Добиться девушку, любым способом

***

      Очередная встреча шиноби из кланов Учиха и Сенджу закончилась кровопролитной битвой. Со всех сторон слышалось звонкое клацанье мечей, сыпались названия мощных техник, маты и предсмертные стоны. Куда ни глянь были мертвые тела шиноби в лужах крови. И в такую передрягу и попала Мадара со своим младшим братом и отцом. Это, конечно, для неё не первая стычка с врагами, но как ни крути помирать не хотелось. Девочка предпочитала находится недалеко от брата, чтоб в случае опасности она смогла защитить его. Мимо пролетали кунаи и техники противников; Мадара с лёгкостью уклонилась от них. Вот перед ней появился вражеский воин. Брюнетка перехватила катану поудобнее, взмахнула и рывком проткнула противника. Потом Химе Учих побежала в самую гущу событий, попутно уклоняясь от летящих в неё кунаев и отражая атаки врага. Сенджу, видимо, видели в ней лёгкую мишень, но те, кто нападал на Мадару, оставались либо без рук, либо без жизней. За эти два года она убила на подобных стычках где-то больше сотни вражеских шиноби, уже имея собственное кладбище убитых противников.       Мадара заметила, как в сторону Изуны полетел кунай со взрывной печатью. Она рванула в сторону брата, схватила за шиворот и отпрыгнула на безопасное расстояние. Прогремел взрыв. — Спасибо, — произнёс Изуна, смотря на сестру. — Не зевай! — произнесла девочка, пригнувшись, и тут же у неё над головой пролетели три куная, — Я не хочу потерять ещё одного брата! — Договорились! — улыбнулся Изуна и проткнул вражеского шиноби, который чуть не атаковал Мадару. Девочка удивлённо посмотрела на брата. — А я не хочу потерять сестру!       Брюнетка усмехнулась. Они кинулись в очередной бой, хотя слегка выдохлись. Эта битва длилась с утра до вечера. Мадара и Изуна слегка устали, но взять передышку им никто не даст. Брюнетка неплохо пользовалась огненными техниками и холодным оружием. Да и Изуна не далеко от сестры ушёл в этом. Какому-то шиноби удалось задеть его, за что ему в горло прилетел сюрикен. Они стали искать главу клана. Но пробравшись к эпицентру всего этого, они увидели своего отца в бою с главой враждебного клана. Таджима и Буцума сражались на равных и к ним даже близко боялись приблизиться. Мадара завороженно смотрела на их бой, она хотела превзойти отца. Но на войне нельзя отвлекаться и терять бдительность. В следующую минуту с ближайшего дерева что-то блеснуло и врезалось в землю рядом с ней. Бинты, что были на голени Мадары, начали быстро краснеть, впитывая в себя алую кровь. Она быстро сложила печать: — Катон: огненный шар! — и из её рта вырвался пылающий шар средних размеров. Он стремительно полетел в того несчастного, что запустил в неё кунай. В воздухе запахло горелой плотью.       Таджима только сейчас заметил своих детей. — Что вы здесь делаете? — спросил он, отражая катану Буцумы. — Отец, — крикнула девочка, — нужно отступать! — С чего ты это взяла, Мадара? — задал новый вопрос Учиха старший. — Часть отряда мертва, остальная либо ранена, либо устала! — заявила она, — Если не отступим сейчас, то есть вероятность, что нас всех перебьют!       Ещё несколько минут Мадара и Изуна видят бой своего отца, после чего Таджима оказывается в один прыжок рядом с ними и приказывает отступать. Шиноби из клана Учиха хватают своих тяжело раненых товарищей и уносят ноги в направлении территории клана. Таджима, Мадара и Изуна уходят с поля боя последними. К уставшему Буцуме подбегает один из командиров. — Мы не собираемся их преследовать? — спросил он. — Зачем? — спросил глава клана, — Мы понесли потери не меньше их. Берём раненых и возвращаемся. — Да! — произнёс шиноби и исчез.       Буцума со вздохом вложил клинок в ножны и, присев на отдых, подумал: «И почему Хаширама не умеет отступать когда это нужно, так как эта девчонка?»       Как только отряд Учиха вернулся в поселение, то их сразу же окружили медики клана, в которых была Кэмеио, мать Яномори. Мадара и Изуна смогли выскользнуть из этой толпы. Они добрались до своего дома, а затем и до комнаты девочки. Хотелось три вещи: есть, спать и смыть с себя кровь и пот. Они сняли защитные доспехи и облегчённо вздохнули: носить на себе такую тяжесть целый день испытание ещё то. Мадара сняла бинты с повреждённой ноги и осмотрела рану. Она была неглубокой, но болезненной. И ещё длинною в одиннадцать сантиметров наискось. Изуна посмотрел на сестру. — Почему ты не осталась там? — спросил он, — Эту рану бы залечили очень быстро. — Это всего лишь царапина, — отмахнулась она, — у медиков есть дела поважнее таких пустяков. Тем более, мы и сами сможем с ними справиться, — улыбнулась брюнетка. — Сами? — переспросил Изуна. — Ага, — ответила она. — Принеси пожалуйста холодной воды, чистые бинты и саке. — Я понимаю зачем тебе вода и бинты, — произнёс мелкий, — но зачем тебе саке? — Продезинфицировать рану, — произнесла она. — Ага, — Изуна выбежал из комнаты сестры.       Мадара не владела целебными техниками, как её бабушка и мама, но сделать обычную перевязку она могла. Химе Учих не любила дергать кого-то по пустякам и обычно с такими ранами да порезами предпочитала работать сама. У бабушки и остальных медиков сейчас и так много пациентов с куда более серьезными ранениями, чем у неё; есть и те, кто одной ногой уже в могиле, но никак спокойно отойти не могут. Кэмеио порой получалось их спасти, но большинство умирали. Мадара вздохнула и подошла к небольшому комоду. В комнате стало более просторно, когда она вернула большую часть книг в архив и библиотеку клана. Достав небольшое полотенце, она вернулась на футон. В коридоре послышались шаги и в дверном проеме показался Изуна. В одной руке он держал небольшой деревянный таз с водой, в другой бинты и маленький сосуд с саке. Изуна положил все три предмета перед сестрой и расположился на футоне рядом с ней. — Знаешь, — произнёс брюнет, — когда проходил мимо прислуги, то они так странно на меня посмотрели увидев это, — он кивнул в сторону саке.       Мадара рассмеялась и сказала: — Потому что рано тебе ещё пить. А впрочем не суть.       Девочка взяла полотенце и обмакнула его в воду. Она оказалась на удивление тёплой и оттого успокаивающей. Брюнетка стерла засохшую кровь с ноги и показала пальцем на небольшую коробку, которая находилась в углу комнаты. Изуна понял, что надо его сестре, и, поднявшись с места, направился в угол комнаты. Он достал пачку ваты и вернулся обратно. Мадара оторвалась небольшой кусочек белой материи и открыла сосуд с саке. Девочка обмакнула вату в саке и глубоко вздохнула. — Неужели это будет так больно? — спросил Изуна, когда Мадара приложила вату к ране и скривилась. — Я на твою реакцию посмотрю, — произнесла девочка, — когда твои раны буду обрабатывать.       Изуну аж перекосило от такого заявления. Химе Учих усмехнулась продолжая разбираться со своей раной. Закончив дезинфекцию, она аккуратно перебинтовала ногу и хитро посмотрела на брата. Тот, поняв, что пришло его время обрабатывать раны, попытался смыться. Но увы — безуспешно. Сестра схватила Изуну за шиворот мёртвой хваткой. — Да прекрати ты вырываться! — буркнула девочка. — Тебе уже девять лет! — Я знаю твои методы лечения, и они мне не нравятся! — не унимался мелкий. — Дай хотя бы промыть рану! — произнесла она.       Изуна недоверчиво посмотрел на сестру, но все же смирился со своей участью. Он закатил рукав на раненной руке до самого плеча. Порез был небольшой, по сравнению с порезом Мадары. Девочка быстро промыла рану и аккуратно забинтовала её. — Я не понимаю, почему ты так этого боялся? — спросила брюнетка. — В прошлый раз, когда ты залечивала мои раны, я чуть ноги не лишился, — ответил Изуна. — Тогда я плохо знала, что надо делать, — начала оправдываться брюнетка. — Это было два года назад! — заявил мелкий. — Я же говорю, — произнесла Мадара зевая. — Так, все… я устала и хочу спать, так что иди к себе. — Неа, — отрезал он. — Изуна, тебе девять лет, — устало повторила Химе Учих, убирая все вещи принесённые братом, — так что марш к себе. — Я тебе это ещё припомню, — обиделся мелкий, но все же подчинился.       Мадара затушила свечи, которые горели по их приходу. Добравшись до подушки она мгновенно заснула.       На следующий день был ливень. Он шёл весь день. Мадара любила дождь, хоть и была принцессой огненного клана. Он успокаивал её, но в такую погоду нельзя было выйти на улицу. Мадара и Хаширама договорились сегодня встретиться. Хотя с такой погодой видимо встреча переносилась на завтра.       Девочка проснулась от шума дождя на удивление рано. Она так вчера и не смогла переодеть клановский походный плащ и уснула в нём. Брюнетка несколько минут смотрела в потолок, после чего поднялась на ноги и потянувшись подошла к дверям, ведущим во внутренний сад. Мадара раздвинула седзе, впуская в комнату свежий воздух. Увидев дождь, Учиха сначала улыбнулась, но вскоре приуныла, ведь сегодня она не увидит Хашираму. Мадара сама удивлялась своему поведению, когда думала о нем. Может уже просто привязалась к нему, но не более. Хотя брюнетка сама не могла отдать отчет о своих чувствах и даже не пыталась этого сделать.       Мимо проходила служанка и девочка попросила её набрать ванну. Та улыбнулась, сказала что сейчас всё сделает и ушла. Мадара вернулась в комнату и подошла к большому зеркалу. Мда, видок у неё был ещё тот: волосы были взъерошены сильнее обычного, липкие и с засохшей скомканной кровью, одежда помятая и вся в кровавых пятнах, грязи, пахла потом и в кое-каких местах порвана. — Ужас! — заключила брюнетка.       Она даже не смогла понять, как заснула в таком виде, да ещё и с больной ногой. Куноичи посмотрела на бинты, которые были на раненой ноге. На них находились маленькие кровавые пятна. Девочка вздохнула. Надо привести себя в порядок, а потом можно и поесть. Сегодня даже тренировка и практика с огненными техниками не светит, а это значит, что будут скучные предметы вроде: истории шиноби или классической литературы, которую она читала еще несколько лет назад. Сейчас же ее интересовали более взрослые и новые вещи, а учителя уже не могли чему-то научить Мадару. Она знала больше их. Химе Учих даже не заметила, как в комнату вошла служанка. — Молодая госпожа, — позвала девушка, — ванна готова, — но ответа не последовало. — Госпожа? — Что? — от внезапности Мадара аж подпрыгнула на месте. — Ванна готова, — повторила служанка. — Спасибо, — улыбнулась брюнетка.       Девушка поклонилась и покинула комнату. Мадара направилась к комоду и достала из него свою повседневную одежду. Выйдя на веранду, она закрыла дверь и отправилась в сторону купальни. Её не мог не радовать тот факт, что она разделена на две части. Зайдя на женскую половину, она аккуратно положила чистую одежду. Раздевшись, девочка отправила всю грязную одежду в угол, сняла бинты и зашла в горячую воду. Рану начало слегка щипать, да и нога всё ещё побаливала. Мадара сидела в воде, положив подбородок на колени, и о чём-то думала. В голове всплывали моменты из вчерашнего боя. Она запоминала лицо каждого своего убитого врага. Но девочка всё ещё не могла пробудить свой шаринган и это расстраивало. Мадара вспомнила бой своего отца. Брюнетка понимала, что ей до Таджимы ещё далеко. Она поставила себе цель превзойти отца, стать сильнейшим воином клана. И она исполнит своё желание несмотря ни на что. Ну, а пока нужно привести себя в порядок.       Мадара провела в ванной примерно полтора часа. За это время она несколько раз погружалась целиком под воду, сумела смыть с волос кровь и грязь, а еще чуть не уснуть. Приведя себя хоть в какой-то порядок, брюнетка с чистой совестью выползла из ванной. Одевшись, она направилась в свою комнату, попутно вытирая волосы. День обещал быть скучным. Утешало одно, завтра она сможет посоревноваться с Хаширамой.       На следующий день было солнечно, но сыро. На этот раз Мадару разбудил Изуна. Все-таки он не может дуться на сестру дольше одного дня. Завтрак проходил спокойно. Мадара и Изуна уже второй день не видели ни отца, ни бабушку. Таджима был занят делами клана, впрочем, как и всегда после каждой стычки с шиноби из клана Сенджу. Кэмеио была занята ранеными. Дети к этому уже привыкли. Мадара посмотрела на брата. Она, по большей мере, дома была только утром и вечером, а остальное время проводила с Хаширамой. У Изуны сегодня будут устные и письменные уроки, а еще практика некоторых огненных техник. Мальчик замечал, что сестра довольно часто покидала поселение и пропадала за его пределами чуть ли не весь день. Да и не он один. Многие Учихи замечали отсутствие дочери главы клана. Заподозрить её в чем-то они не могли, слишком юна. Изуна спрашивал Мадару о ее вечных уходах не ясно куда, но та мило улыбалась и отвечала, что уходит тренироваться подальше в лес, чтоб лучше сконцентрироваться. И это было чистейшей правдой, только вот она не упоминала, что тренировалась не одна.       Спустя полчаса брюнетка шла по знакомым местам к реке.Трава и земля были сырыми после вчерашнего дождя. Нога всё ещё очень болела. Девочка не обращала на это совсем никакого внимания. «И не такое терпела», — подумала Химе Учих, выходя к реке. Там уже ждал Хаширама. После того инцидента с помолвкой шатен начал подкалывать свою подругу; и сегодняшний день не прошёл без этого. — Привет, принцесса! — Я не принцесса! — сразу же разозлилась Мадара, — Забудь уже про тот случай. Я не боюсь пауков. И кимоно не ношу… — Значит и этого не боишься? — сказал он, доставая огромного паука. — Что это? ПАУК?! — глаза брюнетки расширились от ужаса. Она шарахнулась от своего друга: — Не приближайся ко мне с этой гадостью в руках! — заявила девочка. — Ты же сказала, что не боишься пауков, — произнёс Хаширама, приближаясь к подруге с хитрой улыбкой. — Стой где стоишь, — предупреждающе произнесла девочка.       Да, пауков Мадара до смерти боялась, ещё с трёх лет, но почему именно — уже не помнит. Когда же Хаширама был в паре шагов от неё с этим «исчадием ада», она рванула в сторону. Шатен кинулся за ней, так и не выпустив несчастное существо из руки. Они начали играть в догонялки по всему берегу. Химе Учих не обращала внимания на больную ногу. Сейчас она была занята другим важным делом: посылала в шатена все проклятья и маты на всех языках, которые только знала, и на ходу придумывала новые. Мадара улепётывала как могла, но Хаширама не отставал, да и больная нога девочки давала о себе знать. Когда шатен уже практически нагнал её, она приняла самое разумное решение: резко метнулась в сторону леса и прыгнула на ближайшее дерево. Мальчишка даже не подумал отстать от своей подруги. Он рванул за ней и через пару секунд скакал уже по веткам дерева. Бедный паук, у него уже и сотрясение мозга было, и инфаркт. — Мадара, стой! — крикнул слегка уставший шатен. — Пока у тебя в руке эта тварь не остановлюсь! — крикнула за спину девочка. — Ты же сказала что не боишься пауков! — заворчал Хаширама. — Так чего убегаешь? — Не приближайся ко мне с этой тварью в руке! — продолжала девочка.       Брюнетка прыгнула на следующую ветку, но как-то неудачно. Ветки после вчерашнего дождя были мокрыми, Мадара прыгнула на одну из них и нога в сандалии соскользнула. Девочка не удержала равновесия и полетела вниз. Хаширама, гонявшийся за ней, чертыхнулся, бросил паука и рванул спасать свою подругу. Брюнетка не сразу поняла, что происходит, но когда все же сообразила, было поздно. Пока играли в догонялки, они забрались на верхние ветки деревьев. Падение с такой высоты для взрослого шиноби обходилось лишь ссадинами или легким переломом, но для детей — от перелома, до гибели. Мадара мысленно составила завещание, простилась с близкими и была готова отправиться на тот свет, как вдруг Хаширама в воздухе схватил её и прыгнул на ближайшую ветку. Девочка удивлённо посмотрела на своего друга и только сейчас поняла, что шатен держит её на руках. — Вот сейчас ты меня реально напугала, — проговорил Хаширама, смотря вниз.       Брюнетка посмотрела туда же и мысленно определила возможные повреждения. — Кстати, — произнёс он, девочка посмотрела на своего друга, тот в свою очередь смотрел уже на её ноги, — когда ты успела пораниться?       Мадара посмотрела на ногу, бинты на которой уже были окровавлены, а сама конечность сильно болела. Химе Учих уже жалела, что не обратилась к медикам клана. И как она в таком состоянии до дома дойдёт? — На одной из недавних тренировок…— солгала девочка и тут же добавила: — И может ты меня уже отпустишь? — Неа! — ответил Хаширама. — И что это значит? — спросила брюнетка. — В таком состоянии? — изумился шатен и посмотрел на подругу, — Если я тебя отпущу, то ты точно продолжить свой полёт. Пошли залечивать твои раны.       После этих слов он прыгнул со своим грузом на другую ветку, в сторону реки. Хотя весил груз не как пушинка, а примерно тридцать с чем-то килограмм. Брюнетка в общем-то не сильно сопротивлялась. Она прекрасно понимала, что у неё либо растяжение на ноге с порезом, либо ещё что-то и поэтому ходить не может. Правда было непривычно, что тебя таскают на руках. Добрались до берега они очень быстро. Хаширама спрыгнул на землю, всё ещё держа Мадару на руках, и пошёл к реке. Он не остановился у воды, а отправился на середину к огромному камню. Аккуратно посадив девочку на эту глыбу, парень начал осматривать бинты. — Так-с, — произнёс шатен, — для начала осмотрим, а потом залечим. — Ты что — врач? — спросила девочка. Если он не умеет лечить, то надо отказаться от его услуг доктора, ибо нога была ещё нужна. — До великого медика мне ещё далеко, но с порезом и растяжением справиться смогу, — заверил подругу Хаширама и с серьезным выражением лица принялся снимать бинты. — Думаешь, растяжение? — решила уточнить брюнетка, недоверчиво посмотрев на друга. — Ага, — кивнул тот, не отрываясь от своего занятия.       Когда он снял бинты и протянул их брюнетке, то стал очень внимательно изучать рану. Пять минут Хаширама просто тупо пялился на порез. Он пытался сообразить с каким именно оружием тренировалась брюнетка. — Ладно, — протянул мальчик и приложил ладонь к порезу.       Мадара от боли зажмурилась и закусила губу; и тут боль постепенно стала утихать. Девочка открыла глаза и посмотрела на ладонь Хаширамы. Та светилась от медицинской чакры, а рана начала затягиваться. За пару минут пока проходил этот процесс они ни слова не сказали друг другу. Хаширама сосредоточился на лечении, а девочка погрузилась в свои мысли. К концу всего этого брюнетка не ощущала боли и чувствовала свою ногу. Рана затянулась и даже шрама не осталось. — Ну вот и все! — весело произнес Хаширама и шлепнул по тому месту, где ещё десять минут назад у девочки был порез.       Ответная реакция последовала сразу. Мадара резко дернулась и заехала коленом своему другу в челюсть. Мальчик ойкнул и упал на спину, но тут же поднялся и сел. Он посмотрел на подругу и улыбнулся. — Ну вот, — протянул Сенджу, — уже и нога прошла. — Да, — улыбнулась брюнетка и посмотрела на шатена, — у тебя есть все шансы стать прекрасным медиком. — Надеюсь, — произнёс шатен и тут же резко подпрыгнул. — Вспомнил! — он начал рыться в карманах и вскоре достал маленький свёрток. Хаширама протянул вещицу брюнетке.       Девочка взяла его и непонимающе посмотрела на друга. — Что это? — спросила она. — Э-э-э, подарок, — неуверенно произнёс Хаширама.       Мадара с интересом начала разворачивать свёрток. Внутри оказался чёрный кулон в оправе из белого металла и такой-же цепочке. Она удивленно посмотрела на друга и с восхищением уставилась на кулон. — А в честь чего такой подарок? — спросила она, не отрывая взгляд от украшения. — Ну я тут понял, — начал шатен, — что ты не только боевая девчонка, а еще и красивая девушка.       Мадара еще более удивлённо посмотрела на Хашираму, который в свою очередь улыбнулся ей, тем самым смутив брюнетку. — Спасибо, — произнесла девочка, опустив голову вниз. Волосы упали с плеч и закрыли покрасневшее лицо. — Но до девушки мне ещё расти и расти.       Хаширама засмеялся и взял кулон из ладони девочки. — Повернись пожалуйста и приподними волосы, — попросил шатен.       Брюнетка кивнула и села к Сенджу полубоком, приподняв подбородок и волосы. Хаширама, одев кулон на тонкую шейку девочки, застегнул цепочку. Мадара отпустила волосы и прикоснулась к черному кристаллу. Мальчик встал перед ней и улыбнувшись произнёс: — Ты очень красивая.       Девочка покраснела и отвела взгляд. Шатен взял гальку, что лежала на огромном камне рядом с девочкой. — А знаешь, я решил… — с улыбкой произнёс Хаширама. — И что же? — спросила Химе Учих и с интересом посмотрела на своего друга, потрагивая кулон. — Если я когда-нибудь вырасту и мне придётся жениться, то моей женой станешь ты! — заявляет Хаширама и бросает в воду камень, который тонет. — Если я вырасту и ты мне сделаешь предложение, то отправишься вслед за этим камнем, — спокойно отвечает Мадара. — В полёт? — Нет! С камнем на шее на дно реки! — Ой да ладно тебе, — с улыбкой произнёс Хаширама. — Я тебе обещаю — ты станешь моей женой! — Сначала давай вырастем, а потом посмотрим, — улыбнулась брюнетка. — А давай поспорим, — вдруг произнёс шатен и протянул ей руку. — Когда мы вырастем, то поженимся! — Договорились! — ответила девочка и пожала руку своего друга. — А если всё же ты проиграешь, то я выполню свою угрозу. — Хорошо! — улыбнулся Хаширама и разбил их рукопожатие. — Но я не уверен, что ты сможешь меня победить. — Ты сомневаешься в том что я выиграю? — спросила девчонка, вскочила на ноги и встала в боевую стойку. — Я такого не говорил, — произнёс он и, отойдя на пару шагов назад, вскинул руки в примирительном жесте.       Мадара вздохнула и, сев обратно на камень, опустила окровавленную ногу в воду. Пока кровь не совсем засохла, а значит есть шанс её отмыть. Смыв красную жидкость, она встала на ноги. — Мне пора, — произнесла брюнетка. — Как так, уже? — спросил шатен. — Дел много, — ответила Учиха, — и вообще я надеялась на хороший спарринг, а не на часовые догонялки. — Тогда до завтра? — решил уточнить Хаширама.       Девочка кивнула и повернувшись пошла в сторону своего поселения, попутно прихватив бинты и махнув рукой на прощение. Шатен улыбнулся и направился домой.       Дома он задал Тобираме самый нелепый вопрос. — Почему невозможно понять девчонок?!