Бунтари и Революционеры

      Нэм без интереса рассматривал мелькающие дома за окном. Водитель молчал, как ему и положено. Сердоболий-старший устало прикрыл глаза. — Будь другом, включи радио. — Конечно, — торопливо кивнул водитель. — Итак, добрый день, дорогие радиослушатели! — вещал мелодичный голос из приемника — Вы ждали этого довольно долго… В нашей студии находился новоиспеченная группа «Бунтари». — Нэрмон закрыл глаза, прислушался к голосу ведущего. — Встречайте аплодисментами сегодняшних гостей — Грея Фулбастера и Лексуса Дреяра. Ребята, привет, — его голос перебили дешёвые звуковые эффекты аплодисментов. — Добрый. — Нэм не подавал виду, внимательно вслушиваясь в низкий голос блондина. — Привет-привет. — Ну что ж. Я могу поздравлять вас с крупным контрактом? Вы уже полтора месяца трудитесь под покровительством «Айлсстудио», насколько мне известно. — Да, это так, — самодовольно ответил Грей. — И как же вы попали к самому желанному лейблу? Лексус расскажешь? — Так-с. Это была среда. Помню мы с Хартфилией играли в покер…       Нэрмона клонило в сон, но он сосредоточил всё своё внимание на интервью. Информацию о маленьком разбойнике он собирал по крупицам со всего мира. Интернет стал его главным пристанищем в последнее время. Нэм смотрел видео фанатов, случайных свидетелей. Всё, где хоть как-то мелькала Люси.       Ребята рассказывали о записи альбома и грядущих выступлениях, шутили и рекомендовали песни. Всё это было безразлично ему. Лишь бы они ещё раз упомянули о девушке… — Мы приехали, сэр.       Нэм вздрогнул, кивнул водителю. Он вышел из машины, тяжело вздохнул. Вечер обещал быть долгим и крайне неприятным. Всё-таки Джуд постарался для превращения дня рождения дочки в бизнес вечеринку.       Вспышки мелькали одна за другой. Хартфилия сидела на белом кубе, разведя ноги и упираясь руками в свое «кресло», смотрела в камеру фирменным безразличным взглядом. Девушка нагнулась чуть вперед, отчего небрежная укладка спала на левый глаз.       Гажил, наблюдавший за происходящим, ухмыльнулся. Ему нравилось наблюдать за Хартфилией. Когда дело касалось работы, она отдавала всю себя. Что не говори, а Люси, в свои восемнадцать лет, настоящий профессионал своего дела. Чтобы не происходило, девушка никогда не капризничала. И даже на самых изматывающих съёмках она работала до тех пор, пока не был отснят последний кадр. — О, привет, — послышался знакомы голос. — Здарова, Драгнил, — Гажил обернулся, пожал другу руку. — Как ваше ничего? — Просто превосходно, — Нацу копался в телефоне, не обращая внимания на свою девушку. — Ты давно здесь? — спросил он, почти шепотом. — Как просил, сопровождаю её, — так же тихо ответил Гажил. — Сегодня тихо. — Отлично. — Ты общался с Эрзой? — в лоб спросил парень. Он знал об их крупной ссоре, но не стал ходить вокруг да около, как это делали все.       Драгнил продолжал смотреть в телефон. Когда он понял, что друг так просто не отстанет, нехотя ответил: — Нет. — Как сопляки бегаете друг от друга, — недовольно говорит Редфокс. — Она подписала нам приговор, — тихо, но не менее злобно сказал парень. — Знала, что будет, если мы начнем план, но не обсудила это всё со мной! — Просто она начала то, на что ты не решался. — Драгнил хмуро глянул на Гажила. — Эрза заметила, как близко к нам подползли, — он посмотрел в глаза другу и жёстко добавил: — Пока ты носился за Хартфилией. — Повтори, — тихо прорычал Нацу. — А что? Не правда? — язвительно спросил он. — Ты на Люси убил все наше время. — Нацу смотрит тяжелым, давящим взглядом, но Гажил не поддаётся. Благо никто из коллектива не обращает внимание на тихую стычку. — Я хочу, чтобы ты перестал злиться на Эрзу и понял, что она старается нас уберечь. Как и ты. Разница в том, что она не убивает всё время на Фернандеса. Не спорю, малявку, — он резко кивает на Люси. — нужно защищать, но, признай, ты перешел все границы. — Я ничего не переходил!       Редфокс хорошо знал, чем взбесить Драгнил. К сожалению Нацу был из тех, кто мог прислушаться к голосу разума лишь после взрыва эмоций. Гажил поставил себе цель выбесить друга, чтобы он мог здраво мыслить и этой цели он сегодня добьётся. — Не ты ли меня учил, что чувства мешают думать. А? Сам себе противоречишь. Что дальше? Из-за этой девки на нас полезешь?       На мгновенье Нацу ослепила ярость. Он с трудом сдержался, чтобы не разбить другу лицо. Гажил смотрит на него сверху вниз, что ещё больше выводит Драгнила. Он мысленно считает до пяти и, натянув улыбку, говорит: — Чёрт с тобой. Напишу сегодня Эрзе. — Мне одолжение делаешь? — Скажем так, я искал повод, — врет Нацу. — Опять не можешь наступить себе на горло из-за гордости, подводит итог Редфокс. — Ничего нового. Ладно. Только запомни, что никто тебя не хочет «подсидеть». По твоему лицу видно, что ты об этом думал.       Разумеется, после подобного Нацу об этом думал. Когда твой подчинённый начинает рисковую операцию, невольно задумываешься, а не хотят ли устроить революцию. Нет ли в компании крыс?       Мысли давят на него, поэтому парень решил отвлечься, понаблюдав за фотосессией. Он поднимает глаза на Хартфилию.       Сказать, что он был в шоке… Нацу понял, что из верха на девушке только пиджак, спустя, где-то двадцать секунд. Все, конечно, в рамках приличия, все что нужно прикрыто, но сам факт его просто ввел в ступор.       Девушка не чувствовала смущения. Вместе с тихой музыкой сменилось и настроение девушки. Она застегнула пиджак, сбросила каблуки, начала улыбаться, показывая «козу». Увидев пачку бумаги, она схватила её, вернулась на свое место и быстро подбросила листы. Фотограф улыбался, делая десятки снимков.       Драгнил уже хотел её увести со съемочной площадки. Внутри закипала ревность вместе с возбуждением и он не понимал, чего хочет больше: чтобы на девушку перестали пялиться или… Нацу с трудом сглотнул. — Это бесподобно! — визжал фотограф. — Люси, супер! Что за импровизация? — Поль смотрел фотографии, сияя от счастья. — Просто вспомнила кое-что, — удовлетворенно улыбаясь, ответила она. — Супер. Спасибо за съемку. На сегодня ты свободна. — Хорошо.       Она улыбнулась, подхватив каблуки. Девушка прошла мимо Драгнила, быстро поцеловав в щеку, и отправилась в гримерку. Гажил ухмыльнулся, заслужив тяжелый взгляд. Темноволосый примирительно поднял руки, но Нацу его проигнорировал, отправившись вслед за блондинкой       Люси собирала вещи в портфель, когда дверной замок щелкнул. Она вздрогнула, встретившись с недовольным взглядом. Драгнил облокотился о дверь, скрестив руки на груди. — Как день? — беззаботно спросила она. — Почему ты в таком виде была? — Люси отложила все вещи. Она не могла отвести от разозлённого Драгнила взгляд. — В каком? — Хартфилия, не зли меня. — рычит он. Парень резко подходит к непонимающей блондинке. — На тебе из верха был только пиджак. — И? — И это на обложку альбома, — Драгнил дышит тяжело. Стоит так близко, что Хартфилия буквально чувствует его дыхание на своём лице. По спине бегут мурашки. Внезапно в голове что-то щёлкает, её взгляд и голос мгновенно холодеют. — Какие-то проблемы? — Проблемы! — он опустил руки, сжав кулаки. Нацу трясло, и Люси это видела. — Я не хочу, чтобы на тебя смотрели парни, дофантазировая, что там под пиджаком. — Люси едва заметно улыбнулась. — Ревнуешь? — Ревную, — сразу ответил Нацу. Если честно, Хартфилия не думала, что парень так открыто это признает.       Она улыбнулась, положив ладони на его щеки. Она его нежно поцеловала. Драгнил сначала не отвечал, но потом сам положил руки ей на талию. — Мне плевать, что они там додумают, — прошептала Люси, нехотя отрываясь от желанных губ. — Всё равно они ничего не видели, — ее голос звучал тихо, — в отличие от тебя. — Не думай, что ты так просто уйдешь от ответа.       Люси засмеялась, поцеловав Драгнила.

      Праздник был прекрасным. Здесь не было её ровесников, только деловые партнеры родителей в дорогих костюмах. И, конечно, подарки от них были дорогими и красивыми, но совершенно бесполезными. Например, зачем ей яйцо Фаберже или же антикварная статуэтка?        Порадовала лишь старшая сестра. Вайолет подарила большую красивую куклу. Мишель ни на минуту не выпускала подарок из своих рук, снова и снова рассматривая голубое платье и красивые чёрные кудри волос.       Праздник был в самом разгаре. Все веселились, ели, пили, обсуждали какие-то важные дела, напрочь забыв о виновнице торжества. Вайолет заметила девочку, одиноко сидевшую за столом. Та прижимала к себе картонную коробку. Девушка виновато улыбнулась и решила, что как только закончит нудный диалог с кем-то из гостей, обязательно посидит с сестрёнкой.       Однако Мишель было грустно не только из-за несоответствия её желаний. Она искренне хотела, чтобы на празднике присутствовал ещё один гость. Самый далёкий и недостижимый…       Мишель подняла взгляд на старшую сестру, с грустью вздохнула. Она же прекрасно помнила, как её сестры ненавидят друг друга. Не знала причину, но если бы её спросили, кого девочка любит больше, Мишель промолчала бы. Она не могла сказать. Просто любила их, не разбираясь на плохих и хороших. — Тебе нравится? — Вайолет присела на стул рядом с именинницей. — Да. Спасибо за куклу. Она прекрасна, — Мишель широко улыбнулась, прижимая подарок сестры. — Ну и хорошо. — Поскольку девочка была ещё слишком мала, она не умела скрывать свои настоящие эмоции. Вайолет аккуратно погладила её плечико. — Мишель, что-то не так? Ты какая-то грустная. — Можно нескромный вопрос? —Сердоболия кивнула. — Вы с Люси так сильно ненавидите друг друга? — Вайолет не сводила с девочки глаз. — К чему вопрос? Люси погиб… — Нет! — перебила малышка. Обида от лжи сестры больно обжигает её детскую душу. — Я знаю, она жива, — Мишель отвела взгляд, стиснув зубы. — Я видела её по телевизору. Это точно была она. Я не могла ошибиться. — Не я начала первой, — холодно сказала сестра. — ТЫ не знаешь всей истории.       Вайолет резко встала со своего места, быстро скрылась в толпе. Весь оставшийся вечер девочка молчала, погрузившись в свои мысли.       Весь зал блистал сотнями огней. Легкая музыка, шикарные наряды не за одну тысячу долларов. И за всеми этими светскими беседами, фальшивыми улыбками, и разговорами о счете в банке все позабыли про именинницу. — Ну что, проказник, скучаешь в одиночестве? — рядом с ней присел Нэм. — Не нравится праздник? — Нет, все чудесно, — с грустной улыбкой врёт она. — Просто здесь столько людей… — Которых ты не знаешь? — он едва заметно улыбнулся, девочка кивнула. — Дай угадаю. Тебе хотелось бы, чтобы за столом сидели твои родители, Вайолет, возможно я. — Без тебя праздник не был бы праздником, — Мишель широко улыбается. Нэм довольно кивает. Вдруг его голос становится тише. Он наклоняется к племяннице. В карих глазах плясали озорные черти. — И… Ты хотела бы, чтобы здесь была она. Я угадал? — Мне её не хватает, — голос Мишель дрожал. Она быстро опустила голову, чтобы никто не увидел слезящихся глаз. — Мне тоже. Но, знаешь, я уверен, она тоже скучает. Как по тебе, так и по мне. — Откуда ты знаешь? — она грустно на него посмотрела. Нэм наградил племянницу кошачьей улыбкой. — Ну, а теперь подарок от меня, — он вручил малышке огромную коробку в синей бумаге с огромным серебристым бантом. — Спасибо, — она улыбнулась, поцеловав дядю в небритую щеку. — Хорошенько потом осмотри коробку, — на ухо шепнул он. Мишель незаметно кивнула. — Время задувать свечи! — Амелия улыбнулась, положив руку на спину дочери.       Мишель улыбнулась маме. Перед ней поставили огромный торт. Восемь золотистых свечек радостно блестели. Малышка зажмурилась, а в голове всплыла лишь одна единственная фраза. Она набрала воздух в легкие и быстро задула пламя. Раздался гром аплодисментов и малышка открыла глазки. Все свечки погасли, позволяя легкому дымку подниматься над кондитерским изделием. — Что загадала? — поинтересовалась мама. — Это секрет. Скажу, не сбудется.       Она улыбнулась, храня глубоко в сердце лишь одну фразу:

«Пожалуйста, верните мне Люси!»

      Ходить с Драгнилом за руку стало уже привычкой. Вот и сейчас Люси, сцепив его пальцы со своими, думала о чем-то далеком. — Повторюсь, — спокойно начал Драгнил, — чтоб больше таких фотосессий не было. — Да-да, — с натянутой улыбкой ответила она. — Я помню эту улыбочку. Хартфилия, я серьезно! — Нацу, я тебя поняла, — устало выдохнула Люси. — Можешь не переживать.       Телефон Драгнила громко зазвонил в кармане. Парень поспешил ответить, но Люси не вслушивалась в диалог. Ей льстила мысль о том, что парень её ревнует. Было приятно. Очень. Да и сейчас её больше волновало, дошел ли подарок маленькому получателю. — Люси, извини, мне срочно нужно бежать, раздосадованно сказал Нацу, тяжело вздыхая. — Боюсь настолько срочно, что от этого может зависеть чья-то жизнь. — Ничего страшного, — не придав его словам значения, буднично ответила она. — Беги давай. — Как дойдешь до дома, позвони. — Окей.       И парень, не зная себя, побежал в неизвестном для блондинки направлении. Хартфилия, усмехнулась оглядевшись. Она только сейчас заметила, что вокруг никого не было. Да и темнее обычного. И, почему-то, её посетило неприятное предчувствие. Как жаль, что оно её не подвело. — А я думал, когда же от тебя все отлипнут, — Люси вздрогнула, резко обернувшись. Никого. — Ты кто? — О, так ты меня помнишь, дорогая, — карие глаза встретились с зелеными. Люси помнила этот озорной кошачий взгляд. Вот только теперь вместо смеха в зрачках она видела жестокость. — Разве я могла забыть, — внутри всё скрутило от обиды и злости. Он стоял неподалёку. Не хотел сокращать дистанцию, зная, на что способна Хартфилия. — Я рад. — Хартфилия поймала себя на мысли, что не может бежать. Во-первых, она заприметила, как минимум, три большие фигуры, которые нападут в любой момент. Во-вторых, ноги будто приклеились к земле. — Что тебе нужно, Бейл? — Тебе выпала честь. Помнишь Джека? — Главаря «Небожителей» невозможно забыть или же игнорировать. — Я знал, что у тебя хорошая память. Он дарует тебе честь стать его королевой. — Люси холодна рассмеялась. — Мы что в средневековье? Какая еще коро… — но договорить она не успела. Бейл появился рядом практически мгновенно, схватил её за воротник, больно дернув на себя. — Послушай сюда, «сестренка». Джек хочет, чтобы ты принадлежала ему. Понравилась нашему лидеру, значит ты будешь его. Поняла? А если вдруг вздумаешь ерепениться, то у твоей подружки не только волосы будут кровавые. Я понятно объясняю? — Я тебе яйца оторву, — прорычала Люси. Бейл высокомерно усмехнулся, не ожидая резкого ударила лбом. Парень взвыл, отпустив воротник. — Я понятно объясняю? — она услышала щелчки. Кто-то снимал пистолеты с предохранителя. Бейл махнул рукой, держась за нос. — У тебя два дня. Не появишься в нашем старом «штабе», пришлю тебе подругу по частям. — Как я смогу убедиться, что она жива и здорова? — Люси понимала, что сейчас огрызаться — не лучшая тактика. Она была аккуратна. — Ты отведешь её домой. А мы, если что, пристрелим её, если ты вздумаешь подключить друзей. — Я поняла. — Замечательно, — парень неприятно усмехается. Он смотрит на кровь на своих пальцах, потом на девушку. — Тебе повезло, что Джек приказал привезти тебя в целости и сохранности.       Он ушел в переулок, а Люси еще двадцать минут стояла на месте, стараясь унять дрожь. Ее руки тряслись.

      Праздник наконец закончился, и Мишель ушла в свою комнату. Весь стол был завален коробками в пестрых обертках, с пышными бантами и помпезными пожеланиями на открытках. Руки потянулись к коробке дяди Нэма. Разорвав обертку, она увидела простой белый сверток, прямоугольной формы. Мишель с интересом разорвала упаковку.       В её руках лежал толстый альбом размером с лист формата А3. На синей кожаной обложке сияла серебряная надпись: «Моей милой Мишель». Девочка осторожно открыла его. На первой же странице была наклеена фотография всей её семьи. Она улыбнулась, пролистав страницы. Цепкий взгляд вдруг наткнулся на конверт, приклеенный к последней странице. Мишель аккуратно отсоединила его, повертела в руках. В конверте лежал белый диск, на котором виднелась лишь одна надпись: «Miss you»       Она открыла ноутбук, спрятанный в шкафу от посторонних глаз, включила его. Пока тот загружался, малышка нашла наушники, подключив их к нужному разъему. Прошло пару минут и вот она уже вставляет диск в дисковод. Обработав информацию, техника воспроизвела один единственный файл, хранившийся на диске.       Первое, что увидела Мишель — рыжая девушка. Она была очень красива, с неровно подстриженными волосами. Та улыбалась на камеру. — Привет, Мишель. Ты меня пока не знаешь, но я одна из подруг твоей сестры, — Малышка вздрогнула. — Она собралась тебе кое-что подарить, а мы хотели присоединиться к поздравлению.       Девушка направила камеру на парня, что сидел с гитарой. На голову он натянул шапку, из-под которой виднелись его розовые волосы. Потом показались две пепельноволосые девушки, похожие друг на друга, как две капли воды. Девушка с короткими голубыми волосами, парень с улыбкой Чеширского кота, отличающийся иссеня-черной шевелюрой. — Ты её, конечно, не видишь, но нас сейчас снимает Джувия Локсар. Хорошая девчонка, — продолжила рыжая девушка. — Я Эрза. Думаю, дальше тебе будет неинтересно. Что ж, мы все поздравляем тебя с днем рождения. Пусть у тебя будет все так, как ты захочешь. И огромной коробки счастья, — она улыбнулась, — до небес. О, я слышу шаги. Похоже твоя сестрица решила прийти.       В небольшую комнату вошла блондинка. С плеча свисал портфель, в губах зажата сигарета. Она посмотрела прямо в камеру, ухмыльнувшись. — Для архива снимаешь? — за кадром послышался смешок. — Вроде того. — Ладно, мы готовы, — ухмыльнулся парень в шапке.       Мишель боялась упустить хоть что-то. Тот, кто сказал последнюю фразу, сидел на стуле, настраивая гитару. Близ инструмента виднелся микрофон.       Люси скинула портфель, поправила клетчатую рубашку, затушив сигарету о дно пепельницы. — Я все настроил, — парень с иссеня-черными волосами ухмыльнулся. — Лексус может тобой гордиться, — снисходительно сказала блондинка, усаживаясь на стул. — Скажешь Мишель пару слов? — спросила девушка за кадром. — Джу, ты знаешь, я не умею поздравлять, — она вскинула левую бровь, усмехнувшись. — Ой, да ладно тебе, — отозвался парень с гитарой. — Она же ждет этого. Мы потом смонтируем и будет шик-блеск. — Ладно-ладно, — она выпрямила спину, посмотрев в камеру. — Я не очень хороша в поздравлениях, и всё-таки. Тебе уже восемь лет, самое время для приключений. Не знаю, как ты там живешь и помнишь ли меня вообще, но я верю в то, что уже начала идти по пути, который сама и выбрала. Встретимся мы или нет, решать, увы, не нам. Но помни, я никогда о тебе не забывала, и не забуду, — в комнате повисла тишина. Хартфилия нежно улыбалась камере, будто через монитор видела сестру.       Мишель еле сдерживала всхлипы. Перед глазами все плыло от слез. Хотелось закричать, убежать куда-нибудь, как можно дальше. А потом увидеть, что там, куда она сбежала, стоит Люси. Пускай она курит, говорит со своими друзьями, но ждет именно её. Возьмет за руку, поцелует и уйдет куда-нибудь, где будут только они. — Помнишь, я как-то читала тебя сказки о феях? — вдруг продолжила сестра. — Эту песню я написала для тебя. Только тебя и никого более. — Пишем, — послышалось за кадром.       Она кивнула парню с гитарой. Amy B ft. Jack Bailey — Fairy Tail OP 1- Snow Fairy.       Парень заиграл, а в наушниках зазвенел чистый голос Люси. Она улыбалась смотря куда-то вдаль, сосредоточившись только на песни.

Фея, куда ты?

Я принесла тебе огни.

Они прямо там!

Звезды будут сиять, как подарок тебе! Бери!

      Парень, игравший на гитаре, притопывал ногой в такт песни. Ребята, что наблюдали за подругой, подпевали ей, шевеля одними губами.

Ты слышишь, как мой голос зовет тебя?

Я ждала всю жизнь, чтобы быть с тобой

Можешь остаться здесь, пока мое сердце не захочет тебя?

      Мишель уже не сдерживала слез, что катились по её щекам. Сестра казалась такой счастливой, когда пела. Пускай она на другом конце света, малышка была уверена, что они всё преодолеют и обязательно встретятся. Не об этом ли песня?

Луна и солнце празднуют вместе с нами

Ты забыл все, что мы чувствовали в прошлом?

Почему ты не хочешь поделиться со мной той любовью, которую получил?

Теперь я не могу найти свое вдохновение

Снег, продолжай, продолжай улыбаться мне, как в старые времена

Держитесь, продолжайте, но часы все еще повторяются, но…

      Все казалось таким нереальным. Мишель не слышала, как за её дверью кто-то ходил, обдумывая, войти или нет. Ей было наплевать на весь этот мир со всеми его проблемами. Все, что её интересовало сейчас — любимая Люси, что похлопывала руками по ногам в такт песни.

Фея, куда ты?

Я принесла тебе огни. Они прямо там!

Звезды будут сиять, как подарок тебе!

Зачем? Зачем? Зачем? Не говори до свидания!

      Ей не верилось, что сестра и впрямь сейчас говорит это все… ЕЙ! Это было лучшим подарком в этот день. Мишель крепко закрыла глаза, повторив свое желание…       Казалось, в кабинете главы семьи сегодня мрачнее обычного. Джуд невидящим тяжёлым взглядом смотрел в документы. — Вызывали, сэр? — спросил вошедший амбал. — Вызывал. Я всё обдумал. Роб, привези ее в Лондон. — Сэр, вы уверены? — Тебе нужно повторять дважды? — Джуд грозно на него посмотрел. — Привези мою дочь в Лондон. Поиграли и хватит. Теперь она совершеннолетняя, поэтому выполнит долг семьи. — Слушаюсь, сэр. — У тебя неделя, — бескомпромиссно произнес Сердоболий. — Вас понял.