Бунтари и Революционеры

      Песня подходила к концу. Люси улыбалась, наблюдая за парнем, веселящимся на сцене. Она закрыла глаза, надеясь, что происходящее — не сон. Но её слух всё так же улавливал мелодию и голос юноши.       Толпа закричала, бурно аплодируя. Драгнил что-то крикну, переведя взгляд на блондинку. Люси вздрогнула, открыв глаза. Он не увидел на её лице желанной широкой улыбки. Наоборот… Робкая, почти пугливая. Карие глаза сверкали в свете софитов, что озаряли толпу. Прорываясь сквозь толпу, к девушке подошла Эрза. Скарлетт что-то шепнула Хартфилии, от чего та переменилась в лице. Улыбка сошла на нет.       Люси посмотрела на парня, потом себе через плечо, тяжело вздохнула. Нацу удивленно поднял бровь, когда та сняла каблуки, бросила их Эрзе и стремглав побежала сквозь толпу. Тонкая иголка обиды сильно кольнула его под ребра.       Через десять минут вопрос был решён, и измотанная блондинка подошла к будке Лексуса. Дверь медленно открылась. Дреяр посмотрел на вошедшую Люси. Она устало упала на стул, стоящий близ него. — Ну как? Со всем разобралась? — Лексус не оторвался от работы. Блондинка зарылась пальцами в волосы. — Драгнил с ребятками сразу свалили. — Твою мать, — устало сказала она, запрокинув голову. — Долбанные малолетки! — Люси беззвучно материлась на ребят, пронёсших петарды. — Да, уже знаю. Эрза рассказала. Не хочешь пойти к Драгнилу? — он услышал усталую усмешку. — Я даже не знаю, где он сейчас. — Около палатки с шаурмой, — блондин хитро улыбнулся. Люси вскинула бровь. — Он заходил несколько минут назад, сказал, что будет ждать тебя там. — Так какого хрена ты молчишь?       Люси широко улыбнулась и стремглав убежала. Лексус хмыкнул, заметив её туфли, валяющиеся у стула. POV       Море улыбок, разговоры ни о чем, запах еды, перемешанный с разнообразными духами. Так много народу, что я с трудом могла отличить хоть какие-нибудь ларьки. Ноги гудели. Но это лучше, чем на каблуках.       Проходя сквозь поток людей, я заметила ряд ларьков с едой.       Всюду мелькали огоньки телефонных вспышек, ослепляя. Над головой приятно горели гирлянды. Не с первого раза я всё-таки заметила его странный цвет волос.       Что со мной происходит? Я просто не могла поверить, что за год зажатый парень, который мне боялся сказать «привет», станет чуть ли не самым важным героем моей жизни. Судьба, всё-таки, забавная штука…       Улыбнувшись, я сделала вывод: Люси Н. Хартфилия влюбилась в него. Мне хотелось увидеть каждую его сторону, вне зависимости от того, что меня там ждёт.       Драгнил не видел меня, что-то быстро печатал в телефоне. В его зубах была зажата сигарета. — Я думала вы, мистер Драгнил, порядочный ученик, — я, заложив руки за спину, медленно подошла к нему, — а вы, мало того, что курите, так еще и поете песни, — он отвлекся от телефона, но на меня так и не посмотрел, улыбнувшись, — пропагандирующие восстания. «Сделай или умри», — да? — подражая нашему математику, я театрально прикрыла глаза. — Порядочные ученики себя так не ведут. А что скажет директор? — Ох, я даже не знаю, — я подошла совсем близко. Он привычно улыбнулся одним уголком губ. — Но, думаю, вы сможете меня прикрыть, мисс Хартфилия, — он подыграл мне. Нацу умоляюще посмотрел на меня. Теперь его улыбка больше походила на насмешку. — Что ж, я подумаю.       Я забрала у него сигарету, сделала последнюю затяжку, выбросила бычок. Не отрывая от меня глаз, он наступил на легкий наркотик, окончательно его затушив. Драгнил смотрел мне в глаза, соблазнительно прикрыв свои. Мы одновременно улыбнулись. — Ох, мистер Драгнил, — правой рукой я сжала его плечо, а левой погладила щеку, — с вам столько проблем, — даже сквозь блузку чувствовалась его горячая кожа. — Но за это вы меня и любите. — Не только за это.       Он, хитро улыбаясь, поцеловал меня. Закрыв глаза, я забыла об отце, какие-то переживания теперь казались такими ничтожными… От Нацу приятно пахло горьким табаком и одеколоном. Трава щекотала босые стопы. Он крепко обнимал меня.       Я отстранилась всего на пару секунд. Вдруг несколько лампочек над нашими головами взорвались. Мы стояли в снопе искр, и я поймала себя на мысли, что улыбаюсь, как дура. Но Драгнил снова меня поцеловал, и внутри взорвались яркие фейерверки, озаряя всё. — С днем рождения, родная, — он улыбнулся, поцеловав меня в нос. POV END       Время медленно переваливало за девять часов. У Лексуса уже глаза слипались, но он усердно помогал выступающим ребятам. — Эй, Лекс. — В двери появилась синяя макушка. — Может тебя сменить? — Жерар взволнованно посмотрел на друга. — Нормально. Но, если хочешь мне помочь, можешь принести что-нибудь поесть и кофе, — он кисло улыбнулся.       Фернандес усмехнулся кивнув. Парень отправился к палаткам, дабы Дреяр не страдал от голода.       Последние лучи солнца лениво облизывали верхушки деревьев, теплый летний ветер обвевал фигуры людей. Даже не верилось, что такая огромная толпа разных возрастов могла собраться в одном месте ради музыки. Старики не ворчали на глупость текстов или образы певцов. Напротив, весело покачивались в такт, искренне веселясь.       Жерар быстро обошел все назначенные места и теперь с трудом удерживал всё в руках. Его взгляд скользил по толпе, резко наткнувшись на знакомые пунцовые волосы. Их обладательница, будто почувствовав, что на неё смотрят, обернулась. Карие глаза встретились с темно-серыми. Скарлетт подмигнула Фернандесу, заслужив его смешок и тёплую улыбку. Она сделала легкий жест рукой: «Встретимся позже?», — на что парень улыбнулся шире, кивнул.       Сколько бы лет не прошло, а недовольное лицо Сердоболия-старшего всегда выглядело чересчур злобным. — Что? — он недовольно вскинул бровь, почувствовав на себе взгляд брата. — Нэм, прекрати. Ведешь себя, как маленький, — Сердоболий облокотился о стену, сложив руки на груди. — А ты ничего не путаешь?! Ты… — он глубоко вздохнул и добавил, спокойнее: — То, что ты решаешь за Люси… — Мне важно знать, что она не свяжется с плохой компанией. Что её будущий муж не будет каким-нибудь…       Он резко замолчал. Нэм проследил за взглядом брата. В толпе он заметил светлые волосы, что переливались в разноцветных лучах софитов. Их обладательница о чем-то говорила с молодым человеком, положив руки ему на плечи. Вид у него не внушал доверия. Люси смотрела на парня влюбленными глазами. Лицо Джуда покрыла мрачная тень, и, как только Нэм подошел ближе, тот вымолвил: — Вот от этого я хотел ее уберечь, — и, будто в подтверждение его слов, пара поцеловалась. Тем временем у «той самой пары» — И всё-таки, как? — девушка наклонила голову. — Так быстро вылечиться… — Сильно по тебе скучал и решил сделать тебе сюрприз на день рождения, — он улыбнулся. Люси заметила прядь крашеных волос, выбивающуюся из-под шапки. Пальцы ловко заправили ее обратно. — Не нравятся? — с ухмылкой спросил он. — Не хочу, чтобы кто-нибудь увидел в тебе моего тихоню. — Ревнуешь? — он вскинул бровь. — Нет, милый, — она ухмыльнулась. — Просто тебе пора понять, что ты принадлежишь мне и только, — по взгляду девушки Нацу понял, что она не потерпит споров. Блондинка была полностью уверенна в своих словах. — Вот как, — он засмеялся, поцеловав девушку.       Вскоре Хартфилия нехотя оставила Нацу, отправившись проверять всё ли хорошо на фестивале. Она обошла всё, что только можно и, не обнаружив каких-либо изъянов, отправилась смотреть выступления.       В толпе она заметила Грея и подошла к другу. — Ну, как дела? — задорно спросила блондинка. — Все просто отлично, — он улыбнулся. — Ты всё проверил? — Да. Аппаратура в норме. Эрза отпустила меня повеселиться. К слову об этом, — он заговорчески улыбнулся, — ты уже поздоровалась с Драгнилом? — только улыбка Грея Фуллбастера могла быть максимально искренней с проблеском хитрости. Люси отвела взгляд, едва заметно покраснев. — Ну, что-то вроде того, — блондинка резко подняла на него глаза. — Ты знал? Знал и ничего не сказал?! — Нацу просил сохранить это в тайне, — он пожал плечами. — И когда вы так сдружились? — Всем добрый вечер! — со сцены раздался голос Локсар. Ребята замолчали, переведя взгляд на сцену. — Я знаю, что среди всех пришедших есть пары, которые несколько дней назад, да и сегодня тоже, скрестили жизнь узами брака! Давайте поздравим их, — она захлопала в ладоши. Это действие подхватила вся толпа, кто-то даже выкрикивал поздравления. — Я хочу пригласить их на сцену. Следующая песня специально для вас!       Люси сложила руки на груди, оглядывая подругу. Белый корсет, юбка-солнце, высокие белоснежные каблуки и фата, закрепленная в распущенные волосы. — Какая же она красавица, — Люси улыбнулась. — А ты сомневалась? — Грей не отводил глаз от возлюбленной. — А она тоже невеста? — раздался детский голос.       Ребята посмотрели на малышку лет семи, сидящую на плечах у высокого мужчины. Он не успел ответить, как Люси сказала: — Конечно, — девочка с отцом посмотрели на блондинку. Она улыбнулась. — А чья? — не унималась малышка. — Моя. А чья же еще? — Грей рассматривал свою девушку.       Девочку полностью удовлетворил ответ и она снова посмотрела на сцену. Мужчина улыбнулся Бунтарям.

Юлия Савичева — Невеста

      Заиграла музыка, и пары начали танцевать. Легкий голос Джувии летел по всей площади, девушка пританцовывала. Никаких резких движений в её излюбленной манере.       Воздушная походка, улыбка, мягкий взгляд. Грей не мог на неё наглядеться. Ему порой даже не верилось, что эта девушка встречается с кем-то, вроде него. Боковым зрением он заметил широкую улыбку Люси. — Что? — настороженно спросил он. — Не думала, что она её все-таки споет. — О чем ты? — он нахмурился. — Ты же знаешь, что она не умеет писать стихи? — Парень неуверенно кивнул. — Эту песню она написала сама. Я лишь немного зарифмовала, — Фулбастер тут же посмотрел на Локсар. Она сидела на краю сцены, продолжая петь. — Скотч дать? — насмешливо спросила блондинка. — Зачем? — Лыба сейчас треснет, — Хартфилия рассмеялась. Бунтарь и не заметил своей широкой улыбки. — Иди уже.       Джувия задорно пела, высматривая парня в толпе. Но тут кто-то быстро подтянулся на руках и сел рядом с ней. Голубые глаза встретились с темно-синими. Девушка широко улыбнулась. Она пела именно ему и теперь была точно уверена, что парень слышал её. Их пальцы сплелись. Бунтари не могли отвести друг от друга взглядов. Казалось, что толпа куда-то исчезла, и они остались вдвоём.       Локсар болтала ногами, не прекращая улыбаться. Грей сконцентрировал своё внимание на ней.       Вдруг она поднялась на ноги, потащив за собой Фулбастера. Джувия не прекращала петь, кружилась вокруг своей оси, придерживаясь за поднятую руку парня. Бунтарка танцевала, периодически поглядывая на Грея. — Ну, как тебе? — спросил Лексус, когда Хартфилия вошла в будку. — Бесподобна, как и всегда, — они улыбнулись друг другу. Блондинка села на стул, закинула ноги на стол рядом с аппаратурой. — Не могу не согласиться, — Лексус не отрывал взгляда от пульта, но его смутила тишина со стороны неугомонной подруги. — Что случилось? — Всё хоро… — Хартфилия, я знаю, когда ты врешь, — он снисходительно на неё посмотрел. — Можешь не говорить. — О-н понимающе кивнул. Девушка поджала губы. — Если ты из-за бати, то не парься! Мы Бунтари или кто?! — Дреяр оскалился, довольно хмыкнул, посмотрев на неё. — Не из таких передряг выкручивались, — Люси молчала.       Лексус нажал на кнопку, и в воздух над сценой взлетело целое облако белых и золотых конфетти. Парень не видел, как дрожали её руки и плечи. Не заметил блеск в её глазах. Ему и не нужно было этого видеть, чтобы понять состояние девушки. Страх. Растерянность, Настороженность.       Люси убито улыбнулась. Её так хотели вернуть в семью… Отец, да и Нэм, скорее всего. Никто же не задумывался, что её семья осталась рядом в этом пыльном городе. Те, кто поставят на кон всё, ради неё. — Спасибо.       Она судорожно вздохнула, наблюдая за тем, как опустела сцена. — Споешь? — Лексус усмехнулся. Как он и предполагал, ребята быстро установили барабаны. — У нас свободное время. Да и это всегда тебе помогало, — блондинка не двинулась с места. — Ну, не упрямься. Если хочешь что-то сказать миру, то вперед. Они не услышат твоего шепота. Крикни им, — он улыбнулся, протянув микрофон, — как ты всегда это делала.       Уверенный взгляд и нахальная улыбка Дреяра заставили девушку взять микрофон. Бунтарь удовлетворённо кивнул. Тряхнув копной волос, она сказала: — Объявите меня.       Хартфилия быстро вышла. Дреяр ухмыльнулся, нажав кнопку близ специального микрофона.       «Дамы и господа, — голос парня разнесся по всей площади, — позвольте представить живую легенду нашего города… Бунтари!»

За пять минут до этого.

      Мистер Айлс давно уже не ходил на подобного рода мероприятия. Его жизнь была расписана по минутам, а обожаемая когда-то музыка, стала профессией, приносящей хорошие деньги.       Однако, как он мог отказать во встрече старому другу? Он достаточно быстро заметил Сердоболия-старшего и тут же его окликнул: — Нэм, — мужчина улыбнулся, заметив старого друга. — Спасибо, что позвал. Столько талантов я еще не видел! — Сердоболий ухмыльнулся. — Обращайся. Подумал, что тебе нужно что-нибудь новенькое, — мужчины сидели на трибуне, установленной в пятидесяти метрах от сцены. — Тем более, я думаю, многие мечтают заключить контракт с «Айлс студио». — Я в восторге от тех ребят, — мужчина почесал пепельный затылок, — ну, как же их? Там еще девушка пела с дредами. — А, ты про них. Знаю-знаю. Потом у организаторов раздобуду их номера и передам тебе. — Вот спасибо, — лицо, покрытое тонкой сеткой морщин, заулыбалось. Несмотря на возраст, его карие глаза не утратили того юношеского блеска. — Нэм, ты же не просто так меня позвал, — он хитро глянул на друга. — Если я не ошибаюсь, у тебя здесь будет выступать крестница, — Нэрмон отвел взгляд, едва заметно улыбнувшись. — Она уже выступала. Вообще, я хотел, чтобы ты посмотрел на мою знакомую, но она не смогла приехать. А к крестнице я прилетел на день рождения, — он неуверенно потер шею. — Я с ней не буду праздновать, но посмотреть на мою красавицу просто обязан. — Точная копия Лейлы? — без тени улыбки спросил Айлс. Нэма вздрогнул. — Я угадал. Нэм, ты же понимаешь…. — Я всё прекрасно понимаю. Просто… Не важно. Лейла мертва, и этого не изменить, — в его голосе прозвучала сталь. — Вижу, ты так и не простил Джуда, — каждое слово мужчины било в десятку. — Джей, понимаешь… — он не знал, что сказать. Пару минут длилось его молчание, после чего Сердоболий продолжил, — он, из-за своих намерений, хочет загубить жизнь Люси. Если я не ошибаюсь, там такое зреет, а она, — мужчина прервался, заметив девушку в толпе. — Она ведь ещё ребёнок. — А Джуд не понимает, что у этого ребёнка есть своя жизнь? — Нэм кивнул. — Я уверен, она сама разберется. Со всем этим, а ты, — он улыбнулся уголками губ, — просто будь ей опорой. Кстати, это она? — он указал на девушку, что поднималась на сцену. Сердоболий кивнул. — Ну, посмотрим на твоего «ребёнка». Да и Джуд посмотрит, — Нэрмон заметил брата близ сцены.       «Дамы и господа, — голос парня разнесся по всей площади, — позвольте представить живую легенду нашего города… Бунтари!» — И всё-таки ты не прав, — она откинулась на спинку кресла. Ветер трепал короткие волосы. — Не прав? Ты хоть понимаешь, что говоришь? — он посмотрел на сцену. С крыши здания открывался потрясающий вид. Мужчина придирчиво оглядел расходившиеся пары. — Я не допущу того, чтобы она вскружила ему голову. — Игнил, оглянись, — женщина положила ногу на ногу, — твой сын влюблён. Я так давно не видела, чтобы Нацу улыбался. Причем не натянуто, а… — Ты верно с ума сошла! Напомню, из-за этой девчонки наших детей чуть не убили! — серые глаза презрительно смотрели на людей, будто они были недостойны дышать с ним одним воздухом. — Так говоришь, будто она стреляла в них, — женщина поднялась, подошла к мужчине, — я тоже боюсь за жизнь Венди, но не забывай, эта девушка закрывала Нацу от пуль. — Откуда ты знаешь? — Драгнил-старший скривился, будто съел пол-лимона. — Венди рассказала, — теплый ветер трепал волосы. Женщина подошла к нему, положив руку на плечо. Игнил даже не обернулся, сверля взглядом сцену. — Я понимаю, что ты переживаешь, но…. Вспомни себя в их возрасте! — Гран… — Ты чуть не поджег школу, чуть не сел в тюрьму, и это даже не верхушка айсберга! — Я вовремя одумался! — Когда Нацу появился на свет! Я люблю наших детей, но, как бы ты не презирал эту девушку… Мои друзья покопались в ее прошлом, и точно могу тебе сказать, она хлебнула горя с полна.       Карие глаза внимательно осматривали сцену. За барабанами сидела девушка, вращая барабанную палочку в руках. Синие волосы были уложены в шикарную прическу. — Я знаю, на что способна эта особа, — придирчивый взгляд прошелся по парню с творческим беспорядком иссиня-черных волос. Он настраивал гитару, ухмыляясь. — Гран, ты в курсе, в чем она замешана. Политика, мафия и не только! Не хочу чтобы мой сын был в это втянут.       Грандина ухмыльнулась. Драгнил-старший заметил озорной блеск в глазах сестры. — А ты не думал, что он счастлив в их компании? Хотя, что тебе объяснять? Работа всегда была интереснее жизни Нацу, — она глубоко вздохнула, поймав себя на мысли, что рассматривает парня с голубыми волосами. Венди говорила, что его зовут Жерар, вроде… — Я знаю, что нужно моему сыну. — Заметно.       Она отошла от брата, всматриваясь в блондинку, что вышла на сцену. Грандина усмехнулась, поняв, что Игнил так и не узнал в парне, что кричал со сцены «Сделай или умри!», — своего ненаглядного Нацу.       «Дамы и господа, — голос парня разнесся по все площади, — позвольте представить живую легенду нашего города… Бунтари!»

Icon Fore Hire — Pieces

      Парни начали играть на гитарах. Солистка ловко перехватила микрофон. Какие-то считанные секунды, и вся площадь погрузилась во мрак. Раздался рев барабанов, по фигурам людей заскользили белые лучи прожекторов.       Всё в стиле этой группы. Как всегда, разрывающие все в пух и прах. Хартфилия пела, собрав весь свой гнев. Она вновь заявила миру о себе. Кричала отцу, что она не безделушка, которую можно легко продать. Её энергия захлестнула всех с головой, заставив всех, кто в ней усомнился, вновь преклонить головы. — Это твоя племянница? — восторженно спрашивал Джей, наблюдая за блондинкой. — О, да. Это моя девочка, — Нэм ухмыльнулся, вспоминая малышку, которую он когда-то называл «разбойником». Теперь же этот разбойник отдавал всего себя сцене и зрителям. — Она… Она бесподобна! — продюсер, с лихорадочным блеском в глазах, наблюдал за ребятами на сцене: девушка отжигала за барабанами, парни, игравшие сложные мелодии, ловили кайф от такой динамичное песни. Он просто не мог угомониться, следя за манерной солистки.       Дреяр, ухмыляясь, руководил софитами. Его пальцы нажимали на кнопки, будто он играл на пианино, и в воздух, подобно драконам, взвились два фейерверка, разрываясь алыми искрами. — Спасибо за музыку, Драгнил, — Лексус улыбался, узнавая в подруге ту самую Бунтарку, которой её знал и любил весь мир.       На площади раздавался голос не только Люси, но и Леви, сидящей за барабанами. Как же она скучала по этим легким покалываниям в пальцах, драйву, накалу эмоций. — Что я тебе говорил! — песня девушки стала для Игнила главным аргументом. — Она пойдет на дно, и Нацу за собой потянет. — Думай, как хочешь! Он уже не маленький и сам решит с кем ему быть, — строго сказала Грандина, выпрямив спину. — Ни за что! Пока он мой сын…       Его голос потонул в одобрительном крике толпы. Все веселились, снимали происходящее на телефоны, танцевали, старались подпевать. Только трое не поддавались всеобщему веселью.       Первый статично стоял и, с едва заметной улыбкой, наблюдал за девушкой на сцене. Драгнил улыбался, не сводя глаз с Бунтарки. Та самая, что никому не отдаст свою корону. Добрая и мягкая с друзьями, и снежная королева с другими… Наглая, эгоистичная, заносчивая. Бесподобна.       Второй боялся поверить, что блондинка, кричащая со сцены: «прежде чем судить меня, посмотрите в зеркало», — когда-то была малышкой, что боялась отпустить мамину руку. Сердоболий помнил детские глаза, наполненные слезами лишь от мысли, что он куда-то уедет. В груди будто что-то оборвалось… Где-то глубоко в душе он понимал, что уже давно не нужен своей дочери. Она сама зарабатывала себе на жизнь, веселилась и занималась тем, что ей нравиться. Джуд грустно усмехнулся. У Люси получилось то, к чему стремился каждый из его семьи. Девушка была счастлива и не зависела от кого-либо.       Он мотнул головой, резко вздохнув. Нет. Для кого-то счастье в наркотиках, проституции или ещё чего похуже. Такой судьбы он своей дочери не хочет…       Третий же откровенно ухмылялся, глядя на девчонку. Давно ли они убегали от полиции, угоняли машины и учились стрелять? Теперь детишки, как и дела, которые они проворачивали, выросли. У неё всё прекрасно складывается: карьера, любовь, бабки. Он мерзко ухмыльнулся, представив, как в скором времени ворвётся в её жизнь. — Один один, — шикнул он. Когда-то эта блондинка ворвалась в его жизнь, сорвав дверь с петель. Теперь его черёд…       Люси уже успела позабыть этот драйв, что захватывал ее на сцене. Она, в свойственной ей манере, напомнила миру о себе. Очень рано её скинули со счетов. И, будьте уверенны, зря. Казалось, весь мир вновь вздрогнул от голоса Люси Хартфилии…       В оглушительном реве толпы никто и не заметил, как девушка, на ватных ногах, спустилась со сцены и скрылась в толпе. Сердце сильно колотилось, и хотелось плакать. Она не знала, что происходит, кто все эти люди. Казалось, всего на секунду, будто она забыла всё, вплоть до имени.       Люди весело танцевали под песню парня, который играл на пианино, напевая мотивирующие куплеты.       Блондинка не ловила на себе взгляды толпы, не слышала восхищенных криков. Просто шла, куда глаза глядят. Люси не замечала людей, но вдруг ее кто-то схватил за локоть. Она обернулась. — Как ты? — рядом с Хартфилией стояла Аяна, обеспокоенно глядя на блондинку. — Я… — Хартфилия несколько раз моргнула, мотнула головой, приходя в себя. — Есть сигареты? — брюнетка ухмыльнулась, кивнула, пошарила по карманам. — Успокоилась? — Аяна протянула Люси пачку сигарет. Та быстро вытащила одну. — О чем ты? — Брюнетка пытливо смотрела на подругу. Она облокотилась на о стенку, пристально наблюдая за прикуривающей Люси.- — Как-то… Пусто. — Аяна кивнула, закурила. — Тебя столько лет не был. Почему ты появилась именно сейчас? Да еще и поешь. — Хартфилия насмешливо вскинула бровь, смотря на подругу. Чуть помедлив, Аяна напряжённо сказала: — Он вернулся. — Кто? — Бейл.       Её будто ударили по голове тупым предметом. Аяна знала, что для Хартфилии это больная тема. Люси выдавал едва заметно дёргающийся правый уголок губ. — Не старайся, — затянув дым, усмехнулась брюнетка. — Я вижу твой страх. — Когда он вернется? — её голос дрогнул.       Аяна не спешила с ответом. Она сделала долгую затяжку, пристально смотря на подругу. Та смотрела сквозь людей.       В голове Люси всплыл образ мальчишки. Его заразительная улыбка, добродушный смех. В памяти всплыл момент, когда он протянул ей руку. Кто же мог подумать, что эта же рука толкнет её в бездну? — Я не могу точно сказать. — Хартфилия не отреагировала. — Алло, приём, — никакого ответа. Аяна сплюнула и резко сказала: — Возвращайся. — Никогда, — резко ответила блондинка. — Да брось… — Ая! Я уже давно не часть Фейри Тейл и более туда не вернусь. — А ты, я смотрю, решила не просто вычеркнуть эту главу уз своей жизни, а напрочь выдрать лист, — зло усмехнулась брюнетка. — Они могут дать тебе защиту. — Не забывай, из-за них чуть не убили моих друзей, — Люси и Аяна сверлили друг друга взглядами. Брюнетка нервно отбросила бычок. — Не забывай, они, — девушка запнулась, — мы тебя вытащили из той дерьмовой жизни. Мы — твоя семья. — Семья?! — она чуть не сорвалась на крик. Ая попыталась перебить, но Люси схватила её за воротник, дёрнув девушку на себя: — Вы нас предали! Джувию, Леви… «Мы семья, все за одного!». А когда вы были реально запахло керосином… — Мастер старался защитить вас. — Он сдал нас с потрохами, — зло оскалилась блондинка. Она отпустила Аяну, сделала шаг назад: — Мы накосячили. Но, не забывай, Мастер говорит слово семья чаще, чем дышит. — Я не хочу ссориться с тобой, — она отвернулась от девушки, норовясь уйти. — Просто помни, что Фейри Тейл — твоя настоящая семья. Бейл всё ещё предатель. Мастер всё ещё ждёт тебя. — Не в этой жизни.       Люси резко развернулась и ушла в будку к Лексусу, оставив Аяну на одну. Блондинка молчала, не желая разговаривать. Лексус верно уловил её настроение, продолжая смотреть выступления групп.       Хартфилия прекрасно помнила и Фейри Тейл, и время, что она провела там. Но четче всего она помнила предательство, совершенное всей этой «семьей».       Через пятнадцать минут Дреяр всё-таки решил потревожить подругу: — Как ты? — Херово. — Что случилось? — он устало опустился на стул возле пульта управления. — С Аяной поговорила. — О как. И что же она рассказала? — Бейл вернулся, — Лексус на пару секунд замолчал. Он прекрасно помнил этого гавнюка. — А где Бейл, там и… — Хвост, — устало сказала она. — И что они хотят от тебя? — Защитить, — девушка спародировала старческий голос. — Как вовремя, — презрительно сказал он, вызывая у Люси улыбку. — Не вернусь и точка. — Чтобы там не произошло, мы защитим тебя лучше любого Хвоста феи! — Лексус уверенно кивнул. Девушка слабо улыбнулась, положив руку ему на плечо. — Спасибо, — шепнула она. — Ооо, а вот и последняя песня, — парень ухмыльнулся. — Главный подарок на твой День рождения. — Что? — Люси удивлённо посмотрела на сцену. — Просто выйди на улицу.       Девушка быстро вышла на улицу и пошла к сцене. Девушка остановилась в десяти метрах.

Никита Вишнев — Комета

      Его хриплый голос теплой волной поплыл над толпой. Весь шум тут же стих, взгляды обратились к нему. Нацу сидел на краю сцены, перебирал струны, и тихо пел в едва заметный микрофон. Люси завороженно смотрела на него. Руки легко скользили по струнам, выдавая приятную мелодию.       Вспыхнул софит, осветив еще одного парня. Он сидел на большой колонке, опираясь левой ногой о колонку меньшего размера. Это был Грей. Парень увлеченно играл на бас-гитаре, изредка смотря в толпу. Его явно больше интересовала музыка.       Люси знала, что Драгнил был в контактных линзах, из-за чего он уверенно смотрел в лица гостей фестиваля, будто ведя с каждым из них диалог. — Посмотри на меня, — беззвучно произнесла Люси.       Через пару секунд их взгляды встретились. Она уверенно выпрямила спину, улыбнулась, прикусывая внутреннюю сторону губы. Драгнил ухмыльнулся, качнувшись вперёд.       Зажгли третий софит. Параллельно Грею стоял Фернандес, подыгрывая на гитаре. Он явно был на своей волне. Если Фуллбастер иногда всё же смотрел на людей, то Жерар полностью игнорировал всех и играл для себя. Три гитары переплетали свои непохожие мелодии, гармонично сочетающиеся в одной песне.       Рядом с Люси стояла компания девчонок. Они взвизгивали и томно вздыхали, хватаясь за руки друг друга каждый раз, когда кто-то из парней смотрели в их сторону.       Софиты осветили всю сцену, а в песню вступили барабаны. За ними сидел Лиссана. Она мотала головой в такт песни. Жерар подпевал Нацу, забавно морща нос. Люси с трудом сдержала умилительный вздох.       Однако, всё её внимание было сосредоточенно на одном единственном человеке. В свете софитов, в этой футболке, которая не особо скрывала его татуировки и явно выделяющуюся мускулатуру, шапке, скрывающей его волосы, он казался таким привлекательным…

Но память о прошлом — это чушь.

(Здесь я — твой навеки придурок)

Больно стирать и тяжело,

Копаться в прошлом — это чушь.

      Софиты медленно гасли. Блондинка смотрела на Драгнила и понимала, что его взгляд прикован только к ней. Она знала, что парень написал музыку и слова к песне. На душе становилось теплее от мысли, что сейчас, сидя на сцене, он поёт только для неё.       Давай друг за другом, вслепую, по пятам.       Фестиваль подошел к концу. Палатки закрывались, аппаратура была бережно сложена в большой грузовик, заказанный ещё позавчера.       Эрза всё проверила, устало выдохнула. Почти все гости разошлись. Скарлетт размяла затёкшие плечи, зевнула. — Всё? — поинтересовался подошедший Грей. — Так точно. Завтра будем праздновать? — Естественно. У всех сейчас желание поскорее завалиться спать. — Вот как, — она улыбнулась. — А где именинница? — Драгнил украл её на сегодня.       Они понимающе улыбнулись друг другу. Грей ушёл помогать ребятам, оставив Эрзу наедине со своими мыслями.       Хартфилия явно нервничала. Она сидела в дорогой иномарке на пассажирском сидении. Девушка через лобовое стекло наблюдала за приближающимся Драгнилом. В руках он нёс два стаканчика с кофе. — И давно ты водишь? — поинтересовалась блондинка, как только Нацу сел в машину. Он улыбнулся, пожал плечами и протянул ей стаканчик. Она кивнула — Года два, — Драгнил пристегнул Хартфилии ремень. Он нарочно медлил, глубже вдыхая запах её духов. — Это незаконно, — ухмыльнулась Люси. — И ты мне говоришь о законе? — они рассмеялись. — Куда мы едем? — Ко мне домой. Я зря стол накрывал? — он вскинул бровь. — Твой отец меня не жалует, пожала плечами Люси. Нацу пристегнулся, довольно фыркнул. — Так мы и не в дом Драгнилов едем. Я квартиру снимаю. — Серьезно? — она удивленно на него посмотрела. — ТЫ ушел… — С отцом поссорились, и он предоставил мне выбор. Я выбрал. — Что за выбор? — Секрет. Так или иначе… Переночуешь у меня? — он долго смотрел в её глаза, стараясь поймать на себе смущённый взгляд. Люси прикусила губу, улыбнулась. — Поехали?       Машина тронулась с места. Хартфилия старалась подавить улыбку, но лицо её совершенно не слушалось, поэтому она отвернулась к окну. Мелькающие фонари, редко попадающиеся на глаза люди… ей почему-то было так спокойно. Драгнил молчал, думая о чем-то своём. А ей и не нужны были светские беседы. Лишь бы он был рядом. А остальное неважно.