School Killers

      Тэран успели сообщить о том, что Чонгук все-таки победил. Она довольно запрыгала в раздевалке и даже прыгнула на руки одному из дежурных, оповестивших ее. А тот что? Тот доволен. Третий размер прижался к его груди, отчего парень расплылся в довольной улыбке. Но Тэран было плевать, она увидится с Чонгуком!       Девушка собирает вещи в темный рюкзак и идет следом за парнем. Он заводит девушку в одну из соседних комнат, где стояла одинокая двуспальная кровать и такое же одинокое окно. Впервые Тэран видит окно в Школе. Разве под землей оно вообще нужно? Тэран подходит ближе к светлому окну, но лишь понимает, что это сплошной обман.       Наклеенные обои и подсветка. Им даже тут удается запудрить мозги… Тэран ухмыляется и продолжает исследовать комнату, пока дежурный стоит у выхода и ждет указаний.       Что нужно было отметить в комнате? Все те же темные и давящие на сознание стены, металлический запах и сырость. Даже кровать походила на тюремное заключение. Может, так оно и есть, а Тэран вовсе обманули? В таком случае, девушка совершенно не знала, как поступить. Она свято надеялась, что сейчас к ней зайдет Чонгук, обнимет ее со спины и поцелует украдкой в шею, разбудит в ней все те одинокие чувства, что она испытала за последнюю неделю или больше, пока Гука не было рядом. По сути, ровно сейчас так и случилось: мужская рука прошлась по талии девушки, доходя до бедер.       Тэран замирает на месте, потому что так скучала. Она боялась повернуться и увидеть изуродованное людьми тело Чонгука, который итак намучался. Ведь Тэра сразу поняла, что план по закрытию дела вместе с Юнмином рухнул. Неизвестно, что испытал Чон за все то время, пока она тихо-мирно пила кофе и куталась в одеяло, так сильно пропитанное запахом ее мужчины. — Ах, — выстанывает девушка, когда руки парня блуждают по ее бедрам, сжимая их. — Громче, — говорит ей на ухо грубый и чужой голос.       Тэран тут же отскакивает на метр и поворачивается. Дверь заперта, дежурного в комнате нет. Единственное окно с подсветкой, словно специально, внезапно начало моргать, из-за чего в комнате стало тускло и темно. Но Тэран могла узнать этот голос из тысячи. — Намджун… — шипит она, словно дикая тигрица. Впрочем, Намджун всегда ее так называл. — Да, киска. Ждала кого-то другого? — Ты же проиграл! — Не имеет значение. Чонгук сам отказался от своей победы сразу же, как только огласили результаты. Тупой, как можно передумать, если перед тобой сама Тэран. — Хватит лгать! Он не мог передумать! Ему сообщили, что я выиграла? — Более того, он даже наблюдал за твоей победой, — довольно улыбнулся Джун и начал движение в сторону девушки. — Не приближайся, — словно дикий зверь рычит Тэран, выставляя руку вперед. — Да брось, тебе понравится. — Я сказала, не приближайся, — более твердо настояла девушка. — С какого черта Чонгук мог передумать? — Может, хотелка перестала работать. Кто его знает, с нашим директором не сложно остаться импотентом. — Он что… — Я не проверял, правда. — Даже если так, — воспринимая информацию, сдерживается от припадка Тэра, — он не мог отказаться. Ты все подстроил! — Да больно надо! Если я захочу, вокруг меня толпы таких как ты завьются! — Зачем тогда я тебе? — Потому что ты единственная, кто меня динамит. — Ублюдок. — Стерва.       Намджун срывается с места и накидывается на девушку, отчего та принимает на себя столкновение и бьет по больному для парней месту, перелетая через скрипящую и старую кровать. Если ее здесь заперли с этим насильником — это не значит, что она так просто сдастся. Не сегодня. Не ему. — Тварь, -— ноет Джун, ухватившись за больное место. Тэран дает ему около пяти минут, чтобы прийти в норму, а затем задает свой вопрос. — Расскажи мне, кто ты такой. — Кто, кто? Слон в пальто, — по-детски отмазывается светловолосый парень и присаживается на край кровати, потому что удар хорошенько пришелся в зону паха. — Если солжешь — я ударю тебя сильнее. — Только попробуй. — Говори. — Да что тебе нужно? Правда тебе нужна? Все просто. Я бывший владелец корпорации по изготовлению оружия. — Не верю. — Хорошо, я был заведующим магазина, в котором ты работала. — Не правда. — А тебя не так просто провести… ну хорошо. Я признаюсь тебе, если ты меня поцелуешь. — Давай без если. — Хорошо, просто целуй. — Рожа не треснет? — Тогда я не вижу повода тебе все рассказывать.       Тэран закатывает глаза и понимает, что нетронутой она отсюда точно не выйдет. Конечно, записаться в шлюхи она всегда успеет, но ей нужно знать все. Если сказанное Кимом окажется правдой, то эта правда как-то поможет делу. Тэран полностью уверена в этом, поэтому подходит к парню и решительно притягивает его за рубашку, целуя в губы.       Сколько мерзости она почувствовала в соприкосновении на несколько секунд. Ей показалось, что она целует жабу, у которой губы пахнут торфом. Тэран даже показалось, что Намджун пользуется какой-то торфяной гигиенической помадой, но она отсеяла от себя какие-либо мысли, когда язык парня начал пробирается к ней в рот. — Хватит, — отталкивает его от себя девушка, отчего парень довольно падает на пол. — Мало. — Достаточно, чтобы ты сказал правду. — Хорошо, тогда я буду говорить частями. Я был сиротой и учился в этой Школе еще до Чонгука вместе с его знакомым — Шугой. Нам было тогда около трех лет. Мы жили в этой Школе, когда здесь были более суровые законы. Я даже не хочу вспоминать, что делали с Шугой, когда он плохо себя вел. Нас с Юнги бросили родители, из-за чего нас подобрал директор и разрешил жить тут. Но потом нас обоих выгнали, потому что стреляли мы, откровенно говоря, ужасно. Юнги потерялся в городе, как и я. Однажды я нашел другую школу, где учили стрелять из арбалета. Там учился Чимин. Я узнал, что он сын директора по слухам, поэтому возненавидил его сразу же. — И что потом?       Парень начал тыкать указательным пальцем на губы. Тэра ни в какую не хотела целовать его, но она поняла, что Намджун действительно говорит правду, поэтому решительно примкнула к его губам.       Джун воспользовался этим случаем и повалил девушку на кровать, зажимая ее руки над головой, блокируя ей все движения. Тэран ерзала и кричала, отчего дежурные парни, стоящие по другую сторону двери, начали перешептываться. Еще бы, такие крики в постели свидетельствуют только о хорошем сексе. — Прекрати! — сквозь поцелуй кричала девушка, понимая, что потеряла хватку. — А ты заставь меня, — на секунду отрываясь, говорит парень и мнет грудь девушки через потный топ.       Тэран понимает, что парень сам напросился, отчего пытается снова ударить его между ног, но бдительный Намджун перехватывает ее ногу и проходит вспотевшей ладонью от щиколотки до колена девушки. Тэран пытается высвободить руки, но сильный парень не дает ей этого сделать. Вместо этого он одной лишь рукой сдерживает ее кисти, а второй расстегивает молнию на штанах. У Тэран глаза округляются, после чего она начинает биться в истерике. — Чонгук!

***

— Разве ты не должен быть сейчас с Тэран? — спрашивает у брюнета вошедший в комнату Тэхен. — Вали, — грубо отвечает Чонгук, перелистывая свежий журнал по спортивным костюмам. — Я присяду? — спрашивает Тэхен и, не дождавшись ответа, запрыгивает на второй ярус кровати. — Это место Чимина, — дергает Гук парня за ногу, Тэ тут же рушится на пол, после чего не решается вообще куда-либо присесть. — Почему не пошел? — настаивает Тэхен. — Тебя ебет? — Просто не пойму, зачем ты это делаешь. Она ведь нравится тебе. — Слушай, Тэхен, — принимая вертикальное положение, Чонгук откидывает толстый рулон бумаги куда-то в сторону. — Решил поиграть в психолога? — Она не работает на нас. — Че ты там промямлил? — Я говорю, Тэран подставили. Она не с нами, — говорит Тэ и сжимает подол рубашки, смотря куда-то в пол. — Почему я должен верить человеку, который убил своего брата? — злобно смотрит на него Гук, пытаясь не сорваться. — Ты не обязан мне верить. Просто если себя не жалко, девушку пожалей. Намджун не намерен убивать ее вместо тебя, как предполагалось. Он будет использовать ее в качестве секс-рабыни. — Мне плевать, — снова заваливается на подушку парень. — Я так не думаю. — Кто ты такой, чтобы вообще хоть что-то думать? — Прости, Чонгук. Я действительно ужасен. Ужасен, как и мой отец и брат. Я не собираюсь помогать тебе и твоей девушке, просто оповещаю. Мой отец изрядно попортил тебе жизнь. — А-а-а, а ты решил меня пожалеть, да? — повернувшись в сторону говорящего, смотрит Чонгук. — Да больно надо. — Зачем вы взяли себе фальшивые фамилии? — Мы занимаемся незаконными делами. Я, Хосок, Намджун — мы все знакомы с детства. Джун — сирота, он просто вырос здесь. Директор взял его в качестве приемыша. Но когда появился ты, он выгнал нас всех со школы, давая понять, что такие бездари, как мы, ему не нужны. Шуга — еще один сирота — потерялся и больше не возвращался, а Намджун пошел заниматься к матери Тэран. Он подставил Чимина, выстрелив в мать Тэры вместо него. Тот же самый прием, как и был у вас сегодня. Намджун выстрелил первый, а Чимин, испугавшись, рефлекторно повторил, из-за чего добил маму. Чимин совсем не помнил Намджуна, потому что всю жизнь считал себя виноватым. Он всегда был не такой, как все мы. Однажды, когда он снова повел себя против воли отца, тот приказал нам подставить его снова. Я узнал, что Шуга владеет ночным клубом, а где клубы — там и марихуана. Я легко смог раздобыть ее, передав в руки Хосока, который здорово справился. Юнги до сих пор не знает, для чего я тогда купил у него травку. — Юнги… боже, есть хоть кто-нибудь, кто не замешан в вашей компашке?! — бьет кулаками по простыне Чонгук. — Есть. Тэран ни в чем не замешана. Она чиста, как первый снег. Единственное, в чем она не уступает нам всем — так это то, что она — дочь главного. Ей просто не повезло родиться в его семье. — Почему ты рассказал мне про это? — Среди новеньких ходит слушок, что ты — Бог. А я слышал, исповедуются у Бога. — Придурок, — впервые за долгое время ухмыляется Гук. — Взаимно. — Если ты считаешь, что я простил тебя, то засунь это себе эту мысль в задницу. Я никогда тебя не прощу, Ким Тэхен! — выбегая из комнаты, кричит напоследок Чонгук. — Хван Тэхен. Моя фамилия — Хван, — отзывается он в пустоту.       Чонгук бежит по пустому коридору, когда вся Школа давно спит. Хотя, кто вообще спит? Директор, который придумывает новый план по новым убийствам? Господин, который принимает ванны на своем адском шестом этаже? Хосок, который читает порно-журналы каждую ночь вместо молитв? Или Тэхен, который только что выложил Чонгуку хотя бы малейший факт, в который Чонгук, почему-то поверил? И да, почему же? Потому что все еще любит? Ему кажется, что он ждал любого, кто мог переубедить его в том, что Тэра ни в чем не замешана. Ему было плевать, кто расскажет ему о ее невиновности, он просто ждал подтверждение, что его все еще не предали. Он надеялся, что раскроет перед собой дверь и взглянет в глаза, после чего окончательно поймет, как ошибался. Тогда Чонгук не представляет, как будет извиняться перед Тэран, но она будет единственной во всем списке, к кому он упадет на колени и заплачет, покажет, насколько слаб, но причиной его слабости являлась она – такая нежная и неповторимая, чье сердце также трепетно отзовется о Чонгуке. Если только все не ложь. — Чонгук, ты куда несешься? — останавливает его Джин, неся в руках какие-то пробирки с цветным веществом. — Сволочь! — орет на него Гук и соприкасается кулаком по нежному и скользкому лицу Джина.       Та самая блядина (как не побоится сказать Чонгук) из-за которой он позволил себе обмануться. Джин ловко водил его вокруг пальца, заставляя верить во все сказки. И вовсе эти ветки не губят дерево! Наоборот, только благодаря им господин все еще сидит в своем кресле и распоряжается всем. Если Тэран умрет — он потеряет цель, а значит, потеряет смысл. Как в той легенде — когда все ветки срежут, плоды исчезнут, и дерево потеряет дар и суть своего существования. Ока мечтает создать армию киллеров, чтобы что? Уничтожить? Но кого? Ведь он практически избавился от всех ближайших врагов. И если он избавится от Тэран, то уничтожать больше некого. До Господина Ока это еще не дошло, он просто шизофреник, на которого работает точно такой же шизофреник – директор.       Чонгук плюется в сторону Джина и продолжает бежать, бежать быстрее, чем можно себе представить. Сейчас Намджун и Тэра в одной комнате, уже около получаса, за это время он мог воспользоваться ей трижды, а учитывая размеры и выносливость Джуна, то его едва ли хватит на второй раз. Но Чонгуку это на руку. Хотя, если Джун просто прикоснется к ней, Чонгук уже не будет щадить. За каждую слезинку на ее щеке, за всю ту боль, что он ей причинил – Чонгук за все отомстит. Он сотрет руки до мяса, но сделает так, что парень больше и слова сказать не сможет. Заслуживает. Заслуживает точно так же, как и все другие.       И почему Чонгук сразу во все не поверил? Почему он ждал, когда к нему придет совестливый (в какой-то степени) Тэхен и выложит все? Еще и Шуга замешан… Плевать, с ним Чонгук разберется позже, когда вернется в город. Сейчас он намерен остановить Намджуна, всеми способами остановить.       Чонгук сворачивает в знакомое крыло, одним ударом вырубает дежурных и выбивает ногой замок. Ну, нихрена себе меры предосторожности! Даже если сильно захочешь – не сбежишь. Еще бы ключ в унитаз смыли, чтобы уж точно никогда не выйти отсюда. Впрочем, Чонгук может обо всем этом подумать позже. Ему нужно убедиться, что Тэра цела. Он должен знать, что все в порядке. — Тэран! — кричит он, вламываясь в комнату.       Больше всего он боялся опоздать. Боялся, что потратит лишнее и драгоценное время на что-то другое. А ведь так и случилось.       Он видит, как на кровати лежит без сознания Намджун, а около него захлебывается слезами Тэран, прикрываясь ладонью. У Чонгука живот сворачивается до состояния маленького клубка, когда он видит кровь на руках девушки. Он молниеносно подбегает к ней, берет на руки, словно грудного ребенка, и гладит рукой по волосам. Тэран продолжает рыдать, отчего у Чонгука лезут различные мысли в голову. «Он успел ее изнасиловать?» «Почему у нее кровь на руках?» «Какого черта он вырубился, не дожидаясь меня?» — Эй, — пытается позвать девушку Чонгук, но она его не слышит, потому что очень напугана. — Эй, тихо, я рядом.       Гук чувствует, как девушка сжимает рубашку со спины и прижимается всем телом, отчего Чонгук сам едва ли сдерживает слезы. Она не предательница. Она действительно не предательница! — Прости… меня… - пытаясь сохранить образ крепкого мужчины, Чонгук глотает слезы. — Я думала, ты не придешь. — Я тоже так думал. — Чонгук, я убила его. — Намджуна? — Он мертв. Я… я не хотела… просто он начал… а я увидела в его кармане пистолет… он оказался заряженным… я просто… — Тс-с-с, успокойся. Ты все правильно сделала. Если бы не ты, то я. Ты просто опередила меня. Я и не знал, что ты у меня такая сильная. — Почему тебя не было так долго? Намджун сказал, что ты специально не приходил… — всхлипывая, проговаривает в плечо девушка. — Самое ужасное, что он прав. Мне дико промыли мозги. Ты даже не представляешь, чего я только не наслышался за все это время. Я буду уродом, если скажу, что не поверил. — Они мучили тебя? — Это не имеет значение. Никто не заставлял меня верить. Ведь ты до конца упорно шла и не слушала никого. Ты намного сильнее меня. А ради этого, я готов терпеть любые наказания. — Я не хочу, чтобы ты терпел. — А я и не буду. Теперь не буду. Пора бы уже и им похлебать все то дерьмо, в котором я и ты плавали. К тому же, у меня теперь есть, ради кого стараться, — Чонгук нежно поцеловал девушку в шею, ощущая губами солоноватый вкус слез. — Чонгук, на самом деле, я — не единственная, кто тебя ждет и любит. Винстон… он твой настоящий отец. — Шутишь? — Не то настроение, чтобы шутить. — Знаешь, я не понимаю, почему я все еще продолжаю чему-то удивляться? Какой еще пиздец меня ждет? — Я не закончила, — перебивает его Тэран, слазя с парня и становясь на ноги. — Что, еще кто-то? Только не говори, что Ши Ён — моя мать! — закрывает уши Чонгук, чтобы ни дай бог не услышать этого. — Нет, — смеется девушка и гладит живот, улыбаясь. — Да ладно… — убирает руки с ушей Чонгук и раскрывает рот так, что его челюсть соприкасается с полом.       Не спит ли он снова? Такая правда не хочет лезть в голову Чонгуку, потому что слишком все прекрасно. Он начинает искать подвох, хоть что-нибудь, что перечеркнет все его счастливые эмоции и заставит проснуться, и он находит. Одна маленькая деталь заставляет его понять, что в его жизни никогда не будет хэппи-энда.