Извините, привычка

Большой по своим размерам школьный кабинет был до самой высшей точки, потолка, наполнен чувствами волнения, напряжения, смущения и безмолвного смеха одного из учеников восьмого «А» класса. Окрашенные в светло-зелёный цвет толстые стены жадно впитывали различные эмоции и мысли, которые были вызваны сложившейся несколько долгих минут назад ситуацией. О закрытые из-за опустившейся к ночи температуры огромные окна большие волны прохладного ветра разбивались, а вместо деревянной двери из кабинета и обратно шествовал сквозняк, обхватывая своими холодными ручищами ноги сидевших за партами мужчин: как подростков, так и взрослых, разумных парней. А перед пустой доской стояла стройная, даже худощавая фигура юного учителя с уложенными каштановыми волосами, яркими глазами серого оттенка и удивлёнными искорками в них. — Добрый вечер. Вы папа Александра Воронцова? — тихо пробормотал сероглазый и резко перевёл взгляд к возобновившемуся шуму у входной двери. Несколько работников спецназа осторожно заглянули внутрь и внимательно изучили каждого присутствующего, расценивая возможную опасность и причинённый вред. Отыскав же своего командира, которой стыдливо рассматривал свои начищенные рабочие ботинки, три пары глаз шокировано уставились сначала на сконфуженную фигуру мужчины, а через секунду уже на сидевшего неподалёку единственного сына Евгения. Уже после сделанного команда поняла, что всё произошедшее было не боле, чем глупейшей ошибкой и никаким не серьёзным заданием. Скромно кивнув и лишь губами пробормотав «просьба извинить, до свидания», работники быстро ретировались и вновь же оставили старшего спецназовца одного отдуваться за свою оплошность. — Здравствуйте… Да, да, я его отец. — Рад видеть Вас на нашем собрании. — Надеюсь, я не опоздал? — взволнованно поинтересовался Евгений и присел рядом с ребёнком. — Нет. Что же, пожалуй я начну наше собрание и постараюсь вкратце рассказать о каждом ученике и его проблемах! — всё также тихо сказал учитель. Когда собрание подходило к своему ожидаемому концу, работник спецназа отчаянно старался справится с атакующим его сном, и его мозг отдалённо понимал, что уже совершенно не справляется с поставленной задачей. Голова, что была уютно уложена на широкую ладонь правой руки, тяжелела, веки наполнялись килограммами свинца и медлительно закрывались, как гулкий звон окончания пробежался по всем этажам, и коридоры стали наполнятся тихим гулом вываливающихся из кабинетов учеников и их родителей. — Собрание окончено, спасибо за внимание! — Папа, собрание закончилось… — с явной усмешкой в голосе фыркнул Воронцов-младший и несильно ударил отца в левый бок, после чего резко отдёрнул руку и скривил недовольное выражение лица. — Ты что, в бронежилете? Резко открыв свои янтарные глаза, альфа осмотрелся, и его рука потянулась к спрятанному в штанине ножу, как сознание прояснилось. — Уже закончилось? Быстро! Что про тебя рассказывали-то? И я стараюсь всегда надевать на работу бронежилет, если что, — зевнув, пробормотал мужчина и поднялся со стула. Молодой учитель внимательно наблюдал за проводимыми действиями и лишь в тот момент, когда Воронцовы отправились к выходу из кабинета, сдержанно крикнул им в след что-то схожее с «Просьба, в следующий раз посетить собрание не таким способом» и быстро отвернулся к исписанной доске. Покинув школьный кабинет и выйдя в пустующий коридор, отец и сын тяжело вдохнули и медлительно отправились к виднеющемуся недалеко выходу из учебного заведения. — Слушай, Сань, — негромко обратился к своему чаду спецназовец и положил свою руку на плечо подростка, — Я хотел бы с тобой очень серьёзно поговорить. — И о чём же? Надеюсь, не о той двойке по физике? — Нет… Стоп, какой двойки? Ладно, потом об этом поговорим. Я хотел напомнить тебе, что через один месяц тебе исполняется четырнадцать лет и совершенно скоро должна начаться твоя первая… ммм… течка, — виновато пробормотал альфа, и в его голове промелькнула мысль о раздвоении личности. Казалось бы, каждые похожие разговоры должны проводить папы-омеги, но никак не альфа. — И, возможно, на тебя станут больше обращать внимания альфы. У вас есть в классе альфы? — Да, — протянул юноша и обернулся на оклик коренастого невысокого парня. По первым взглядам на того подростка можно было понять, что он является представителем альф. Блондинистые волосы были зачёсаны назад и заплетены в небольшой хвост на затылке, глубокие зелёные глаза и тонкие губы, что расплываются в добродушной улыбке. Из-под простоватой одежды: свободных джинсов чёрного оттенка и клетчатой рубашки — выглядывали небольшого размера мышцы, а голос был груб и басовит. — Саш, а как же насчёт прощального поцелуя и приятных пожеланий на ночь? — с нотками юмора крикнул незнакомый мужчине подросток и быстрыми шагами приблизился к юному омеге. — Здравствуйте, Евгений Владимирович. Насупившись, спецназовец внимательно осмотрел подошедшего и перевёл свой упрекающий взгляд на мявшегося неподалёку смущённого сына. — Эм… Дима, да, привет. Эээ… Пап, познакомься — это Дмитрий, мой молодой человек, ну… — тихо пробормотал Александр. Несколько резких секунд и названный парень Воронцова-младшего повержено лежал на грязном линолеуме с заведённой до боли рукой и прижатой головой. Из его открытого рта вырывались громкие выдохи, а некогда нагловатые глаза уже не блестели и быстро бегали по неровностям правой стены. — Молодой человек, говоришь? — железная серьёзность и клокочущий глубоко в глотке рык врезались в сознание и пускали мурашки по телу. — Позвольте узнать, сколько же времени ты скрывал этот факт и когда собирался во всё просветить меня? — Евгений Владимирович, это я… — начал было виновато бормотать младший альфа, как спецназовец ещё сильнее заломил его руку, и предложение окончилось тихим стоном. — Тебе не давали слова, щенок. Итак, Александр. Соизволь мне объяснить всё сейчас же, иначе этот парень в жизни не залижет своих ран.  — Папа, отпусти его! — обиженно выкрикнул молодой омега и отвёл взгляд в сторону. — Мы собирались рассказать и познакомиться с тобой в мой День Рождения. Извини, пожалуйста. Обернув свою голову к сыну, Евгений увидел беглый блеск на его щеках и тихие всхлипывания. Тяжело выдохнув, спецназовец ослабил свою хватку, поднялся во весь свой рост, и взвалив сына на широкое плечо, быстрыми шагами покинул учебное заведение.

***

Возвратившись в свой родной дом: небольшую квартиру с самым простым ремонтом — Воронцовы плотно поужинали искусной яичницей альфы, приняли душ и в полном молчании отправились в объятия к Морфею.