Месть Джуди

Измазанная шерсть. Изрезанная полицейская форма. Запах горелых покрышек и зажигательной смеси. На улице дул слабый ветер. Аромат морковного поля пропал, хотя морковные грядки были в пяти метрах от дороги. Ник и Джуди лежали на пропитанном маслом асфальте, на мелких осколках железа и стекла. Они лежали в ожидании скорой и пожарной машины, которые показались на горизонте. Лис подробно рассказывал Джуди обо всём, что с ним произошло. Он рассказывал детально и не торопясь, словно хотел отсрочить момент, когда речь зайдёт о фиолетовой пыльце. Но он ничего не смог поделать. Он рассказал ей о слепоте, удивившись тому, с каким безразличием прозвучал его голос - словно он рассказал о том, как обжёгся о сковородку. Джуди, навострив уши, слушала его рассказ, не перебивая, и как только он закончил, дала своё слово: — Нет в природе такой пыльцы, которая могла бы сделать тебя слепым, идиот! — она со злостью выдохнула накопившееся в ней напряжение. — Ну по крайней мере, если эта пыльца не из стекла или токсичного дыма. А с твоими глазами всё в порядке, я вижу! Джуди зарычала и сильно ударила Ника в плечо. — Ай! — вскрикнул лис от боли и неожиданности. — Будешь знать, как пугать меня! — Ник услышал в её голосе улыбку. — Поверь, если бы ты ослеп, ты бы это сразу почувствовал. Хотя нет, ты же у нас – идиот! Вот, посмотри, у тебя глаза целы и здоровы, — Джуди лапками широко раскрыла глаза Ника и детально рассмотрела его зрачки. — ну… за исключением галлюцинаций, которые эта фиолетовая дрянь вызывает. Насколько я поняла, это Кресто и Цидаус – смешанная пыльца красных и синих цветов, растущих в Тропическом Лесу. Если их лепестки помолоть и смешать друг с другом, они примут фиолетовый цвет. И если их засушить на солнце и получившуюся пыльцу пустить в глаза, то они вызовут галлюцинацию “тёмной стены” – иллюзию слепоты. — То есть это не навсегда? — спросил лис. — Может на полдня или меньше… Ник в голос рассмеялся, забив от смеха больными лапами по асфальту. Джуди от неожиданности отпрыгнула в сторону. Лис чувствовал, как напряжение слетело с его плеч, а затем ощутил себя идиотом, как и сказала его напарница. — Глупый лис! — воскликнула она возмущённо. — Когда всё это закончится, первым делом заставлю тебя от корки до корки прочитать мою книгу по ботанике! Ник вспомнил о том, что Джуди могла часами разглагольствовать на тему растений, цветов, овощей и фруктов. У неё были огромные познания в этой области, и стоило только отдалённо затронуть эту тему, как она не упускала шанса блеснуть своими знаниями. Через минуту к ним подъехала пожарная машина, из которой выскочили три бобра и без лишних вопросов принялись тушить горящий автомобиль толстой струёй воды из шланга. В след за бобрами из машины вышел Свирин, которого, судя по всему, подхватили по пути. Он медленно и лениво двинулся к ним навстречу. Рядом с пожарной машиной припарковалась скорая, из которой выскочили кролики в белых халатах во главе с Бранклином. Все они окружили Джуди и Ника, перепачканных в крови и масле. Джуди решила взять всё на себя: — У лиса покалечены лапы, всё тело в порезах, поцарапано плечо от пули из винтовки, ссадины на лице и “тёмная стена” от Кресто и Цидауса. — крольчиха заметила, что кролики в халатах её не поняли, когда она сказала о “тёмной стене”. Бранклин подхватил: — Это галлюцинация слепоты. Протрите ему глаза чайной заваркой или отваром ромашки – это ускорит прозрение. Кролики кивнули, положили Ника в носилки и отнесли его в белую машину. — А с вами всё в порядке? — спросил Бранклин, глядя на крольчиху, которая выглядела не лучше Ника. — Я в порядке… в полном, — уверено сообщила она, и посмотрела на Свирина, который не сказав ни слова, вернулся в пожарную машину, сел на место водителя и взялся за рацию. — Я доложу нашему мэру о произошедшем, — сказал шериф, сверкнув солнечными очками, — заодно доложу вашему начальству из Зверополиса о том, что тут произошло. Жестокое нападение на вашего полицейского, между прочим – это вам не шутки. В голове Джуди промелькнула мысль о том, что на этот раз Буйволсон не сможет им помешать расследовать это дело. Теперь оно было плотно связано не только с нападением на полицейского из Зверополиса, но и непосредственно с ними – главными свидетелями дела. *** После происшествия на дороге прошло около пяти часов. Джуди на машине скорой помощи прибыла в больницу Малых Норок вместе с Ником и Бранклином. Свирин остался на месте преступления, в ожидании Панкрога – полицейского носорога из Зверополиса, который должен был приехать на место преступления вместе с следственно-оперативной группой. Ника отмыли от моторного масла и крови, вытащили из него все осколки, наложили швы и перебинтовали пол тела, тщательно уделив внимание его задним лапам. После длительных процедур над его глазами, ему вернули зрение. Бранклин настоятельно рекомендовал Нику не делать лишних движений, но лис плюнул на запреты, надел постиранную полицейскую форму и, сильно прихрамывая, отправился на поиски напарницы, которая находилась в палате отца. Тем временем Джуди доложила отцу обо всём, что произошло за эти два дня. В своём рассказе она особенно подчеркнула диалог, в котором сумасшедший зверь грозился спалить их амбар вместе со всей семьёй. Предупреждён – значит вооружён. Джуди не была сторонником тайн подобного рода от своих близких. Им угрожали расправой, и лучше всем быть к этому готовыми, нежели держать их в неведении и надеяться на авось. Стью с ужасом и растерянностью слушал слова дочери. Бонни в палате не было – она вернулась обратно на ферму, но обещала заезжать к мужу два раза в день. Стью велел дочери сообщить обо всём каждому взрослому кролику в семье, чтобы те в случае чего были наготове либо дать отпор, либо иметь дорогу для отступления. А так же Стью обязал Джуди обеспечить каждого взрослого мобильным телефоном, чтобы в случае чего каждый имел возможность связаться с полицией. *** Панкрог прибыл на место преступления. Дорога была перекрыта и повсюду на ветру развевались жёлтые ленты, понатыканные шерифом. Осколки выбитого стекла блестели на асфальте, словно его осыпали оранжевым песком. На улице был закат. Панкрог мчался со всей скоростью, чтобы успеть до заката, но было поздно. Он не любил ночь, потому что ночью искать улики было времязатратно. На это уходило, как правило, вдвое, а то и втрое больше времени. Перевёрнутая машина на дороге была черна, как ночь. Сгорела вся изнутри и снаружи. Носорог припарковал автомобиль в ста метрах от происшествия и добрался до жёлтых лент пешком. Возле сгоревшей машины стоял Свирин, разместивший свои очки в кармане рубашки. Он внимательно рассматривал прибывшего носорога в полицейской форме Зверополиса. Они подошли друг к другу, пожали копыта и представились. — Шериф Малых Норок Свирин. — Сотрудник центрального департамента полиции Зверополиса. Рассказывайте. — Стойте, а почему с вами нет следственно-оперативной группы? — спросил шериф. — Я и без них справлюсь, — отрезал носорог. Свирин не стал задавать лишних вопросов и сообщил о том, что он никого не подпускал к оцепленной территории, сам ничего не трогал, и разворачивал каждую машину, посылая в объезд. Свин начал подробно рассказывать версию произошедшего, которую ему поведал Ник, прежде чем того увезли в больницу. Шериф рассказывал детально и последовательно обо всём: о полицейской машине без номеров, о ночном проникновении в автомобиль, о следах лап с пятью пальцами на заборе, и обо всём, что произошло на этой дороге. И ещё он отдельно подчеркнул, что именно он нашёл следы на заборе, а Джуди была рассеяна и не справилась с этой задачей. — Ясно, — выслушав историю целиком, сказал Панкрог басом. Носорог двинул в сторону леса, откуда предположительно стрелял таинственный зверь. Шериф шёл следом за носорогом. Панкрог включил фонарь, и Свирин последовал примеру – достал свой фонарь и помог осветить местность. Солнце за горизонтом ещё не скрылось, но лес был окрашен в оранжевый свет, и деревья отбрасывали чёрные густые тени, за которыми невозможно было ничего разглядеть. Свинья и носорог около десяти минут бродили по округе, как вдруг заметили кровь на дереве. — А Ник – не промах. Попал таки, меткий хвост. — сказал носорог, оторвав кусок коры дерева с кровью, и затолкав его в пакет. — Теперь мы сможем разузнать, что это был за зверь. Панкрог осмотрелся вокруг и продолжил мысль: — Раз этот зверь стрелял отсюда, значит и гильзы должны тут быть, не так ли? Но гильз не было. Носорог и свин с фонариками прошерстили всю землю вокруг кровавого дерева и ничего не нашли. Шериф подметил: — Видимо он забрал гильзы, но пули из дороги почему-то выковыривать не стал. — А что с этих пуль взять? — спросил носорог. — Я и так понял, что пули наши – из Зверополиса. Я этот окрас ни с чем не спутаю. С таким отливом пули только в департамент Зверополиса поставляют. Тут даже экспертиза не потребуется. Солнце скрылось. В лесу трудно было что-либо разглядеть, да и не нужно уже. Панкрог был уверен, что он сделал всё, что было в его силах. На земле не обнаружилось ни одного звериного следа. Таинственный зверь решил использовать какую-то специальную униформу, возможно перчатки и сапоги, которые оставляли за собой следы, по которым невозможно было его идентифицировать. Единственное, что Панкрог мог сказать с уверенностью – зверь был небольшого роста (не больше, чем Ник), и худым, потому что следы от оружия, лежавшего на земле, были глубже, чем вмятины от самого зверя. Вернувшись к перевёрнутой машине, носорог внимательно принялся осматривать асфальт. Он отошёл примерно на сто метров от машины к жёлтым лентам, и внимательно осмотрел место взрыва. Свирин всюду следовал за носорогом и ждал пока тому потребуется его помощь. — Однозначно не мина, а бомба с дистанционным управлением, — вслух размышлял Панкрог, опустившись на колени. — От мины был бы совсем другой урон по дороге, более мощный – её бы разорвало в клочья. Кстати, как у вас связь в телефоне? — он обратился к Свирину. — Нет её, — достав из кармана мобильник, сообщил Шериф и дополнил. — У нас в этом районе нет телефонных вышек – только радиосвязь, не более. Глухое место. — Он тщательно продумал нападение, — продолжил Панкрог. — Из места, откуда он стрелял, прекрасно видно всю дорогу, которая здесь заворачивает за угол. Он мог увидеть нежеланных гостей в любой момент с обеих сторон, и при неудачных обстоятельствах, мог с лёгкостью удрать через лес, как он это и сделал - правда, по собственной воле. И место удобное, и связь не ловит. Теперь понятно, зачем он обрезал провод радио. Но, у меня к этому типу всё же есть ещё несколько вопросов… — И какие же? — спросил Свирин в надежде на то, что сможет сам ответить на каждый из них. — Ну, во-первых, почему он поставил бомбу снаружи автомобиля, да и в такое безопасное для взрыва место? Если правильно подложить бомбу, то можно взорвать машину наверняка, даже полицейскую. Зверь хитёр, стреляет из нашего оружия и явно обладает куда большей информацией, чем мы можем предполагать. Он мог поместить бомбу внутри автомобиля, почему нет? Или он боялся, что её найдут? Даже если так, почему он не прикончил Ника, когда взламывал автомобиль? К чему такая осторожность? Всё ради того, чтобы поиграться с Ником в этой глуши? И зачем ему нужен Ник? Зачем после всей этой проделанной работы, он не заканчивает начатое, учитывая, что схватывает пулю от своей же жертвы? Любитель поиграть с огнём? Сумасшедший? Не вяжется всё это. И практика в Зверополисе показывает, что когда происходит нечто похожее и необъяснимое логически, то это скорее всего связано с тем, что виновник событий – зверь с психическими отклонениями. Он может таким образом играть с собой и искать тех, кто составит ему компанию. Или может действовать по воле своего больного мозга, который как вздумает, так и будет. Но опять же это всё не вяжется с тем, что зверь осторожен и избирателен в своей тактике. Даже не смотря на то, что он совершил много ошибок, он всё равно уходит, оставляя Ника в живых. Зачем? Свирин стоял молча. Носорог поднялся во весь рост и подошёл к дереву на морковных грядках, за которым прятался Ник. — Ни одного следа, — Панкрог светил фонарём то на землю, то на дерево. — Место сражения и ни одной зацепки. Он хитрый, изворотливый, очень лёгкий и, судя по тому, что Ник не смог его обезвредить, зверь либо сильный, либо находчивый. Эта пыльца с “тёмной стеной”… Кресто и Цидаус запрещены для выращивания и для продажи… Он явно не дурак, и я уверен, что в его рукаве это был далеко не единственный туз. И эта бутылка с зажигательной смесью была не просто так кинута в автомобиль. Ник был вооружён, и ему было удобно прятаться за машиной. Зверь кинул смесь чтобы Ник отступил и показал себя. Затем зверь кинул осколочную гранату в автомобиль, чтоб было побольше шума. И под этот шум он быстро и незаметно подкрался к Нику, и началась заварушка. Шериф стоял молча. Он был впечатлён проницательностью Панкрога, который бегло осмотрев местность, смог обрисовать картину всего произошедшего более точно, чем это смог сделать Свирин. У него лишь остался один вопрос: почему Джуди, которую в Зверополисе ставят как пример для подражания, была такой рассеяной и даже не додумалась осмотреть землю на наличие следов после взлома их автомобиля? Свирин задумался о том, что было бы здорово иметь в напарниках такого зверя, как Панкрог, но мэр Малых Норок был строг в этом отношении, считая, что его деревне одного шерифа было достаточно. — Если вы думаете, почему Джуди Хоппс не справляется со своей задачей, то всему есть объяснение, — сообщил Панкрог. — Есть определённые причины, не считая даже того, что её отца сбили, о которых она вам не скажет. «…Слишком проницательный» — подумал шериф. — Мне показалось, что вы могли подумать о ней предвзято, раз она не смогла сама выйти на след, — продолжил носорог. — Так вот - всему есть свои причины. Не стоит думать о ней плохо. И не сомневайтесь в том, что вы слышали о Джуди по телевизору. Всё это - правда, и она – лучшее, что у нас есть. Не думайте о ней, как о чокнутой. — У меня и в мыслях не было! — возмущенно и честно воскликнул Свирин. Вдруг позади Шерифа и Панкрога остановился ещё один полицейский автомобиль Зверополиса. Из него повыскакивали три волка, обвешанные фотоаппаратурой, проводами и сумками. Они побежали навстречу сгоревшему автомобилю. — А вот и следственно-оперативная группа, — сообщил носорог шерифу, и переключился на волков. — Эй, почему так медленно, дохляки? Я уже сделал за вас всю вашу работу. *** Джуди отправилась домой на ферму, а Ник остался ночевать в больнице. Перед тем, как они расстались, у них был долгий разговор на тему кто и где проведёт эту ночь. После слов напавшего зверя, Джуди не хотела оставлять отца одного в больнице и не хотела без защиты оставлять маму и семью. Ника же преследовало эгоистическое желание, за которое ему было стыдно – он хотел быть рядом с Джуди не смотря ни на что. После того, как к нему вернулось зрение, он не мог выразить словами, как он был рад её увидеть. Казалось бы, ещё только сегодня он смирился с мыслью о том, что никогда не сможет посмотреть в её глаза, как в этот же день он вновь её увидел и был рад этому, как никогда прежде. Он поборол в себе желание обнять её и сказать о том, что творилось в его голове и все эти мысли он держал при себе, прекрасно понимая, что Джуди не было дела до его переживаний. В её голове сейчас была защита семьи от обезумевшего зверя. Перед тем, как лечь спать, Ник посетил палату отца Джуди, где провёл несколько часов, общаясь с ним. Стью был встревожен угрозами зверя. Прожив всю жизнь в Малых Норках среди травоядных, он забыл о том, каков мог быть жестокий мир снаружи. В Малых Норках были и свои кролики не чистые на лапу, но такой прямой угрозы он ни разу не получал, из-за чего был встревожен и спрашивал совета у лиса, как ему быть. *** Джуди вместе с Мани сторожила вход в амбар. Её пистолет был заряжен и снят с предохранителя. На дворе стояла непроницаемая ночь. Нарушая тишину, дул холодный ветер. Джуди дрожала, не понимая от холода ли у неё тряслись лапы или от нервов. Она пыталась вслушаться в посторонний шум, который скрывал ветер, но не смогла разобрать ничего кроме шороха листьев на деревьях, шёпота травы и переливающегося песка из песочницы за счёт ветра. Крольчиха выключила освещение у входа в амбар, чтобы свет не мешал смотреть в ночь, а глаза привыкли ко тьме. Несмотря на то, что она доложила всем взрослым кроликам, что им могла угрожать опасность и те были начеку, у Джуди было плохое предчувствие. Её глаза привыкли к темноте, а уши навострились, как никогда прежде. Она смотрела во тьму и слышала лишь шум от ветра, который мог заглушать шаги постороннего зверя. Её лапы дрожали, и она боялась выстрелить случайно в любого, кто попадётся ей под лапу.