разговаривали о чем-то своем, вся честная компания уже подошла к школе. Они без раздумий зашли в здание. Пустые коридоры, закрытые классы, так и не стертая надпись Люси, что она вывела на стене. Блондинка усмехнулась, вспомнив этот день.       Подростки быстро дошли до кабинета директора. Эрза постучала, открыв дверь. — А, вот и вы, — устало сказал Клайв, завидев ребят. Дреяр сразу заметил темноволосую девушку, что сидела на кресле с бутылкой пива. — Кана, ты знала, что женский алкоголизм не лечится? — усмехнулся Лексус. — Дреяр, ты знал, что пересадка мозга бесполезна? — колко ответила она. Парень ухмыльнулся. — Вы закончили? — устало выдохнул Клайв. — А ты, Кана, не показывай, что я позволяю тебе пить. Хотя, я конечно против, — девушка закатила глаза. — В любом случае, присаживайтесь, — ребята уселись, кто куда мог. — Итак, вы знаете, что совсем скоро будет проводиться музыкальный фестиваль. Как правило, с самого утра и до поздней ночи будут выступать разные группы города. — И вы хотите, чтобы мы выступили? — как показалось Джувии, она задала риторический вопрос. — Не просто выступили, но еще и подготовили: сцену, аппаратуру, листовки, список групп. Всё к седьмому июля. — Фестиваль седьмого июля? — быстро переспросил Грей. — Да, а что? — Клайв приподнял бровь. — Да так, просто, — он отвел взгляд. — Так или иначе, отказы не принимаются. Школа прикрывала ваши бедламы, так что помогите и вы школе. — Поможем, — Люси усмехнулась, ребята покосились на нее, как на сумасшедшую. — Да вы чего? Это же круто, мы уже прославились, так почему нельзя прославиться и другим. Тем более, если будут песни бунтарей и революционеров — придет больше народу. — Мне нравится твой настрой, — Кана ухмыльнулась. — Па, можно мне с ними? — Вперед. Примите ее к себе? — Добро пожаловать, — Люси протянула ей руку, и Кана пожала ее. — Когда начинаем? —Когда хотите, но чем раньше — тем лучше. — Ладно, мы беремся за дело. Ну, вперед? — она ухмыльнулась, кивнула Клайву и вышла из кабинета. Ребята так же попрощались, выйдя вслед за ней. — Ты так просто согласилась. С чего вдруг? — Эрза недоверчиво вскинула бровь. — Я больше не могу лежать, как овощ, — Люси взбудоражено говорила, повернувшись лицом к ребятам. — Сами подумайте! Это же на самом деле классно. Можем сделать что угодно, так еще и оторвемся по полной. — Ладно, — протянул Жерар. — Я в деле, — он получил одобрительную улыбку девушки. — Мы тоже, — притихшие до этого сестры Штраус подняли руки. — Наш ответ ты знаешь, — хохотнул Грей, Джувия кивнула улыбаясь. — Я с тобой. Еще и Гажила приплету, — Леви усмехнулась. — У меня особо нет выбора. Так что я с вами, — Дреяр пожал плечами. — Я в деле, — спокойно сказала Эрза. — Супер, тогда начинаем, немедля!       Ребята быстро вернулись домой. Гажил всё-таки пришел, после трех звонков Эрзы и одного от Леви. Пока они шли, Люси все печатала и печатала в телефоне. По пути домой, она забежала на площадь, где будет проходить сие деяние, оценила, что нужно сделать и так же быстро вернулась обратно. — Итак, — начала она, когда все расселись за столом. — Я все придумала. Леви и Гажил — вы ищите группы, которые хотели бы выступить. Причем не только музыкальные, но и танцы. Только не народные, прошу, — она усмехнулась. — Будет сделано, — МакГарден что-то записала в блокнот, подмигнув Редфоксу. Тот усмехнулся. — Жерар и Эрза — на вас оставлю покупку ткани, — Люси протянула Скарлетт листок, на котором что-то быстро написала. — Придется много мотаться по городу, дабы купить это всё.— Но тут не только ткань, — заметил Жерар. — Ну так, ведь мне не только ткань понадобиться, — Хартфилия усмехнулась. — Мира, Лис, на вас печать плакатов и листовок. Естественно, дизайн тоже с вас. — Поняли. — Кана и Лексус будут у нас закупаться стройматериалами. Я увидела, что на сцене нужно будет много чего доделать, поэтому вам придется изрядно помотаться. Список я написала, но, возможно, придется его дописывать. — А обязательно с ним? — жалобно спросила Кана. — Аналогично. — Я в вас верю, — Люси усмехнулась. — Так, что еще? А, Грей, Джу, у вас тоже будет задание. На фестивале нам понадобятся палатки с едой и разными сувенирами. Найдите таких побольше, дабы было много чего вкусненького и что-нибудь для деток. Игрушки, конкурсы и всё такое. — Будет сделано! — Джувия улыбнулась. — Ладно, тогда начинаем с завтрашнего дня. — Стоп, а что будешь делать ты? — крикнул ей в след Жерар. — Я буду делать все декорации и настраивать аппаратуру. Я ушла! — она быстро вышла из дома, хлопнув дверью. — Как обычно балду будет пинать, — хмыкнул Грей. — Сто процентов, — отозвался Лексус. — И почему она за это взялась? Люси — самый ленивый человек на всем земном шаре, — Гажил скрестил руки на груди. Он посмотрел на Эрзу. Видимо, она знала. — И мне любопытно, — отозвалась Мира. — Думаю, ничего не случится, если мы скажем, — пожала плечами Леви. — Седьмого июля, — спокойно начал Лексус. — День рождения Люси. И она всем своим сердцем его ненавидит. — Как можно ненавидеть свой день рождения? — удивилась Лиссана. — Поверь мне, в ее случае — можно, — Эрза едва заметно кивнула.       Люси шла быстро, особо не раздумывая. Ей нужно было побыть одной. Совсем одной. А для этого подходило лишь одно место.       Засунув руки в карманы, она медленно поднималась по лестнице. Мусор, граффити, разбитые бутылки и прочее барахло, что здесь валялось. Люси знала каждый дюйм этого здания.       Она остановилась, закрыв глаза. В ее голове была буря, которую она не могла успокоить. Седьмое июля… Она воистину ненавидела этот день, а в этом году еще и восемнадцать лет. Девушка открыла глаза, тяжело вздохнула и, пошла дальше. Уж лучше она будет петь на сцене, чем сажать печень где-либо. Как ни странно, день рождения блондинка не праздновала с ребятами ни разу. Да, они отмечали, и все такое, но только на следующий день. — Привет, Люси, — раздалось за ее спиной.       Хартфилия так и замерла на одном месте. Она узнала голос, но боялась повернуться. Просто не верила, что он может быть здесь. А саму девушку будто ледяной водой облили, и она оцепенела. Кое-как ей хватило смелости повернуться. Хартфилия была права — это он. Всё тот же иронично-серьезный взгляд, всё та же шапка и маска. — Ты. — Давно не виделись, — Люси была готова поставить сто баксов на то, что он сейчас улыбался. — Прежде чем ты что-нибудь выкинешь, спешу сообщить, что Джеки тогда воспользовался моим именем. Я уехал из лагеря за три дня до стрельбы. — Не подходи ко мне, — она пятилась от него спиной. — Откуда мне знать, что ты не работаешь на Джека? — Тебе придется поверить мне на слово. — Ни за что. — Люси, мы знакомы с Джеком, поэтому он и воспользовался ситуацией. Просто поверь. — Не в этой жизни.       И она побежала. Так быстро, как только могла. Свернула за угол, а дальше без оглядки, лишь бы убежать от этого человека. В душе она понимала, что это действительно Фокс, но что-то было не так. То ли глаза, то ли еще что, но она чувствовала неладное.       Она прыгала через мусор, поднималась по лестницам и так же быстро спускалась с них. Девушка увидела знакомую дверь с ключом в замке. Спасение! Но не тут-то было. Бунтарка почувствовала, как кто-то быстро сомкнул руки на ее животе, и они вместе рухнули на пол.       Люси начала извиваться, дабы выбраться и убежать, куда подальше, но парень накрыл ее своим телом, поэтому всё, что она смогла сделать — это перевернуться на спину, встретившись с ним взглядом. Ее левая рука была прижата его рукой к полу, как и правая, та была на уровне ее лица. — Пусти меня! — прошипела она. — Нет, пока мы не поговорим. Люси, сколько раз мне повторять? Я все это время защищал тебя, как только мог! Если бы меня не было, ты давно загремела бы в тюрьму, и это в лучшем случае. Но чем дольше ты не знаешь моего настоящего имени, тем лучше. Только так ты будешь в безопа… — О какой безопасности ты говоришь? — сорвалась на крик она. — Только об этом и твердишь. Где ты был, когда в меня стреляли? Где ты был, когда я умирала на полу в собственной крови? — на карих глазах выступили предательские слезы. — Где ты был? — Прости меня, — весь его вид говорил девушке, что он правда сожалеет. — Я хотел как лучше. Знаю, я много раз это говорил, но только я смогу тебя уберечь. — Нет, — на него смотрели глаза, переполненные слез. — Не ты. Человек, который меня спасает сейчас на другом конце света. Он был рядом, когда я загибалась от наркотического шока. Он закрывал меня от пуль. Только благодаря ему меня не превратили в решето, — слезы покатились из ее глаз. — Из-за меня он чуть не погиб и сейчас еле говорит и стоит на ногах. Вот кто действительно не боится отдать за меня жизнь. Я каждый день молюсь о его выздоровлении, потому что я не заслуживаю жизни, спасенной такой дорогой ценой. — Не плачь, — едва слышно сказал он, левой рукой вытирая ее слезы. — Ты говорил, что спасаешь меня, потому что любишь. Так вот слушай! Я любила тебя, правда. Но потом ты меня подставил в клубе. Я любила тебя, стараясь не замечать твоего эгоистического поведения по отношению ко мне. И только сейчас я поняла, что моя «любовь» к тебе — детский лепет! — она отвела взгляд, продолжала: — Я и сама не помню, как полюбила другого, а все, что чувствовала к тебе — банальная привязанность! Человек, которого я люблю всем сердцем сейчас в Швейцарии!       С этими словами она разбила ему об голову стеклянную бутылку, до которой она смогла дотянуться. Хватка Фокса ослабла, парень рухнул на девушку. Люси скинула его с себя, стряхнула с одежды осколки и стремглав выбежала из здания.       Привычные коридоры, привычная темнота и холодок. Всё как обычно. Она спустилась по лестнице, перед этим убедившись, что дверь плотно закрыта. Девушка не переживала, что ее заметят, ведь несмотря на то, что сейчас лето, на улицах были уже сумерки.       Да, что-то она засиделась у Бунтарей. Да и с Хартфилией творилось что-то неладное. Прибежала к девяти вечера, и ничего не сказав, убежала к себе в комнату. Девушка тяжело вздохнула.       Знакомая дверь. Она быстро набрала комбинацию цифр на панели, что высветилась чуть левее от двери. Та приоткрылась, и девушка легко открыла железную дверь, но, как только она оказалась за порогом, механизм закрылся, с характерным шумом.       Небольшая комната. Простая серая, правильной квадратной формы с идеально гладкими стенами, полом и потолком. Она бросила куртку на белый кожаный диван, переодела кроссовки и отправилась в следующую комнату, свернув направо.       Она была такой же, как и «прихожая», только эта длиннее раза в четыре. Надев наушники и, особо не прицеливаясь, парень сделал выстрел. Потом еще один и еще. Девушка наблюдала за его стрельбой, но патроны закончились в следующую минуту. Он снял наушники, заметив ее. — Он у себя? — поинтересовалась Эрза. Гажил направился к мишеням, не обратив на нее внимание. Но все же бросил через плечо: — В главном зале. — Спасибо. Как результат? — он самодовольно ухмыльнулся. — Все десятки.       Она показала большой палец, отправившись дальше. Небольшой спортзал с разными тренажерами, и Ромео, что подтягивался, и Бисклоу, искавший что-то в телефоне, ее не особо интересовали. Ребята лишь обменялись короткими приветствиями и продолжили заниматься каждый своим делом.       Ни Миры, ни Лиссаны не было, поэтому Эрза сделала вывод, что они опаздывают. Это странно, ведь десять часов — комендантский час. Ладно, девчонки не пропадут. Скарлетт зашла в последнюю комнату.       Все как обычно: большой овальный стол, стулья для всех Революционеров и их предводитель, что сидел во главе. Девушка прекрасно знала три вещи:       1. Его нельзя злить. Ни при каких обстоятельствах. Пускай он порой ведет себя как идиот и ребенок, но, если дело касается его друзей или любимых — он вопьется в глотку.       2. Всё, что он делает — не спроста. Всё, что говорит — давно продуманно. Каждая встреча, даже если кажется, что она случайна, — подстроена. Всё ради его целей.       3. Он не тот, за кого стремится себя выдать. И никто, даже родители, не знали, что творится у него в голове. Никто не знал.       Он лениво откинулся на спинку стула, прижимая что-то к затылку. Эрза усмехнулась, сев на свой стул, по правую руку от парня, заодно закидывая ноги на стол. — Я так понимаю, ты всё-таки сходил к Люси. — Как видишь, — буркнул он. — А я говорила, что нужно с ней нормально поговорить, а не в роли «Фокса», — она подняла бровь. — Эрза, она разбила об меня бутылку! — сейчас он напоминал обиженного ребенка. — Ну, ты сам виноват. Люси — бомба замедленного действия, — Эрза засмеялась, но ее лицо вмиг приобрело серьезное выражение. — Драгнил, почему ты ей не скажешь, что приехал? Она изводит себя, а ты даже не звонишь ей. — А то ты не знаешь, — Нацу прищурил глаза. — Пока мы не разберемся с Джеком, я не могу к ней приблизиться. Я живая мишень. — Джек не показывался полгода. Драгнил, посуди сам. Если бы он хотел, убил бы тебя там, в лагере. А теперь ты сидишь и изводишь себя, — Скарлетт нахмурилась. — Не только себя, но и ее. Постоянно твердишь о защите Хартфилии, но упускаешь одну вещь. — И какую же? — холодно спросил он. — Ей не нужна защита, — она резко встала. — Хватит просчитывать каждый свой вздох. Ты только усложняешь всё. Ты любишь ее, она любит тебя — ВСЁ! — Если бы я не просчитывал, мы бы давно были мертвы, — спокойно сказал он. — Мы бы выкрутились. Я предупреждала тебя, не вмешивай девочку во всё это дерьмо! Драгнил, я говорила! Ты сам влюбил в себя Люси, а теперь, когда она готова пойти за тобой, ты решил дать задний ход? — она посмотрела на него сверху вниз, — Хотя зачем я тебе всё это говорю? Вперед гений. — Может хватит? Эр, не беси. — Ты пропустил пять лет своей жизни, разрабатывая в этом бункере план, — она отвернулась, направившись к входу. Девушка повернула дверную ручку и добавила: — Фокса она уже возненавидела, за то, что его не было рядом. Смотри, чтобы та же участь не постигла и Нацу.       Она вышла, закрыв дверь. До собрания все равно еще сорок минут, так что Скарлетт спокойно направилась в гостиную. Ей нужно было остыть.       Девушка села на диван, закинув голову. Нет, этот придурок точно никогда не изменится. Сам подпустил к себе девчонку, обнадежил, а что теперь? Разобьет ей сердце или же затянет на самое дно этого болота?       Скарлетт закрыла глаза, устало выдохнув. После разговора с Хартфилией, все страшные догадки подтвердились. Блондинка влюбилась в Драгнила. Скарлетт успокаивала себя тем, что трое Бунтарей знают всё и смогут спасти блондинку от всего, что крутится вокруг Революционеров.       Эрза нахмурилась. Зачем Нацу строил из себя тихоню? Мог бы спокойно переломать кости обидчикам и жить споко…       Она резко открыла глаза. Догадка обожгла её мысли. Этот гаденыш мог за себя постоял, но предоставил Хартфилии роль защитницы. Рот девушки приоткрылся от удивления. Она вдумчиво перебирала воспоминания и обрывки разговоров, чтобы те, подобно цветным осколкам, собрались в единую мозаику. И, когда это произошло, она выпалила: — Драгнил, ты ублюдок! — Вышедший из кабинета Нацу услышал её слова, и, строго глян на пдругу, переспросил: — Не понял. — Ты ублюдок, — повторила она, поднимаясь с дивана. — Ты не мог предугадать действия Хартфилии, поэтому решил держать ее на коротком поводке. Чтобы не сбежала. Случайно не сорвала твои планы. — Голос девушки дрогнул. Она смотрела на него, как на незнакомца. — А нет поводка прочнее любви. Заставил ее возненавидеть Фокса и оказывался рядом, когда она в этом нуждалась Ведь очень просто протянуть руку упавшему. И как удачно! Сам же ее и толкнул. — Нацу молчал. Стиснутые зубы, холодная усмешка. Он пристально следил за подругой, но даже не думал перебивать её поток мыслей. — Хотел привязать её к себе, но просчитался и сам влюбился, — в глазах Эрз бурило жгучее презрение с едва заметной жалостью. Нацу довольно кивнул. — Я в тебе не ошибся, — он холодно на нее глянул. — Ну ты и тварь, — на выдохе сказала она. — Хартфилия — часть плана. — А если и так, тебе то что? — в тишине раздался звонкий удар. Нацу схватился за щеку, а Скарлетт так и не разжала кулак. — Ты использовал ее как наживку, — Эрзу трясло от гнева. — Сыграл на ее чувствах, сделав мишенью, чтобы поймать Джека. — Вот тут ты оши… — Заткнись! Ты заигрался, Драгнил! — Послушай меня. И послушай внимательно! — он грубо перебил ее. — Я не использовал ее и уж тем более не влюблял. Я вовремя узнал, что на девчонку готовится покушение из-за ее семьи. Так или иначе, действительно хотел держать ее близ себя, дабы Джек не загубил еще кого-то. Уж извини, но она привязалась ко мне, а я к ней. — Они чуть не умерли из-за твоих игр, — она грозно на него посмотрела. — Можешь говорить, что угодно. Я знаю, что ты мне веришь. Люси попала под горячую руку, но пока меня нет рядом, Джек не нападет. Эта сволочь хочет видеть, как я впадаю в отчаяние. Он раскусил, что я и Фокс — один человек, поэтому тогда и напал. — Что ты сделал, — девушка вздохнула, отведя взгляд. — Предположим, я поверила. — она подняла на него строгий взгляд. — По твоей теории Люси в безопасности, но только когда тебя нет рядом. И когда ты с ней встретишься? Она вся себя извела, и ты это знаешь, — Эрза сложила руки на груди, склонив голову на бок. — Когда мы все будем готовы. Эр, ты знаешь, сколько у нас друзей, а теперь еще и Бунтари на нашей стороне. Как только все будут знать план действий, если Джек что-нибудь выкинет, вот тогда мы и встретимся, а пока… — Она должна держаться как можно дальше, ведь в ее власти сломать всю операцию, — девушка иронично посмотрела на парня. — И это великий стратег Нацу Драгнил. Человек, который оставил в дураках полсвета, — она усмехнулась, — а его оставила в дураках всего одна девчонка. Иронично, не думаешь? — Разговор окончен, — развернувшись, он зашел в комнату, закрыв за собой дверь. — Разговор может и закончен, а проблемы, похоже, только начинаются.