Я скучаю по тебе

Отправив Генри на встречу с отцом, Регина подошла к конюшне. Первая, кого она заметила, была Свон. Блондинка, нервно прислонившись к стене, похоже, грызла ногти. — Я думала, ты больше не будешь нервничать на наших свиданиях, — Регина подошла к Эмме, рассмеялась. Женщина подняла глаза и болезненно улыбнулась. — Не буду. Только на этом свидании. — Почему? — сквозь смех спросила Регина. Эмма, взглянув в сторону лошадей, взвешивала вопрос, стоит рассказывать или нет, когда ей в голову пришла другая мысль. — Где пацан? — Я отправила его провести время с отцом, — беспечно ответила Регина. Эмма чуть склонила голову. — Зачем? — Мы не можем ожидать, что он откажется от одного из своих родителей, — ответила она. — Мне кажется, в последний раз это не пошло ему на пользу. Эмма не удержалась от искренней улыбки. В такие моменты она думала, что к Регине вернулись воспоминания, но она никому не рассказала. Но в то же самое время она была уверена, что ее Регина ни за что на свете не призналась бы, зачем отправила Генри к отцу. Появлялась мысль, что она любит двух разных Регин. Эмма всем сердцем желала, чтобы с возвращением памяти они соединились в одну. — Я этого не ожидала, — рассмеялась Эмма. — Было бы нечестно отнимать у мистера Кэссиди шанс наладить отношения с тобой и со своим сыном, — улыбнулась Регина. Эмма ответила улыбкой и кивнула. На несколько мгновений повисла неловкая тишина. — Эмма, — Регина рассмеялась, и блондинка подняла на нее глаза. — Зачем я здесь? — Кататься верхом, — выдохнула Свон. — Тогда почему мы просто стоим? Эмма закусила нижнюю губу. — Я должна признаться кое в чем, а ты должна пообещать, что не будешь смеяться, — после того, как Регина кивнула, она продолжила: — Начиная с нашего первого свидания, я хотела привести тебя сюда. Ты выглядела такой счастливой, когда рассказывала о лошадях… Но я с самого детства их боюсь, настолько, что мне пришлось набраться смелости даже для того, чтобы записать нас. Вообще-то, Мэри-Маргарет буквально заставила меня сделать это сегодня, а еще рассказать тебе, что я в ужасе. И я подумала, что с перепуганной мной это будет не очень романтично, поэтому пригласила Генри, — на одном дыхании выпалила Эмма. Регина приподняла бровь, переварив все то, в чем только что призналась Эмма. — Ты боишься лошадей? Эмма вздохнула и, вновь прислонившись к стене конюшни, грустно кивнула. — Ты вроде бы говорила, что никогда не ездила верхом одна? — Я и не ездила, но видела, как лошадь сбросила кое-кого. Сейчас он полностью парализован, и это просто выбивает меня из колеи, — пробормотала она смущенно. — Этот человек занимался? Эмма на мгновение задумалась и покачала головой. — Вообще-то, ему было сказано не ездить верхом, — заметила она. Регина улыбнулась. — Вот тебе и причина, почему его сбросили. У меня за плечами, напротив, многие годы тренировок. Я могу гарантировать, что под моим руководством ты будешь в полной безопасности. Эмма почувствовала облегчение, когда она осознала, что Регина не смеялась над ней и даже, кажется, понимала. Она кивнула и направилась к лошадям. — Привет, Нил, — неловко поздоровался Генри, поравнявшись со скамейкой неподалеку от доков. Нил смерил сына грустным взглядом и подарил ему короткую улыбку. — Я вел себя как полный придурок, — вздохнул он. — Да, точно, — Генри остался стоять, он предпочитал держаться на небольшом расстоянии. — Тамара меня просто использовала, я должен был увидеть это с самого начала. Я должен твоей маме… мамам… извинения. — Ага. — Слушай, парень, я знаю, у меня не самый лучший послужной список, но обещаю, что сделаю все от меня зависящее, чтобы стать твоим отцом, — Нил отчаянно посмотрел на Генри. Генри взвесил все, что произошло с Нилом. В конце концов, он рос с человеком, предпочевшим магию собственному сыну. Путем сравнения Генри предположил, что он прошел через огромные человеческие страдания, как и Регина, так что по логике тоже заслужил второй шанс. Даже если он пока что не проявил себя родителем. Генри кивнул. — Тебе придется поговорить с моими мамами об этом, возможно, вы сможете сообразить соглашение об опеке или что там. Лицо Нила озарилось вдохновением и стало еще светлее, когда сын, наконец, уселся рядом с ним. — Ты уверен, что справишься с этим? — Не уверен, что я единственный, о ком тебе надо беспокоиться, — усмехнулся он. — Моя мама не придет в восторг, когда к ней вернется память. — Она кажется счастливой, — нахмурился Нил, вспомнив, как видел королеву и Эмму, когда те, держась за руки, шли вниз по главной улице. — Ага, — вздохнул Генри. — Но я думаю, она может стать еще счастливее. Когда Эмма после долгих уговоров согласилась сесть на лошадь, Регина устроилась позади нее, и следующие полтора часа они катались в окрестностях конюшни. Регина улыбнулась, почувствовав, что напряжение отпустило блондинку, и заставила лошадь идти быстрее. — Сволочь! — выкрикнула Эмма и снова напряглась всем телом, что было встречено смехом Регины. Пустив лошадь медленным шагом по направлению к дверям конюшни, Регина осведомилась: — Все было не так плохо, да? Эмма повернулась, и они оказались лицом к лицу. — Мне кажется, я могла бы к этому привыкнуть. Регина улыбнулась и уже собиралась наклониться для поцелуя, но была прервана урчанием в животе Эммы. Она просто рассмеялась, смерив свою девушку критическим взглядом. Эмма надулась. — По-моему, я забыла поесть. — Так сильно волновалась? — Я была больше напугана, чем взволнована, а теперь проголодалась. — Это означает, что ты забыла взять поесть? — Регина приподняла бровь. Эмма кивнула, и королева просто покачала головой. Затем спрыгнула с лошади и помогла спуститься блондинке. — Я принесу что-нибудь перекусить, а ты можешь остаться и покататься по-настоящему, — предложила она. Регина улыбнулась и склонила голову. — Я уверена, тебе хотелось ехать быстрее, — по-детски хихикнула она, прежде чем коснуться щеки Регины невесомым поцелуем и направиться к машине. Примерно через полчаса Эмма вышла из машины с пакетом из закусочной Бабушки. Она с улыбкой направилась к конюшне, но, увидев, что Регины нет, нахмурилась. — Эй, Пол, Регина все еще катается? — спросила она. Конюх поднял глаза на шерифа. — Да, мне кажется, она сошла с тропы. От мысли, что могло случиться, у Эммы сжался желудок, но она также вспомнила, что Регина была профессиональной всадницей. Эмма сидела на стуле около десяти минут, кусая ногти, когда, наконец, услышала звук приближающихся копыт. — Наконец-то, — пробормотала она и поспешила на улицу. - Пол! Выбежавший конюх увидел несущую яростным галопом лошадь без всадника. Парень бросился наперерез и, схватив лошадь под уздцы, успокаивающе провел рукой по гриве. Эмма тотчас вытащила мобильный. — Руби, приходи в конюшню, сейчас же! — прокричала она и отсоединилась без дальнейших объяснений. — Какого черта, Регина? — пробормотала Свон, почувствовав слезы, навернувшиеся в уголках глаз.