Aiso Tsukashi / Слова, приносящие боль

Себастьян старался не попадаться под руку Рико, когда он поторапливал своих шестёрок, а те в свою очередь шуршали пакетиками с наркотой по журнальному столику. Он тихо-тихо прошёл краем комнаты к холодильнику, потому что жутко хотелось пить. И вдруг услышал, как Рико чертыхнулся. Он быстро кинул взгляд за спину и заметил, как-то зло смотрит на смятую в руке пачку от сигарет. Пустую. — Себастьян! — рявкнул он. — Сходи вниз, купи мне сигарет. Таких же, — и перекинул Себастьяну ком из смятой пачки. Он поймал его обеими руками и возблагодарил за это одного из богов, который, видимо, присматривал за ним в этот момент. Если бы пачка вывалилась из рук… Себастьян подумал, что это бы разозлило Рико сильнее. — И поживее давай, двигай своей аппетитной задницей. Решив не дожидаться других указаний, Себастьян подхватил свою толстовку — вечером стало прохладно — и вышел из номера. Он успел спуститься на лифте в главный холл отеля и выйти из крутящихся стеклянных дверей направо. Уже глубоко потемнело, и только фонари да вывески над первыми этажами не давали людям плутать во тьме. Небо затянулось тучами, как в чёрный корсет, и ни единой звезды не светило в случайные прорехи. — Себастьян! — услышал он за спиной до дрожи долгожданный голос и замер, остановился, как вкопанный. Каких-то десять шагов от отеля, а хотелось бы оказаться за мили, за многие мили отсюда. Вместе. — Крис? — он развернулся, точно зная, кого увидит, но щёки всё равно предательски потеплели от зачастившего в груди ритма счастья. — Что ты тут?.. Крис стоял в нескольких шагах от него, широкоплечий, надёжный, как скала. В джинсах на своих бесконечных ногах и джинсовке поверх майки. Он выглядел, словно только что сошёл со страниц глянцевого журнала. И даже отросшая борода и влажный от пота лоб не портили картины. Наоборот. Как же хорош он был. Себастьян сглотнул, не в силах отвести взгляд или сказать ещё хоть что-нибудь. Крис, меж тем, смотрел на него выжидающе, а потом вдруг сказал: — Кот… скучает без тебя. Когда ты вернёшься к нам? Вернёшься к нам… вернёшься к нам… Последняя фраза застучала в голове, как если бы в стеклянную банку насыпали немного фасоли и потрясли её там. Вернуться. Может ли он вернуться? Себастьян сам не понял, что смотрит на Криса широко распахнутыми глазами, и не хватает какой-то глупой маленькой мелочи, чтобы он кинулся в объятия его больших сильных рук и не наоставлял тёмных мокрых сопливых пятен на его джинсовке. — Я… — Себастьян взял себя в руки и встрепенулся, поправил рукой выбившуюся и упавшую на глаза отросшую чёлку. Ему даже думать не хотелось о том, что сделает Рико, взбреди ему в голову возвратиться. Рико не склонен к философствованиям и далёк от благородства. Он берёт всё, что считает своим, а помехи устраняет. — Я не вернусь, Крис. У меня новый парень, — он приподнял подбородок и посмотрел на Криса, как победитель. Надеялся только, что Крис не заметит, как его нижняя губа начинает дрожать. — И он не такая задница, как ты. Не злится и не трахает мозг, у него много денег, так что я совершенно счастлив. Себастьян сказал это и понял, что хочет отвернуться. На Криса было больно смотреть. Тот сильнее сжал кулаки и качнулся вперёд, становясь на шаг ближе. — Я не верю тебе, — отчётливо сказал он. — Я пришёл, потому что не могу этого так оставить. — С чего вдруг? — удивился Себастьян и понял, что игра вдруг пошла проще, легче. Были у них с Крисом нерешённые моменты, опираться на которые в своей наигранной безразличности было очень удобно. — Совесть взыграла или жалость? Пытаешься нести за меня ответственность? Так вбей уже в свою голову, мне этого от тебя нахрен не нужно! Можешь засунуть это всё в задницу и забыть уже меня, как страшный сон. Себастьян развернулся и сделал несколько шагов по направлению к небольшому круглосуточному магазинчику, хотя он уже напрочь забыл, зачем вообще туда собирался. Он чувствовал Криса за своей спиной так отчётливо, что мог закрыть глаза и представить его всего в деталях, до каждой складки джинсы, до редких волос на груди поверх выреза майки, до влажных капелек на вспотевшем лбу и спутанных волосков в отросшей ещё сильнее бороде. — Мне не нужен парень, который не желает снизойти до того, чтобы спать со мной, — сказал он тихо, надеясь, что припечатает этим Криса окончательно. Никогда раньше, даже делая гадкие, очень гадкие вещи не только один на один с клиентом, но и участвуя в групповом сексе, он не чувствовал себя таким грязным и павшим, как сейчас. Это убивало его. Глаза предательски повлажнели. — Себастьян, — позвал его Крис, но он не смог обернуться. А потом что-то произошло, и голос сзади прозвучал уверенно и спокойно. — Вернись ко мне. Домой. — Зачем? — спросил он у носков своих сбитых кед. Не удержался и тихо всхлипнул, тут же вытирая глаза и нос. — Я никчёмен. От меня одни проблемы. С чего ты вообще решил искать меня? — Мне плевать на проблемы. Я просто хочу быть с тобой. Себастьян почувствовал, что он на грани истерики. Из глаз и носа текло, и его спасало только то, что Крис стоял за спиной и не видел его лицо. Он сильнее наклонил голову вниз и накрепко сжал кулаки в карманах толстовки, до дрожи. Сердце в его груди трепыхалось, как маленькое глупое йо-йо, подвешенное на упругой резинке. — Ты дурак? — спросил он у ночного воздуха. — Уже слишком поздно разбрасываться такими словами. Крис долго молчал. Но всё же ответил, и Себастьян не узнавал тон его голоса. — Ты прав. Просто знай, что я буду ждать тебя, сколько потребуется. Никто не займёт твою половину кровати. Себастьян забыл, как дышать. Закрыл глаза, и слёзы, что стояли всё это время в уголках глаз и на нижнем веке, полились на щёки. Понимая, что проиграл не только Крису, но и себе, он обернулся и, едва различая дорогу, кинулся в сторону Криса. — Какого хера тут происходит? — послышалось от дверей отеля. Себастьян тут же замер и отшатнулся от тянувшего к нему руки Криса. — Рико? — удивился Крис, резко переключая внимание. Было ясно, что такой встречи он совершенно не ожидал. — Давно не виделись, Чистильщик. Так ведь тебя звали в банде? Потому что ты вместе с Робби подчищал за своими ублюдками всё дерьмо? — пока у Криса ходили желваки на лице, Рико усмехнулся и самодовольно сказал: — Эта сучка моя. Даже думать забудь про него. Себастьян со страхом метнулся к Рико и вцепился ему в предплечье: — Нет! Всё не так! Между нами ничего нет, мы просто случайно столкнулись на улице! Рико сгрёб Себастьяна и прижал к себе за плечо, не переставая следить за Крисом. Себастьян чувствовал их сцепившиеся взгляды как двух кружащих бойцовых псов, глухо рычащих друг на друга с ощеренными клыками, поднявших встопорщенные загривки. Только ни один из них не собирался нападать первым. И это было к лучшему. — Если увижу тебя рядом с ним ещё раз — убью, — выплюнул Рико. — Это не просто слова. Папаша Бранч вместе с синдикатом прикроют меня. — Рико больно сжал Себастьяна за плечо, отстранил от себя и толкнул прямо в руки стоявшему сзади шестёрке. Это оказался Шаел. — Глаз с него не спускать, — наказал он. — Из номера ни шагу. Он вальяжно спустился с лестницы, медленно прошёл мимо замершего в боевой готовности Криса и сел в ожидавший его мерседес. Следом скользнул Кори с чемоданом наркоты в руках. У Рико назревала крупная сделка. Себастьян не смотрел на это, подмечая детали лишь краем глаза. Он видел только Криса, его напряжённую, внезапно ссутулившуюся фигуру и то, как рельефно вздулись жилы на его красивой длинной шее. Крис словно почувствовал его взгляд и поднял глаза, и от этой мелочи Себастьяна обожгло огнём. Если ему уготованы его личные круги ада, Себастьян теперь хотя бы точно знал, за что. Крис не заслуживал всего этого. Он как никто другой был достоин покоя и мирной жизни, к которой так стремился. И во всём этом дерьме, закрутившемся вокруг него, виноват только Себастьян. Он ненавидел себя за это люто. И не знал, что же можно сделать, чтобы как-то исправить положение. Не нужно было приходить тогда к Крису. Он просто слишком слаб, чтобы поступать правильно. Разорвав тягучий, сладкий, полный понимания происходящего взгляд — Шаел больно ткнул меж лопаток, призывая не стоять, а идти дальше, — Себастьян шагнул в узкий проход крутящихся стеклянных дверей. Мысленно он уже готовился к наказанию от Рико, когда тот вернётся. Он знал, что наказание обязательно последует. Он заслужил его.

***

Дома у Роберта было тихо и пахло сандалом. Так было всегда, ничего не изменилось с тех самых пор, как Крис попал к нему в первый раз. Он бывал у Роба крайне редко, хотя тот часто звал в гости. Крис чувствовал себя неуютно в огромных двухэтажных хоромах с садом и бассейном, его смущали полуголые красотки или же подкачанные парни в настолько тесных плавках, что было не понятно, как они им там ничего не передавливали. Роберт любил жить широко, но Крис знал, что это показуха для клиентов и инвесторов. Он всеми силами создавал вокруг себя ореол богатства и разгула, и прогонял всех, наказывая забирать с собой «чёртовы фонтаны с шампанским и шоколадом, куда, да не знаю куда, хоть в задницу себе засуньте», едва чужие люди с деньгами оказывались за квартал от его дома. Он оставался один, выключал лишний свет, садился на старый любимый диван и прикуривал дорогую сигару — в этом он никогда себе не отказывал. Правда была в том, что Роберт любил тишину и одиночество. И если иногда он и шутил с Крисом на тему «вот тебя бы я трахнул», на самом деле Крис прекрасно знал этот тон. Продолжение у фразы было примерно такое: «Но не буду, детка, не буду. Нахер мне весь этот геморрой. Лучше закрой свой удивлённо распахнутый рот, прикрывай мою спину и не отвлекайся». Сейчас они сидели в том самом кабинете Роберта, и то, что стрелки на массивных деревянных часах показывали первый час ночи, ни одного из них не волновало. Роберт выглядел чуть всклокоченным и уставшим, но на звонок Криса он ответил сразу и сразу сказал приезжать. Крис, если быть честным с самим собой, на другое и не рассчитывал. Портили настроение только фотографии, рассыпанные по журнальному столику между ними. На каждой их них маячил Себастьян в крепкой хватке рук Рико. Они просто были выхвачены фотографом вместе на улице, но в этом тяжёлом жесте Крис видел столько самодовольного собственничества, что руку Рико хотелось отгрызть по самую шею. — У меня есть информация о Рико, — сказал Роберт, расслабленно затягиваясь сигарой. Сейчас на нём не было очков, а рубашка была расстёгнута до пупка и распахнута в стороны, открывая подкачанную грудь всю в тёмных завитках волос. — Последние недели этот хрен как кость в горле. Вернулся из тюрьмы и поднял все старые связи, поставляет наркоту синдикату и Папе Бранчу. И ладно бы, если бы гадил только на своей территории. Птичка на хвосте принесла, что наркота, потёкшая рекой говна к нам непонятно откуда — его рук дело. А ты знаешь, после той истории… Короче, Тони этого не потерпит. Тогда мы работали преимущественно в дорогих клубах и барах, продавая дозу скучающим сынкам и дочкам богатеньких папиков. Но Рико делает всё не так. Он продаёт порошок всем, у кого есть деньги, и даже тем, у кого их нет — в долг. А потом тщательно выбивает долги, даже если продал дозу старшему школьнику. Этот мудак откровенно заебал меня, Крис. Но ты ведь не о нём хотел поговорить, так? Этот Себастьян, — он кивнул на фотографии, — он его сучка? Крис вздохнул сквозь стиснутые зубы. Иногда формулировки Роберта ему до чёрта не нравились. — Был ею в тюрьме. Но потом всё изменилось. Себастьян не хотел быть с ним. Когда Рико вышел, как-то нашёл его и запугал. Себастьян согласился, потому что пытается выгородить меня и мой бар. Я сцепился с парнями Рико по поводу платы за крышу. Наверное, он задрал мне планку шире задницы специально. Я не знал, что он дотянется до Себастьяна… — И-и?.. — протянул Роберт, видя, как Крис сидит и мнёт пальцами пальцы другой руки. — Я должен вытащить его оттуда. — Говорю же, ебанулся… — негромко констатировал диагноз Роберт и затянулся поглубже. — Ты хоть понимаешь, сколько у него там людей? Не меньше десятка шестёрок и все при пушках. Тебе жить надоело? Он смял недокуренную сигару в пепельнице и наклонился над столом, чтобы быть ближе к Крису. Крис так и не смог посмотреть ему в глаза. — Если ты вляпаешься в разборки с Рико, ты снова вернёшься в тюрьму. Тебе снова впаяют хранение и распространение наркоты, а это вкупе с повторным сроком катит на десяток лет. И это в лучшем случае, Крис. Потому что в худшем… тебя просто пристрелят, тупой ты мудак, ты понимаешь?! — голос Роберта резко прибавил в громкости и взлетел вверх, и Крис понял, что всё же довёл его. Он вспомнил о Томе и Ленни и подумал вдруг, что мучительно не хочет расставаться с ними, ни на десять лет, ни, тем более, насовсем. Но правда была в том, что у Ленни был Том, а у Тома был и Ленни, и Крис, и им всем, если прикрыть глаза на некоторые мелочные тёрки и семейные разборы полётов, было хорошо вместе. А у Себастьяна… у него не было никого, и ни одна живая душа не вступится за него, если его будут избивать или насиловать; он так и продолжит тащиться по жизни, продавливаясь, прогибаясь, пока не сломается совсем, думая, что это нормально — жить вот так, барахтаясь во всём этом дерьме. Слепо веря, что это и есть жизнь. И правда в том, что никто не подаст ему руку, чтобы выдернуть оттуда и показать — всё не так, малыш, всё совсем не так, и жить — это по другому, это приятно, вкусно, интересно и даже весело, а «любить» — порой вообще не связано с сексом, но это всегда тепло и томно, и это означает заботу и участие, и если у тебя есть другие мысли на этот счёт — детка, ты никому ничего не должен, просто возьми и скажи это. И если оставить всё как есть… можно нарисовать огромный жирный крест на себе и своём пустозвонном благородстве. Крис нахмурился и выпятил челюсть. Для него всё давно было решено. — Я должен вытащить его оттуда. Пожалуйста. Если со мной что-нибудь случится. Роб, я знаю, что не в праве просить тебя, но… Присмотри за Ленни и Томом. И… за Себастьяном. Пожалуйста. Пускай он живёт свободно. Роберт сидел напротив него, сцепив пальцы в замок. Он смотрел на Криса, точнее, на этот самый выдвинутый вперёд подбородок. Роберт тоже прекрасно всё понимал. Поэтому только вздохнул. — Ты больной на всю голову, Крис, — сказал он, наконец. — Я знаю, — Крис попытался улыбнуться, но у него вышло только скривить уголок рта. — Я знаю, Роб. Не провожай. Он встал и спокойным шагом всё обдумавшего и взвесившего человека отправился к выходу из просторного кабинета. Он не оглядывался.

***

Рико нависал над ним давящей скалой своего огромного тела. Он разозлился до белого каления, и Себастьян вдруг вяло подумал — может, оно и к лучшему, если всё выйдет так? Боль и побои казались самым страшным, что с ним только может произойти, и вселяли неконтролируемый ужас вплоть до крупной дрожи и дыхательных спазмов. Но сейчас почему-то словно в теле что-то отключилось, и Себастьян каждый увесистый шлепок ладонью по лицу воспринимал отстранённо, словно сквозь слои густой пушистой ваты. Рико мог убить его, и, пожалуй, это не так уж плохо — умереть от его руки. Он просто не знал, что ещё мог сделать для Криса. Для себя. Для того, чтобы перестать чувствовать себя ничтожеством. — Повтори ещё раз, сучёныш-ш, — прошипел Рико, разбрызгивая слюну. — Я тебя ненавижу, — прохрипел Себастьян. — Меня тошнит от твоего корявого члена. — Ты врёшь! — взвыл Рико и обрушил на челюсть Себастьяна целый кулак. Голова мотнулась, он отъехал по полу на добрых пару шагов. — Ты наслаждался от того, как я драл тебя! Ты кончал каждый раз! Себастьян промолчал. Ему нечего было сказать в оправдание своему слабому телу. — Ненавижу тебя, — процедил он снова и зажмурился, потому что Рико замахнулся ногой и врезал куда-то пониже рёбер, отчего тело затянуло странной неподъёмной тяжестью. Когда он открыл глаза, Рико достал нож и опускался рядом с ним на колени. — Тошнит от моего члена, ублюдок? Это всё из-за того мудака? Хотел бы трахаться с ним? Помечтай, помечтай, пока можешь. Ты надеешься, что я сейчас выбью из тебя дух и успокоюсь? А хера с два не хочешь, Себби? Если тебе не нравится трахаться со мной, мы это поправим. Сделаем так, чтобы этот вопрос вообще не стоял. Видишь ли, чтобы я тебя ебал, твой член не нужен. Достаточно лишь задницы, а она у тебя замечательная. Поэтому давай мы сейчас исправим это досадное недоразумение, которое у тебя болтается спереди… Он потянулся к ширинке джинсов Себастьяна, и тот вдруг ясно осознал, что убивать его не собираются, а собираются сделать такое, от понимания чего у Себастьяна расширились глаза и резко вспыхнул адреналин в крови. Смирение и готовность умирать испарились, он заорал и задрыгался, удачно въехав Рико коленом в живот. Тот завалился набок и матюгнулся, поднялся и наотмашь полоснул Себастьяна ножом поперёк груди. Совсем неглубоко, но лезвие порезало ткань рубашки и оставило на коже тут же набухшую алым тонкую царапину. — Ах ты, сучёныш-ш, — Рико снова схватился за ширинку и резко, умело вспорол её ножом по шву, подцепив снизу и дернув вверх и от себя. — Сейчас я тебя научу, как надо себя вести… Себастьян не понял, что произошло, но дверь за спиной Рико вдруг распахнулась от удара и с грохотом ударилась в стену, едва не слетев с петель; в комнату ввалился запыхавшийся, разгорячённый дракой Крис. За его спиной в холле номера ещё продолжалась потасовка, но кого и с кем — Себастьян не рассмотрел. Он видел только голубые, почти синие от гнева глаза Криса и чувствовал, как по собственным щекам текут слёзы. Он всхлипнул, почему-то считая, что всё страшное уже позади, хотя рука Рико с ножом была ещё в опасной близости от его члена.

***

— Почему ты так долго, Шаел? Закуски-то купил? — донеслось из-за двери. Но, наконец, она открылась, и Крис, удерживавший парня за скрученные за спиной руки, втолкнул его внутрь, сшибая на пол одного из людей Рико, тут же окидывая взглядом холл. Пять в зоне видимости, плюс сам Рико, плюс неизвестно ещё сколько в кухне или туалете, или дрыхнут. Чёрт. Ну он и вляпался. — Простите, девочки, но закуски не было. Парни, сидящие за журнальным столиком, уставленным пивными банками, повскакивали и попёрли на него. Первый замахнулся кулаком и тут же был скручен Крисом одним из приёмов катамэ вадза*. — Где Себастьян? — зашипел он ему в ухо. Парень засипел, и Крис сильнее завернул руку. Тот заорал: — В спальне. Там. В спальне, — выдал он сразу. Крис толкнул его в ближайшего противника и приготовился было атаковать следующего, выцеливая место на теле согласно атэми вадза*, но его цель вдруг снёс кулак… Роберта. Он выпрыгнул из-за спины, маленький и злой, словно чёрный скорпион. Встал рядом, преувеличенно скривился и потряс ушибленным кулаком. Позади него теснились ребята, которых Крис помнил ещё по группировке. Он смущённо кивнул им. — И даже не смотри на меня так. Срать я хотел на твою сумасшедшую задницу. Просто Рико со своими амбициями и наркотой Тони поперёк горла. Он говорил с Папашей Бранчем на его счёт, и тот разрешил проучить Рико. Видимо, Папашу он тоже заебал. Так что мы тут по делу. Я, конечно, не хотел форсировать события, но ты меня разве слушал когда-нибудь? — и Роберт снова бросился с кастетами на следующего опешившего от нежданного подкрепления парня. — Тебя случаем принцесса за той дверью не ждёт? — спросил он невзначай, кивая в сторону спальни, и Крис, растеряв все свои благодарности, кинулся к запертой двери.

***

— Какого хуя… — изумился Рико, когда Крис схватил его за ткань рубашки на спине и рывком, до треска ткани, поднял на ноги и швырнул в ближайшую стену. Пока Рико мотал головой и соображал на полу, пытаясь подняться, Крис согнулся над Себастьяном, и его пальцы тут же пробежались по бёдрам, бокам и разрезанной на груди рубашке. — Как ты? Себ? Скажи, как ты, цел? — спросил он напряжённым голосом, не переставая смотреть в глаза. Себастьяна крупно трясло от пережитого ужаса, и он не сразу смог ответить: — Цел… Просто царапина. Крис… Крис… — Тише. Сейчас пойдём домой. — Крис!!! Он не успел увернуться всего на долю секунды, и Себастьян по исказившемуся лицу Криса понял — Рико всё-таки достал его ножом, а он так увлёкся его чудесным нежданным появлением, что не смог толком предупредить. Бестолковый, бестолковый мальчишка! Крис уже умудрился подняться на ноги и мягко, профессионально уходил от резких нахрапистых выпадов Рико с ножом, словно пытался увести его дальше от Себастьяна к углу. В какой-то момент Крис выпростал руку и точным ударом выбил лезвие; оно, звякнув о паркет, укатилось под кровать от пинка. Он успел достать Рико ногой в живот, и пока тот пытался вдохнуть воздух, напрыгнул на него, скрутил и уронил на пол. Крис прижал Рико к полу в странной переплетённой позе, и Себастьян понял, что это не обычная драка. Это целое искусство, которым Крис отлично владел и которое никогда не выставлял напоказ. Как много он ещё не знает о Крисе? И пытался ли он вообще узнать? Себастьян услышал, как Рико захрипел, задыхаясь, и на долю секунды ему страшно захотелось, чтобы Крис насмерть задушил его. Но его быстро отпустило, и он выдохнул свою злость из лёгких. Рико был не хуже и не лучше других. Он мог бы быть более жестоким с ним, как сегодня, но ведь он не был, и по-хорошему, Себастьян должен был сказать ему спасибо. Спасибо говорить не хотелось. Он почувствовал, что успокоился, только когда Рико перестал возиться под Крисом и обмяк. — Что ты сделал с ним? — спросил он без особого интереса, ощущая, как боль начинает возвращаться в его тело вся и разом. — Ничего особенного, — устало улыбнулся Крис, нависая сверху и помогая подняться. — Просто немного придушил, чтобы он потерял сознание. Симэ вадза*. Идём. — Звучит хорошо, — кивнул Себастьян и ласково улыбнулся. Разбитые губы тут же заныли. Он поднялся на ноги с помощью Криса и взялся было за его спину, но тут же отдёрнул руку. Вся его ладонь замаралась в тёплой алой крови. — Крис! Твоя спина! Ты весь… — Тише. Просто длинный неглубокий порез. Тише, Себ. Нам нужно уходить. — Уходим отсюда, — Роберт встретил их на пороге спальни, увидел спину Криса и нахмурился. Но ничего не сказал по этому поводу. Только снял с себя извечный пиджак и накинул на плечи Криса, прикрывая окровавленную спину. — Сейчас сюда приедут копы. Надеюсь, за этих мудаков никто не будет вносить залог, и они вдоволь посидят за решёткой. — Ты сам вызвал копов? — удивился Крис. — А кто ещё? Ждать, пока леди очухаются и помашут ручкой? Крис хмыкнул. Они постарались пробраться мимо стойки рецепшена незамеченными, и им это удалось. У отеля ждала вереница из трёх чёрных машин. Себастьян, поддерживающий Криса с одной стороны, и Роберт с другой сели в средний кадиллак втроём на заднее сидение. — Домой, Райли, — скомандовал Роберт водителю и тут же повернулся к Крису, сидевшему с другой стороны, наклонившись через Себастьяна: — И не спорь. Вас нужно осмотреть и перевязать. Сейчас позвоню Бобби, он живёт недалеко. Приедет и поможет. Крис не стал спорить. Он чувствовал боком бок Себастьяна, и ему вдруг стало так хорошо и спокойно, что он чуть было не вырубился. — Эй! — услышал он голос Роберта. — Не смей отрубаться в машине! Кто твою тушу дотащит до дома? Этот дохляк? Себастьян хихикнул. От этого болью прострелило всё лицо. — Если надо, я дотащу, — осторожно проговорил он со всеми остатками уверенности. Крис улыбнулся тоже. Он истекал кровью, и та впитывалась в пиджак Роберта и, похоже, спинку сиденья. Себастьян искренне надеялся, что с Крисом всё будет хорошо, убеждал себя, что ранение и правда не страшное. Он повернулся к Крису и прошептал ему на ухо вопрос, который мучил его всё последнее время: — Зачем ты сделал это? Ты не должен был приходить. Рико мог убить тебя. — Тише, — Крис устало стёк головой на плечо Себастьяна. — Я не мог не прийти за тобой, малыш. Я должен был забрать тебя оттуда. Прости, что так поздно. Этот хер избил тебя, и если бы я мог вернуться и избить его так же ещё раз и ещё раз, мне бы всё равно не хватило. Себастьян почувствовал тепло, разливающееся внутри его груди. А ещё приятную тяжесть головы Криса на своём плече. Сквозь стук своего сердца Себастьян слышал обрывистые фразы Роберта, что он говорил по телефону невидимому собеседнику с именем Бобби. «Порезанный придурок», «да, Бобби, сейчас, просыпайся, бери чемоданчик и тащи свою задницу ко мне; только не перепутай обезболивающее со слабительным», «нет, не глубоко, но хлещет как из ведра, нужно будет шить», «ага, держится огурцом», «второму ванну из перекиси водорода и клизму», «нет, клизму в воспитательных целях». Он почувствовал, как Крис вздрагивает на его плече от беззвучного смеха. А потом он повернул голову и коснулся губами шеи Себастьяна. Тот вздрогнул от неожиданности и нежности ласки. Как Крис вдруг поднял голову и потянулся к нему губами, мягкими и обветренными, но такими желанными, что у Себастьяна засосало под ложечкой от предвкушения. Он прикрыл глаза и наклонился в ответ… — Эй, — вмешался Роберт. — Я вообще-то ещё здесь, имейте совесть. А то я не засну. Будет в темноте мерещиться всякое. Крис тихо хмыкнул и снова устало свалился головой Себастьяну на плечо. Было немного жаль несбывшегося поцелуя. Но почему-то теперь Себастьян опасливо — чтобы не спугнуть удачу — подумал: может, всё-таки, ему наконец по-настоящему повезло? А значит, впереди поцелуев будет много, очень много. Так много, что у него ещё начнут болеть губы. Почему-то в ненасытности Криса по части поцелуев Себастьян был совершенно уверен. Он почувствовал, как Крис осторожно переплёл пальцы их лежавших между бёдрами рук. Сладкое, нежное, чуть щекотное ощущение. Себастьян прикрыл глаза и опустил свою голову на макушку Криса. Мерно шумел мотор машины, слева затих Роберт, за окном проносились цветастые мерцающие картинки ночных вывесок спящих и круглосуточных магазинов и ночных баров. Он никак не мог понять и поверить, что всё и правда закончилось. Это больше напоминало привычную маленькую передышку перед очередной чёрной полосой, после которой по закону его везения следовала полная жопа. Но Себастьяну было плевать. Он жаждал этого тепла всей душой, и Крис, ласкающий его пальцы своими, отдавал его сполна. А о большем он и не смел просить. ___________________________________ атэми вадза (яп.) — техника нанесения ударов по уязвимым точкам катамэ вадза (яп.) — техника обездвиживания симэ вадза (яп.) — удушающие приёмы