Брони в Эквестрии

А кто говорил, что всё будет так, как тебе хочется? Жизнь.

      И снова мы сидим в поезде. Если бы у меня были пальцы, я бы судорожно щёлкала суставами от того гадкого чувства на душе, но их у меня нет, поэтому я просто отвернулась ото всех и ломаю палочки от карамельных яблок. В вагоне только я, маленький Сомбрик и мои сумки. За окном пасмурно, дует ветер, такой сильный, что деревья пригибаются к земле. И в душе такая же погода. Только ещё есть бесконтрольное желание выброситься в окно и раствориться в этом ветре, чтобы скрыть слёзы жалости к церберу и ужас от самой себя.        От меня все отвернулись. Снова. Даже Старлайт. Я их так всех напугала. За что я так на эту собаку? И что происходило с моими глазами и гривой? Я достала из сумки маленькое зеркальце и внимательно всмотрелась в отражение. Всё как обычно — взлохмаченные волосы, недовольная ухмылка, и только на дне темных глаз горит багряный огонек, мерцает, манит и зовет. Раньше его не было. Чем дольше я в него вглядывалась, тем больше пугалась. В висках била кровь, будто я попала на поле битвы, в нос ударил сладкий запах крови, и мне захотелось ощутить её вкус на губах…       В ужасе я откинула зеркальце, и оно разбилось, ударившись о стеклянную спинку сидения. Желание быстро испарилось, а ужас, обуявший меня, всё никак не хотел отпускать. Что со мной? Почему во мне проснулась жажда крови? Я же Мира — Мирослава — моё имя предполагает бескровие, отсутствие насилия и жестокости, а мне так хочется кого-нибудь убить…        Именно убить. Увидеть, как гаснет свет в глазах, с ужасом смотрящих на тебя, как покидает тело душа, стараясь улететь как можно дальше. Почувствовать, как кровь обагряет копыта и пьянит тебя своим запахом. Разодрать его в клочья, дотянуться до черного, как ночь, сердца и вырвать его, упиваясь ужасом и страхом окружающих. Багряный, медный запах крови и ты, словно акула, идешь на зов природы и впиваешься зубами в этот кусок мяса, служивший насосом, благо хозяину он всё равно не нужен…       Я вскрикнула. Это не мои мысли! Это не я! Я не хочу стать такой!       Но ты станешь. Хаос уже начинает тебя поглощать. Если вы с ним не справитесь, ты превратишься в вечно голодное чудовище, пожирающее себе подобных. Ты станешь даже хуже, чем те, кого вы собираете.       Я стану похожей на Голлума. Воображение нарисовало мне эту картину: худая до безумия пони сидит на корточках, обхватив передними копытами спину с проступившим хребтом, грива и хвост окончательно и бесповоротно сваляны, раскачивается взад-вперед и тихонько говорит «Гадкие принцесски забрали её у нас. Они забрааали её у нааасссс. Наааашу, наааашу прееееелесссссть.»       Они отнимут у тебя магию. Если смогут.       Мне стало страшно. Мне стало так страшно, что я изо всех сил прижала к себе Сомбрика и уткнулась лицом в его голову. Я не хочу, не хочу, не хочу…       Слёзы не помогут. Борись. Контролируй ярость Арката. Держись подальше от его огня.       Хватит говорить загадками! Я устала! Я хочу домой! Я снова хочу быть никому ненужной затюканной двоечницей! Я хочу снова быть ничтожеством!       Но я не хочу быть монстром.

***

      Как же сложно. Как мне страшно. Неконтролируемый страх и ужас. Так хочется плакать. А слёз нет. Мне будто всё равно, хотя моих чувств никто не пил. Боже мой, как же я хочу домой…       Мне на плечо опустилась мягкая лапа Дискорда. — Хей, — он протянул мне яблоко. — Ты выглядишь совсем кислой. — Спасибо, — тихо прошептала я. Дискорд уселся рядышком, приобняв меня перепончатым крылом. — С тобой творится что-то странное, — проговорил он, раскидывая вокруг яблочные косточки которые превращались в небольшие росточки, как только касались любой поверхности. — И это не очень похоже на магию Хаоса. — Откуда ты про неё знаешь? — спросила я, думая, что Дискорд говорит о том Древнем Хаосе, Ургаше. Но я ошиблась. — Ну ты же не раскидываешь вокруг облака из сахарной ваты? — сказал драконикус и серьезно посмотрел мне в глаза. — Я бы сказал, что ты немного похожа… А, не важно, — он снова махнул лапой и в моем копыте материализовался высокий бокал горячего шоколада с зефирками и желтой трубочкой. — Ну уж договаривай, — мотнула головой я, сразу кинувшись к угощению. Дискорд помолчал немного, погладил меня львиной лапой по голове и сказал: — Ты похожа сразу и на Сомбру и на Найтмер Мун. У вас схожие силы, ты будто скомбинировала их. Если бы я не знал, что ты из другого мира, то подумал бы, что у нашей прекрасной принцессы и теневого жеребчика появилось потомство.       Я чуть весь шоколад на соседнее сидение не выплюнула от неожиданности. Специально он, что ли, такие мысли проговаривает, когда я пью?! — Чего? — я изумленно уставилась на драконикуса. — Ты хоть сам понял, что сказал? — Я-то понял — вздохнул драконикус. — А ты нет. — Так объясни, — я уперлась ему копытами в пернатый бок, чтобы он кололся. Не, ну серьезно! — Потомство не в смысле «мама-папа», а в смысле «магическая комбинация способностей и могущества». Если бы у них взяли их магическую энергию и смешали её, то получилась бы ты. Вернее, твой магический потенциал. — Ага, конечно, — мрачно хмыкнула я. — Ты мне фиалки за уши не засовывай. Хочешь сказать, что мой магический потенциал равен аликорну и одному из самых мощных единорогов? Бред не роняйте, пожалуйста, до кассы, он хрупкий, а стоит дорого. — Я же говорил — ты не поймешь, — ещё раз вздохнул Дискорд. — Ну и ладно. Я это просто к тому, что когда мы встретим Сомбру, он может проявить к тебе немалый интерес. — Угу, — также мрачно ответила я. — Почему бы и нет. — Ты не расстраивайся, — драконикус по-змеиному обвился вокруг меня и уперся носом в нос. — Всё наладится — Цербер поправится, мы найдем Сомбру — нам ведь остался только он — поддержим щит над Эквестрией и прогоним этот Хаос. — Для этого надо найти семь смертных грехов, — вздохнула я и опустила голову. — А мы ещё даже не начинали… — Ну, и их мы найдем, — уже не очень уверенно проговорил драконикус, разжимая кольца объятий. — В любом случае, не грусти и не хандри.       «И не бойся того, что внутри» — подумала я, но постаралась улыбнуться Духу Хаоса. Когда он ушел, я пообещала себе, что постараюсь как можно скорее найти ответы на загадки Асхи и изгнать Ургаша из цветущей Эквестрии, из этого мира, из себя.       Ведь я не хочу быть монстром.

***

      Остаток пути до Кантерлота прошел относительно спокойно, если не считать того, что мое поганое чувство никуда не делось, даже после разговора с Дискордом. Тирек сидел молча и не рыпался, я хандрила, обнимая мягкую игрушку, девочки меня сторонились, Спайк вообще под стул прятался каждый раз, как я проходила мимо… Куда же ты ушло, радужное настроение Эквестрии? Пинки Пай сидела у себя в купе и о чем-то думала, поглаживая нож — я случайно это увидела и повесила на своей двери замок, от греха подальше.       Только Духу Хаоса и Кризалис было комфортно рядом со мной. Но меня их общество как-то не очень радовало. Дискорд всё ещё работал Петросяном, Кризалис пыталась сдерживать себя, чтобы не врезать ему — ох, вижу я по какому месту, но блин, это же детский мультсериал — а я сидела, аки пугало, между ними и служила барьером. Перед глазами вставала картинка «жизнь-тлен», и я вспомнила, что есть же телефон!       Выпросив у Дискорда очередную молнию и ударив любопытного кентавра по носу (нечего лезть в мой телефон своими жирными пальцами!), я включила одну из своих любимых песен. Если я умру быстрей тебя, ты догоняй. Выстрел ртом лови, не прячь лицо. Кричи! Кричи! Кричи! Мы в себе уносим пули, В себе уносим раны, Всех тех, кого убили. Кто никогда не знал любви.       Ну вот, мне легче. Музыка — поистине великолепное изобретение человечества.       Тирек со своим старческим обаянием пытался выяснить, где пегасы, но ни я, ни девочки не сказали ему ни слова. Пусть пока ничего не знает, а то ещё вздумает рыпаться. Это мы опасную штуку затеяли — с Тиреком общаться без Элементов Гармонии, пусть и символических. Не надо, чтобы он узнал об этом, а то высосет у нас всю магию и будет у нас ещё один Ходячий Пиздец, а с Ургашем на пару они тут такой хаос устроят, что одной сгоревшей библиотекой и принцессами в Тартаре не обойдется.       Также этот пид… кентавр громко удивлялся что это за штука у меня в копытах. Я была слишком зла и слишком не доверяла Тиреку, поэтому демонстративно завела с Эпплджек разговор о сортах яблок и оставила этого д… дражайшего мага без ответа. Дискорд же пояснил ему, что я из другого мира, и кентавр хитро прищурившись спросил, есть ли выход в этот мир, и какая там магия. Кризалис, сидевшая с покерфэйсом, засмеялась, Дискорд, и так мрачностью не страдавший, откровенно заржал, девочки и я усмехнулись, а Тирек остался в полном недоумении, проще говоря, в ахуе. — Нет там магии, — вытирая слёзы розовым платочком проговорил Дух Хаоса. — Заместо магии у них там наука. Хехехе, какая там магия… — И выхода туда тоже нет, — улыбнулась Кризалис, но в глазах её промелькнул хитрый огонек. — Так что зря ты тут облизываешься, Тирек. — Даже если бы и был, — встряла в разговор я, презрительно смотря на эту мразь. — Ты был бы последним в списке «Посетители», а пока он шел, я бы тебя уже прибила. Как Цербера.       Не знаю зачем это ляпнула, но эффект получился потрясающий. Глаза у Тирека стали квадратными, буквально на секунду, девочки заулыбались, а затем грозно посмотрели на кентавра. Дискорд одобрительно подмигнул мне, а Кризалис усмехнулась. — Ну-ну, девочка, ты же не думаешь, что сможешь справиться с Лордом Тиреком? — хрипло смеясь, произнес Тирек. — Даже у Твайлайт со всей магией аликорнов не получилось это сделать. — Принцессой Твайлайт, для тебя! — одновременно вставили Эпплджек, Пинки и Рэрити. - … а тебе-то уж, — не обращая внимания, закончил кентавр.       Я нахмурилась. А он ведь прав. Что я могу против него сделать? Камешком кинуть? Снежочком? Закричать и убежать? — Ты недооцениваешь мою мощь, — произнесла я, а в голове давилась от смеха. Где-то я уже это слышала!       Кентавр пожал плечами и пристроил свое истощавшее и мерзкое тело к окну. Я отошла в другой угол вагона, достала из-под сидения пакетик для тошноты, и давай ржать. Боже мой, опять со мной чего-то не так. Неуравновешенность — моё второе имя!       На расспросы девочек о том, что со мной, я отвечала только «Ничто не истинно — Всё дозволено». И смеялась с этого. Зачем я это говорю? Я ж не принимала ничего. Я ж не Лео.       И тут мой обкуренный мозг представил, как я, в роли Ди Каприо, ползу, сначала по лестнице, потом по мостовой до машины, и меня разобрал такой смех, что все сразу укоризненно поглядели на Кризи, а та только развела копытами, как бы говоря «Я здесь вообще ни причем». Я, ещё не выйдя из роли наркомана-овоща, пошатываясь, вышла из вагона и направилась в свою опочивальню. Надо поспать, а то я чего-то разбушевалась. Не надо так.

***

      Судя по всему, это был отходняк после моего внезапного «взрыва». Я где-то читала, что сначала, после таких шокирующих обстоятельств, сначала идет апатия, а затем внезапное веселье. Или наоборот. Я не помню точно. Ну да не суть, зато теперь я абсолютно спокойна. Прям Мод Пай, слушай.       Проспала я целых полтора дня, поэтому, когда я проснулась мы уже почти добрались до Кантерлота. Я поскидывала свои вещи в сумки, засунула туда Сомбрика (ещё не хватало, чтобы эта древняя мумия увидела и начала меня подкалывать) и пошла в общий вагон. Все уже сидели там. Кризалис вертела свою корону на копыте, остальные просто сидели по местам. — Ну наконец-то ты проснулась, — воскликнула Пинки Пай. — Мы уже хотели пойти и будить тебя, потому что думали, что ты будешь спать до самого вокзала, и мы уже хотели спорить кто к тебе пойдет, потому что все ещё напуганы твоим поступком в Тартаре, да и ещё поступил приказ от принцессы Селестии, и мы хотели спросить, может ты можешь как-то в нем поучаствовать…       Только сейчас я увидела, что рога Старлайт, Рэрити и Кризалис светятся. — Что ещё за приказ? — Принцесса велела каждому единорогу в Эквестрии поделиться своей магией с ними, чтобы поддерживать щит, — объяснила Эпплджек, жестом показывая открывшей было рот Старлайт, что объяснит. — Вот держи, — фермерша протянула мне свиток со сломанной печатью. — Прочитай.       Я, верховная принцесса Селестия, призываю своих поданных-единорогов помочь нашим королевским величествам поддерживать щит, необходимый для вашей защиты. Для этого вы должны поделиться своим магическим даром, мал он или велик, поместить его в сосуд и прислать в Кантерлот. В качестве награды вы получите защиту и по 50 битс каждому, кто принесет сосуд с магией. Подпись: Принцесса Селестия — И на хрена вы тогда сейчас магичите? — спросила я, скатывая свиток обратно в рулон. — Я чего-то не вижу тут сосудов…       Будто отвечая на мой вопрос, по моей башке тюкнулся сосуд, похожий на узкую вазу с изогнутыми ручками. Ммм, ясно. — Селестия послала специальное письмо для нас, — со своим обычным насмешливым тоном произнес Дискорд. — Вот, полюбуйся.       Рэрити и Старлайт! Вы единственные единороги, которым Твайлайт доверяет как себе. Поэтому вот вам заклинание — используйте его прямо в поезде. Оно достаточно простое, но действенное, поэтому у вас оно должно получиться.       Обидка. Значит мне не доверяют. (Автор: И правильно делают, ты же рукожоп)       Также Твайлайт говорит, что Мира, эта новенькая в вашей компании, достаточно сильна. Её аура случайно не зеленая? Если да — повесьте на её рог блокирующее кольцо, потому что недавно несколько зеленых лучей значительно ослабили щит и подвергли Эквестрию опасности! Чтобы больше такого не повторялось!       От возмущения у меня перехватило дыхание. Какое к черту блокирующее кольцо?! Это как браслет или ошейник из полигара? Тоже магию блочит? Ну зашибись! Ну нахер! (Автор: Отец! Соавтор: Не, ну ты видел?!)       Постарайтесь привезти злодеев как можно быстрее. Нам приходится тяжело. Селестия       Судя по довольной роже Дискорда, это письмо прочитали все. В том числе Тирек, просто давившийся от смеха, наблюдая за моей физиономией. Так. Я. Сейчас. Пойду. И. Убью. Одного. Очень. Мерзкого. КЕНТАВРА! — Чё ты ржешь, ушлепок?! — завопила я. — Чё ты лыбишься и ржешь?! Конь что ли?! Зубов много?! Ещё один гудок с твоей платформы — и твой зубной состав тронется так быстро, как Хогвартс-Экспрессу не снилось! — Мира, — начал было говорить Дискорд, но я пресекла его попытки. — Засохни, гербарий! А ты, — я снова повернулась к Тиреку, — бездушная сволочь. Хватит, блять, ржать!!! — Мира, спокойно! — прогудела Кризалис, подлетая ко мне и кладя копыто на плечо. — Не психуй без повода. То, что Селестия так нелестно отозвалась о тебе, не значит, что это как-то унизило тебя в наших глазах. Честное слово.       И я сразу угомонилась. Кризалис, ты что, телепат? Или эмпат? Так, теле — читаем мысли, эм — ощущаем чувства других и внушаем собственные или нужные. Помню, товарищ Кантор, товарищ Плакса, помню. Или от меня просто разит гневом и возмущением, а, зная меня, легко понять причину? А, господи, да кому какая разница? Главное — Кризи попала в точку. — Кантерлот! — объявил Дискорд голосом проводника и опять запел. — Пахлава! Булочки! Баянистые кексы!       Иногда у меня такое ощущение, что я здесь единственный нормальный человек.

***

      И вот мы снова в зале Двух Сестер. Все принцессы лежат на мягких подушках, их рога сверкают разноцветными аурами. Бедняжки. Им наверное сейчас тяжело. Вспомнить только как Кейденс защищала Империю от, эх, короля Сомбры. Интересно, это правда, что он ещё жив, и мы сможем его найти, или Селестия была неправильно информирована?.. — Здравствуйте, принцесса Селестия, — Дискорд приветливо помахал лапой. — Как поживаете? — Неплохо, — Селестия напряженно улыбнулась. — Я вижу, что вы привели с собой Кризалис и Тирека. Что ж, я рада вас видеть.       Если бы я не знала про отношения Селестии и этой двойки, я бы поверила её любезности. Но Кризи и этот дятел знают, поэтому не купились на её вежливость: оба лишь кивнули в знак приветствия.       Луна почему-то сидела нахмурившись. Я взглянула на неё и робко улыбнулась, чтобы поднять ей настроение. Ночная принцесса посмотрела на меня с надеждой и тоже слегка улыбнулась. — Я надеюсь, Старлайт вам объяснила, зачем вы прибыли в Кантерлот и на каких условиях? — продолжала Селестия, незаметно утирая пот со лба. Магическая энергия постепенно истощалась, грива принцессы потускнела, глаза впали, а под ними образовались огромные мешки. Луна выглядела чуть лучше по сравнению с ней. Почему это? Ведь они одинаково напрягаются, поднимая Солнце и Луну? Или нет? — Ну, в основном нам всё объясняла эта дерзкая пони, — Тирек махнул рукой в мою сторону. Ох, как хорошо, что он не видел как я сжала зубы и отбила копытом по полу ритм боевого клича мадридских орангутангов. А то испугался бы до полного умопомрачения.       Селестия кинула на меня сначала недоуменный, а потом немножко раздраженный взгляд. — Заткнись, мразь, — чуть слышно прошипела я. — Спину сломаю, сердце выжгу, копыта в узел завяжу! — Тише! — шикнула на меня Рэрити. — Не показывай своего отношения к окружающим. Ты уже достаточно большая, учись держать маску.       Иди ты нафиг, подумала я, но совет приняла к сведению. — Мне приходится тяжело, — начала Селестия. — Старлайт вам уже говорила. Пони вокруг меня запереглядывались, безмолвно спрашивая друг у друга: «Что я пропустил?» Старлайт виновато ковыряла ковровую дорожку и старалась не смотреть на принцесс. Понятно. Не рассказала. Что ж, это даже к лучшему, а то я думала, что одна такая соня. — Ладно, хорошо, тогда это расскажу лично я, — произнесла Селестия, чуть приподнимая голову и стараясь вновь принять величественную осанку. — Да ладно тебе, Старлайт, я еще не на последнем издыхании. Итак, теперь с нами есть еще два могущественных мага, существа, чья сила не меньше, а может даже и больше силы большинства аликорнов, — глаза солнечной принцессы скользнули по Кейденс, Луне и Твайлайт. — И мне хотелось бы знать, способны ли вы создавать заклинание щита и поддерживать уже созданный?       Тирек молча мотнул головой. Очевидно, способен он был лишь на высасывание магии из всех и вся, а также выжигание всего вокруг. Ну, я, собственно, так и думала. Кризалис гордо шагнула вперед. — Я умею не только ставить щиты, но и ломать их, что гораздо сложнее. И, на основании контракта, я должна оказать вам помощь, но у меня есть несколько вопросов. Первый: когда ко мне вернутся мои чейнджлинги? Второй: что, кроме пищи, я получу взамен за свою работу? И последний: где я буду жить во время поддержания щита?       Солнечная принцесса предпочла ответить лишь на последний вопрос. — Во дворце для всех вас готовы гостевые комнаты. Луна вас проводит… — Хватит! — голос принцессы прозвучал под потолком, и все ненадолго оглохли. — Прекрати так говорить! — Луна! — Селестия обернулась к сестре, встав спиной к нам. — Что с тобой? — Ты до сих пор считаешь, что меня нужно беречь, будто я маленький жеребёнок! — Луна! — Ты даже отобрала у меня мою обязанность! Она снова поднимает и Солнце, и Луну! — крикнула принцесса, обращаясь ко мне. Её глаза были направлены именно на меня, остальные пони отошли в сторону, дрожа от страха. — Разве прошлый раз тебя ничему не научил?! — Луна встала на дыбы, глаза её сверкнули, а удар передних копыт разбил мраморную плитку. — Сестра! — Принцесса Луна! — Мне надоела твоя забота! — каким-то жестким голосом прокричала та. — В Эквестрии должна была быть одна принцесса!!! Я сама могу о себе позаботиться!! Хватит меня опекать!! — последняя фраза была произнесена демоническим хрипом, а тело Луны стало стремительно меняться. — Накаркал, — тихо прошептала я, глядя на черного аликорна с бесконечной звездной гривой. — Дискорд, ты падла. — Луна! — прошептала Селестия. — Я же просто хотела тебе помочь. Сестра… Я же хотела как лучше. — Луна, нет причины для ненависти! — проговорила Твайлайт. — Успокойтесь, и вернитесь в прежнее состояние!       Темный аликорн замялся, а потом голосом Луны произнес, — Я не могу… — Почему? — удивились все. — Если я насильно верну себе свой облик, то моя магия иссякнет совсем. А теперь, когда я стала Найтмер Мун, мои силы не только полностью восстановились, но и в разы увеличились. — Найтмер серьезно взглянула на меня, опять. — Не боишься? — Неа, — протянула я, разглядывая голубые доспехи принцессы. Вот это да! Вот это я понимаю!       Отстранив Селестию, Найтмер подошла прямо ко мне. Остальные испуганно застыли поодаль, разглядывая её. Солнечная принцесса тревожно смотрела на сестру, пытаясь понять, что именно её разозлило. Твайлайт и Кейденс лежали на месте — без Луны щит ослабел, и только Селестия смогла устоять на ногах.       А я знала, что так разозлило Луну, что она вернула своё альтер-эго. Уязвленное самолюбие. Когда у тебя отбирают твою любимую работу, словно игрушку у ребенка, то это вызывает шок и непонимание. Когда контролируют каждый твой шаг — это вызывает раздражение и желание врезать надсмотрщику. Когда распоряжаются тобой, как мебелью — за это хочется перегрызть горло. Судя по лицу Кризи, она тоже догадалась.       Кошачий зрачок пристально изучал меня, будто что-то искал. Остановившись на моих глазах, принцесса долго в них всматривалась. — В тебе есть такая Сила, какая ни мне, ни сестре не снилась. Ты можешь натворить много бед. Или много добра. Смотря чью сторону выберешь. Сомбра может взять тебя в ученицы, если, конечно, от него что-то осталось, но пусть он на это даже не рассчитывает. — Найтмер приподняла меня за подбородок своей гибкой гривой. Я совсем не чувствовала страха перед ней, только восторг. Ужас перед собой засел в душе глубоко, но сейчас он притупился. Я смотрела в бирюзовые глаза кошмара и видела своё отражение. — Что ты хочешь этим сказать, Луна? — подала голос Селестия. — О какой силе ты говоришь? — Ты просто слепа, раз не видишь, — ответила Найтмер. — Я буду лично учить её, когда они вернутся вместе с Сомброй, а ты не посмеешь мне мешать!!       Селестия промолчала. Все притихли, а я снова отнесла себя к разряду говорящей тумбочки. Ну почему всё решают за меня?       Она завидует…       Боже, Асха, не сейчас! — Ну ладно, — я осторожно вырвалась из захвата принцессы. — А сейчас, если вы не против, мы с Кризалис пойдем и поищем гостевые комнаты. Так в сон клонит, — Найтмер удивленно посмотрела на меня. — Всегда любила спать днем. — проговорила я, крабиком приближаясь к Кризи. — Ночью надо фанфики писать, а не спать. — Что писать? — переспросил Тирек, но я ему не ответила. Ну нахер.