Предатели семи морей.

Остров Риа Венера

      Каждый шаг приносит толику боли от той, что накапливается за всю жизнь, потому что человек идёт вместе со временем. Навязчивое напоминание гнетёт душу, но Вирсавия не боится; одно из её главных орудий — смирение. Вот как сейчас: с гордо поднятой головой девушка идёт вслед за своей наставницей и подругами. Время неумолимо приближает момент встречи с одной из самых опасных женщин Рема — Мадер. Хотя слухи не должны запугивать, проникать в сердце, но Вирсавия уже успела сложить обобщённое мнение о рабовладелице. Краски Риа Венера отвлекали её от глупых мыслей. Девушка не могла унять своего восхищения, пока они не дошли до гостиницы.       После заселения Абаль не давала Вирсавии покоя. Даже когда Сцилла наведалась проведать их, Абаль веселилась без устали и совершенно не выглядела уставшей. Вирсавия просто была бодрой. Хотя здесь нечему удивляться, так как на дворе ещё утро, часов десять-одиннадцать. Сцилла была довольна их выносливостью, когда сама хотела поспать после долгого пути. Она уже не хотела сегодня что-либо делать. На лице её заиграла ухмылка.       — Раз вы до сих пор полны сил, то приведите себя в порядок и отправляйтесь в кампанию «Мариадель», встретьтесь с главой рабов Мадер, Фатимой. Расспросите о новых рабах, которых можно купить уже сейчас. И вместе с тем присматривайтесь к каждому, думаю, вам их покажут, — строго выговорила женщина. Сегодня ни её ученица, ни дочь не отдохнут. Но Абаль ничуть не расстроилась, она наоборот зажглась азартом и поделила сей огонь с Вирсавией. Синеглазую девушку веселили представления Абаль о Фатиме: страшный качок или строгая и злая женщина, более-менее добрый старичок или ужасно красивый, но холодный мужчина лет тридцати, тайно влюблённый в свою госпожу Мадер. Да, Вирсавии было весело рядом с этой необычной аристократкой.       Конечно, они сходили в баню, немного пошумев, тем самым повеселив других женщин из гостиницы. А после Абаль решила, что нужно преобразиться, как подобает госпожам. Вообще, дочь была в плане внешности более привередливой чем мать, она так и желала преобразить каждого, кто был, по её скромному мнению, одет не по вкусу. Что более странно, делала девушка это ради удовольствия и ни с кого не взяла ни монетки. Вот она, щедрая ремская душа. Но не о ней сейчас.       Конечно, вычурность никто не любит, и Абаль тоже. Посему она выбрала самые простые платья с короткими рукавами. Одно малинового цвета для себя, зелёное для Вирсавии. Цвета этих платьев относились к дорогому удовольствию и в то же время были простыми. Такой выбор объясняется пониманием того факта, что рабы, сами того не осознавая, тянутся к дворянам попроще, притом продолжая ненавидеть их. Более того, понятен выбор Сциллы, так как Абаль, будучи представительницей благородной крови, является открытым и дружелюбным человеком, а Вирсавия, несмотря на её происхождение, наоборот больше подходит на роль госпожи. Однако её образ жизни до этого не позволяет проявить презрение и высокомерие по отношению к людям ниже её по статусу. Больше здесь нечего объяснять.       Поначалу Абаль думала, что Вирсавии зелёный не подойдёт, но как только синеокая надела его, сомнения испарились. Зелёный прекрасно описывал её состояние души, которая, кажется, имеет неограниченное количество энергии, но при этом девушка всегда спокойна. Уроженка Партевии будто создана этими абстрактными понятиями, поэтому и гармонично вписывается в жизни других. Абаль тихо усмехнулась своим мыслям. В первые дни знакомства с Сави девушка поняла, как сильно завидует её терпению и спокойствию. Поскольку сама она всегда подчеркивала свою любовь к свободе и резкому характеру. Малиновый цвет истинно её. Она живой огонь, бескорыстие и воплощение самопожертвования. Если она привязалась к кому-то, ей не жалко будет себя. Сказать, что это слишком фальшиво, нельзя. Ибо так её воспитывала мать, кончено, из любви, но и с четким планом на будущее. Обо всём этом Абаль размышляла пока наводила марафет синей шевелюры. С пышными и длинными волосами работать всегда сложно; это был один из многих факторов, которыми Сцилла убедила девушку постричься. Делать что-то эффектное не было желания, поэтому свободный колос справа налево стал красивым дополнением к синим глазам Вирсавии. Вирсавия перекинула косу вперёд, а Абаль в довершение образа закрепила за левым ухом шпильку с небольшим цветком. Над собой сероглазая девушка тоже долго не мучилась: заплела излюбленную свободную косу, а после нацепила серьги в виде капель дождя с дивным рисунком из маленьких кристалликов рубина. В общем, собрались они по времени, во что трудно поверить любому мужчине. Да, и такие девушки есть на белом свете.       Но всё пошло не так, как хотелось красавице Абаль. Их пожелала принять сама Мадер, о чём, на самом деле, девушки и думать не думали. Поэтому начали слегка нервничать, но на лицах сохраняли спокойствие и улыбалась. В конце концов, их интересовали рабы из Партевии, которые должны были быть здесь. И вот сейчас они зашли в такой приятный для глаз кабинет хозяйки целой «империи». И как бы не располагала к себе хозяйка, Вирсавия чувствовала себя неуютно. Её терзали дурные предчувствия. Однако в душе ей было, казалось, всё равно, а на деле жутко интересно узнать, как изворачиваются люди, дабы угодить своим желаниям. Мадер — одна из таких женщин. Внешне весьма приятная особа, но рух её «прогнил».       — Добро пожаловать, госпожа Абаль, — «мама» улыбалась так добродушна, как могла, — и госпожа… — конечно, как торговец рабами не могла не приметить необычную внешность синеокой партевийки.       — Вирсавия, — ответила за неё Абаль и спокойно усадила подругу рядом с собой на диване у стены, искоса поглядывая на рабочий стол женщины, который был завален бумагами. Сама Абаль села у края дивана, чтобы Вирсавия оказалась в центре, так как она, видимо, представляет для Мадер куда больший интерес. А «мать», естественно, села рядом с ней.       — Что же, рада принять вас, будьте как дома, — начала она, быстро окинув синеволосую девушку оценивающим взглядом. — В прошлый раз госпожа Сцилла не приводила Вас, но не стоит стесняться. Чего вы желаете? Нужен новый раб или сей визит касается моего ряда пиршеств? — женщина сладким голос любопытствовала да думала, как развязать язык Вирсавии, ибо интуиция её говорила, что рыбка не просто крупного улова.       — Нужны рабы из Партевии, — эдакий жест милосердия, — Вирсавия старалась вжиться в образ избалованной аристократической жизнью девушку, а получилось кое-как, но её слов было достаточно, чтобы женщина не трепала попросту, а по делу. И Мадер всё равно улыбнулась как-то самодовольно, кажется, ей понравился такой ответ. Но тут улыбка исчезла с её лица, словно ей стало так жаль…       — Я бы с радостью предоставила вам их, но таких нет, — и пожала плечами. — Видите ли, — положив руку на плечо Вирсавии, Мадер чуть ли не шепотом заговорила от досады, — после заключения мирного договора между нашими странами мы не рискуем покупать уроженцев Партевии — закон выше наших желаний, — и похлопала девушку по плечу.       — Само собой, — девушка сделала глубокий вдох. — Но попытаться стоило, — и постаралась быть такой огорченной. Не может же быть! Хотя… Проверенная информация, да? Интересно, в ком так уверена была госпожа Сцилла? Пока ответ не удастся узнать, но надо бы потерпеть. А «мать», видя огорчение на таком красивом личике, не могла не остаться довольной. Она была наслышана о своей новой знакомой и о её успехах, если можно так сказать, в высшем обществе. И можно провернуть аферу, поймать пташку в клетку, а потом ни перед кем не отчитываться. В конце концов, Вирсавия — сестра Синдбада. Может, она и приехала сюда за ним? Так почему же не заключить пари! «Принц Хакую из Ко… Не поскупится ли он выкупить такой бриллиант?» - женщина едва сдержала свой победный смех.       — У нас есть один… Только не продается, — Вирсавия мигом оживилась, чем повеселила женщину. Но ведь она не знала, о ком речь! Видно, Мадер получит больше ожидаемого. — Я могу вам показать его, — и рабовладелица наконец-таки обратила внимание на Абаль, которая — молодец! — не шарила не по каким полочкам, просто была заинтересованной девочкой. Когда она успела встать?       — Ох, было бы замечательно, но я переутомилась, пока вы разговаривали, — это было не первым, что пришло в голову, но, как и подобает дочери аристократов, лучшим вариантом. — У Вас тут так интересно, что голова закружилась. Вы не будете против, если я тут прилягу, а вы прогуляетесь, а то насиделись тут… — и брюнетка давай торопить Вирсавию, чтобы та уступила ей место, да как прилегла, что вставать правда расхотелось. Несуществующая тяжесть навалилась на хрупкое тело девушки. — Было неплохо, если бы мне дали воды, — и Абаль улыбнулась так обезоруживающе, как только могла. Но Мадер всё равно подозревала её, впрочем, как и всех своих возможных врагов, так что оставлять гостью одну она точно не собиралась. Поэтому женщина встала, приобняла Вирсавию, как бы заряжая её своим азартом, а уж потом позвала слугу, что стоял за дверью. Обычный слуга из жарких пустынь, молчалив и услужлив, у хозяйки претензий нет — и превосходно!       — Тогда вы отдыхайте, а если станет плохо, можете попросить его позвать лекаря, — Мадер быстро смекнула, что к чему. И если девчонка пороется в документах да ещё и прихватит с собой что-то, она сможет смело наехать на Сциллу, да и в придачу Вирсавию получить. Неплохая такая цена за воровство. Мадер всего и нужно, развязать гостье руки. Напоследок женщина заботливо улыбнулась Абаль, та повторила из благодарности, но про себя желала рабовладелице сломать руки, а лучше ногу. И чтобы оная не прикасалась к подруге своими загребущими ручками. Однако ничего этого не произошло, и, видимо, у судьбы не было таких планов.       Так что пока Мадер вела гостью на самый нижний этаж, где сейчас и работает великий покоритель лабиринтов, пыталась выведать, казалось, малозначимую информацию. Но Вирсавия была несговорчива и отвечала кратко. Это выводило Мадер из себя. Ох, знала бы она, как девушка сдерживается от того, чтобы не врезать ей по-крестьянски да от души. А нечего задевать больную тему: семью. Почему-то Вирсавия вспоминала не только Бадра и Эслу, но и Соломона, Сави, не родившегося внука да ещё Давида! Ох, приятные воспоминания, особенно о последнем человеке.       А когда они пришли, Вирсавия не смогла скрыть своего удивления. Мадер просто наслаждалась выражение девичьего лица. От шока в синих глазах что-то дьявольское в душе «матери» застыло, не теряя удовольствия. А Син отчитывал Фатиму за плохое отношение с товаром. Она подошла к своему любимчику, новому любимчику, похвалила и обняла. Вирсавия и подумать не могла, что сам Синдбад в этот момент боится как никогда раньше. Однако девушка вообще ни о чем не подумала — пусто в голове.       — Синдбад! — ну хоть что-то да выкрикнула Сави, подбежала и просто не нашлась, что сказать. Только воздух и глотала; она даже не заметила его присутствия. А Мадер была просто счастлива в то время, как «брат и сестра» удивлялись этой встречи. До покорителя подземелий дошло, что девушка не в курсе. И почему она не знает? Ну, Сцилла не посчитала нужным просветить, и вылезло это молчание боком. Наверное.       — Ох, госпожа Вирсавия, Вы не знали? — притом «мама» тоже выбилась из колеи. — Я думала, Вы здесь из-за него, — Мадер заставила Вирсавию взять себя в руки и обратить взор на неё. Девушка была собранной ровно до этого момента. Нельзя упускать такой шанс. Синдбад тоже быстро взял себя в руки, но не смел подумать: а вдруг Сави здесь, чтобы спасти его. Но интуиция говорила об обратном. И девушка подтвердила это:       — К сожалению, нет, — ах! Какая досада, Мадер. Девушка не за покорителем морей приплыла; никакого шанса и не появлялось на горизонте. — Но я бы хотела узнать, как ты здесь оказался, — молодая красавица еле-еле сдержалась и не кинулась к Сину, даже отошла на шаг, словно желала спрятаться за рабовладелицей. И всё же волнения в голосе не утаить. Мадер уже было хотела рассказать, авось девушка не сдержится, но Вирсавия тут же перебила: — Я узнаю это на досуге, а сейчас не будем терять время, — пришлось молнией сменить свой настрой, так как кроме Синдбада здесь всё же был уроженец с их Родины. И девушка оглянулась по сторонам: — Я же могу на всех посмотреть?       — Конечно, — Мадер довольно улыбнулась. Снова. Эта воспитанница Сциллы оказалась собранной и стойкой, чем и манила всё больше. Почему-то женщина позволила себе расслабиться, понадеялась на мягкость молодой женской души. Молодой. Да, быть может, будь Вирсавия девятнадцатилетней в реальности, то поддалась бы чувствам, решаясь помочь Сину. Это в планах Мадер, но женщина ошибается. И всё же разрешает: — Синдбад, покажи здесь любого, и если госпожа Вирсавия кого-то выберет, подготовь в кратчайший срок, — Вирсавия уже какой раз за день удивляется, но сейчас и виду не подала на такую щедрость. — А я проведаю госпожу Абаль, — Вирсавия её поблагодарила. И, прежде чем уйти, Мадер добавила: — После приведешь госпожу ко мне в кабинет, — видимо, никак нельзя огорчить «мать». Даже если Вирсавию она не получит, у неё появятся новые рычаги давления на Синдбада. Всё равно в выигрыше!       И она ушла к себе. «Абаль, надеюсь, ты сделала своё черное дело», - Вирсавия нахмурившись посмотрела вслед опасной женщине и вздохнула спокойно. Даже у Синдбада стало на душе легче. Пока все работники расслабились, но, как только Син обратил на них строгий взор, сразу заработали, даже Фатима, сжав зубы. Ну, его ему не жалко, а Вирсавия, на самом деле, не каждому встречному на помощь кидается. И стоило подумать покорителю лабиринтов, что в кои-то веки ему привалило счастье в нелегкий час, как получил герой подзатыльника, сильного и безжалостного. Только и оставалось возмутиться, но Синдбад и слова не проронил.       — Дурак!!! — якобы вспылила девушка, но дальше продолжила весьма спокойно: — Это ради кампании, да? Ладно. Но в этот раз я уже по собственной воле предпочту остаться в стороне, пока не разберусь со своими делами. Быть может моя помощь и не понадобится. Только вот ты сильно рискуешь, Син. Наверняка все очень волнуются, а ты… Даже представить не могу, во что ты ввязался, — подающий надежды королевский кандидат чувствовал себя маленьким мальчишкой. Но это не мешало ему улыбаться: Сави невольно походила на мать, пока отчитывала любителя приключений. Кажется, все его страдания не стоят рядом с одним присутствием любимой девушки, но вообще сестры, да всё равно не так… А не об этом нужно думать в данный момент. И всё-таки Синдбад не сдержался, обнял «госпожу Вирсавию», за что и попытался наехать Фатима, да и тут облом: Вирсавия замолвила словечко. А Сину пришлось-таки освободить девушку из объятий. — Когда ты стал таким беспечным?       — Всё из-за тебя, — так же спокойно вторил Син, — сестрёнка. Так и чувствую себя в безопасности. А ты нет?       — Я промолчу, — Вирсавия прикрыла глаза и как-то тяжко вздохнула.       — Э! — покорителю лабиринтов, однако, стоит беречь нервы.