In the end

- Отстааань, - тянет Юнги из последних сил, зарываясь глубже в одеяло, - ну отстаааань... - Неа, - ухмыляется Чонгук, хватая за лодыжку любимого хена и выуживая бледное стройное тело из пухлого одеяла, - ты обещал. Юнги бормочет что-то совсем нецензурное, когда лицом проезжается по чуть шероховатой совсем новой простыне, носом цепляется за складку, а уши горят от осознания того, что его сейчас вот как Винни-Пуха за ногу волокут за собой. - Сокджин-хён, спи дальше, - советует Чон, перехватывая Мина на руки и выходя вместе с ним из комнаты. Вслед ему несется приглушенное сонное и даже чуть задумчивое сокджиновское "похоже, пора переезжать к Намджуну". - И вот какого, блять, хрена? - вопрошает грубо Юнги, в своей студии водруженный прямо в одеяле в свое кресло. Волосы взъерошены, уши все еще горят, а глаза мечут молнии, только вот Гуку все равно. Парень закрывает плотнее дверь и смотрит с таким явным обожанием во взгляде, что Мин невольно перестает гневаться. - А потому что ты мне вчера обещал кое-что и не выполнил, - Чонгук делает маленький шажок вперед под настороженный взгляд старшего, а затем еще один и еще, пока не останавливается в нескольких сантиметрах от Юнги, коленками упираясь в подлокотник. - Ты же помнишь, да? Хёёёён? Мин Юнги спешно припоминает, что он там такого кому обещал, что его вытряхивают во втором часу ночи из кровати после утомительного перелета, но, увы, ничего такого не вспоминается. Ему даже чуть-чуть страшно становится, особенно когда взгляд Чонгука ощущается уже физически. Он даже головы не поднимает, так и уставившись в мощные обтянутые черными джинсами бедра младшего, давит в себе абсолютно иррациональное желание пальчиком потрогать сие великолепие, подивиться охрененной твердости и издать восхищенное девчачье "ввааау". "Ввааау" грозит прорваться, но Шуга делает могучее глотательное движение и только прокашливается, наконец поднимая взгляд на макнэ. Зря. Почти черные от неведомых мыслей глаза младшего загадочно поблескивают, а с лица не сходит полусвирепая, полная предвкушения улыбка. Чонгук медленно склоняется над закутанным в одеяло Юнги и тянется к его лицу губами, только чтобы в последний момент мазнуть ими по щеке и прижаться к левому уху, обдавая его горячим дыханием. - Хён, - выдыхает Гук, кончиком языка коснувшись мочки, - ты обещал... Юнги судорожно цепляется за одеяло, не в силах разжать пальцы. Кажется, что все лицо горит адским пламенем, равно как и все внутри него, а этот дьявол только улыбается и прижимается теснее, заводя руку ему за спину и скользя ею по столу позади него. Мин отстраненно начинает припоминать, а не заныкал ли коварный Чон Чонгук ничего из их запасов. Вот бы было ужасно неловко, если бы кто-нибудь из стаффа потом это все бы в студии обнаружил. Правда вот вместо надлежащего ужаса старший сейчас чувствует только возбуждение и предвкушение, от которого покалывает в кончиках пальцев, а низ живота сводит от желания. Юнги уже даже не против, что его разбудили, подняли и принесли сюда, только вот... - ... послушать то, что я сочинил, - заканчивает фразу макнэ и щелкает клавишей, запуская трек. Мин Юнги клацает зубами под бит и чувствует невероятно острое разочарование. - Я тебя убью... to be continued...