Paint it black

У Брэдли Мартин – невыпитый виски, остывший чёрный кофе и жизнь под откос. У Дилана – примерно то же, только в кофе на чайную ложку сахара больше. Брэдли Мартин, если судить общими человеческими категориями, везёт, правда, с оговоркой: у неё собственная комната, отделанная по-подростковому мило (по маминому вкусу, от самой Брэдли там только принт на постельном белье), любящие родители (какая разница, что хранят грязные секреты, вроде папиной работы на наркодиллеров), замечательные подруги (сплетничающие в туалете) и парень с идеальной репутацией (правда, не любит её). У Брэдли Мартин жизнь кажется идеальной, глянцевой, только, присмотревшись, взвыть хочется: прогнило всё, насквозь. Брэдли Мартин, если быть честной, подруг презирает за их легкомысленную болтливость, ничего не имеющую с суровой прозой жизни, в комнате старается появляться как можно реже и с парнем в последнее время почти не видится – сил притворяться не остаётся. А потом отец погибает. Брэдли Мартин меняется – от глянца остаётся только оболочка, да и та сильно подпорчена воспалёнными красными глазами за огромными чёрными очками и отсутствием косметики. У Брэдли Мартин теперь – ни подруг, ни парня, ни родителей – только боль, объёмом измеряемая лишь миллионами кубометров, и желание отомстить – жгучее, страстное. Дилан Массетт подворачивается как-то случайно на перекрёстке – какая разница, дороги, жизни? – помогает помощь и улыбается так смущённо-мило-искренне, что плакать хочется от облегчения – притворяться нужды нет, можно сидеть вот так, с ним по соседству, потягивать виски безо льда, а потом пить остывший кофе (у него – на чайную ложку сахара больше), и это кажется ужасно правильным, и агония на какие-то спасительные секунды отступает, не душит, не сжимает горло в тиски. Брэдли Мартин больше не глянцевая, она вышибает мозги убийце отца после того, как засовывает язык ему в глотку – её выворачивает в двадцати метрах от дома, в котором тело с дыркой в голове и кровь по всей гостиной. Брэдли Мартин больше не глянцевая – такая она Дилану ближе, роднее, понятнее: с фальшивым паспортом и пустотой в глазах он привык иметь дело куда больше, чем с идеальным макияжем и наклеено-счастливой улыбкой. Брэдли Мартин больше не глянцевая – она пьёт с ним виски безо льда и кофе, что остыл совсем давно. У Брэдли Мартин – сфальсифицированный суицид, крашенные в каштан волосы и жизнь под откос. У Дилана Массетта – наладившиеся отношения с Нормой, надежда, что однажды всё будет хорошо, и виски безо льда давно в желудке. Для Брэдли почти облегчение – костями в могиле, душой наблюдать за миром сверху (суицид становится реальностью, оборачиваясь убийством и безымянной могилой). А у Дилана всё тот же кофе с ложкой сахара и сожаление на донышке сердца.