Освобождение от оков

О чем говорили наедине за закрытыми дверями Маэдрос и Мелиан, так и осталось для Тьелпэ и Лютиэн тайной, однако, когда они, повинуясь призыву, вошли в распахнувшиеся двери тронного зала, королева уже вполне приветливо взирала на принца нолдор, а тот улыбался знакомой Келебримбору ласковой насмешливой улыбкой на пересеченном шрамами лице. - О, а вот и виновники всей этой кутерьмы, - доброжелательно произнесла Мелиан, обращаясь к собеседнику-феанорингу. - А где же ваши братья? - Сардафион вполне достоин доверия, - вежливо ответил Майтимо. - Заверяю вас, королева, что он соберет остальных со всей поспешностью. Словно в ответ на его слова на пороге появился Куруфин. Он был несколько бледен и прятал правую руку в просторном рукаве одежд. Увидев майэ, он сразу понял, кто перед ним, и ровно поприветствовал королеву, но Келебримбор успел заметить в глазах отца мелькнувшую на мгновение надежду. Видно, боль от ожога все еще была мучительной... Тьелпэ вздохнул и сразу почувствовал, как его запястье ободряюще сжимают нежные пальцы возлюбленной. Следом за Куруфином появились непривычно строго одетые Амбаруссар. За ними пришли Маглор с Финродом, причем последний явно был чем-то смущен. Зал постепенно наполнялся. Прибывали и нолдор, и синдар, звучали приветствия королеве, разговоры и кое-где даже смех, хотя общий настрой был, скорее, напряженным, нежели веселым. Один лишь Белег, узрев Мелиан, облегченно улыбнулся и расслабился. Последним появился Келегорм. Вид он имел такой усталый, словно полночи вручную грузил телеги гномьим золотом, но даже Куруфин, который обычно не упускал возможности поддеть старшего и любимого брата, промолчал — в глазах Тьелкормо мелькала задумчивость и отстраненность. - Что же, начнем? - мелодично произнесла Мелиан. - Пожалуй, - Маэдрос кивнул. На этот раз трон короля Дориата остался незанятым. Тьелпэ выслушал гораздо более скупой рассказ Мелиан о времени, проведенном ею в поисках дочери, и навострил уши, когда основные слова были сказаны. - Я прошу, лорд Маэдрос, отправьте кого-нибудь за моим супругом, - попросила королева, после чего едва заметно улыбнулась. - Я обещаю вам, что все пройдет мирно. Майтимо огляделся в поисках своего верного слуги, но тот так и не возвращался, поэтому голос подал Финрод: - Нолмоньяро, ты знаешь, где темницы... Приведи сюда Эльвэ. - А мне его отдадут? - с сомнением уточнил советник. - Вместе сходим, - поднялся Маблунг. - Постой, - нервно подала голос Лютиэн. - А если отец... все-таки затаил зло? - Тем лучше, - твердо произнес бывший начальник стражи. - Пусть уж лучше сразу выскажет мне все, что считает необходимым. Или накажет. - Ну уж нет, такого не допущу я, - заявил Нолмоньяро. - Не для того мы старались сохранить жизни воинам Дориата, чтобы... - Белег, хочешь со мной? - предложил другу Маблунг. Тот кивнул, и начальник стражи повернулся к Нолмоньяро. - Не обессудь, нолдо, но лучше мы сходим только вдвоем. Нам есть о чем поговорить с королем. Мелиан лишь кивнула, проводив их обоих встревоженным взглядом, но долго переживать ей не дали. Даэрон, до этого сидевший тихо, как мышь под метлой, подал голос: - Владычица Мелиан, не соблаговолите ли вы осмотреть Берена, сына Барахира? Целители из нолдор сделали все возможное, и жизнь его вне опасности, но он слаб, а рана его ужасна. - Непременно, - покаянно склонила голову королева. Тьелпэ почувствовал умоляющий взгляд отца и поднял было голову, чтобы попросить мать возлюбленной поработать целительницей, как та сама перевела взгляд на Маэдроса и громко сказала: - Моя дочь Лютиэн сказала, что Камни, которые вы поклялись добыть, приносят вам боль. - Да, - Майтимо кивнул. - Сам я не проверял, ибо уже довольно давно могу держать меч лишь в левой руке, но и Курво, и Морьо, и даже Амбаруссар... - Позвольте мне взглянуть на ожоги, - сказала Мелиан. Майтимо только переглянулся с братьями и пожал плечами. Майэ легко поднялась с места и подошла к Атаринкэ, почти силой заставив его разжать сведенные пальцы. Из груди ее вырвался долгий вздох, после чего она потребовала: - Кто еще испытал на себе эту беду, подойдите... Осматривая остальных феанорингов, королева осталась недовольна: - Нет, так не пойдет. Вы, похоже, и не касались этих Сильмариллов толком. - Нам не хотелось, чтобы весь род Феанаро был одноруким, - неловко попытался пошутить кто-то из близнецов. - Я почти уверена, что сумею исцелить, - отмахнулась Мелиан. - Но мне надо видеть, как действует проклятие. Кто возьмет на себя это? Вопрос был не из легких, но Карантир всегда славился решительностью. Чуть присвистывая, он твердо произнес: - Могу я. Я не лусьник, не куснец и не мусыкант. По молчаливому приказу старшего в роду, Келебримбор достал Камни, что так и хранились у него со вчерашнего вечера, и выложил тот самый сверток на стол. Мелиан еще раз грустно вздохнула, глядя на жесткий от засохшей крови платок, но не позволила себе долгих сожалений, осторожно прикоснулась к Сильмариллу сама, оглядела свои неповрежденные пальцы, а потом перевела выжидательный взгляд на Карнистира. Тот занес левую руку над одним из творений отца, помедлил несколько мгновений и, не дрогнув, прикоснулся к обманчиво-безопасным сияющим граням пальцами, а потом, выдохнув, и полностью обхватил Сильмарилл ладонью. Глаза его мгновенно расширились, брови приподнялись, а на разбитой накануне губе проступила кровь — так сильно он прикусил кожу, чтобы удержаться от проявления чувств. - Хватит, - воскликнула Мелиан. Камень выскользнул из руки Карантира, упав уже не на платок, а на белоснежную скатерть. Майэ внимательно осмотрела потемневшую ладонь и с удовлетворением заметила: - Похоже, я догадалась правильно. - О чем вы? - требовательно уточнил Майтимо, глядя на непривычно бледного брата. - Ожог гораздо слабее, чем у лорда Куруфина, - Мелиан задумалась и непосредственно уточнила: - А вы убивали эльдар только в Валиноре? Все собравшиеся будто разом поперхнулись, и в тронном зале Дориата воцарилась напряженная тишина. Первым пришел в себя Маэдрос — как и положено старшему: - Не поручусь за всех, но... В основном, да. - Рассказывайте, - потребовала майэ. - Где были вы, лорд Куруфин, и вы, лорд Карантир, когда разразилась резня в Альквалондэ? - А вот на это я не подписывался, - пробормотал Морифинвэ. Атаринкэ, устав, вероятно, от непреходящей боли, тихо произнес: - Я сражался рядом с отцом. Мы одними из первых прорвались к кораблям. - Многие пали от вашей руки? - безжалостно уточнила Мелиан. - Многие, - решительно подтвердил Куруфин. - Больше жизней оборвали, наверное, только Нельо да отец. В зале воцарилась тишина. Синдар нервно молчали, Даэрон мельком взглянул на Келебримбора и Лютиэн. Принцесса Дориата держала жениха за руку, опустив голову. Нолдор стояли прямо, глядели гордо, но то была лишь видимость — многие, как и Нолмоньяро, чуть прикрыли глаза, зажмуриваясь, пытаясь отрешиться от страшных воспоминаний. - А вы? - перевела взгляд на Карантира майэ. - Со мной были Амбаруссар, - нехотя бросил тот. - Они были совсем юными тогда, и я, скорее, их прикрывал, чем дрался. Тоже, конечно, старался... но до отца мне далеко. - А вы? - Мелиан перевела взгляд на Келегорма. Тот равнодушно пожал плечами: - Я поначалу вел бой издалека — я же лучник. Потом пришлось и меч достать. Нашел Макалаурэ, мы с ним дрались спиной к спине. Но это уже под конец было. Я точно многих ранил, а вот убил — вряд ли многих. Все в бою перемещались... далеко не всегда мои стрелы находили цель. - А есть ли среди вас кто-то, кто был с вами тогда, но не сражался? - окинула внимательным взглядом собравшееся общество Мелиан. - Да, - Финдарато поднялся с места, несмотря на упреждающее движение возлюбленного. - Я пришел в Альквалондэ, когда битва была почти окончена. - Финрод, - улыбнулась ему королева Дориата, - я не сомневалась. А потом ты, конечно, не поднимал оружия на собратьев? - Так я мог бы сказать еще неделю назад, - ровно отозвался король Нарготронда. - Ныне же я не могу так ответить. - Тем не менее, - Мелиан задумалась, что-то прикидывая. - Возьми Сильмарилл, попробуй. - Финдарато, - вполголоса окликнул возлюбленного Макалаурэ, - ты сойдешь с ума от тоски, если лишишься возможности играть. - Лучше так, чем я буду презирать себя за трусость, - бросил Финрод и, чуть перегнувшись через стол, подхватил оброненный Карантиром Камень. Все замерли. Поскольку лицо Финдарато оставалось задумчивым, а не исказилось от боли, Маглор осторожно уточнил: - Ну... как ты? - Я что-то чувствую, - попытался выразить свои ощущения Финрод. - Какое-то покалывание... в кончиках пальцев. Это неприятно, но не больно. - Ты, вероятно, кого-то ранил или задел? - внимательно посмотрела на него королева Дориата. - Возможно, - отозвался владыка Нарготронда. - В бою едва ли можно все отследить. Наверное, так и было. Майтимо давно молчал, а сейчас не выдержал: - Проклятие валар действует тем сильнее, чем больше на руках крови? - Теперь я полагаю, что да, - Мелиан вздохнула. - Я могу убрать боль, если вы испытываете раскаяние... но след от ожогов наверняка останется навсегда. - А если нет? - ровно спросил Майтимо. - Что — нет? - Если я не испытываю раскаяния? По рядам присутствующих синдар пробежал шепоток, впрочем, мгновенно затихший. - Тогда я не стану, - спокойно ответила Мелиан. - Хотя могла бы. Позвольте узнать, лорд Маэдрос, неужто вы и впрямь до сих пор считаете себя правым в том, что совершили? - О нет, - Майтимо слегка улыбнулся. - Я и не говорил о том, что считаю данное свое деяние — правым. То, что тогда произошло... стало трагедией для всех. Для обоих народов. И тэлери, и нолдор. Неужели вы, королева, считаете, что я за долгие годы не задумывался об этом? К тому, что случилось, привело многое... возможно, этого можно было бы избежать... но получилось так, как получилось. Наверное, я должен жалеть, но я не жалею. Не жалею не о том, что оборвал чью-то жизнь — как раз об этом жалею, а о том, что поступил определенным образом. - Это просто означает, что вы свыклись с раскаянием, - немного удивленно отозвалась Мелиан. - Оно стало частью вашей жизни. - Вы правы, - неожиданно встрял Маглор. - А разве могло быть иначе? Мелиан задумчиво обвела взглядом всех феанорингов: - Вы все разные... И причины поступить подобным образом у вас тоже были разными. Что же... вина моих собратьев, вина айнур в равной степени лежит и на мне. Мы тоже виновны в том, что произошло тогда. - Вы-то как раз ни в чем не виновны, - вмешался Келегорм, и братья изумленно обернулись на него. - Неважно, в чем я виновна, а в чем нет, - усмехнулась Мелиан. В этот момент как никогда ощущалась в ней сила создателей Арды, величие и гордость, но вместе с тем и любовь, и сострадание. - На ваших Камнях благословение Варды. Коснуться их безболезненно может лишь тот, чья душа и руки чисты... Я вижу, что ваши души чисты, сыновья Феанора, но не руки. Я смогу излечить ваши тела, и знаю, что это будет правильным. Но Камней, даже принадлежащих вам по праву рода, вы больше не коснетесь. - Это приказ? - с легкой угрозой уточнил Маэдрос. - Это пожелание, - улыбнулась Мелиан. - Второй раз я вас лечить не стану. Возможно, если вам суждено будет когда-нибудь вернуться в Благословенные Земли, вы сможете излечиться от этого благословения и проклятия навсегда. Но не здесь и не теперь. - Похоже, что Камни придется хранить тебе, Тьелпэ, - после паузы Куруфин обернулся на сына. Келебримбор лишь кивнул, чувствуя, как уже его сейчас придавил к земле гнет страшной Клятвы... - Подойдите, - произнесла Мелиан. - И вы, лорд Маэдрос, тоже, хоть и не касались Сильмариллов ныне. Майтимо поднялся, вслед за ним подошли и остальные. - Вы любите друг друга, как семья, как братья? - неожиданно спросила майэ. - Да, - без раздумий ответил Маэдрос. - Да, - произнес Келегорм, переглянувшись с Куруфином. - Конечно, - ответил старший Амбарусса, поглядев на брата-близнеца. - А почему вы спрашиваете? - Потому что никакие силы айнур не способны помочь тем, в чьих сердцах не живет любовь. Когда король Тингол под конвоем Белега и Маблунга вошел в зал, трагично опустив долу взор, как подобает пленнику, атмосфера среди собравшихся царила довольно непринужденная. Маэдрос что-то говорил едва ли не в ухо Мелиан, а та смеялась высоким серебристым смехом — будто колокольчики рассыпала. Лютиэн и Келебримбор перешептывались о чем-то своем, склонив головы друг к другу так близко, что, казалось, еще немного — и они стукнутся лбами. Келегорм о чем-то тихо рассказывал Амбаруссар, а те синхронно кивали, внимательно слушая. Финрод ощупывал пальцы правой руки пальцами левой и отрицательно мотал головой на слова Маглора. Даэрон хмуро поглядывал на арфу, на стуле возле которой растекся алый плащ, поверх которого так же небрежно был сброшен золотистый. Карантир что-то горячо объяснял Куруфину, но тот явно слушал невнимательно, разглядывая руки под столом. Тингол оглядел всю эту мирную компанию и гордо произнес: - Могу ли я узнать, зачем сверженного и преданного короля привели сюда? Белег с Маблунгом возмущенно переглянулись, и глава стражи напряженно сказал: - Вы же говорили, Владыка Тингол, что не держите зла?.. Элу шикнул, чтобы тот не нарушал трагичность момента, и возвысил голос: - Если принято решение казнить меня, то я прошу напоследок дозволить мне поговорить с женой и дочерью наедине. В зале разом воцарилась тишина, в которой удивительно четко и звонко раздался голос Мелиан: - Не валяй дурака, Эльвэ. Неужели ты думаешь, что я бы допустила, чтобы тебе причинили хоть каплю вреда? Тингол приподнял бровь в притворном изумлении и деланно-небрежно коснулся пальцами скулы. «Фонарь», оставленный Куруфином, уже утратил свой синюшно-черный оттенок и теперь переливался фиолетово-бордовыми цветами с изящной прозеленью. Королева фыркнула: - Пройдет. Хотя... могу залечить. - Не надо, - пробормотал Элу. - Залечить — это ты точно умеешь. - А что, скажешь, я была не права? - завелась майэ. Тьелпэ подумалось, что такого раздраженного тона от мудрой и приветливой королевы Дориата сложно было даже ожидать, однако Тингол ответил ей не менее раздраженно: - Права, разумеется. Ты же из рода айнур, можешь быть только правой. Виноваты всегда другие... - Минуту, пожалуйста, - мягко обратилась к Маэдросу Мелиан, хотя тот ничего и не говорил, и в разговор вмешиваться не пытался. - Разумеется, - сварливо добавил Тингол. - Я смотрю, ты уже мне и замену подыскала? А что? Он королевского рода и собою хорош... И ростом мне не уступает. И неженатый, к тому же. Королевой останешься, опять же... - Эльвэ, ты в своем уме? - кротко поинтересовалась королева. У обычно сдержанного Маэдроса, много чего слышавшего в своей жизни, даже глаза округлились от таких речей. - Отец, - Лютиэн вскинула голову и умоляюще посмотрела на Элу, - перестань, пожалуйста, хотя бы сейчас... Тингол несколько сбавил обороты: - И о чем же ты хотела поговорить со мной, королева Мелиан? Мои сопровождающие уже доложили, что меня освобождают согласно твоему приказу. - Я хотела обсудить с тобой твое правление, Владыка Тингол, - в тон ответила майэ. Элу несколько сник: - Первый лембас камнем. - У тебя и второй, и третий — камнем, - едва слышно пробормотала королева, но Тьелпэ услышал и был с ней абсолютно согласен. - Обещаю, в дальнейшем я не совершу столь... опрометчивых шагов, - добавил Тингол, глядя в сторону. - Конечно, - Мелиан улыбнулась. - Ведь в дальнейшем ты все будешь обсуждать со мной. И не только обсуждать, но и принимать во внимание. - А если я не соглашусь? - свергнутый король вновь гордо задрал подбородок. - Эльвэ, я же не предлагаю тебе отказаться от королевского венца, - устало проговорила майэ. - Просто предлагаю по-хорошему. - А если я не желаю по-хорошему? - упрямо возразил король. - Прошу прощения, что вмешиваюсь, - заметил Маэдрос. - Однако, Эльвэ, позволю себе напомнить, что Менегрот контролируется нолдор. Мы уйдем только в том случае, если Дориату ничто не будет угрожать. Нолдор просто не могут позволить народу синдар... загнуться. - Какое благородство, - фыркнул Тингол. - Чем обязаны? - Ну... - Майтимо сделал вид, что задумался. - С вашими собратьями у нас не очень хорошо получилось... В этот раз мы постараемся быть умнее. - Не слушай его, Элу, - торопливо вмешался Финдарато. - Мы пришли сюда из-за Келебримбора. Если ты откажешься от беспочвенных обвинений, мы уйдем. - Откажусь, - Тингол вздохнул. - Мало мне сына братоубийцы в зятьях, так еще и преступника? Пусть уж лучше только сыном братоубийцы останется. К тому же, я уже и сам понял, что ошибся в своих выводах насчет него. Очевидно, что Лютиэн чиста, а я был ослеплен. Финдарато пнул невовремя закашлявшегося Куруфина, сидящего напротив, и улыбнулся: - Я так рад, Элу, слышать от тебя разумные слова... - А уж я, - Куруфин чуть поморщился от боли, но нашел в себе силы вежливо заговорить с королем Дориата. - Нам с тобой породниться придется, но не надейся, Сильмарилла в знак обещания ты не дождешься, хоть и отправил моего сына... - Мы не претендуем, - железным голосом произнесла Мелиан. - Ваши Камни до сих пор никому ничего хорошего не принесли. Надеюсь, краткосрочное их пребывание в Дориате Дориату не повредит. - Как скажешь, дорогая, - вздохнул Тингол. - Может быть, тогда предложите хотя бы сесть? - Садись, - пожал плечами Маэдрос. - А куда? - выразительно поглядел на него король Дориата. - Очевидно, вы не ждали, что со мной удастся договориться? - До чего же ты мнителен, - поморщился Майтимо. - На трон свой садись, чего зря пустует... Тингол брезгливо оглядел трон, потом так же — Маэдроса, но послушался, взошел по ступеням и поерзал, устраиваясь. - Удобный, кстати, трон, - ни к кому не обращаясь, задумчиво пробормотал Майтимо. - Мне всегда подголовников не хватает... - Так для себя же делал, - хмуро буркнул Тингол. - Ну, сижу. И что теперь? - Теперь... - начала Мелиан, но не договорила. В зал вошел торжественно-взволнованный Сардафион и объявил: - Прошу прощения, что вынужден прервать вашу беседу, но в Менегроте гости. - Еще гости? - уныло поинтересовался Элу. - Владыка Финдекано прибыл, - советник метнул на Маэдроса быстрый взгляд и добавил. - С армией. - Мало нам тут нолдор было, - философски вздохнул Маблунг. - Еще одна армия. Где мы их размещать-то будем... - Никто не пострадал? - в свою очередь спросил Белег. - Нет, приняли как дорогих гостей, - отозвался Сардафион. - Дожили, - обреченно пробормотал Тингол. Майтимо поднялся, машинально поправляя венец, расправляя плащ и взглядывая в зеркало на стене. Глаза его блестели, а голос стал взволнованным: - Зови, Сардафион, немедленно. Эльвэ, ты почему без короны?! - В покоях осталась, - пожал плечами тот. Мелиан спешно поднялась и, стянув с головы собственный венец, нахлобучила его на мужа: - Не спорь. Верховный король нолдор здесь никогда не был, откуда ему знать, в каком венце ты ходишь? Куруфин одобрительно взглянул на нее, а Лютиэн улыбнулась — мама, как всегда, оказалась на высоте. Стоило королеве вернуться за стол, как в дверях раздались шаги сразу нескольких эльдар, и на порог шагнул Финдекано. Он был встревожен и сжимал ладонь на рукояти меча, однако, увидев вполне мирное собрание, руку опустил и отрывисто произнес: - Прошу меня простить, что явился в таком виде. Тьелпэ только сейчас внимательнее вгляделся в короля нолдор и отметил, что тот в дорожном платье, в доспехах и серьезно вооружен. Аккуратно сплетенные косы с поблескивающими золотыми нитями были собраны сзади — как для боя. - Финьо, - Майтимо сверкнул глазами и поднялся. - Приветствую тебя... - Лорд Нельяфинвэ, доложите обстановку, - бросил Фингон, метнув взгляд на Тингола. - Да все нормально, - Маэдрос махнул рукой. - Пришли к соглашению. Вместо войны свадьбу будем устраивать. - Думаешь, я не вижу? - Финдекано сощурился. - Сомневаюсь, что король Элу Тингол обычно сидит на своем троне с фингалом, в домашней тунике... и позволяет гостям высказываться поперед него самого. - Так я и говорю, пришли к соглашению... - Мы действительно достигли договоренности, - твердо сказала Мелиан. - Правда, это произошло совсем недавно, и Эльвэ еще не совсем пришел в себя после всех событий, что свалились на него. - А может, я сам что-нибудь скажу? - брякнул Тингол. Все собрание, как по команде, повернулось в сторону трона, и Тьелпэ едва подавил усмешку — большинство взглядов были изумленными. - Мы действительно договорились, - гордо бросил Элу. - И я буду вам благодарен, король Фингон, если вы будете присутствовать на свадьбе моей дочери, которая должна положить конец вражде синдар и нолдор. - Лорд Маэдрос, конечно, смешно высказался, - Лютиэн сидела на бортике фонтана и болтала босыми ногами. - А он всегда в присутствии лорда Финдекано всякую чепуху говорит, - со знанием дела отозвался Келебримбор. - Вы такие... - Лютиэн задумалась и даже замерла. - Такие... простые, что ли... Не только ты и твоя родня, а все нолдор. - Тебе это не нравится? - забеспокоился Тьелпэ. - Да нет... Мне это не нравится, но и не не нравится... Просто иначе, - попыталась объяснить дева. - И это странно. Вот когда я сидела на ваших собраниях, мне казалось, что я не среди венценосных особ, а в караульной у Маблунга. У папы даже простые воины себе такого не позволяют... - А мне кажется, что это глупо, - пожал плечами Тьелпэ. - То есть этикет, конечно, все дела... Но излишние церемонии всё только усложняют. И без того трудностей хватает. - А ты ведь увезешь меня из Дориата, да? - Лютиэн подняла голову. Сейчас она уже не казалась такой строгой и уверенной в себе. Как и тогда, на Великом Орле, она выглядела несколько смущенной и растерянной. - Если ты не будешь против — увезу, - кивнул Келебримбор. - Мы можем жить в Нарготронде. Уверен, король Финдарато будет только рад, да и отцу захочется, чтобы я был рядом. Не думай, он к тебе хорошо относится. Он тебя начал уважать после того, как узнал, что ты сделала то, чего всем дядям не удалось сделать в течение четырех веков. - Они просто не умеют красиво раздеваться, - смущенно фыркнула Лютиэн. - Да, сомневаюсь, что им бы удалось очаровать Моргота, - в ответ хмыкнул Тьелпэ. - Да, он вряд ли бы поддался на ужасные ухаживания принца Келегорма, - рассмеялась принцесса. - Знаешь, тут не все считают так, как ты, - осторожно заметил Келебримбор. - Догадываюсь, - Лютиэн развернулась и опустила ноги в прохладную воду фонтана. - Хуан через ночь приходит к нам с тобой, и я уже поняла, что он так делает только тогда, когда лорда Келегорма нет в его покоях. Надо побыстрее устраивать свадьбу, пока он тут всех не... - Сначала Кархарот, - с легкой тревогой произнес нолдо. - Медлить больше нельзя. Те отряды, что расположились на севере от Менегрота, уже не впервые докладывают о том, что слышали страшный вой. И он все ближе, Лютиэн. Я хотел сначала принести тебе клятву любви и верности, но вести с севера заставили меня переменить мнение. Не завершен еще наш Поход. И я хочу, чтобы ты оставалась свободной, если не доведется мне после Великой Охоты возвратиться. - Вот как? - дева сверкнула серыми глазами. - Если бы я знала, какие думы одолевают тебя, я бы ни за что не согласилась, когда ты говорил об этом на собрании. - Теперь уже поздно, - отрезал Келебримбор. - Сам король Финдекано поддержал меня, и теперь я связан обещанием. - Ох, Тьелпэ, - грустно вздохнула Лютиэн. - А всех нолдор так на клятвы тянет, да? Даже король Финрод умудрился чего-то там такого пообещать Берену, что теперь тот, едва оклемался, требует, чтобы тот исполнил обет и нашел ему девицу, что была в Тол-Сирионе, раз уж я ему не достанусь. - Ну, это явно проще, чем добыть Сильмариллы, - усмехнулся Тьелпэ. - Этому даже дядя Макалаурэ не возражал. - Макалаурэ — это тот, который с королем Финродом? - напряженно уточнила дева. - Я стараюсь запомнить всех своих будущих родственников... но у них слишком много имен. - Да, Макалаурэ — он же Маглор, - кивнул Келебримбор. - Только они это скрывают. - Имена скрывают? - рассеянно поинтересовалась Лютиэн, загибая пальцы и что-то подсчитывая. - Да нет, то, что... вместе, - чуть покраснел Тьелпэ. Принцесса замолчала, загнула еще два пальца и сама себе кивнула, после чего подняла голову и с сомнением произнесла: - Они так скрывают, что за пару лиг видно. - Ты только об этом никому не говори, - фыркнул молодой нолдо. - А зачем говорить о том, что и так все знают? - пожала плечами Лютиэн. - Я просто пытаюсь разобраться. А твой отец где пропадает все время? Он обещал, что поможет со свадьбой, а сам почти не появляется... - Дяде Карнистиру обещал зуб изготовить, - Тьелпэ о чем-то задумался. - Говорит, что ювелирная работа. Меня даже к наковальне не подпустил. И вообще к тебе выгнал. - А кольца? - требовательно спросила Лютиэн. - Сделает и кольца, - махнул рукой Келебримбор. - Но дяде Карнистиру трудно отказать. У него рука тяжелая, и он старше отца. - Угу, - Лютиэн кивнула, явно укладывая новые знания в свою копилку. - А... Тут в укромном уголке сада, где бил фонтан, послышались голоса, и молодые эльдар замолчали. Голоса раздавались все ближе, и вскоре уже можно было разобрать и слова: - Финьо, ну а что я еще должен был сделать? От Эльвэ пришло оскорбительное письмо; я был уверен, что Тьелпэ не вернется из этого, с позволения сказать, похода; и Финдарато написал, что поддерживает нолдор... - Не увиливай, - строго возразил второй голос. - Армию для нападения на Дориат ты собрал раньше, чем получил письмо от Финдарато. Считать я умею. - Но ты и сам привел сюда армию! - Конечно! После того, как ты прислал записку... Нет, письмом это не назвать! Разве что не на бумаге из уборной! …что выдвинулся на Дориат, мне ничего не оставалось, как собирать своих воинов и мчаться сюда же! Даже в Гондолин заглянул по пути! - Гондолин... - голос Майтимо зазвучал презрительно. - Турукано и на Дагор Браголлах вроде как хотел помочь, но... задержался! В общем, придут как раз к проклятию Намо, как обычно... - Там свои... сложности были, - голос Финдекано зазвучал менее уверенно, но быстро набрал силу. - Нельо, я тебе когда-нибудь просто голову оторву! - Не надо, - с явным вздохом проговорил Маэдрос. - Она тебе еще пригодится... - Это зачем? - фыркнул Фингон. - Если по прямому назначению — думать — ты ее не используешь? Маэдрос заговорил что-то, но совсем тихо, и вскоре из-за куста появились и обладатели голосов. Майтимо, склонившийся к уху Фингона, резко распрямился: - Тьелпэ? Келебримбор приветливо улыбнулся, ибо с дядей уже виделся сегодня, а Лютиэн радостно воскликнула: - Доброе утро! Нам уйти? - Да нет, не стоит, - доброжелательно отозвался Финдекано. - Мы отошли, чтобы побеседовать, но не думали, что кому-то помешаем. Сейчас уйдем. - Кстати, Тьелпэ, - заметил Майтимо, - тебя искал король Тингол. Но мы убедили его, что ты с отцом, в кузницах. - А он что, не может это проверить? - забеспокоился Келебримбор. - Вряд ли, - хмыкнула Лютиэн. - Папа... не очень любит грубый труд. Говорит, что в кузницах слишком шумно и жарко. У нас там гномы, в основном, работали... Эол вот еще раньше там работал, но... - Не надо про Эола, - непререкаемым тоном заметил Фингон. - Простите, - Лютиэн покраснела. - В общем, Тьелпэ, ты можешь не волноваться... Лорд Маэдрос, а меня отец не искал? - А тебя леди Мелиан отмазала, - насмешливо улыбнулся Маэдрос. - Удивительная женщина... - Спасибо, - неизвестно за что поблагодарила дева. - Мы тогда оставим вас?.. Идем, Тьелпэ! Она резко развернулась, подняв тучу брызг, и спрыгнула с бортика. Келебримбор последовал за ней. Когда молодые эльдар скрылись за кустом, до них донеслись постепенно затихающие голоса: - Эльвэ не зря обвинил тебя в обольщении его супруги? - И ты туда же?! - Майтимо явно возмутился. - Уж от тебя я никак не ожидал...