О.М.Е.Г.А.

      «Я не знаю, что задумали они, зато они не знают, что задумал я».       Такая мысль посетила Хайда, пока он стремительно летел навстречу земле. Мгновения перед ударом. Он зажмурил глаза, а когда они открылись снова, сапфировое сияние исчезло. Не хотел почувствовать оглушающую боль падения, но нечто молниеносное врезалось в него со стороны, точно пушечное ядро.       Что-то не так.       Голова закружилась от быстрого возвращения в тело, и ситуация вышла из-под контроля — Хайд не успел ничего понять, как уже кувырком катился по асфальтовой дороге, где-то потеряв оружие. Всё смешалось на несколько секунд, завертелось в бешеной карусели, и тут он услышал девичий голос:       — Неужели я теперь должна тебя ловить?       Он с трудом открыл глаза, ослеплённый утренним небом. Только сейчас его чувства нагнала боль от ушибов и переломов, которые через пять минут всё равно сошли бы на нет. Приближался знакомый силуэт, из кровавого тумана в глазах выплыло оранжевое пятно. Блондинистая лучистая причёска точно сошла с голограммы — Алиса.       Хайд попытался подняться, но боль во всём теле заставила его снова упасть ничком. Невысокая худая девчонка возвышалась над ним в эту секунду, нахально поставив руки на пояс.       — Ты не настоящий Лёха, — сказала она. — Так где же настоящий?       Вместо ответа Хайд поперхнулся кровью, но всё-таки встал.       — Очень смело было прийти сюда, зная об этом — покалеченным голосом выдавил он из себя и снова прокашлялся, утирая кровь с разбитого лица. Он чувствовал, с каким скрежетом и натугой вставали на место кости, с какой болью воедино срасталась разорванная плоть, чувствовал, но терпел, с трудом держась на ногах.       — Сказать, что ещё я знаю? — уверенно продолжила Алиса. — Ты больше не сможешь прочитать мои мысли! — С этими словами она указала пальцем на тонкий металлический ободок, из-под которого выбивалась непослушная чёлка. — Новое изобретение Арика просто не позволит тебе, так что и не пытайся.       Хайд только хмыкнул, делая вид, что ему эта новость безразлична. Он осмотрелся и, тяжело хромая, потеснил Алису плечом, чтобы добраться до оброненной по дороге глефы. Пока было слишком рано, чтобы нажить себе толпу зрителей, поэтому тишину утра нарушали только они вдвоём.       Селезнёва замолкла, выжидая ответа от него, а он не торопился.       «Теперь каждый первый будет меня пинать и тыкать в лицо своей неуязвимостью», — мрачно усмехнулся он про себя. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы нагнуться за глефой и выпрямиться обратно, но постепенно боль утихала.       Он заметил, что здесь что-то неладно — особенно когда обнаружилось, что девчонка не блефовала. Но сейчас было решительно не до неё, она здесь только и нужна для того, чтобы подразнить его и отвлечь. «Не на того напали».       Опираясь на увенчанную острым лезвием клюку, Хайд поковылял прочь. Вскоре его нагнал решительный голос Алисы:       — Я повторю вопрос. Где Лёха?       — Он отправился в небытие. Вопрос себя исчерпал? — через плечо бросил Хайд и продолжил путь вдоль двора. Но внезапно Алиса преградила ему дорогу, резко спустившись сверху на балунах.       — Не хочешь по-хорошему, значит, будет страшно весело!       Встретившись с ней взглядом, Хайд испытал странное смятение. И всё оттого, что только светлые брови сдвинуты к переносице, а само лицо с озорными веснушками замерло в каменной маске холодной решимости.       — Ладно, — негромко сказал он. — Если мы играем в прятки, я дам фору и позволю подсмотреть. Но не тебе. Ему.       Остриё глефы оказалось возле её лица. Но Алису, казалось, это не смутило совсем.       — Вот как ты заговорил. В таком случае… — Медленно расползлась бесстрашная ухмылка. — Хайд, а в лоб?       Но первый удар за ним — милосердный толчок древком. Алиса подняла руки, закрывая голову, и металл твёрдо ударился об уверенный блок. Хайд налёг, тесня противницу, но она стойко держалась, не подавшись назад ни на йоту. И тут глефа соскочила, ловко уведённая в сторону, и маленький кулак исполнил Алискину угрозу.       Хайд удивлённо замер — лишь на миг. Это не Бобби, не та, чьи шаги видны наперёд. Но с неё и взять нечего, кроме боли…       Огонёк вспыхнул в потемневших глазах, и он бросился в атаку с новой силой. Глефа закружилась в его руках, словно в изящном танце, делая острые воздушные штрихи в опасной близости от противницы. Но самое удивительное — Алиса. Она невозмутимо вступила в бой, поражая быстротой отточенных движений — ей удавалось каждый раз загасить удар или увернуться от смертоносного лезвия. Несколько раз досталось и Хайду, но тем ярче проступала на его воинственном лице азартная улыбка.       В один миг он отмахнулся от Алисы, толкнув её в сторону древком, и жестом попросил о передышке.       — Хорошо дерёшься, — тяжело выдохнул он с усмешкой в глазах. — Даже слишком…       — Я полна сюрпризов.       — Тогда про меня и говорить нечего!       Снова выпад. Но теперь в глазах Хайда не просто азарт, а гневное остервенение. Уже не было игривой аккуратности в его движениях — только яростный напор. В первый же миг он обрушил Алису на землю и принялся колотить её по рукам, которые сбивчиво пытались ставить блоки. Защита сломалась, захлебнулась в нахлынувшей волне ударов. Хайд вспомнил, кому принадлежала часть его убойного оружия, и провернул рукоять половинки шеста. Короткий электрический разряд заставил Алису замереть в судороге, а в следующий миг глефа нависла над ней остриём вниз.       — Лёха здесь, он видит твоё поражение. Как увидит и это!       Беспощадная рука направила клинок вниз. По ушам резанули металлический скрежет и треск искр, а потом наступила страшная тишина. Прозрачная голубизна неживых глаз слилась с небом, куда был направлен взгляд.       Хайд оставил глефу торчать из тела, а сам опустился рядом на землю. Он тихо сидел, слегка ссутулившись, и слушал то, чего услышать не мог больше никто: крики ужаса и стенания запертого в клетке посредника, который больше не властен ничего изменить.       — Мечись дальше, сделанного всё равно не вернёшь, — удовлетворённо, будто после тяжёлой и славной работы, произнёс Хайд и тихо посмеялся над невидимым собеседником. — Но могу обрадовать: твои надежды насчёт последнего раза оправдались. Пока что.

***

      Всего одна бессонная ночь превратила дачу академика в командный пункт. Вслед за Барбарой подтянулся и Эрик. От заката до рассвета дед и внук Сапожковы вместе с агентами готовились к настоящей войне за разум Лёхи Тетерина, пока на другом фронте претворялся в жизнь вымученный план по удержанию Хайда. Не забыли и другую участницу запутанной истории.       — Дома её до сих пор нет, — отчитывалась средь ночи по спутнику Маша, зябко кутаясь в ветровку. Её усталое и встревоженное лицо казалось ещё бледнее, освещаемое экраном. Рядом с ней появилась Алиса, выхваченная той же холодной подсветкой из темноты.       — Мы нашли, где Наташка могла приземлиться после Плутона. Пришлось позвонить Ксении Андреевне… Ей очень плохо. Но она всё равно помогла. — С этими словами Алиса передвинула экран и слегка развернула его, в поле зрения оказалось подсвеченное прожекторами и оцеплённое гала-полицией место. К слову, в поисках участвовали и родители Белые, только результатов это пока не принесло.       — Тут ничего! — продолжила Маша. — Точнее, только обломки звездолёта… Ой.       Она вдруг всхлипнула и закрыла глаза руками.       — Машка, держи себя в руках! Она не могла разбиться, остальные же целы, — вздохнула Селезнёва и добавила тише: — Похоже, тут без фокусов нашей потеряшки не обошлось.       Девочки переглянулись, и тут Алиса настороженно сказала: «Тихо!» Она навострила уши и скрылась в тени, приготовив светоручку. А когда вернулась, показала слабо мигающий спутник с кучей пропущенных вызовов и свежим предупреждением о низком заряде.       — Мамочки, это же спутник Наташи! Вот почему она никому не отвечала…       — Она нарочно его оставила.       Арик по эту сторону экрана сделал неутешительный вывод:       — Наша принцесса пустилась в бега, теоретиццки. С её вчерашним приключением неудивительно.       — Молодцы, девочки, хоть что-то, — сказала Бобби, устало потерев переносицу. — Но я не думаю, что она в бегах. Хайд не мог просто так ей позволить исчезнуть без его ведома, тут что-то нечисто. Мы должны найти Наташу до того, как она попадёт к Хайду. А учитывая, что даже у полиции ничего нет, это будет очень трудно…       Шёл процесс калибровки. Аркадий во время обработки данных подхватил со стола шлем Человека-муравья и со всех сторон увлечённо его осмотрел.       — Вещь! — радостно протянул он, посмотрев на новоиспечённого помощника. — А для чего используется вот этот радиочастотный передатчик? Наверняка для чего-то прикольного!       Эрик, увешанный датчиками захвата движения, с живостью сказал:       — Перед тобой, пацан, настоящий заклинатель муравьёв. Сам как думаешь, насколько это прикольно?       — Вы используете радиоволны для воздействия на насекомых? Интересно, теоретиццки. Ваша разработка?       Прежде чем ответить, О’Грейди скосил глаза на напарницу — она слушала их разговор, поэтому пришлось ответить:       — Нет. Всё дело рук уважаемого доктора Генри Пима. И костюм, и радиоволны…       Короткий сигнал возвестил о готовности.       — О, процесс пошёл! — оживился Арик. — Как раз проверим правильность коэффициента пропорциональности. Пошевелите рукой.       Эрик исполнил просьбу. Робот, стоящий в нескольких шагах от него, в точности повторил его движение, приподняв правую руку и приветственно помахав Сапожкову.       — И тебе привет, Зеро! Чичас-чичас, скоро и у тебя будет право голоса… А голосовой модуль у тебя старый.       Эрик тем временем увлёкся и выполнил несколько движений посложнее, а в завершение испытал боевой приём — удар с разворота. Железная кукла исполнила всё с большой сноровкой.       — А мне нравится! — улыбнулся он. — Такая замена на андроида куда лучше.       — Это крайняя мера на всякий случай, — сказал Арик. — Всё-таки Зеро задумывалась как миролюбивый робот ещё с самого начала.       Однако с наступлением утра, когда обновлённая Зеро была отправлена на точку для простого наблюдения, случилось непредвиденное. А гораздо хуже — разыгравшаяся в командном пункте драма.       — Твою налево, да он чёртов берсерк! — задыхаясь, выпалил Эрик и принялся нервно сбрасывать с себя датчики захвата движения и очки. — Всё, умываю руки! Да чтоб я ещё раз…       — Пять сек! Зеро ещё можно восстановить! Энергоблок почти не задет, нужно перезапустить систему и подключить аварийное питание…       — Мне плевать! — отрезал О’Грейди. — Он меня ранил в самое сердце! У меня психическая травма, не трогайте меня больше.       — Ты серьёзно? — возмутилась Бобби. — И пяти минут не прошло, а мы уже остались без бойца.       — Зеро изначально не боец, а наблюдатель, — важно вставил Аркадий, а закончил не так уверенно, почесав в затылке: — Только провокацию начала она сама… Модель поведения вышла уж слишком реалистичная.       — Ага, кто же знал, что этот псих сиганёт из окна, — пробурчал Эрик в ответ и в знак протеста уселся на стол, всем видом говоря, что не пошевелит и пальцем. — Боб, конечно, если ты хочешь, сама цепляй на себя эту дрянь и управляй роботом, которого насквозь прошибло алебардой! Но да, извини, тебе же так вовремя сломали руку, чтоб отдувался только я один.       — А кто не пришёл на подмогу, когда мне ломали руку? Я хотя бы лично с ним дралась, а не в виар-очках!       Арик не рискнул вмешиваться в очередной спор взрослых, только молча пытался оживить Зеро. Отполированная и доведённая до ума за минувшую ночь, она снова приняла облик Алисы, но ставка не сыграла — первые же минуты её новой жизни едва не оказались последними.

***

      Город медленно просыпался, лениво выпуская людей на улицы, а воспрявший после удачной драки Хайд уже готовился к следующему шагу во тьму. Протиснувшееся между высотками горячее солнце искупало в лучах бетонную жемчужину монумента и отразилось в бессчётных стёклах и металлических лепестках, опоясавших шар острым парящим облаком.       Он был уверен, что зов сердца вскоре приведёт сюда маленькую участницу грандиозного представления. Так и произошло.       На центральную часть сквера плавно опустилась стройная фигура в серой накидке с капюшоном. Она, пряча что-то под накидкой, огляделась по сторонам. Хайд приветственно простёр руки, выйдя из тени монумента.       — Я даже не успел соскучиться…       — Я пришла не одна, — негромко сказала Наташа и в нерешительности помялась, а после высвободила руки из-под плаща и вытащила на свет истинокса.       Хайд хмыкнул, бросив взгляд на зверька, который принялся описывать возле него круги и с деловитой мордочкой выдал:       — Видок у тебя не шикардос, конечно.       Наташа, чувствуя важность их разговора, заранее отошла на почтительное расстояние и скрылась в тени, а Хайд проводил её глазами и строго спросил Пупера:       — Во-первых, кто кого из вас нашёл?       — Кто прятался, того и нашли. Конечно, я же здесь супердетектив, обладающий феноменальным чутьём! Я просто шёл по запаху будущей славы и величия, а тут Наташка… — с уклончивой улыбкой протянул Пупер, услужливо заглядывая ему в лицо. — Но я не собирался выдавать её Алиске с Махой, ты что! Надо кое-что обсудить вдали от смертных, — заговорщицким шёпотом прибавил он.       — Выкладывай.       — Времена настали тяжёлые, — вздохнул истинокс, словно собрался завести отвлечённую беседу. — Там целый штаб против тебя организовали, а меня никто и слушать не стал! Дескать, Хайд — наш спаситель от жуткой катастрофы и всё в таком роде… Но вот какой у меня вопрос. Ты же умный, да? Ты, конечно, понял, что было в том предсказании. А вот я, стыдно признаться, не очень. Так что это за катастрофа? Пожар, наводнение, атака гигантских хищных стрекоз? Просто сейчас не очень похоже, что всё идёт к спасению.       Хайд, выслушав его в напряжении, под конец принял такой спокойный и благодушный вид, что Пупер растерялся.       — У катастрофы нет физического воплощения, дружок, — с улыбкой, растянувшейся на побитом и окровавленном лице, ответил он. — В этом вся разгадка. Вас не ждёт ни пожар, ни потоп, ни астероид или ядерная война. Мы с тобой не увидели ничего, только почувствовали гнёт и ужас — и потому подумали, что все эти напасти возможны. Но теперь я понял: катастрофа — это и есть гнёт и ужас, которые заразили жизни людей. Это страх, охвативший души если не всех, то многих. Увы, мир от такого одним махом не спасёшь, — тяжело усмехнулся он. — Особенно если ты сам его источник!       Пупер поджал уши. Гипнотический взгляд Хайда затягивал, как тёмно-синий водоворот, который превращался в густую черноту…       — Ну… Хе-хе… — нервно начал он и невольно осмотрелся по сторонам, будто ища помощи. — Тебе же всё-таки нужен предсказатель? Я могу… Я всё могу, вернее, мы вместе! Времена всё-таки тяжёлые. Как без знания будущего? А ещё я отличный талисман удачи, если хочешь…       Истинокс пятился назад, заискивая перед Хайдом и надеясь, что когда-то сказанные им слова: «Тебе ничто не угрожает, кроме меня» — это всё ещё шутка. А если нет, стоит хотя бы попытаться.       Телепат спокойно ответил:       — Нет, не нужен. Ты предсказал мне мою судьбу один раз, за что я тебе до сих пор благодарен. А теперь мне незачем её знать: уже ничто не в силах решить её за меня — бессмертный снова обрёл бессмертие! Зато судьбу остальных решу я сам, а как всё сложится… Чем меньше знаешь, тем интереснее. Так что оставь свои пророческие замашки при себе, я больше не поделюсь с тобой этой силой, а твои подачки мне не нужны. Свободен.       — Но как же так? — растерялся Пупер. — Мы могли бы вместе засветить по самое не хочу… Как там? Осиять мрак будущего!.. Хайд! Ха-айд! Слышишь? Ты же такой крутой, такой сильный… Просто супер! А со мной будет суперство в квадрате!       — Я неясно выразился? — В глазах и ухмылке Хайда мелькнула нехорошая искра, а пальцы сжались на тёплой рукояти глефы.       Вдруг Пупер метнул взгляд куда-то ему за спину и завопил:       — Я здесь, Алиска! Спасай! Галактика лишается великого меня! — Но тут же осёкся и в испуге попятился обратно.       Хайд медленно обернулся. С пустой дорожки сквера сошла поверженная некогда Алиса: она двигалась рывками, её шатало из стороны в сторону и периодически коротило — тогда она содрогалась вместе с проскочившей искрой тока в зияющей металлической ране на груди.       — И снова здравствуй, — протянул он. — Ты не настоящая Алиса. Где же настоящая?       — Не поняла вопроса, — ровным голосом произнесла она. — Новое имя системы — Зеро. Устранить угрозу. Устранить угрозу. Устра… — Дёрнулась и замолкла, сделав тяжёлый шаг вперёд. — Отмена. Ошибка интеграции программы.       Хайд с интересом следил за её беспомощными дёргаными движениями. Пупер уже слинял, и до него не было никакого дела. Но Зеро было не суждено продолжить: в ту же секунду из укрытия вылетела Наташа и одним движением руки смела андроида с пути. Капюшон соскользнул с её головы, и по плечам рассыпались белоснежные локоны.       Тяжело дыша, она оглянулась на Хайда.       — Да тебя просто не узнать — совершенство во плоти! — радостно воскликнул он. — Готова к наступлению новой эпохи?       Наташа не очень уверенно кивнула, на её лице проступила вымотанная улыбка. Происходящее не вызвало у неё вопросов — больше нет. Прошедшие день и ночь в бегах давали о себе знать, и теперь ей хотелось только закончить начатое, а что именно было начато, она не понимала и уже не хотела разбираться.       Она поспешила к Хайду, и тот с лёгкой улыбкой рассмотрел её поближе: белый с фиолетовым костюм, светло-серые перчатки и такой же плащ, закрывающий плечи, ослепительно белые волосы, словно чистый лист бумаги. Только лицо не сияло в ожидании момента истины, на нём стояла печать усталости и глубоко скрытого разочарования.       — Как тебе далось это небольшое приключение? — поинтересовался телепат, но Наташа, словно ей было тяжело говорить вслух, только в мыслях вспомнила вчерашний день.       Пришлось замести следы, как делалось в приключенческих фильмах: ей ничего не стоило уничтожить угнанный звездолёт. Постылая и ведущая за собой погоню радуга была смыта с позором, дав место девственной чистоте благородного белого цвета. И не где-нибудь, а в салоне Арнольда — тот всё равно бы промолчал и не выдал её никому, иначе познал бы силу давней клиентки и её таинственного друга, который в любом случае узнает, если кто-то проболтается, и тогда кара его будет страшна…       — Пришлось немного потерпеть, ничего страшного. Зато сейчас мы оба готовы. Не хочешь вознестись на идеальный для этого случая постамент? — с хитрой улыбкой Хайд кивнул на фантастический монумент.       — Почему бы и нет, — смиренно согласилась Наташа. Она включила балуны и подхватила Хайда с собой небольшим силовым полем.       Вскоре они уже стояли на вершине большого шара, точно покорители полюса какой-то планетки. Хайд включил камеру на Лёхином спутнике, который чудом уцелел после всех стычек, и передал его Наташе.       — Начинай, как будешь готова. С этого момента это твой день, день твоего признания настоящим героем. О тебе должны узнать все.       Она повертела спутник в руках, будто с ним было что-то не так, и вздохнула.       — Я теперь должна признаться, что супергерой, да?       — Признаться… Ты так говоришь, будто совершила преступление, — усмехнулся Хайд, умолчав о вчерашнем. — Возвестить о рождении новой звезды — я бы так сказал.       — Ну хорошо… — Наташа ещё раз сделала глубокий вдох, решаясь на важный шаг. — Ой, Хайдик, а как же вчерашняя погоня?       — Они обязаны будут оставить тебя в покое. Победителей не судят.       — Ладно, я поняла.       Но в ней больше не было той искорки, что вспыхивала при мысли о будущем геройстве. И всё равно она начала запись. В кадре оказалось обрамлённое белыми прядями и освещённое солнцем лицо.       — Я Наташа Белая. Из АЛМАН… — Первые слова прозвучали неуверенно и скомканно. Хотелось побыстрее от этого отречься — такое возникло впечатление. — И сегодня я…       Хайд тем временем выглядывал, что происходит внизу. Зеро снова поднялась на ноги, пусть и стояла на них нетвёрдо, но всё равно с завидным упорством преследовала неживым взглядом своего победившего противника. «Глаза, — подумал он. — Ты — их глаза. Так пусть же они увидят всё».       Он собрался предупредить Наташу, чтобы она в следующий раз не сильно навредила покалеченному роботу, но осёкся. Она остановила и удалила запись, печально глядя на него.       — Я не могу, — сказала Наташа слабым голосом. — Я очень устала, Хайдик, и сейчас ничего не могу. Мне очень хочется стать супергероем, правда-правда! Но я пряталась… Я почти всю ночь не спала, я много думала… И боюсь, что люди мне не верят! Потому что тогда бы мне вообще не пришлось бы прятаться вчера. У меня не получится.       — Вот как, — сдержанно произнёс Хайд, и голос его стал холоден. — Ты позволила огню в душе угаснуть.       — Нет-нет! — торопливо воскликнула она. — Ты прав, я должна стать идеальной защитницей для мира, просто я так устала и ещё очень волнуюсь.       Его глаза озарились внутренним сиянием, когда разум посетила новая идея.       — Хорошо, я помогу тебе обрести уверенность и разбужу спящую в тебе энергию. Хочешь, я признаюсь кое в чём важном? — трепетно спросил он, приблизившись к Наташе.       Она замерла и, поколебавшись, со смущённой улыбкой кивнула. Тем временем Хайд зажал древко локтем и взял её облачённые в перчатки руки в свои, покрытые высохшей кровью и следами грязных ссадин.       — Как только я узрел твою чарующую силу, я думал только об одном. Я не позволил ЩИТу и Гидре сделать тебя своим оружием, потому что ты лишь моё оружие.       Последние слова он произнёс со злорадной твёрдостью, жадно ловя каждую эмоцию на лице Наташи. Первым было недоумение.       — Сама по себе ты стоишь даже меньше, чем эта железка! — Хайд резко бросил её руки и стукнул глефой по твёрдому камню под ногами. — Глупая, эгоистичная и легковерная девчонка в противовес беспристрастной и твёрдой стали. И знаешь что? Алексей был прав во всём.       Не успела она опомниться, как Хайд толкнул её с монумента и взял глефу наизготовку. Наташа взвизгнула и неловко взмахнула руками, но удержалась в воздухе — собственное силовое поле подхватило её, как пушинку. Она растерянно посмотрела на Хайда, пробормотав:       — Что? Я не верю…       — Поздно ты очнулась, дорогуша! — Жёсткий насмешливый тон хлестнул её по ушам. Вместе с этим пришло осознание.       — Предатель! — крикнула она, задыхаясь от подкатившего возмущения. — Как ты можешь?! Ты же говорил… Мы же… Я…       — Нечего оскорблять моего посредника. Глядишь, и вышло бы всё гораздо мягче.       Издевательски прямой взгляд пронзил её насквозь. Наташа медленно и грациозно подняла руки, концентрируя в них всю свою мощь, а прежнюю усталость согнала исступлённая злоба. Миг страшной тишины прервал её твёрдый шёпот:       — Ты об этом ещё пожалеешь!       И в то же самое время далеко в воздухе показались несколько челноков гала-полиции…

***

      Николай Семёныч вышел из подъезда, ничего не видя, кроме часов на спутнике. Всё: и откровения Хайда под утро, и его внезапный побег — вызывало чувство полной растерянности. Если бы он остановился хоть на секунду и задумался, что сейчас происходит, он бы в ужасе бросил всё и опустил руки, а потому как мог оградил себя от потрясений и пункт за пунктом, как машина, бездумно выполнял терпящий крах план.       По пути к гаражам Николай наткнулся на Зеро и вздрогнул от неожиданности, чуть не перепутав её с настоящей Алисой. Повреждённая, она выглядела жутко и еле-еле ковыляла по следу Хайда.       И тут лицо андроида, словно сведённое судорогой, повернулось к нему, а на спутник поступил вызов из командного пункта.       — Ты живой, господи, поверить не могу! — без приветствий зачастил взбудораженный О’Грейди. — Что у вас там произошло? И насколько всё плохо с Зеро?       Перебив его, с заднего плана донёсся голос Арика: «Да говорю вам, она в рабочем состоянии!»       — Шевелится, — отстранённо доложил Николай, смотря себе под ноги.       — А где наш клиент, не поблизости? Удрал? Вот же живучий сукин сын… А. Ой. Я про Хайда, конечно. Слушай, Боб не удалось согласовать дела с рептилоидом, а нам с тобой не удалось задержать засранца до готовности… Секунду. Проводник готов?! Да просто замечательно! А теперь послушай…       — Где мне ждать, когда я вернусь? — только и спросил Николай.       — Там же, — неуверенно предложил он. — Не думаю, что Хайд далеко ушёл. В любом случае Зеро выследит его и даст знать. В общем, будь на связи!       Эрик завершил вызов и с облегчением посмотрел на академика Сапожкова, который снова присоединился к команде. Тот держал в руках бледно-голубой шар, в который была вставлена ампула с ярко-малиновым катализатором. Такой внешний вид невероятно мощного и обросшего за ночь легендами ментального проводника Эрика не впечатлил.       — А, то есть эта штука сможет победить бессмертного телепата? — насмешливо спросил он.       — Я его немного изменил, — сухо ответил академик. — Пришлось отключить функцию сканирования, он сразу поражает объект в зоне действия. Приоритет отдан гуманоидным существам.       Аркадий вышел из-за компьютера, где был организован пульт управления Зеро, и взял опасное изобретение у деда.       — Только бы не промахнуться… Кстати, а кто будет поражать цель? — Он обвёл задумчивым взглядом агентов — даже Бобби не выказала энтузиазма.       — Было бы разумно поручить это Зеро, — задумчиво протянула она, точно так же оглядывая остальных в лаборатории-теплице. — Но теперь уже ничего не поделаешь. Можно, конечно, передать проводник Николаю… Боюсь, он и без этого едва справляется — такое давление!       Участники миссии стали обдумывать варианты — никто не хотел подставлять под удар телепата ни себя, ни друзей и соратников. Через пару минут в лабораторию вернулась и заспанная Маша, которая после безуспешных поисков сестры провела остаток ночи (а точнее уже утро) здесь же, у Сапожковых. Она пыталась вникать в обсуждаемые стратегии, а на душе было тяжело.       — Ой! Пять сек! — воскликнул Арик, заслышав предупреждение с пульта управления. — Зеро нашла его!       Все, кроме Барбары, последовали за ним к экрану. Неожиданный удар снова едва не вырубил андроида, но вскоре все её глазами увидели новую участницу действа и её белоснежные волосы.       — Я чего-то не понял? — спросил Эрик. — Где наша Рейнбоу Дэш?       — Это Наташа, — ахнула Мария. — Мамочки, что она с собой сделала… Её же совсем не узнать!       — Боб! У нас проблемы! — громко позвал он напарницу. — Мы нашли красотку, но Хайд нашёл её раньше. Что делать теперь?       Бобби отвлеклась от важного звонка и помрачнела ещё больше.       — Не поверите, я и сама обрадовать не могу. Селге отказался ждать нас, забраковал идею с проводником и уже выслал свои отряды на перехват. А если Наташа уже на месте… Что ж. Дело дрянь.       — Да это просто абсурд! — согласился О’Грейди. — Мы же не пойдём голыми руками брать этих неразлучников?       — Именно пойдём.       — Да твою ж… Ну и зачем? Пока наши гении не изобретут настоящий антителепатический шлем, туда вообще нет смысла соваться!       — Эрик, там жилые дома. Я не знаю, что задумал Хайд, но мы все знаем, а ты особенно, на что способна девочка. Мы должны быть на подхвате, чтобы спасать людей, хотя я всё-таки надеюсь, что до этого не дойдёт.       Он остался недоволен ответом, однако не успел даже придумать отговорку, как в разговор вступила Маша:       — И я с вами!       — Конечно нет! — мигом возразила Бобби. — Это слишком опасно.       — Там моя сестра, — уверенно ответила она. — Её тоже нужно спасти.       — Это очень смелое решение, но позволь нам…       — Да пусть идёт! — воскликнул Эрик. — А что? Я помню, что было на базе Гидры.       — Маха, может, не надо? — встревоженно сказал Аркадий. — Там же Хайд.       — Я не боюсь ни Хайда, ни Наташу. — Она опустила глаза и вздохнула. — Я только боюсь, что Наташа никого не услышит, но у меня хотя бы есть шанс. Мне стоит попытаться вернуть её. И не вздумайте меня отговаривать — я всё равно попаду к ней!

***

      Хайд ловко уклонился от пучка энергии, запущенного в него, и прыгнул на погасший стеклянный нимб монумента. Покачнулся, едва удержав равновесие на покатой гладкой поверхности большого кольца, и перехватил глефу как балансир.       — Как ты смел меня обманывать! — бушевала Наташа и метала в него сгустки губительного лилового света. — Ты! Ты просто использовал меня! Нагло врал! Да мне противно вспоминать, что ты мне говорил!       — Взаимно! — успел вставить Хайд между своими акробатическими манёврами. Каждую секунду он рисковал сорваться вниз, но даже это было ерундой по сравнению с сегодняшним прыжком веры прямо из окна квартиры. — К слову, я даже не начинал тебя использовать.       Наташа на секунду остановилась, чтобы перевести дух. Её лицо перекосилось от злобы, а руки всё сильнее сжимались в кулаки. Хайд снова вернулся на твёрдый шар, приняв устойчивое положение. Он зажёг в ней то пламя, что вспыхивало на тренировках, проснулись прежние желания, жажда покорять всех своим прекрасным могуществом. Но сейчас ей хотелось одного — внушить трепет ему одному, стереть с самодовольного лица предателя его наглую ухмылку! И сбить его с высоченного постамента, ведь никто не смеет стоять выше неё…       Хайд рукой почувствовал едва заметную вибрацию памятника — шар наполнялся энергией изнутри. Глаза Наташи светились мстительным сиянием и прожигали его насквозь, но так казалось только ей. Хайд улыбался, выжидая.       И через пару секунд твёрдый камень под его ногами разверзся, шар взорвался, и каменные снаряды с бешеной скоростью брызнули в стороны. Несколько из них отпружинили от силового поля, окружившего Наташу. Где-то послышались звон стёкол и громкие удары о борта попавших под удар флипов. Но Хайд не позволил себя сбить: за миг до взрыва он сгруппировался и снова вскочил на кольцо. Прочное стекло покрылось трещинами от ударов, а вскоре сияние стало распирать изнутри и его.       — Посмотри, что ты делаешь! — с наигранным упрёком воскликнул он. — Ты же могла задеть гражданских.       Наташа на секунду перевела взгляд чуть правее — и там действительно уже произошла авария. Несколько флипов столкнулись над сквером, сбитые осколками монумента, к близстоящим домам уже подкрались полицейские челноки. Но вердикт был оглашён:       — Мне всё равно!       Стеклянный нимб под ногами Хайда треснул и раскололся, обрекая его на падение — вниз, где ещё парили в воздухе острые лепестки металла. Но ему вновь удалось улизнуть в последний момент. Он свалился на опустевший постамент, в сердцевине которого был спрятан генератор поля и источник энергии для экспозиции, и попытался зацепиться глефой за выступающие каменные обломки шара.       — Мне всё равно, Хайдик! Люди и так мне не поверят, потому что ты уже сделал меня преступницей и беглянкой! Заставил прятаться…       Тем временем три челнока уже кружили над ними, как грифы, раздалось громогласное предупреждение, адресованное Хайду и Наталье Белой. И было проигнорировано обоими.       Наташа отвлеклась только на несколько мгновений, отбиваясь от магнитных лучей и защищая от них Хайда — он только её жертва. Но сам он не двинулся с места, а стал только увереннее.       — Давай, сокруши меня. Доведи дело до конца! Стань убийцей и чудовищем, яви беззащитным людям новый идеал! — с азартом выпалил он. — Ведь красота — страшная сила.       Наташа вдруг поняла, что не может сопротивляться. Но не жалким полицейским — это нечто врывалось в её разум. И вскоре её воля пала под натиском разыгравшегося телепата.       Она уверенным взмахом соорудила над собой большой силовой щит, оградивший от челноков, а маленькое поле подхватило Хайда с постамента и аккуратно вернуло на землю. Он размял суставы и с вызовом посмотрел на всё, что его окружало.       — Заметьте, не я начал этот террор! — задорно воскликнул он и сделал размашистый жест. Это же движение повторила и Наташа, вставшая с ним спиной к спине. Тотчас щит спал, а энергия направилась к постаменту. Грянул взрыв, из спрятанного генератора вырвалось пламя. Ударной волной чуть отбросило челноки, а бывшие в действии поля элементы обрушились на землю дождём из стекла и металла.       Фиолетовые пятна, ненадолго скрытые под одеждой и перчатками, теперь снова показались на свет — они проступили на шее Наташи и медленно поползли к лицу.       Хайд усилием воли заставил её сосредоточить силу на одном из челноков и направил его прямо в борт соседнего. Затем они синхронно подняли руки и, сжав кулаки, медленным движением с усилием словно разорвали что-то невидимое. В то же время сила Наташи порвала захваченный челнок надвое. Обе половинки пошли на таран оставшихся беспилотников.       И всё это объял вихрь сиреневого света…

***

      Агенты успешно добрались до дома Тетериных и там же во дворе, где зарождалась паника, встретили Николая Семёныча. Он торчал возле своего флипа, смотря отсутствующим взглядом куда-то под ноги, рядом — Евдокия. К месту стягивались вызванные тем же Селге спасатели и отряды его инопланетных бойцов.       Из-за высотных домов не было видно происходящее в сквере совсем под боком, зато хорошо слышно. И всё же иногда нет-нет, да и проскакивали сиреневые сполохи.       — Мне уже это не нравится! — смело заявил Эрик с таким видом, будто собрался уходить.       — Это Наташа, да? — спросила Маша, вжав голову в плечи от громкого звука столкновения.       — Больше некому, — хмыкнула Бобби. — Так, народ. Общий план всё ещё в силе: зажать Хайда и облучить его ментальным проводником. Это должно вывести его из строя. Затем уважаемая Евдокия убедится, что был поражён именно разум пришельца крии, и пока он ослаблен, в случае чего наложит на него ментальный блок.       — А взрывы и вихри — это сопутствующие мелочи, — язвительно прибавил Эрик. — Подумаешь — фигня вопрос!       Он заглянул за плечо Николаю: тот подавленно молчал и смотрел на спутнике трансляцию с интерфейса Зеро, которая бессильно наблюдала за светопреставлением на месте боя. Увидев на экране свою недавнюю ученицу, О’Грейди нервно сглотнул и примолк.       — Нужно как-то подобраться к Наташе и поговорить с ней, — сказала Маша негромко, было заметно, что она сильно волнуется. — Здесь нельзя действовать силой.       — Поговоришь тут. Сразу прилетит по башке куском звездолёта! Это уже не она, а Хайд. Он со мной провернул ту же хрень, влез в мозги и работал моими руками, пока… Кхм.       — Значит, так ты освободил Лорен? — спросила Бобби. Эрик только угукнул и совсем помрачнел.       — Разве она меня совсем не услышит?       И тут подал голос Николай Семёныч:       — Да хватит уже рассусоливать, сделайте хоть что-нибудь! — злобно выпалил он и обратил взгляд на Евдокию. — И почему звезда нашей операции молчит?!       — Мужик, успокойся, — ошарашенно сказал Эрик. Евдокия подняла печальный взгляд и тихо произнесла:       — Я всё сделаю.       Несколько секунд пугающего молчания закончились со словами Барбары:       — Нам придётся разделиться. Я займусь эвакуацией, Эрик, ты будешь прикрывать девочку и Евдокию, а она в свою очередь в безопасном месте дождётся, пока вы не вырубите Хайда.       — Нет-нет, моя дорогая. Чтоб ты знала… Я не пойду драться с детьми, они же меня уделают!       — Это в первую очередь долг Муравья и агента О’Грейди перед миром, — с язвительной улыбкой ответила Бобби. — Так что закрыл рот и пошёл.       Нахмуренный Эрик взял Машу за руку и быстрыми шагами направился в сторону сквера.       — В первую очередь я бойскаут, — пробормотал он под нос недовольно. — Мой долг — ставить палатки, разводить костёр и продавать долбаные печеньки на благотворительность…

***

      — Вы с сестрой крутые. Надеюсь, мы с тобой так же хорошо поладим, — как можно беззаботнее говорил по пути Эрик, пока улицу не сотряс удар разорванного челнока о стены домов.       Он прикрыл напуганную Машу собой и продолжил путь к облаку поднятой пыли, где словно сиреневое пламя мелькала бушующая энергия. В то же время к этому месту пытались подобраться силы комиссионеров, которые собирались возвести оцепление.       — Подходить ближе — плохая идея. Есть что-нибудь громкое для привлечения внимания? — спросил он у Маши.       Она кивнула и полезла в сумку, а вскоре вытащила оттуда мегафон. Эрик удивлённо перенял громкоговоритель и усмехнулся:       — Да ты с такой подготовкой просто сокровище. — Он включил устройство. Усиленный голос огласил сквер: — Земля вызывает кентервильское привидение! Мистеру Хайду оставить свои фокусы и вернуть нам доктора Джекила!       Конец его обращения поглотил грохот. А после наступила настороженная тишина. Секунда молчания — и нарастающий металлически стук из пылевого облака долетел до слуха прибывших. Словно море перед Моисеем, завеса пыли расступилась — среди развалин монумента и обломков челноков стояли Наташа и Хайд. Последний отстукивал глефой секунды, пристально глядя на Эрика.       — …Где властен разум, слитый со злобной волей и громадой сил, там для людей нет никакой защиты! — громогласно продекламировал он.       — Вот и встретились, — прошептал О’Грейди, обронив мегафон. Он поднял руки в мирном жесте и громко сказал: — Надо поговорить. Есть минутка?       — Кто к нам пожаловал! Попробуй теперь сказать, что тебе всё равно. — Хайд с тяжёлой ухмылкой повернулся к Наташе. А потом обратился к непрошеным гостям: — С кем из нас?       Маша храбро вышла из-за спины Эрика, который тем временем жестом приказал будущему оцеплению пока не вмешиваться.       — С моей сестрой!       — Боюсь, она не в настроении. Но тут уж как пожелаете.       Хайд пожал плечами и отошёл, уступая место Наташе. Она же, как только её воля освободилась от телепатического влияния, взвинтилась и окинула всех диким взглядом. А в следующий же миг Хайд был отброшен в сторону мощным энергетическим всплеском и исчез в оседающей пыли.       — Что вам нужно?! — крикнула Наташа.       Эрик растерялся. Не рассчитывал, что начало будет положено так быстро и так… неожиданно. Он снова вышел вперёд, защищая Машу, и как можно спокойнее произнёс:       — Привет, Нат. Я заметил, ты покрасилась. Тебе очень идёт… — Неуклюжая пауза и пойманный злобный взгляд девочки. — Да, признаю, из меня вышел невероятно плохой куратор, просто ужасный! Мне просто поручили натаскать тебя на геройство, хотя я сам не понимаю, как всё это устроено…       — Хватит!       Наташа озлобленно направила в его сторону силовое поле и наискось рассекла воздух рукой — Эрика резко вышибло волной из дружеского круга, как и Хайда. В ограде пыльного тумана остались только близняшки. Маша нервно сжимала ремешок сумки и подбирала слова. Наконец решилась:       — Послушай меня, пожалуйста…       — Уходи, — хладнокровно сказала Наташа.       — Я только хочу тебе помочь!       — Мне не нужна твоя помощь, Машечка! Я сама со всем справлюсь, — отрезала она, и всё равно её голос дрогнул, произнеся: — Пожалуйста, уходи!       — Нет. Я ни за что тебя не брошу, Наташа, что бы тут ни случилось, — тихо, но уверенно сказала Маша. — Ты моя сестра, мы должны быть вместе, даже сейчас.       — Ха-ха. И ты поможешь мне одолеть мерзкого врунишку Хайда, так ведь, сестричка? — издевательски ответила Наташа. Её голос срывался, она была на грани истерики.       — Да…       Вместо ответных слов Наташа тянущим движением выволокла из тумана Хайда и с силой бросила его на землю перед собой.       — И что можешь с ним сделать ты, а? Все вокруг мне обещали, что я стану героем, даже он! И я стану. Нужно только победить злодея! — запальчиво воскликнула она и пригвоздила Хайда к земле отчаянным взглядом.       — Нет, Наташа, — попыталась возразить сестра. — В первую очередь мы должны спасти Лёху.       — Кого? — с наигранным ехидством спросила Наташа и не сдержала нервный смешок. — Нет уж, сестрёнка, я должна наказать этого предателя!       Хайд не особенно волновался за себя. Он был сосредоточен, несмотря на своё положение, а когда силовое поле вокруг него ослабло, с трудом поднялся на ноги и оперся о глефу.       — Ты даже бровью не повела, разрушив монумент, да и сейчас не особо волнуешься за пострадавших, — невозмутимо сказал он. — Говоришь, плевать на мирных? Ладно. А как будет с ней?       Хайд выпрямился и не глядя указал на Машу, обратив гипнотический взгляд на самопровозглашённую героиню.       — Что будет после того, как я снова отпущу тебя и ты увидишь, что было сделано твоими руками?       Наташа вновь ощутила вязкие путы вокруг своих мыслей. Рука начала подниматься против её воли, и вокруг неё уже сосредоточилось свечение.       — Сопротивляйся ему! — послышался сзади голос Маши. — Пожалуйста, держись!       — Да, попробуй, — ухмыльнулся Хайд, не обращая внимания на помеху у себя за спиной. Вся его воля, всё внимание устремилось на Наташу и контроль её силы, но…       Пронзительная вспышка ударила ему в спину. Он вскрикнул от боли и со всей силы вцепился пальцами в глефу, пока всё тело пронизывали слепящие молнии. Через несколько секунд они исчезли, а Хайд пошатнулся и безвольно свалился на землю.       Ментальный проводник в руках Маши остыл и погас.       На всплывшем экране отобразился человеческий силуэт. И в тот же миг по нему пошли помехи, расколов картинку на части. Выскочило предупреждение о перегрузке и тоже развалилось на пиксели, съёжившись от белого шума.       Хайд застонал, и вдруг его стон соскочил на безумный смех.       — Ой, мамочки! — воскликнула Маша и беспомощно отступила назад. Ментальный проводник был перегружен — разум крии оказался слишком силён для него. Больше шансов нет.       Он снова встал, опершись на своё оружие, и тяжело задышал, срываясь на болезненный смех.       — Он был моим! — пронзительно крикнула Наташа и метнула злобный взгляд в сестру. — Я должна его победить!       Вокруг стиснутых кулаков вспыхнуло сияние. Сердце подскочило у Маши в груди, как только взгляд пал на перекошенное лицо сестры — её щёки побледнели, а от висков, показавшись из-под растрёпанных белых волос, поползли фиолетовые пятна.       Но она не испугалась.       Она собрала всю свою храбрость и сделала безотчётный шаг вперёд. Простёрла руки и закрыла глаза, обронив слезу. И прошептала:       — Я не боюсь. Я доверяю тебе…       »…свою жизнь», — прошелестел за неё ветер.       Наташа замерла в напряжении. Хайд ждал её шага. У него после поражения проводником кружилась голова, он едва смог сосредоточить свою силу, но мысли Наташи оказались недосягаемы. Боль обжигала его мозг, и последнее надёжного оружие — его телепатия — сейчас было выбито из рук. Но он стоически ждал, стараясь не думать, что больше не в силах повлиять на это решение.       У Наташи перед глазами возникла непроницаемая пелена. Она увидела последний шаг сестры — и больше ничего. Ярость и страх переполняли её, она поняла, что теперь сама боится — боится себя же, такую, кем она стала.       Она опустила руки и упала на колени, зажмурившись.       — И всё равно ты не хочешь ей навредить, — тихо сказал Хайд, переведя дыхание. — Даже после того, как сама отреклась от всех близких людей… Что ж. Всё равно того, что ты уже успела сделать, достаточно…       Неожиданный удар перебил его. Силовое поле схватило его и опрокинуло навзничь, а Наташа вновь встала на ноги и подняла заплаканное лицо на врага. Последний рывок. Резким жестом она создала самую мощную волну, на которую только была способна, и швырнула Хайда в груду обломков монумента.       Сёстры побоялись смотреть в эту сторону.       Хайд стремительно прокатился по остаткам экспозиции и уже ободранный напоролся грудью на изогнутый металлический шип. Больше он не вставал.