Oh, allergen!

Очередной бросок Росса не достиг цели: «Кобра» будто знала, с какой силой и траекторией он собирается забить, вовремя заблокировали центрового и помешали прицелиться, в итоге тот растерялся и не попал в корзину. Зал разочарованно выдохнул, я же взялся за голову. Черт, не может быть такого! Я всегда строго следил, чтобы посторонние не заходили в спортзал во время тренировок, они не сумели бы внедрить шпиона. Болельщицы вряд ли смогут запомнить все наши приемы, а названия комбинации и подавно не удержат в памяти. Поверю во что угодно, только не в то, что эта команда оказалась сильнее нашей. Свисток судьи об окончании первой четверти прозвенел в моих ушах словно гонг. Мы отстаем на тринадцать очков. Приунывшие и озадаченные парни направились к тренеру Дишо, оборачивались ко мне и молчаливо вопрошали, совершенно сбитые с толку от потрясения. – Гаррет, пожалуйста, подойди на минутку. Это важно. Голос Конноли звучал приглушенно, а пальцы на моем запястье дрожали. Луиза не разговаривала со мной и игнорировала с начала недели, и вдруг обратилась в самый разгар игры, когда у меня совсем нет времени обсуждать с ней что-либо? Но, раз она заявляет, что это важно, стоит уделить минуту. – Слушай, тебе придется в экстренном порядке придумать что-то новое: тактику игры, что вы практиковали нечасто, комбинации, что используете редко, но они должны быть эффективными. Еще они видят в Россе мишень, прицелившись к нему, блокируют все ваши броски, а подбор делают почти невозможным. Если бы у меня были силы выразить удивление или восхищение, хоть что-нибудь стоящее, то похвалил бы Лу за осведомленность в баскетболе. – Я в курсе, однако, не могу понять вот что: почему ты мне сообщаешь об этом? Ответ один: ты знаешь, кто слил информацию о моей команде. Не отрицай, я вижу по твоим глазам, реакции, что вызвало мое предположение, не отвертишься, Конноли. Говори, кто это? Больше всего я опасался, что она признается, что сделала это в отместку за то, что я обидел ее. Не хотелось терять доверие к смешной девчонке, иначе я совсем разочаровался бы в людях. Скажи, Чебурашка, что не ты слила нас. – Обещай мне, что до конца игры не пойдешь разбираться с ним, – дождавшись кивка, она оглянулась в сторону зала, потом прошептала. – Дамиен. Я все тебе объясню, сейчас у тебя осталось восемь минут. Я верю, что ты придумаешь что-то по-настоящему гениальное, Гаррет. Голова пошла кругом и, хотя внешне я сохранил спокойное выражение лица, не смог скрыть ярость, подняв взгляд на бывшего атакующего защитника. Его ухмылка запечатлелась в памяти, напомнив, что мы не проиграли. Ты постарался, Дамиен, хитро и подло поступил, но ты не учитывал, что по сравнению с тобой я – не посредственность. Луиза могла узнать об этом только после начала игры и от Остина Милна. Получается, тот тоже не был в курсе, иначе предупредил бы. Хотя, кто его знает? Отбросив эту мысль, я продумал другую: план, как можно обойти противников. – Парни, внимание, я повторять не буду: из первого состава останутся Вестер и я. Объясняю причину: Вестер наш стратег, он оценит ситуацию и займется ее регулированием. Я же поведу вас в защите и нападении, так как сам совершенствовал комбинации и научил вас использовать их. Мои жесты вы выучили наизусть, так что путаницы не должно быть. Трент, – я обратился к рвущемуся к бою парню, – ты заменишь Нилла. Твоя сила – идеальный подбор мяча. Запомни следующее: укрывай мяч туловищем, если ты вынужден ловить мяч одной рукой, подхватывать другой. Ты готов, Трент. Дальше, Ланфорд: раньше ты играл как легкий форвард, но в последнее время понял, что задачи центрового удаются тебя с куда большим успехом. Ты – одно из наших преимуществ в броске под кольцом. Эффект внезапности, не меньше. Тебе совет: если после отскока ты овладел мячом, должен держать его высоко, защищая расставленными локтями и двигая его, дальше передать к боковой линии. Все ясно? Одиннадцатиклассник громко сглотнул, тем не менее вполне уверенно кивнул, собираясь с духом. Его приняли в команду во втором семестре, следовательно, паренек еще не выходил на площадку до этого – Росс просто незаменим из-за роста. – Место Таннера в атакующих защитниках займет Джед. Делай акцент на дриблинг и набор очков. У тебя хорошо натренированы руки, потому ты уверенно владеешь мячом в прыжке. Борись за отскок от щита. Парни, относится ко всем, не только к центровому, добивать мяч надо так: пальцы расслабьте и расставьте, кисть закрепите. Когда мяч задержится на кончиках пальцев, направьте в корзину выталкиванием, но ни в коем случае шлепком. Понятно всем? Пока забудем о треугольном нападении, используем менее совершенный и непредсказуемый – передачу в тройках. Не теряйтесь при позиционном нападении, не забывайте про предупредительные и регулировочные сигналы. Пивот должен быть передним или качающимся. Пусть каждый из вас исполняет свою задачу. Парни, я вас тренировал в течение года, не подведите, иначе эта игра для нас станет последней за сезон, прощальным тем, кто оканчивает школу. Мы должны победить и получить кубок, это наш долг перед школой и собой. На этом перерыв кончился, команды вышли на площадку. Я был уверен, что дальше удача будет на нашей стороне, ибо мы не пренебрегали вторым составом, что часто делали остальные школы. Основной состав никогда не уступал место парням из младших классов, оправдываясь тем, что они успеют отыграть свое после их ухода. Так же они поступают и на тренировках, не то, что у нас. Мы играем разным составом по несколько раз в день, хоть и редко выпускаем младших на матче. Если Дамиен слил все наши маневры, тактики и комбинации, он ошибся в одном – не учел участие второго состава, который, как он не в курсе, играет не хуже первого. Им не хватает опыта и дальнозоркости, зато их шустрость и умение импровизировать помогают сбить с толку соперников. Вот мой план. К концу второй четверти мы отставали всего на два очка, почти догнали «Кобру». Мои парни вымотали их, заставив нарезать бесконечные круги по площадке, идеально подбирали мяч, забивали с дальней и ближней дистанции, показывали небывалую скорость и смекалку. Особенно порадовал Ланфорд: не сдавался под натиском двух защитников, которые атаковали и пытались отобрать у него мяч, а их попытки борьбы за отскок от щита увенчались неудачей. Забивал он и под кольцом, и с трехочковой, работал со мной на одной волне, понимал каждый жест и улавливал малейшее изменение в плане нападения. – Молодец, – я пожал ему руку, затем обратился к Джеду. – Внимательно следи за движением кисти при передаче заключительного движения в прыжке. Ланфорд, не забывай про удар об пол, каковым можно передать мяч партнеру. Осторожно с ним, используй умеренно и только тогда, когда уверен, что его не подберет противник. Следи за расстановкой, договорились? Озвучив наставления, я выдохнул и постарался отвлечься, разгрузить мозг на мгновение, после предложить эффектные тактики нападения Тренту и Ланфорду. Вестер приметил несколько прорех в защите «Кобры». Взгляд сфокусировался на большой голове Чебурашки, исполняющей победный танец. Получалось у нее неплохо, но явно хуже, чем вчера. Анджела хвалила ее за идеальное сальто, сумеет ли она исполнить его сегодня? Не о том думаешь, Гаррет. Ты – капитан, не должен отвлекаться на танец талисмана, а продумать ход игры, которая определит, будем ли мы дальше бороться за титул лучшей команды или с позором отойдем назад. Ближе к концу третьей четверти мы обогнали соперников на десять очков. Прорыв небольшой, однако, наши не расслаблялись, не собирались сдавать позиции, не показывали и тени усталости. Мы настроены на победу, потому не отвлекаемся на жажду, огонь в легких, усталость в ногах и утомление от обдумывания траектории бросков. Передача в тройках подействовала, позже они не смогли защитить свою корзину даже от треугольного нападения, потому что в отличие от нас устали и не могли больше действовать без наводки. Видишь, Дамиен, не на ту команду напал. Последняя четверть продолжала радовать болельщиков «Уорриарс» количеством заброшенных мячей, они скандировали наши имена и повторяли боевой клич. Обычно я не слушаю их, но сегодня осознал, насколько важна поддержка зала. Им не наплевать, они верят в нас, а это мощный стимул не сдаваться и показать себя с лучшей стороны. Последняя минута отсчитывалась с конца: на сорок пятой Трент забросил мяч со средней дистанции, игроки «Кобры» просто устали и пожелали передохнуть в сторонке. Уж не ожидали, что снова овладеем мячом на десятой секунде. Я окончил его слэм-данком, который сделал впервые за сегодняшнюю игру. Со счетом 86:68 мы побили их, толпа болельщиков высыпалась на площадку и все стали обниматься и прыгать на месте. Я вспомнил прошлогодний финал, когда мы получили кубок. Сегодня все радовались прямо как в тот день. Росс, Таннер и Нилл исполняли победный танец с остальными, не обижаясь на меня за то, что заставил их просидеть три четверти матча. Победа общая для всех нас, и я просто в восторге, что план Дамиена сравнять нас с землей не удался. Кстати о нем: я прочесал весь спортзал, продвигаясь по толпе, но ублюдок успел скрыться. Вполне предсказуемый ход для труса и негодяя, который не только не признал свою ошибку, но и наделал новые. Ладно, разберусь с ним позже, сначала стоит поблагодарить команду за оперативность и полное понимание ситуации. Когда улеглась волна восторга от победы, попросил собраться их в раздевалке. Я долгое время сомневался в них, иногда они раздражали некорректным поведением на вечеринках или со слабыми ребятами из школы, однако сегодня они показали, что мы настоящая сплоченная команда. Начал я именно с этих слов, затем продолжил: – Проделанная вами работа впечатляет, парни. Никому не удастся опустить нас с вершины Олимпа, и мы не сдадимся на милость других команд. В следующем году эстафету примут достойные игроки, и я со спокойной душой могу уйти, ведь уверен, что вы не подведете ни себя, ни своих товарищей, ни нашу школу. Я давно вам обещал бесплатную выпивку, и я выполню его. Так что завтра вечером гуляем! Встретимся в «О’Лири» в семь, все за мой счет! Поблагодарив команду, я поспешил найти Конноли. Она не трусиха, как Дамиен, но тоже может спасовать перед допросом, который я собираюсь ей устроить. Отставив огромную голову в сторону, Лу сидела, оперевшись лбом в сложенные на коленях руки. Ее поза говорила о том, что девушка подавлена. Боже, прошу, пусть она не подведет. – Лу, – окликнул я, сел рядом и прикоснулся к ее затылку. Она мгновенно подняла голову, и я заметил слезы на ее щеках. – Прости меня, Гаррет. Я должна была рассказать тебе все, как только узнала, но у меня не было плохих намерений. Я даже не предполагала, что Дамиен предпримет еще одну попытку испортить тебе жизнь. Я уж точно не ожидал этих слов от Луизы. Неужели она давно была в курсе всех махинации Дамиена? Стойте... – Еще одну? Мне? Объяснишь толком или мне сразу стоит пойти и выбить всю дурь из него самостоятельно? Я спрашиваю еще раз: он желал отомстить конкретно мне? Говори! Возможно, было лишним орать на нее, но я не мог реагировать спокойно, узнав, что она бездействовала, да плюс к этому врала мне. – Тот случай с наркотиками, они находились в карманах твоей куртки. Я вытащила их и уничтожила, успела вовремя. Потом я забыла обо всем, потому что решила, что Дамиен не представляет угрозы. Он ведь затих, и столько всего случилось, что я даже не вспомнила о нем до сегодняшнего дня. Мне жаль, Гаррет. Я не хотела подводить тебя. С конца февраля Луиза знала то, что Дамиен собирается мстить. Неужто она наивно рассуждала, что после неудачной попытки он успокоится? Все это время я стоял на кратере действующего вулкана, а она могла предоставить мне лодку, вместо того, чтобы надеяться, что он не взорвется. Черт! Я тоже идиот, поверил, что она целовала меня, потому что нуждалась в практике. Не нужно ей практиковаться как в поцелуях, так и во вранье. Как верить живой душе, если та, кому ты доверял без лишних сомнений, обманывала тебя? Человек кажется тебе идеальным, самым чистым и лучшим существом на свете, а потом ты разочаровываешься. – Как ты узнала? Луиза, не смей лгать, иначе я уверюсь в том, что наша дружба состоит из обмана. Скажи мне правду, чтобы я раз и навсегда разобрался с этой ситуацией. – Мне рассказали. Больше мне тебе нечего сообщать, Донован. Спроси Рэйчел, если у нее есть совесть, она дополнит картину. Конноли неторопливо встала со стула, взяла голову, пошла к раздевалке. Я был в замешательстве, ужасаясь от того, что и Рэйчел приняла участие в этом деле, когда услышал ее голос: – Ты доказал, что в любом случае победишь его, что ему не удастся сломить тебя, Донован. – Заткнись, Конноли, – зарычал я, перестав контролировать себя. Вскочил и налетел на нее, она попятилась, но не сбежала. – Ты лгала мне, прикрываясь наивностью. Неужели тебе хватило глупости забыть о том, что он пытался упечь меня в тюрьму, лишить возможности играть в профессиональный баскетбол? С какого перепуга ты взяла на себя ответственность за чужую жизнь, Луиза? У тебя было право решать за меня, надо ли его пощадить? Чего ты застыла, отвечай! – Мне больно, – прошептала она, и тогда я осознал, что прижимаю ее к стене за плечи. Ее ноги не касались пола. Святой Чемберлен, что я творю? Руки безвольно опустились, она осела на пол и молчала. Я не слышал ни звука, даже ее дыхания. – В ответ я могу сказать одно: я старалась помочь всем. Оценил бы кто. Похоже, Луиза произнесла последнее несколько минут назад, потому что, оглядевшись, я понял, что стою один в огромном зале. Я написал Рэйчел сообщение, она не заставила ждать себя долго. Вышла из раздевалки и подбежала, чтобы обнять. – Впечатляет, капитан! Твоя игра выше всяких похвал. Я не обвил руки вокруг нее в ответ на ее объятия, и Рэйч, почувствовав неладное, отстранилась и вгляделась в мое неподвижное лицо. – Что случилось, дорогой? Мне необходимо выяснить, что утаила девушка, и поэтому я решил притвориться, будто Конноли сдала ее. Интуиция подсказывала, что ход правильный. – Луиза рассказала мне все, Рэйчел. Как ты могла так поступить со мной? Выражение ее лица из невинного интереса трансформировалось в застывшую маску: она пыталась контролировать себя и не выдать лишнее. Похоже, она знает больше, чем Луиза. – Не понимаю, о чем ты, – осторожно выдавила она, следя за моей реакции на ее слова. О, ты умна, Рэйч, но это не помешает мне раскусить тебя. – О твоем сговоре с Дамиеном. Ты хотела подставить меня. – Я сам не верил в это, и ждал, когда она рассмеется или рассердится на меня, однако округлившиеся серые глаза выдали ее. Рэйчел помогала Дамиену, вероятнее всего, даже сама подкинула наркотики. Мир рушится на глазах. Люди совсем не такие, какими я их видел, я слепой. – Не надо ненавидеть меня, – сорвалась она секунду спустя. Ударилась в слезы и рыдала, действовала на нервы тем, что пытается давить на жалость. – Ты бросил меня, забыл, словно грязную футболку. Гулял с разными девками, что мне оставалось? Гаррет, ты не видел, что разрушал меня, мою личность и жизнь, ты поглотил меня, видишь? Я помешана на тебе, а тебе хоть бы что! Плевать на меня, есть я или нет! Я хотела, чтобы ты тоже лишился того, что любишь больше всего на свете. Я хотела, чтобы ты понял меня! Да, я подложила их тебе, потом опомнилась и умоляла Луизу достать их до приезда полиции. Видишь, я выше мести, и отказалась помогать Дамиену в дальнейшем. Отпустила тебя, а ты сам вернулся как миленький! Она то орала, то рыдала, захлебывалась слезами, в общем, жалкое зрелище. Пытается доказать, что я козел и во всем виноват сам, что заслужил подставу. Да, заслужил, в той же степени, что она. – Чтобы не попадалась на моем пути, – отчеканил я. – Рэйчел, не смей оправдываться и просто отвали. Я никогда не был ближе к тому, чтобы ударить девушку, чем сейчас, поэтому с глаз долой сию же минуту. Убирайся! Послышался хлопок двери, зал опустел, стало совсем тихо, мертвая тишина и полумрак спортзала. Все давно ушли, а я сидел и размышлял. Когда я закончил восстановление всей картины, сжал руки в кулаки и вылетел из школы в поисках сукиного сына, старающегося потянуть меня на дно за собой.

***

Едва я зашел в дом престарелых на следующее утро, медбрат вручил поднос с лекарствами и сообщил, что все двери слева мои. После вчерашнего я предполагал, что Конноли не придет, похоже, она ожидала того же. Она последний человек, которого я горел желанием видеть. От меня мало пользы в это утро, потому что у меня разбиты кулаки, плюс страдаю от похмелья. Найти крысу оказалось непросто, но его болтливая мамаша проговорилась, что он ошивается у друга на Мелбори. Его так называемый друг без колебании сдал Дамиена, сразу же сказав, что ему лишние проблемы не нужны. Много чести рассказывать все о гнусном человечишке. Добавлю то, что он повел себя не лучше Рэйчел: винил меня в своих проколах и обманутых ожиданиях, драматизировал, заявив, что я разрушил его жизнь, скулил, когда я требовал, чтобы он встал и продолжил бороться. Ушел я домой немного успокоенный, помятый и жаждущий продолжения. Не могу все оставить как есть, добьюсь, чтобы его исключили из школы. Раздав ворчливым старикам таблетки, пригласил всех на утреннюю зарядку у бассейна. Они спрашивали, не сыграю ли я с ними в волейбол в следующую субботу. Старики снова хотят потягаться и уровнять счет, что повеселило меня на короткое время. Пообещав, что обязательно принесу качественный мяч и подходящую сетку, я показал им несколько эффективных упражнений для спины, рук и коленей. Конноли нигде не было видно, да и на раздаче лекарств я с ней не столкнулся. Сразу после зарядки поспешил в столовую, чтобы расставить тарелки с едой и кружками чая, но когда я зашел, все было готово. И опять Луизы нет в столовой. Стоит поговорить с ней? Что я добавлю ко вчерашним словам и действиям? Да, я вышел за рамки, был слишком груб и возможно несправедлив, однако я не отошел и не могу фальшиво раскаиваться. Вы и без меня знаете, каково понять, что все, во что ты верил, оказалось ложью. Дождавшись конца завтрака, я собрал посуду, договорился, что поиграю в шахматы с Дэймоном. Так прошло мое время в «Дикой яблоне». Пробираясь через сад к выходу, услышал голоса, один явно принадлежал Конноли. – Прямо за яблоней? – спрашивала она, удивляясь. – Тогда почему вы не?.. Дальше голоса отдалились, похоже, они шли по направлению к дому. Выглянув, я увидел ее в компании той старушки, что снимала нас в день игры в водное поло. Если не ошибаюсь, ее зовут Марта, тихая флегматичная старушка. Нет, неинтересно, что она задумала, что она рассказывает и с кем общается. Наверное, жалуется на идиота, то есть, меня. Выкинув из головы вчерашнюю сцену, я завел машину и повернул в сторону дома. Надо бы поспать, вечером мы с парнями едем веселиться. Сначала в «О’Лири», после можно заглянуть на вечеринку, не важно на чью.

***

– За нас! За «Уорриарс»! Наш столик в пабе самый шумный и веселый, щедрый на похвалу пива и несравненных себя, потому беседы никак не кончались. Второй состав был в восторге от бесплатной выпивки и дальнейшего веселья в компании выпускников, ведь теперь они справедливо могли считаться частью команды, принесшей очередную победу. К четвертой кружке у Ланфорда пиво пошло носом, остальные насмехались над ним добрые полчаса, Таннер вызвался спеть, но выходило у него просто ужасно, у нас уши заложило от его «Goodbye, my friend!». Я иногда включался во всеобщий балаган, но в основном отмалчивался и пил без пауз. В голове промелькнула мысль, что я налегаю на алкоголь, однако затуманенный разум уже наплевал на все. – Дай ключи мне, – мягко попросил Росс, всмотревшись в мои мутные глаза. Я уверен, они стали грязно-зеленого цвета. У отца обычно так бывало, и я в очередной раз проклял все воспоминания об этом ублюдке. Всем составом покатили в сторону дома Рамоны Астон, устраивающую субботнюю вечеринку для всей школы. Я проснулся с жуткой головной болью и с пустыней во рту. Сколько же я выпил на вечеринке, что утром чувствую себя хреново. Никогда голова так сильно не раскалывалась, будто стучат молотком по виску. Воды! – Держи, блудный сын, – недовольство так и сочилось из голоса мамы, а обычные слова слышались как грохот, не меньше. Нащупав стакан, я не спешил открыть глаза, чтобы не встретить ее разочарованный взгляд. – Ты пропустил утреннюю пробежку, а ты никогда ее не пропускал. Я не видела, чтобы ты напивался до вчерашнего состояния, сын. Что с тобой? Я бы покачал головой, будь она здорова, но я промычал «порядок», затем снова откинулся на подушку. – Потерпи, скоро станет легче, – она прикоснулась к моему лбу, потом поцеловала и накрыла одеялом. – Не валяйся весь день в постели. Прими душ и спускайся. Росс оставил тебе сообщение. Подчеркнул, что очень важное. Она вручила мне стикер, когда полтора часа спустя я спустился к завтраку. Спал до полудня, мать его. Не помню, когда я спал до двенадцати, считайте, что весь день уже прошел, не успев начаться. Послание я прочел лишь после глотка ягодного смузи. «Идиот, зайди в «записанные звонки» и прослушай последний. И не в присутствии мамы. P.S. Вспомни, я тебя предупреждал». Выпив остаток напитка в три больших глотка, я поспешил к своей машине. Чую, я что-то накосячил, и если я точно оценил степень безумства в пьяном состоянии, придется исправлять содеянное. Надеюсь, все не так плохо как в фильме «Свидание вслепую» с Брюсом Уиллисом в главной роли. Дерьмо, я звонил Луизе в два часа утра, и разговор длился три минуты. Нажав на проигрыватель, услышал свой пьяный и ее сонный голоса. Сначала я объявил, что она самая проблемная девушка, которую я когда-либо встречал. Чем дальше, тем хуже. Последовали оскорбления в весьма нелестных формах, а Конноли все не бросала трубку. Зачем она слушала меня до конца, пока я не прокричал: «Ты рушишь все, к чему прикасаешься, непутевая лживая сука!» и не оборвал звонок. Я боролся с желанием выбросить телефон, да лучше себя побить за этот идиотский поступок, но лишь со всех сил ударил по рулю. Оскорбил Чебурашку, обвинил во всем, хотя она и правда пыталась спасти всех, не причинив вред. Да, она совершила ошибку, но я решил наказать ее наравне с Дамиеном, а она даже не общалась с ним. Баранья башка, Гаррет Донован! К чему тебе запечатленные в памяти печатные тексты и разные тактики игры в баскетбол, когда ты не можешь запомнить то, что нельзя опускать или задевать хороших девушек. Я вышел за рамки приличия, ведь я уважаю ее, но обошелся хуже, чем с Рэйчел, которая рассовала по моим карманам наркоту, а потом строила из себя мученицу. Полчаса спустя я притормозил у ее дома и выскочил из машины, завидев неторопливо шагающего по газону Саймона. – Ты опоздал, если тоже намеревался украсть мою сестру, – выдал он, крутя в руках бейсбольный мяч. – Я иду с друзьями на игру. То есть, спешу, бежать пора. – Садись, подвезу, а ты расскажешь мне про «тоже». Куда и с кем она пошла? Мальчишка жевал вафлю со сгущенкой. Похоже, характерная для Конноли черта – страсть к сладкому. – Приехал парень, гонялся за ней с криками: «Лу, приготовил тебе сюрприз! Пора выходить!» Сумасшедший, как по-моему. Разорался, я схватился за метлу, чтобы грохнуть его, Лу отговорила, он оказался ее другом. – Как зовут? Джефферсон? Упитанный кудрявый и пузатый, точно купидон. – Нет, – протянул парнишка, выглядывая из окна. Еще одна общая черта – вечно занимаются созерцанием окружающей среды. – Хлыщ, такой весь в геле и белых штанах. У тебя есть белые брюки? Кто же их носит, испачкаешь в два счета, так? – Дэвид Сандерс, – прорычал я, на что Саймон поддакнул. – Он самый. Лу назвала его один раз по имени. Я никак не мог вспомнить. У него солнцезащитные очки с узорами! Младший брат Луизы расхохотался, я присоединился к нему, представив Сандерса в белых брюках и в нелепых очках. – Спасибо, что подбросил. Короче, они уехали веселиться. Точно, Лу просила передать тебе, чтобы ты забил на вчерашний звонок. Она забила. Или сказала, что забыла. Не важно. Ни Люси, ни Остин не были в курсе о местонахождении их подруги. Пф, еще называют себя лучшей подругой и информатором. Появилось подозрение, что оба знали, но не собирались делиться со мной. Хотя, с чего бы им раскрывать, где «веселится» их подруга, скорее всего им известно, что я накосячил. Если вы составляете список дел и оставляете одно из них недоконченным, вас мучает совесть, так? То же происходило со мной до утра понедельника, пока я не припарковался и направился в класс испанского, на урок с Конноли. В длинном бирюзовом сарафане в горошек она притягивала взгляд каждого парня в кабинете. До начала урока оставалось пять минут, и я подошел к ней. – Утречко, Гаррет! Фу, Дэвид Сандерс сидит по правую сторону от Луизы и перегнувшись через стул, что-то шепчет ей на ухо. Какой нормальный парень здоровается словом «утречко»? Наглая рожа, тебе пойдет на пользу след от моего кулака. Я проигнорировал его и обратился к девушке, которая спокойно смотрела на меня. – Луиза, мы можем поговорить наедине? – Но сейчас урок испанского, – вклинился Сандерс, будто кто-то интересовался его мнением. Выбить бы пару отбеленных зубов, желательно передних. – Не груби Дэвиду, – попросила она обычным голосом. Ни обиды, ни упрека. – Пустяки, Гаррет. Тот звонок и твои слова и выеденного яйца не стоят. Вот, она не дала мне возможности извиниться, прямо заявила, что ей плевать на все, что я о ней думаю. Дело не в моем израненном самолюбии, мне действительно совестно, что я оскорбил ее. – Для меня стоят. Я не должен был отыгрываться на тебе. Прости. Она равнодушно кивнула, отвернулась к Сандерсу. Тот лыбился мне и протягивал девушке листок. Я представил, как одним ударом заставляю его шикарную скулу поцеловаться с деревянной поверхностью парты. Только дай мне повод, павлин, я устрою все. Превосходно, я веду себя как самый настоящий примат. Решать все с применением физической силы, не рассчитывать на ум – деградация. Будто что-то выбило механизм, который работал на автоматизированном уровне. На большой перемене Рамона заверещала о списке успеваемости за месяц. – Народ, вы помните, зачем ходите в школу? Прикиньте, есть не только спорт, школьное радио и драмкружок со сценой, оказывается, нас оценивают преподы! А в реале – попяльтесь на доску, кто в топе – желаю удачи! Пусть вас не сожрут те, кто в конце списка. Помните фильм про зомби, где, съев мозги, мертвяк видит все воспоминания обладателя этой жижи? Остерегайтесь двоечников, берегите лелеемый вами орган! Я не сомневался, что мои оценки выше среднего, что мой GP годен для поступления в хороший университет, потому неспешно прошелся по всем предметам, где почти в каждом на первом месте стояла Конноли. Семь из семи, ее рейтинг идеальный. По шести дисциплинам я стою в первой десятке, но когда дело дошло до английского, мне пришлось повозиться с поиском своей фамилии. Угадайте, где я ее нашел? Я предпоследний в общем списке. – Мисс Поуп, почему мои оценки в этом месяце разительно снизились? – потребовал я от худощавой очкастой училки, вечно прячущуюся за объемными томами книг. – Насколько вы старались, получили заслуженную тройку, – пропищала она, указывая на свою тетрадь. – Вы не сдали мне эссе, не составили художественный портрет Тома Сойера, а поэма, которую вы прочли нам, была исполнена ужасно. Монотонным голосом перечитываете с потолка всю поэму, убивая всю ее красоту! К сожалению, если вы в следующем месяце не получите твердую пятерку, у вас снизится уровень GP. – Дайте список, все выучу, – процедил я, а мисс Поуп поспешила скрыться за страницами исписанного журнала. В конце учебного дня, до начала тренировок, я постучался в дверь директорского кабинета. Мистер Тернер хмурился все больше с каждой моей фразой, углублялся в свои мысли, после чего потребовал, чтобы я сообщил имена всех, кто замешан. Я ответил, что все подстроил Дамиен, а Рэйчел и Луиза лишь свидетели. Директор пообещал, что после расследования и допроса примет строжайшие меры, ибо никто не вправе порочить имена его учеников, также портить имидж школы. С этой недели мы поменяли расписание в спортзале: болельщицы снова репетируют после женской баскетбольной команды, а те приходят сразу после нас. Первые три дня изучали новые финты и комбинации, чтобы больше противники не предугадывали наши действия. В следующую среду «Амазонки» играют против «Дерзких мышек», и, как я и обещал, предложил им полчаса каждый день с нашего времени. – А давайте играть вместе? Устроим показательный матч? – загорелась идеей Эмили, и следующие два дня мы делились спортивным опытом. Дела пошли лучше, когда мы не видели друг в друге соперников и рассказывали о своих секретных приемах, как избежать фолов или улучшить технику дриблинга, способы борьбы за отскок от щита и преимущества треугольного нападения от передачи в тройках. Я не терял физическую форму, но какая-то частичка разума плыла далеко от тренировок, веселья и учебы, не собиралась успокаиваться, потому что испытывала муки совести. «Зачем ты обидел Луизу?» – вопрошала она замогильным голосом. А та вовсе не казалась задетой или расстроенной. Собрала шумную странную компанию за шестым столом: своих друзей Остина и Люси, которые раньше предпочитали не видеть друг друга за ланчем, вечно сияющий Джефферсон, Эмили с Линди, неразлучная парочка, ставшие подругами Конноли, Эдвина Адамс, появляющаяся на пятнадцать минут с любимым блокнотом, Рэймонд, местный шут, на пару с Остином веселивший всю компанию, и наконец, раздражающий Сандерс, прилипший словно банный лист к Луизе. Что ему от нее нужно, что он не отстает ни на шаг? Я предпринял еще одну попытку извиниться, но Сандерс тут как тут появляется из ниоткуда и увлекает ее за собой непонятно куда. В общей сложности, Конноли я встречал за эту неделю всего четыре раза, только дважды она посмотрела на меня. В пятницу директор позвал к себе в кабинет, чтобы поделиться новостями: Дамиена исключили. Мои обвинения подтвердили две девушки, что, в конечном счете, доказало, что ублюдок не достоин окончить нашу школу. Сам он больше не появлялся на территории школы, да и на вечеринках его не было видно. Ну и скатертью дорога! Пятничные тренировки закончились раньше времени, и я вышел к автомату, чтобы купить минеральную воду, а на обратном пути почему-то потянуло в сторону доски почета. Под именем Конноли все еще стояла надпись «Чебуратор». Мда, похоже, Луизе и правда плевать на все, раз она не поменяла ее. По необъяснимой причине кольнуло в груди, я проигнорировал этот факт и хотел отвернуться, как наткнулся на странное раскрашенное фото. Мою голову увенчала корона из вертикального ряда бананов с кожурой, еще по три торчало из подмышки, и вместо «Гаррет Донован, капитан команды «Уорриарс»» написано «Гаррет Донован, капитан-орангутанг». Я отошел на пару шагов, полюбовался трудами Лу и расплылся в улыбке. Впервые за неделю я почувствовал облегчение. Раз она разрисовала мое фото, не все потеряно. Прохлопав все происходящее вокруг, я торопливо переоделся и покатил к дому Конноли. Надеюсь, сейчас Сандерс не с ней. Плевать, если что запихну его в пикап, Саймон поможет, потому что тоже недолюбливает хлыща. Когда я припарковался, заметил Луизу собственной персоной с дорожным рюкзаком на плече, расхаживающую по тротуару. Она посматривала на часы, спешит куда-то. – Ты что забыл здесь? Не нравится мне неэмоциональная Чебурашка. Она с дальнего расстояния кажется все такой же жизнерадостной, полной хлопот и довольной всем, а вблизи вся иллюзия, видимость радости испаряется. Как я раньше не видел? – Подвезти? – отлично, ничего глупее не смог ляпнуть. Она покачала головой, отошла и достала телефон. – Служба такси? Да, через сколько? Я опоздаю на регистрацию, не могли бы отправить другой? Спасибо. – Куда едешь? – день правильных вопросов, мать его. Чего ты тупишь? – К бабушке, в Орегон на выходные. Все, узнал? Пока, Гаррет. Отвернувшись, она уверенная в том, что я последую ее совету, не обращала внимания, пока я не преградил ей дорогу. – Позволь мне отвезти тебя в аэропорт. Это меньшее из того, что я могу сделать. – Гаррет, – Луиза неискренне рассмеялась. – Отстань, все в порядке. Я не нуждаюсь ни в твоих извинениях, ни в помощи, поэтому прошу, просто оставь меня в покое. – До аэропорта, – повторил я. – Нельзя опаздывать на регистрацию, – решил я сыграть на ее пунктуальности. – Мало ли, может, тебя подведет с такси ненадежное агентство. Где их раскопала? – Не уйдешь, пока я не сяду в такси? – усталым голосом спросила она, перевесив рюкзак на левое плечо. – Дай мне, – я бесцеремонно отобрал рюкзак. – Не уйду. Хочешь, чтобы отстал – садись в машину. – Ладно, поехали. Она плюхнулась на соседнее сиденье и отвернулась к окну. Ну, отвезу я ее, и что выйдет? Выпорхнет, едва я остановлюсь, улетит. В два счета сформировалась целая стратегия, как заслужить прощения Лу. Все просто – нельзя ее отпускать. Когда я резко повернул в противоположную от аэропорта сторону, Конноли встревоженно оглянулась. – Куда ты? Я же отчетливо сказала, что мне нужно в LA International. – Я тут подумал, – протянул я скучающим тоном, – не прокатиться ли до Орегона?