Непутёвый

      Пришёл в себя от толчка в спину и последовавших английских ругательств и извинений на ломаном японском. В вагон влетел в последнюю секунду, плюхнулся на свободное место у окна и опять впал в оцепенение. Семпай на самом деле это сказал? Возможно ли это? Шутить он не умеет, да и не стал бы такими вещами. Но может ли такое быть? Моринага уже почти свыкся с мыслью, что скоро останется один, что семпай бросит его, а оказалось, что Тацуми Соичи хочет купить квартиру для них и предлагает ему быть его партнёром… Звучит восхитительно! Но это невозможно! А было ли на самом деле? Или это сон, наваждение? Ведь были же кошмары — ужасные и почти реальные? Может, мозг устал от страхов и пришло настоящее сумасшествие? Не хочется даже думать об этом, лучше предположить, что всё произошедшее просто сон… Нет, конечно, лучше, если бы всё было на самом деле! Как отличить сон от яви? В каком-то фильме герой понял, что спит, потому что ковёр был неправильный. Всё ли правильно вокруг?.. Посмотрел на свои руки. Привычные, неидеальные, вот заусенец на большом пальце, надоедающий второй день, на указательном обломан ноготь, всё как всегда. На обивке кресла грязное пятнышко, на стекле следы от дождевых капель, тип в соседнем кресле курит что-то на редкость вонючее и забыл помыть голову. Всё это несовершенно, слишком похоже на реальность! Значит… Это значит, что сказанное на перроне было на самом деле! Ками, это правда! Самая настоящая правда, и Моринага самый счастливый человек на свете!       А… а вдруг семпай имел в виду что-то другое? Например, быть его квартирантом? Нет-нет, для предложения «просто пожить» он не стал бы так одеваться и так переживать, гнаться за непонятливым и с таким волнением подбирать слова и вглядываться в глаза! Просто прислал бы эсэмэску: «Моринага, ты идиот...» Моринага, ты действительно идиот! Тацуми-сан ведь ждёт ответа! Или не ждёт? Может, он передумал, раз оттолкнул его и сбежал? Да нет, не похоже! Кажется, он просто не хотел, чтобы кое-кто несдержанный устроил истерику на людях и опоздал из-за этого на поезд. Ками, что написать?! Тецухиро столько раз представлял, как сам скажет любимому такое, в какой момент и какими словами, что даже немного обидно, что не он первый… Но всё это совершенно не важно! Быстро перебрав в голове варианты ответов, начал набирать: «Я буду счастлив...» Отправив сообщение, довольно вздохнул и с мечтательным видом уставился в окно, ничегошеньки там не видя. Потом хмыкнул — а почему бы нет? Хитро усмехнулся и послал ещё два сообщения одно за другим.       За день он так и не управился, семпай опять был прав.       Темнело. Моринага сидел в парке на скамейке, вытянув гудящие от усталости ноги. Надо бы идти в отель, но как же трудно встать! Закрыв глаза, запрокинул голову, попытался представить, что сейчас делает любимый. Пришёл домой, или всё ещё на работе? Можно позвонить, или рассердится? Рисковать не стал, отправил: «Добрый вечер, Тацуми-сан! Остаюсь ещё на день, квартиру пока не снял». В ответ получил: «Понял. До завтра». Усмехнулся невесело. Чего ещё ждать? Ответили, уже хорошо. Ласковых слов от семпая не дождёшься. И вдруг снова вибрация, ещё одно сообщение: «Спокойной ночи!» Расплылся в улыбке. Любимый! Всё-таки он меняется! Может, примет подарок? Или не рисковать установившейся хрупкой иллюзией? Хотя не должна она быть очень уж хрупкой, ведь Тацуми-сан не в шутку это сказал, а от серьёзных обещаний он не отказывается. Пожалуй, стоит рискнуть. Так хочется надеяться, что эта маленькая вещица будет принята благосклонно! Полез в карман за лаковой коробочкой, открыл, залюбовался матовыми отблесками на чёрном бархате. Свет фонарей придавал всему некую загадочность.       — Н-не помешаю? Извините, ненадолго составлю вам компанию — ноги что-то не идут… Уф-ф! — рядом на скамейку неловко опустился немолодой грузный мужчина. Его вид и запах отчётливо выдавали причину непослушности нижних конечностей. Без малейшего перехода он с пьяной непосредственностью поинтересовался: — П-подарок?       Моринага сначала не понял, о чём речь, потом дёрнулся было спрятать, но тут же сообразил, что это будет выглядеть глупо, и только молча кивнул.       — Пода-а-арок… На твою лапу не налезет, значит, кому-то другому. Не слишком вычурное, какие любят сопляки, но и особо дорогим не выглядит… Ровеснику? Другу?       Машинально кивнул в ответ, удивившись остроте взгляда заплывших глазок толстяка и логичности его рассуждений. Ошибка лишь в одном — эта кажущаяся простота обошлась совсем недёшево.       В один из прошлых своих приездов Моринага, спасаясь от проливного дождя, забежал в первый попавшийся магазин — как оказалось, ювелирный. Чтобы не торчать у двери, обошёл витрины. Задержался, разглядывая обручальные кольца, повздыхал про себя, отшутился на вежливый вопрос симпатичной продавщицы — мол, подумывает, но пока рано. И надолго застыл у витрины с мужскими кольцами и аксессуарами. Разные они были, но его внимание как-то сразу приковало к себе матовым серебристым блеском одно кольцо-печатка. Некрупное и неброское, полное сдержанного достоинства, оно терялось на фоне кричаще-затейливых блестящих собратьев. И очаровывало внимательный взгляд своей лаконичной элегантностью.       Едва увидев его, Моринага подумал, что это кольцо подошло бы его любимому. Обручальное семпай никогда от него не примет, но простой, обычный, ни на что не намекающий перстень, быть может, не отвергнет? Тогда казалось, что надеяться на это бессмысленно, смешно и нелепо. Но почему-то он ещё не раз заходил «проведать» приглянувшуюся вещицу и погрезить о несбыточном, глядя на неё.       Сегодня, закончив все дела в «Фармацевтике», первым делом помчался в знакомый магазин. С утра молился про себя всем богам, чтобы ему повезло и то самое кольцо его дождалось. И ему действительно повезло, хороший знак! «Несбыточное» сделало ещё один шаг к реальности…       — Хорошее дело — подарок другу, — одобрил неожиданный собеседник. — А, так вы, верно, выпускники? Расстаётесь?       Моринага не знал, что ответить, но толстяк и не ждал его ответа. Он, вдруг понурившись, как будто бы крутил пальцами невидимое кольцо на мизинце.       — Знаешь, — тихо, как будто про себя, заговорил он, — у меня ведь было такое, друг подарил. Не чета твоему, конечно, просто самодельная печатка, выточенная из латунной гайки... Нам тогда было по четырнадцать, его семья переезжала, и мы должны были расстаться. А дружили сколько себя помню, были ближе чем братья. Во всех играх он был заводилой и главарём. Перед отъездом вручил мне кольцо, «как подарок даймё верному самураю», так он тогда сказал... Потом мы вместе учились в старшей школе... Не знаю, помнил ли он тот случай, но печатку я почему-то хранил. Единственная память, которая мне осталась от лучшего друга.       Помолчал, не поднимая глаз, потом ответил на невысказанный вопрос:       — Риота погиб. Опасную выбрал профессию и всегда отчаянно лез вперёд… Я какое-то время носил его кольцо, только на мизинец и налезало, но потом жена запротестовала — детская поделка, несолидно… Надо же, почти забыл… Сколько бы ему было лет? Да сколько и мне, мы ведь ровесники… Ками!.. Знаешь что, парень? Ты, я вижу, вроде как сомневаешься? Не сомневайся! Как увидишь его в следующий раз, так и подари! Пусть у него будет память о тебе, кто знает, что нам приготовила судьба… Пойду я. Прощай, парень! Меньше раздумывай, ведь следующего случая может и не быть.       Моринага смотрел ему вслед. «Ведь следующего случая может и не быть!» Может и не быть… Нужно решиться и не вспоминать, какая участь постигла некоторые его подарки. Слишком много времени потеряно на размолвки и недопонимания!       Но как исхитриться, чтобы этот подарок был принят? Утром всё получилось впопыхах, так может, хоть это сделать красиво? Уютное кафе, негромкая музыка, вкусная еда… Хорошо поев, семпай будет в хорошем настроении. И может, не будет на людях слишком громко выражать своё недовольство? Не давая себе больше времени на размышления, достал телефон. Едва услышав ответ, выпалил, боясь, что передумает или перебьют:       — Тацуми-сан, простите, ещё раз добрый вечер, вы не могли бы завтра пораньше освободиться, давайте вместе поужинаем в кафе!       И сник от раздражённого:       — Тебе сколько раз сказано — не звони, отвлекаешь! Я на работе. Погоди...       После недолгой паузы, за время которой лоб Моринаги успел покрыться испариной, в трубке прозвучало уже спокойнее:       — Вообще-то, мы и так из графика выбились… Ну да ладно, только не раньше восьми! И не звони больше! Всё, до завтра!       С задумчивой полуулыбкой покрутил в руках телефон. Надо же, согласился несмотря на звонок в рабочее время! Хотя рабочее оно только для таких безумных трудоголиков, как Тацуми Соичи, которого сегодня дома никто не ждёт. Может, поэтому он и не торопится домой? Да нет, ерунда какая, не выдумывай, Тецухиро! Просто твой семпай ответственный человек и хочет наверстать отставание. А случилось оно именно из-за тебя! Широко улыбнулся, вспоминая, каким сногсшибательно красивым был семпай утром. Как волновался, высматривая в толпе своего удравшего непонятливого кохая. Как сбивчиво раз за разом пытался объяснить, как догнал и всё-таки выпалил те слова, которые Моринага и не мечтал услышать… Может быть, он не будет очень уж сердиться? Это будет ясно завтра, а сейчас надо идти в отель, утром будет много дел, а вечером…