Освобождение от оков

- Я с тобой так больше не поеду, - раздраженно прошептал Финдарато. - А как тогда? - выдохнул ему в ухо Маглор. - Править конем тебе запретили лекари, ехать боком — как принцесса, по твоим же словам — ты отказался... Не везти же тебя в телеге, как бочку с вином! - Надо было... - начал был Финрод и осекся — ничего дельного ему в голову не пришло. - Надо было подождать, пока кость полностью восстановится, - любезно подсказал ему Макалаурэ, еще сильнее прижимаясь сзади. - Но тебе было невтерпеж. - Все уже разъехались, - возмутился владыка Нарготронда. - С окончания битвы месяц прошел! Даже Финдекано уже встал на ноги и с почетом короля и героя битвы отправился в Хитлум! - Не завидуй, - фыркнул Маглор. - Понимаю, тебе обидно. С балрогом сражался, а вспоминают одного Тьелко. Но я-то помню, как ты его прикрыл... Можно было бы пока пожить в Барад Эйтель. Финьо вряд ли бы нам отказал. - Я вовсе не жаждал славы! И да, Финдекано звал меня погостить, но... Да я должен был уже давно поехать! Тьелпэ с Лютиэн уехали в Дориат, а Куруфинвэ и Тьелкормо... Я не хочу оставлять Нарготронд на них! - Тише, - Маглор перехватил раздраженного возлюбленного за талию, прижимая его к своей груди. - Мы и так туда уже едем. - Мы не едем, мы в седле обнимаемся, - фыркнул Финрод. - Даже наши сопровождающие тактично отстали... И коня пришпорь, а то я со своей ногой, кажется, и то быстрее хожу. - Как скажешь, - Маглор чуть отклонился назад. - Только уже вечереет... Нам бы неплохо решить, где мы остановимся на отдых: в Тол-Сирионе или все-таки в Гондолине. Мне целители велели тебя беречь. - Лучше, наверное, в Гондолин, - задумчиво отозвался Финдарато. - В Тол-Сирионе Артаресто, а он все равно скоро в наши края отправится — Финдуилас ведь замуж собралась. - До сих пор удивляюсь, как Артаресто решился... - пробормотал Маглор. - А куда ему деваться было? - хмыкнул Финрод. - Гвиндор, когда в наш лагерь заглядывал, неосторожно поведал мне, что они уже ребенка хотят. Точнее, уже ждут... Помолвленные-то! Знать бы, кто его надоумил! Это же шантаж, Кано! Голову ему отвернул бы, если бы встать мог. Финдуилас мне как дочь... - Думаю, что это ей и придется голову отворачивать, - еще задумчивей отозвался Макалаурэ. - Она явно решительнее, чем ее жених и твой брат. Так что зря ты Гвиндора стыдил... Конь почти остановился, и небольшой отряд, двигающийся вслед за предводителями, тоже начал замедлять ход. Макалаурэ огляделся. Местность вполне походила на то, что описывал Майтимо, поэтому сын Феанаро махнул рукой своим воинам, собираясь поворачивать на восток. Впереди высились мрачные, неприступные громады гор, но Маглор знал, что где-то чуть дальше горы должны расступиться, обнажив почти отвесные, но низкие стены зеленого ущелья, между которыми в солнечные дни все залито ярким светом и сверкают в лучах Золотые Врата. Однако, не добравшись еще до описанного места, всадники услышали шум и звон металла. - Что там происходит? - вслух произнес Финдарато, но это явно был риторический вопрос. - На звон оружия не похоже, - пожал плечами Маглор. - Скорее, как молотом по наковальне. Но ты все-таки лучше пригнись. Мало ли что. У Золотых Врат должны быть лучники, и там сейчас явно что-то происходит. Серая гряда гор казалось бесконечной. Солнце опускалось все ниже, и его почти уже не было видно за кромкой вершин, вздымающихся по левую руку. Наконец, обогнув одну из скал, Маглор увидел впереди какое-то шевеление и направил коня туда, готовясь в любую минуту дать задний ход. Чем ближе он подъезжал, тем больше возрастало его недоумение. Место никак не соответствовало описанию Маэдроса. Высокая, поросшая лишь серым мхом скала резко обрывалась, являя взгляду широкую расселину, в которой горели факелы и было видно какое-то движение. - Стойте! - прозвучал резкий окрик, и Макалаурэ послушно потянул поводья на себя. Навстречу всадникам кто-то вышел пешком. Маглор спокойно ждал, пока эльда приблизится, а вот Финдарато вгляделся в густую тень и радостно воскликнул: - Ломион! Как я рад видеть тебя! Прости, что мы без приглашения... - Вам, король Финдарато, здесь рады всегда, - несколько мрачновато отозвался Маэглин. - А вот вашему... спутнику... Или все друзья моего дяди решили отметиться тут со своими друзьями? Финрод несколько смутился: - Но ведь Турьо на прощание сказал, что будет рад видеть всех нас... - Это был жест вежливости, - хмыкнул Маэглин. - Впрочем, раз приехали, проходите. Все равно место уже рассекречено. - Куда проходить? - чуть нахмурился Финрод. - Здесь ведь нет входа. - Уже есть, - удовлетворенно отозвался Маэглин. - По совету... в общем, мне захотелось посвятить Итарильдэ что-нибудь... стоящее. Поскольку в битве я ничем особенно не отличился, мне подумалось, что своим ремеслом я могу... Я взялся за создание новых Врат Гондолина. Все равно дядя входов уже тут до чертиков понастроил... Правда, пока мне удалось только окончательно обрушить скалу. Не знаю, как так вышло. - Ничего, - ободряюще отозвался Финрод. - Это ведь только начало... - Ты хочешь сказать, что дальше он еще больше разрушит? - не удержался Маглор. Маэглин кинул на феаноринга мрачный взгляд и посторонился, пропуская: - Итарильдэ неравнодушна к архитектурному мастерству... В отца пошла, - Маэглин легко улыбнулся, и словно луч света озарил его хмурое лицо. - А вам нужно спешиться, у лучников приказ — стрелять в каждого, кто движется на чем-то отличном от ног. Финдарато задергался, но Макалаурэ ловко соскользнул вниз, придержав возлюбленного, а потом и аккуратно поставил его на землю. Финрод переступил с ноги на ногу — опираться на пострадавшую конечность все еще было несколько больно, особенно после долгого сидения в неподвижности — и удивленно уточнил: - Такая секретность? Помнится, Турьо мне ни о чем подобном не говорил... Неужели после победной битвы у Гондолина еще остались враги, прихода которых стоит опасаться? - Не в этом дело, - скривился сын Аредель. - Разве что иногда забредают твари из Таур-ну-Фуин, но ни разу от них никто не пострадал. - А почему тогда нельзя на лошадях? - уточнил Финдарато. - Потому что мы боимся, что тут все рухнет к морготовой бабушке... Воины Нарготронда, спешившиеся вслед за предводителями, переглянулись и отправились за беседующими чуть ли не крадучись. Поравнявшись с возведенными лестницами, державшимися на толстых тросах, Маэглин громко выкрикнул: - Возвращаемся! Голос его эхом прокатился в горах; где-то сбоку дробно протарабанили мелкие камушки и посыпался песок. Финдарато несколько нервно поглядел в ту сторону: - У меня в Нарготронде такой ерунды не было, - вполголоса пробормотал он. - Всякое бывало, пока отстраивался, но чтоб такое... И куда Турукано смотрит? Маглору тоже совершенно не понравилось хлипкое сооружение, мало походящее на будущие Врата, зато рассыпающееся даже от громкого голоса, поэтому он крепко взял возлюбленного за запястье и металлическим тоном потребовал: - Как нам выйти в город? - Я бы проводил... - скептически отозвался Маэглин, но оглядел свою запыленную робу и закончил. - Но не провожу. Только король Тургон в курсе, что я тут работаю. Надо себя в порядок привести. - А разве не хотел бы ты по советам... своих более знающих друзей проводить больше времени с Итарильдэ? - осторожно уточнил Финрод. - Мне подумалось, - выделил первое слово Ломион, - что если ее внимание уже привлек кто-то иной, то прежде чем посягать на ее сердце, мне должно сделать что-то, чтобы порадовать ее. Вот потому и спешу с этими Вратами, будь они неладны... - тут он вновь отвлекся на работающих эльфов и снова выкрикнул. - Уходим! Если в темноте кто потеряется в горах, отыскивать не будем! Финдарато очнулся от задумчивости и поспешно повел Маглора в Сокрытый Город. На улицах Гондолина было тихо и пусто, лишь ветви старых деревьев едва слышно шумели на легком ветру, да где-то раздавался звон падающей воды. Свет восходящей луны отражался в белоснежных стенах и играл бликами на мраморе и камнях. Пахло цветами и чем-то свежим, неуловимым... - Это начало главной улицы, - пояснил Финдарато заглядевшемуся Макалаурэ. - Дальше будет еще красивее. Только смотри лучше под ноги, тут плитка не везде ровная... Не успел он договорить, как сын Первого Дома оступился и разом перестал обозревать окрестности, решив, что все это он еще увидит в свете дня. Обязательно. Пусть даже придется прийти сюда с войной. Бесприютные собственные его земли, утерянные в Дагор Браголлах; мрачно-холодный Химринг; будто вечно заброшенные укрепления в ущелье Аглон; богатый, но грубоватый замок Таргелиона, и мощная, но так и не достроенная крепость на Амон Эреб, — всё это так контрастировало с изящной резьбой Нарготронда, затейливыми украшениями Менегрота и величественной красотой Гондолина... - У нас с братьями всё попроще как-то, - пробормотал он. - Это неважно, - сжал его ладонь Финрод. - Когда я приезжал к тебе, я вовсе не смотрел на все это... Твой дом тогда для меня был самым уютным обиталищем. - Правильно, - хмыкнул Маглор. - Ты обычно приезжал на пару месяцев, и все это время... - Замолчи, - Финдарато дернулся, резко оглянулся на шагающий за ними отряд и добавил тише. - Мне сейчас... То есть... Кано, не могу я сейчас об этом думать! Больше месяца же уже... - Ты сам сказал, что до полного восстановления... - Я сказал «три недели», - возмутился Финрод. Маглор негромко фыркнул и поучительно заметил: - Мне не хотелось замедлять процесс выздоровления. Это могло негативно сказаться на твоем самочувствии. - А как же положительные эмоции? - съязвил Финрод. - Победа в войне с Морготом, - начал перечислять Макалаурэ. - Освобожденные пленники Ангамандо; дружба народов... - Кано! - … В конце концов, тебе должно греть душу то, что твоя уверенность осталась несломленной, и ты можешь гордиться своею непоколебимой железной волей, владыка. - Кано... Вот вернемся в Нарготронд — я тебе отомщу, - Финрод отвернулся. - Когда вернемся, ты уже забудешь про все обиды, - отмахнулся Маглор. - Ох... - Что, боишься пожалеть о своих словах? - И это тоже, - рассеянно отозвался Макалаурэ. - Но... Финдарато огляделся и понял, что за беседой они не заметили, как дошли до главной площади. Королевский дворец и особенно фонтаны явно заворожили сына Феанаро, однако он быстро сбросил наваждение: - Словно... словно в Валинор вернулся. У Турукано, видимо, тоска по Тириону взыграла... - Он часто вспоминает счастливые дни юности, - вздохнул Финрод, мигом переключаясь на печальные мысли. - И скучает не столько по Тириону, сколько по тому времени, когда Эленвэ была с ним... - Не время, - возразил Маглор, оглядываясь. - Как ты думаешь, нам вломиться в королевский дворец или скромно переждать где-нибудь до утра? - Турьо огорчится, если узнает, что мы прибыли и не поприветствовали его, - решительно отозвался Финдарато. - Полагаешь, он очень будет рад нас приветствовать, поднятый с постели? - Не думаю, что он спит, - возразил король Нарготронда. - Тогда идем, - Маглор чуть отступил в сторону. - В кои веки куда-то ломимся не с мечами наперевес... - Кано! - Я имел в виду крепость Моргота... Тургон вышел навстречу гостям, хотя явно уже не ожидал посетителей — был в домашнем одеянии и без венца. Увидев Финрода, о котором ему доложили, он улыбнулся, но при взгляде на Маглора улыбка его погасла, а голос прозвучал хоть и вежливо, но довольно холодно: - Сначала один, теперь второй... Что привело вас сюда? - Турьо, - Финрод укоризненно склонил голову. - Мы пришли к тебе как к другу. Я почти оправился от своего неприятного ранения, но мне запретили садиться в седло и советовали чаще отдыхать, поэтому по пути домой я пришел сюда. Макалаурэ согласился проводить меня, не мог же я оставить его за воротами? Со мной еще воины, но их уже любезно проводили в гостевые покои. - Финдарато, - Тургон вздохнул, - тебе совершенно невозможно отказать, ты знаешь это? - Знаю, мне говорили, - Финрод смущенно опустил взор, что совершенно не понравилось Маглору, а Турукано продолжил: - Только, с вашего позволения, все разговоры уже завтра, хорошо? Уже совсем поздно... Кстати, вы Ломиона не видели? - Видели, - ответил Макалаурэ, поскольку король Гондолина смотрел именно на него. - Он в ущелье на западной стороне. - Да, он там ежедневно теперь, - облегченно кивнул Тургон. - Только раньше вроде так надолго не пропадал... Или вы его задержали? - Мы задержали его не более, чем на четверть часа, - вежливо заметил Маглор. Тургон помялся немного, после чего тяжело вздохнул: - Вот вроде и бояться больше нечего, когда Моргот повержен, а мне все же тревожно... Ломион и раньше пропадал в горах надолго, а теперь и вовсе не хочет оттуда вылезать. А Итарильдэ... - он махнул рукой. - Что с Итарильдэ? - заинтересовался Финрод. - Ломион был с нею только один вечер, когда мы устраивали праздник после победы. Уж не знаю, что он ей сказал, но она с тех пор как сама не своя. Я почти не вижу с нею ее поклонника... забыл, как зовут, в шрамах весь. Гордый, будто из плена Ангбанда вырвался, а не с кобылы в овраг свалился... - Видно, советы Тьелко действуют, - совсем тихо пробормотал Маглор. - Что? - не расслышал Тургон. - Видимо, хочет покорить ее сердце исполинским трудом, - возвысил голос менестрель. - Наверное, - с сомнением уставился на него Тургон. - Шли бы вы... отдыхать. Мне приказать приготовить для вас двое покоев или одни будут лишними? - Будут лишними, - залился краской Финрод. - Турьо, ты же понимаешь... - Понимаю, - с каменным, как его город, лицом отозвался Турукано. - Идите уже... - Почему ты отказался от вторых покоев? - негромко спросил Макалаурэ. - Мне кажется, это несколько противоречит твоим принципам. - Ты просто не знаешь устройства дворца Гондолина, - отозвался Финрод. - В одних покоях не меньше двух спален, так что незачем лишний раз напрягать верных слуг. - Неплохо, - процедил Маглор. - Я смотрю, он здесь хорошо устроился, пока мы с Нельо отбивали атаки с Ард-Гален и дрались в Дагор Браголлах... - Кано, - Финдарато устало вздохнул, - думаешь, я не видел, как вы смотрели друг на друга? Сколько можно враждовать? Тем более теперь, после победы. Вы ведь не враги друг другу. - Он так не считает, - пожал плечами Макалаурэ. - И не в моих принципах отступать перед кем бы то ни было... - А еще ты почему-то ревнуешь, - Финдарато резко развернулся к возлюбленному, положив ладонь на витую ручку двери. - А откуда ты знаешь? - Думаешь, не видно? Ты каждую его фразу понимаешь превратно. - Откуда ты знаешь, что мы пришли? - терпеливо уточнил Макалаурэ. - Что? А... Я всегда тут живу, когда приезжаю сюда. - Тогда заходи, а то тут, небось, и у стен есть уши... Оказавшись в гостиной, застеленной множеством дорогих тканей, и украшенной подушками и подушечками, Финрод вновь обратился в возлюбленному: - Почему так? - Потому что мне не нравится, как он на тебя смотрит. И дружба эта ваша... которая подозрительно началась одновременно с гибелью его жены-ваниэ... Что глазами хлопаешь? И прогулки у реки... - Кано, - Финдарато отмер и простонал, приложив тыльную сторону ладони ко лбу, - мы всегда хорошо общались с ним. А эта прогулка у реки была четыреста лет назад! Даже больше! И я тебе про это все рассказал! Неужели ты мне не веришь? - Верю, - безапелляционно отозвался Маглор. - А еще я знаю, зачем Тьелко приглашает дев посмотреть на фонтаны и погулять в лесу. - Кано, Турьо никогда не смотрел на меня... так. - А Тьелко тоже не смотрит. Он сразу делает. - Он и не делал, - Финрод глубоко вздохнул. - Неужели ты в самой искренней дружбе видишь подвох? Турукано любил и любит свою жену. И больше никогда не смотрел ни на кого. - Я Эленвэ почти не знал, - Макалаурэ плюхнулся на диван, нещадно сминая изящную драпировку, - сам знаешь, вражда между Домами тогда была острой, мы с братьями на его свадьбе не были. Курво примерно тогда же женился... Так что я ничего про это не знаю, но я вижу... Вот Нолмоньяро был тебе другом, так ведь? - Да, - сразу помрачнел Финрод. - Так вот в твоей дружбе с ним я не видел никакого подвоха. - Все дело в том, что Турьо всегда... неоднозначно относился к вам, сыновья Феанаро, - покачал головой Финрод. - Я бы сказал, весьма однозначно относился. - Ты чувствуешь неприязнь к нему, вот и... - Я бы не чувствовал неприязни, если бы не его... - Я понял, - Финдарато зажмурился. - Хорошо, что мы оказались здесь. Я вас подружу. - Из твоих уст это звучит угрожающе, - хмыкнул Маглор. - Может, не стоит? - Ты против? - Да нет... Мне, в общем, все равно. Но в Амане тебе как-то не слишком удалось положить вражде конец. - Потому что зачинщиками ее были ваши отцы, - покачал головой Финрод, и тут же улыбнулся. - Теперь, надеюсь, мне это удастся. Значит, задержимся тут еще на несколько дней. - А Нарготронд? - тоскливо запротестовал Маглор. - Подождет, - отмахнулся владыка. - Или ты не доверяешь Курво и Тьелко? Управлять они умеют. - Надеюсь, что могу доверять, - усмехнулся Макалаурэ. - Мне все-таки в Нарготронде еще жить... - Так ты все-таки решился? - Финдарато осторожно опустился на тот же диванчик, почти не смяв дорогую ткань. - Ты останешься?.. - Останусь, - кивнул Макалаурэ. - Возможно, правда, придется поехать в Химринг — зачистить мои бывшие земли, но я вернусь, как только налажу там дела заново. Обещаю. Впрочем, если я окончательно переселюсь в Нарготронд, мне придется отдать свои земли под управление Майтимо. - Кано, - Финдарато чуть прикусил губу, - Кано... ты столь многим готов для меня пожертвовать. Я ведь знаю, тебе это важно... Маглор бережно коснулся его руки, улыбнулся и поднялся: - Ну что, идем? Где здесь спальни? - Вон та дверь, - рассеянно махнул рукой Финрод. - Кано, я поверить не могу... - Это одна дверь, - заметил Макалаурэ. - А вторая? - А зачем тебе вторая? - поднял ясный взор король Нарготронда. - Ну как же? Ты говорил, что... - А ты собираешься лечь отдельно? - Конечно, - Макалаурэ фыркнул. - Что ты сегодня говорил Турукано? Что ты еще не слишком хорошо чувствуешь себя, чтобы одолеть долгий путь, потому и приехал сюда... Подождем, пока полностью оправишься. Финдарато растерянно хлопнул длинными светлыми ресницами: - Чего ты добиваешься, Кано? - Я? - Маглор приподнял бровь. - Я просто выполняю твою же просьбу. - Кажется, я понимаю, - Финдарато опустил взгляд и тоже поднялся. - Ты можешь спокойно лечь вместе со мной, в походном лагере мы спали рядом... - Лечь — могу, - чуть отступил от позиций Макалаурэ. - Но не более. Финрод кивнул и первым шагнул за узорчатую дверь, за которой виднелась роскошная кровать с тяжелым балдахином. Даже после дня в дороге водные процедуры много времени не заняли, хотя Макалаурэ с тоской припомнил льющиеся сверху теплые струи воды, как было заведено в королевском дворце Нарготронда. С наслаждением устраиваясь на мягкой постели, Макалаурэ задул свечу, стоящую в изголовье, и с улыбкой обратился к появившемуся возлюбленному: - Доброго сна, Финдарато. Тот не ответил, и Маглор с интересом посмотрел в сторону Финрода, который в свете последней оставшейся гореть свечи приблизился к своей стороне кровати и, отчаянно краснея, сбросил полотенце на пол. Влажные золотые волосы рассыпались по плечам; руки, отбрасывающие покрывало, чуть подрагивали. Маглор выжидал, что будет дальше. Уже одно то, что свечу гасить Финрод не стал... - Кано, - голос менестреля прозвучал несколько приглушенно, - я прошу тебя, побудь со мной... - Так ведь я не отказываю, - нарочито-удивленно отозвался Макалаурэ. - Разумеется, я буду с тобой. Если хочешь, обниму. Финрод поднял мерцающий в слабом свете взгляд и совсем тихо произнес: - Пожалуйста, сделай меня своим. Маглор постарался сдержать разом участившееся дыхание и уверенно произнес: - Ты и так мой. Я люблю тебя. Финрод опустился на постель, осторожно устраиваясь рядом, коснулся пальцами плеча, на котором еще багровел затянувшийся шрам, и, чуть запинаясь, прошептал: - Пожалуйста, Кано. Я хочу тебя. На прямую просьбу возразить было нечего, и Макалаурэ слегка приподнялся, сощурившись и разом переходя от затаенной расслабленности к состоянию готового броситься в атаку зверя: - Я не привык к отказам, Финдарато. Ты знаешь, что делать. Финрод опустил голову так, что длинные пряди светлых волос скрыли лицо. Аккуратно переместившись ближе к изножью кровати, он сбросил ткань второго покрывала и стремительно наклонился еще ниже, нетерпеливо захватывая в рот твердую плоть и сразу начиная жарко и решительно двигаться. Макалаурэ шумно выдохнул и попытался отвлечься мыслями на что угодно — лишь бы не сорваться сразу. Хотелось слишком давно и слишком сильно, однако первой пришедшая в голову мысль о Тургоне несколько притушила огонь, полыхавший в крови. Маглор опустил руку, прижимая голову возлюбленного за затылок теснее к себе, и тот глухо простонал, опускаясь ниже. Страсть, с которой он стремился доставить удовольствие, лишь добавляла острых ощущений. Сына пламенного Феанора после вынужденного воздержания хватило всего на несколько минут. Финрод вновь застонал, но не попытался вырваться, да и после не стал подниматься, уже нежно и неторопливо лаская любовника языком. У Маглора мелькнула на мгновение мысль поблагодарить и заснуть, но он сразу устыдился. Все-таки это было бы слишком жестоко, поэтому он потянул возлюбленного за руку и негромко заметил: - Иди сюда. Я мог бы и сам, но боюсь навредить тебе. - Кано, - Финдарато облизнул горящие губы, - кость уже срослась, иначе я бы не смог ходить. Просто беспокоит иногда; говорили, перелом был сложный, что-то там раздробило... Маглор насмешливо улыбнулся, чем-то неуловимо напоминая в этот момент своих братьев: - А если я скажу, что не хочу напрягать плечо? - Тогда конечно... - Финрод торопливо подтянулся на локте и поднялся выше, с надеждой поглядывая на любовника. Маглору снова стало стыдно. Однако к новому заходу он пока не был готов, а оттого лишь легко перевернул Финрода на спину и склонился к нему, покрывая поцелуями и легкими укусами шею и грудь. Финдарато нетерпеливо изогнулся под ним и слегка развел колени, что лучше всего говорило о том, какая жажда горит сейчас в нем; Маглор встретился взглядом с потемневшими голубыми глазами и почувствовал, как собственное тело мгновенно, как еще в Амане, как и века назад, все так же отзывается и на затуманившийся взор, и на откровенное желание возлюбленного, прекрасного и искреннего золотоволосого эльда... Губы Финдарато дрогнули, но он не произнес ни слова, только чуть отвернул голову, прикрывая глаза в ожидании. Макалаурэ опустил руку вниз, но Финрод едва слышно пояснил: - Не нужно. Маглор это предполагал, поэтому только кивнул и, рывком поднявшись, осторожно подтолкнул любовника. Тот послушно расставил ноги шире; дыхание его участилось. Он облизнул пересохшие губы и судорожно вздохнул, когда Макалаурэ опустился сверху. Маглор еще не успел ничего сделать, когда Финдарато нетерпеливо дернулся и срывающимся голосом потребовал: - Ну же, Кано! Не могу... Больше он ничего сказать не успел. Маглор крепко прижал его за плечо правой рукой и резко вошел. Глаза Финрода распахнулись на мгновение и почти сразу закрылись. Он мучительно закусил губу, но сдерживаться Макалаурэ просто не смог, ощущая, как вздрагивает под ним любовник; как принимает его в себе... Финдарато невольно застонал, когда плоть вошла глубже. Макалаурэ изо всех сил старался щадить возлюбленного, но тело реагировало быстрее мысли, поэтому он просто подхватил Финдарато под колено и овладел им полностью, вызвав мучительный стон. Дыхание перехватывало, но он нашел в себе силы приостановиться, позволяя Финроду привыкнуть. Тот, однако, долго ждать не пожелал — притянул к себе за шею, вплетая пальцы в черные волосы, и требовательно выгнулся, подаваясь навстречу. Макалаурэ прижал его к постели сильнее и начал двигаться, сильно и резко. Прерывистое дыхание Финрода сменилось короткими всхлипами, а потом и стоном. - Кано... - мучительно выдохнул Финдарато, цепляясь за смятое покрывало. Тело его начинало вздрагивать, дыхание прервалось... Макалаурэ опустился ниже и сомкнул пальцы свободной руки на затылке Финрода, с силой потянув за роскошные распущенные пряди. Финдарато замер на мгновение, а потом дернулся под ним всем телом. С губ его сорвался уже не стон, а вскрик, а Маглор хрипло выдохнул, ощутив, как зажимает его в себе любовник, и полностью отпустил себя, вжимая возлюбленного в постель. Едва придя в себя, он осторожно отодвинулся и поднял внимательный взгляд: - Финдарато... Финдарато, у тебя все хорошо? - У меня — все прекрасно, - обессиленно выдохнул Финрод. - Я имел в виду, не больно? - Месяц прошел, - так же отозвался Финдарато. - Поначалу всегда немного больно, даже если готовиться... - С ногой, Моргот тебя дери! - Зачем мне Моргот? - владыка Нарготронда прикатился к нему под бок. - Мне тебя хватает... А про ногу я забыл. - Ладно, - Маглор откинулся на подушки. - Я же говорил, что тебе положительные эмоции нужны... Спим? - Спим, - сонно подтвердил Финрод. - Только с утра еще повторим. - Ну что ты всё ерзаешь? - сонно и слегка недовольно произнес Макалаурэ. - Третий раз надо, что ли? - Нет, - отозвался Финдарато. - Но я вроде слышал, что в дверь наших комнат стучат... - Сначала устроят покои на квадратную лигу, а потом стучатся где-то в углу, - буркнул Маглор, зевая. - Встаем? - Да, - Финрод поднялся с кровати, потрясая головой, чтобы растрепанные волосы упали на спину, и шагнул к окну, распахивая шторы и впуская в спальню яркий свет. Макалаурэ оглядел обнаженного Финдарато и коротко выдохнул. Как обычно, стройная, но крепкая фигура возлюбленного эльда вызывала в нем желание, и, одновременно, благоговение и восхищение. Узкие изящные кисти рук, гордый профиль, которым отличались абсолютно все потомки Финвэ, переливающиеся на свету золотистые локоны, доходящие чуть ли не до бедер... Маглор вполголоса предупредил: - Если ты сейчас же не оденешься, то третьего раза не избежишь. - А я разве против? - солнечно улыбнулся Финрод. - Мне все равно в ванную надо... Маглор почел за лучшее не спорить. С нравами Гондолина он и впрямь не был знаком, поэтому с чистой совестью положился на Финрода, понятия чести которого всегда были строгими. Когда оба выбрались из ванной и переоделись, Маглор чувствовал себя полностью удовлетворенным жизнью, хотя легкая царапинка сомнения не заживала — дружить с Турукано ему как-то не очень хотелось... Однако чего не сделаешь ради счастливого и безмятежного возлюбленного, который, одеваясь, напевал его же балладу о победе над Морготом. Финдарато первым выглянул за дверь спальни и радостно воскликнул: - Турьо! Доброе утро! Маглор чуть прикрыл глаза. Вот радость-то... К тому же, неизвестно, как давно он тут сидит и какая слышимость в ванных комнатах... - Финдарато, - раздался приветливый голос короля Гондолина, - уже день. Обычно я присылаю Итарильдэ, но в этот раз подумал, что лучше приду сам и... хм... надо сказать, что решение это было верным. Я тебя уже полчаса жду. - Прости, - в голосе Финрода зазвучало искреннее огорчение. - Мне не хотелось заставлять тебя ждать... В гостиной что-то зашуршало, и Маглор предпочел поспешить. Он вышел и вежливо поклонился: - Рад приветствовать, владыка Турукано. Благодарю за любезный прием в твоих владениях. - Канафинвэ, - вздохнул Тургон. - Брось эти манеры... у тебя даже в твою бытность королем нолдор таких не было. И помнится, когда ты подрался со мной у Митрима, ты меня не так называл. - Так тогда ты еще и не был владыкой Гондолина, - пожал плечами Маглор. Тургон тоскливо взглянул на Финрода и со вздохом произнес: - Я хотел предложить вам — как почетным гостям — побеседовать о делах. А чтобы это не казалось Советом, я приглашаю вас к фонтанам... Разумеется, когда вы позавтракаете. После завтрака Маглору окончательно расхотелось куда-то идти и с кем-то беседовать. Просторные и светлые залы дворца Гондолина навевали спокойные и мирные размышления, а необходимость общаться с Тургоном в понятие «мирно и спокойно» не входила. Макалаурэ с досадой вздохнул, но, следуя общепринятым обычаям эльдар, поднялся, собираясь сопровождать возлюбленного. Место, куда его привел Финдарато, было очаровательным. Маглор не очень понимал, где они находятся, но здесь все и впрямь напоминало Тирион — тот Тирион, что все они помнили. Рядом был потрясающей красоты сад, ветви деревьев которого нахально пробивались сквозь высокую ограду и покачивали еще не вполне созревшими плодами; повсюду были цветочные клумбы, где росли незнакомые, но нежно пахнущие цветы; а самое главное — роскошный фонтан, струи которого вздымались ввысь настолько высоко, что, казалось, задевали край лазурно-голубого неба, — всё это потрясало воображение и выглядело слишком прекрасным, чтобы быть враждебным. Однако Макалаурэ точно знал, насколько это впечатление может быть обманчиво. Достаточно вспомнить, как ему самому и его братьям жгли руки Сильмариллы.... Камни, напоенные тем же Светом. Тургон уже сидел на резной скамье. Он приподнялся и широким жестом пригласил гостей устроиться рядом. Досюда еще долетали прохладные брызги фонтана, и в жаркий день — наверняка один из последних в этом году — это было приятно. Тургон чуть более искренне улыбнулся Маглору: - Прошу вас, отдыхайте. Финдарато, как твое самочувствие? - Много лучше, - улыбнулся в ответ Финрод. - Пребывание в твоих владениях неизменно исцеляет душу и тело. - Может быть, ты поведаешь мне последние новости? Я почти сразу уехал с поля битвы. Навестил Финьо, а потом отправился сюда. Дома Гондолина похоронили многих своих воинов, это нелегкая утрата... Лишь Эктелион немного помог мне справиться с горем, несмотря на то, что сам потерял лучшего друга. - Да, я понимаю, - тяжело вздохнул Финрод. - Мне и самому пришлось отпустить многих из тех, кто был мне дорог. С кем я пел, с кем вел беседы... - Это еще не всё, - Тургон покосился на Маглора. - Ты можешь не беспокоиться, - понял его сомнения Финдарато. - Кано будет молчать обо всем, что услышит. Правда, Кано? Маглор чуть нахмурился: - Я мог бы просто кивнуть, но... Нет, я не могу обещать. Если то, что я услышу, будет важно, я расскажу об этом Нельо. Так что если тебе, Турукано, нужно сохранить тайну, то я лучше погуляю в этом прекрасном саду. Тургон задумался, после чего с легким сопротивлением заговорил: - Это не тайна, но мне было бы приятно, если бы это осталось здесь, среди этих стен. Маглор коротко кивнул, и Тургон заговорил, обращаясь лишь к Финроду: - Есть то, что встревожило меня после Атакарнэ Этелелинат. Уходя, я оставил город на одного из своих лордов. Я знал, что он не лучший в боевом искусстве, но искренне верил ему. Был уверен, что если... если в Гондолин никто не вернется, то он выведет отсюда оставшихся жителей через тайный подземный ход, на юг... Тургон замолчал. Макалаурэ непонимающе поглядел на Финрода, но тот тоже только нахмурился. - И что же случилось? - осторожно поинтересовался Маглор. - Спустя буквально пару дней после битвы... по моим подсчетам, это было еще тогда, когда воинство Гондолина преследовало врагов в переходах северных границ Ангамандо, сюда пришел юноша-эльда, высокий и прекрасный. Голос его был медоточив и сладостен; он называл себя Артано. Его встретил Дом Арфы, и мой наместник... уединился с гостем. - Что... прямо-таки уединился? - изумился Финрод. - Нет, - Тургон вынырнул из мыслей и укоризненно посмотрел на друга. - Финдарато, у нас с тобой в этом плане несколько разные представления о жизни... уединился для разговора. Никто не знает, о чем они говорили, но буквально спустя несколько часов в город ворвались волколаки... и лишь мужеством жителей, в основном — наших женщин, они были побеждены. Итарильдэ... Ох, Итарильдэ взяла в руки оружие. А я так не хотел этого. Тургон вновь замолчал, и Финдарато сочувственно коснулся его руки пальцами: - Ты считаешь, что тебя предали? - Я знаю это, - грустно вздохнул владыка потаенного города. - И теперь мне тревожно за Гондолин. Маглор почувствовал, что происходит что-то необычное. Впервые на его глазах второй сын Финголфина говорил о чем-то, что действительно затрагивало его душу. Макалаурэ посомневался немного, после чего посмотрел на опечаленного Финдарато и решился: - Если хочешь, я скажу Нельо о том, что Гондолин был раскрыт коварством Врага. Попрошу о том, чтобы за Эред Горгорот приглядывали внимательней. А больше вроде бы опасности тебе, Турукано, ждать неоткуда... - Верно, то был спасшийся Гортхаур, - напряженно отозвался Финдарато. - Вряд ли он придет сюда во второй раз. Либо пойдет войной, как соберет армию... не знаю где. Либо выдумает что похитрее. - А что говорит предатель? - поинтересовался Маглор. - Надеюсь, ты его хоть допросил нормально? - Салганта увел с собой тот юноша, Артано, - вздохнул Тургон. - И никто не знает его судьбы. А тебе-то, Макалаурэ, что за интерес? - Дружба народов, - чуть улыбнулся Маглор. - А честно? - фыркнул Тургон. - Финдарато, - честно ответил сын Феанора. - Ты ведь прекрасно знаешь, для него и за него я сделаю всё возможное и невозможное. Но, впрочем, и дружба народов тоже. В конце концов, все мы нолдор. Или эльдар. И вообще, живем в одном Белерианде. - Ладно, - Турукано посмотрел на друга и печально ему улыбнулся. - Я рад, что у тебя, Финдарато, есть тот, кто готов за тебя стоять. - У тебя есть Итарильдэ, - дежурно напомнил Финрод. - У нее столько женихов при дворе, что она скоро перестанет быть моей, - и горько, и радостно улыбнулся отец Идриль. - Ты говоришь это уже три века, - так же дежурно напомнил Финдарато. - Я не виноват, что никто не завоевал ее сердца, - Тургон пожал плечами. - Даже у меня в свое время быстрее было, как ни стыдно признаться. Я уже и с Эльвэ об этом беседовал... Он меня понял, у него ведь тоже дочь... Только это было лет пятьдесят назад. - У Лютиэн неплохой муж, - ухмыльнулся Маглор, но сразу посерьезнел. - Уж точно лучше песнопевца из синдар и грубого адана. - Мне поначалу так не хотелось отпускать дочь... но потом я понял свою ошибку и сватал Итарильдэ почти всех наших лордов, - растерянно ответил Тургон. - Хотел, чтобы дочь была счастлива. Но она всех отвергла. А я мечтал, чтобы она стала женою Эгалмота... - А почему именно его? - уточнил Макалаурэ, хотя понятия не имел, кто это такой. - Лорд Дома Небесной Арки. Нолдо из последователей Второго Дома, девы на него заглядываются... Я думал, ей он тоже понравится. У Эгалмота добрая душа, он смелый, честный, да и лучник отличный... И мечом владеет лучше многих. И до сих пор не женат... - Кхм, - поперхнулся Финрод. - Турьо, ты судишь с позиции отца невесты. И вообще, ты мог бы спросить об этом меня. Не думаю, что Эгалмот стал бы хорошим мужем для Итарильдэ... если ты, конечно, не желаешь ей вечных страданий. - Почему? - возмутился Турукано. - Ты отзываешься скверно об одном из лучших моих воинов?! - Нет, воин он прекрасный, - потупился Финрод. - Но он бывал у меня в гостях... в Нарготронде. Конечно, не мне судить, ибо я не был сам свидетелем, но по словам моих приближенных, он, хоть и стреляет далеко, но избрал совсем другие цели. Да и меч у него... кривой. Макалаурэ едва удержался, чтобы не прижать ладонь ко лбу. Подобный разговор в компании Тургона казался ему полнейшим бредом, однако Турукано, видимо, так не считал, потому что невесело и понимающе улыбнулся: - Так вот, чего он так упирался... А мне говорил, что не смеет даже глядеть на красоту принцессы. - У меня в гостях он таким скромным не был, - осторожно заметил Финдарато. - Естественно. У тебя там черти что творится, в твоем Нарготронде, - буркнул Тургон. - Просто у меня рады всем, - светло улыбнулся Финдарато. - Я не делю мир, созданный Эру, на атани и квэнди, аманьяр и уманьяр, нолдор и синдар... - Но сам ты, однако, отдал сердце сыну Феанаро, - поддел Тургон. Маглор уставился на кузена во все глаза. Турукано... это сказал?! - Сердцу не прикажешь, - лукаво фыркнул Финрод. - Ты же знаешь обо всем этом, Турьо, и давно смирился. Я с тобой еще в Амане делился этим... Маглору показалось, что у него остановилось сердце. Нет, он прекрасно знал, что, например, у дев свои тайны, как у тех же Лютиэн с Финдуилас. Да и сам он порой поверял секреты Майтимо, и тот его слушал. И братья все знали, еще даже до Исхода... даже Карнистир его пытался утешать... но это!! - Ты хотел узнать новости, - напомнил Финрод. - Точно! - словно вспомнил Тургон. - А что ты еще можешь мне сообщить? Финдарато задумчиво посмотрел в голубое небо и улыбнулся: - Эдайн собираются на юг, за Амон Эреб. В Таур-им-Дуинат и его окрестности, они хотят занять пустующие земли, основать свое королевство. Ну, или если кто там есть, выгнать... Хурин сказал мне, что достаточно нагляделся на эльдар. Наугрим хотят осваивать земли за Синими горами. Нет, они вовсе не уходят, просто решили расширить свои горные промыслы... хотя говорят, что это небезопасно — один балрог сбежал подземными ходами Ангамандо. - А Ангбанд? - живо включился в разговор Тургон. - Ангбанд они себе не хотят? - Его никто не хочет, - глухо произнес Финрод. - Вроде бы сейчас там никого нет... но словно граница отчуждения прошла перед бывшими Вратами. Боюсь, там все так и сохранится на сотни лет... Курво там что-то поджег перед уходом, внутри выгорело все, гномы разрушили многие стены. Но пики Тангородрим стоят. Вечным напоминанием. - Может, оно и к лучшему, - пожал плечами Турукано. - Живое свидетельство для потомков... А еще? - Братья Кано уехали обратно, на восток и на юг... - Мы хотим восстановить наши земли, - не выдержал Маглор. - Если захочешь, Турукано, можешь приехать... посмотреть. - Что?! - Тургон воскликнул это так громко, что звук отразился в шумящих струях фонтана. - Хотя... Гм. Я подумаю. Я не приглашаю вас, сыновья Феанаро, но... Но если у вас случится нужда, вы... вы тоже можете прийти ко мне. - Кано... Турьо... - Финрод крепко сжал пальцы, и в глазах его блеснули слезы, на этот раз — радостные. - Ты не знаешь, что там у Эльвэ сейчас? - впервые обратился с вопросом к Тургону Маглор. - Не был в Дориате, - коротко ответил тот, покачав головой. - Я вообще там никогда не был, только с Эльвэ переписывался. Я для него один из братоубийц-нолдор, хоть и не поднял меча в Альквалондэ, не поддался общему безумию, хоть он и неплохо относился ко мне. Впрочем, Эльвэ, похоже, в последние годы сильно изменился... А разве ты не знаешь про Дориат от племянника? - Тьелпэ не писал, - вздохнул Маглор. - По крайней мере, в Барад Эйтель не писал. - Если в Нарготронде что известно, то я тебе сразу напишу, - заверил Финрод. Среди древ сада показалась невысокая эльдиэ в серебристом платье, хрупкая, стройная, золотоволосая, взволнованная. - Отец... - негромко окликнула она. - Я не хотела мешать... Звала тебя, но ты не слышал. Приветствую вас, гости Гондолина... - Итарильдэ, - владыка Турукано вскинул голову, и черты его лица, обычно словно застывшие и вырезанные из камня, мгновенно смягчились, и он сразу стал удивительно похож на ныне покойного короля Нолофинвэ. - Что-то случилось? - Маэглина принесли в город, - дева прижала ладони к щекам. - Его ранило... Он строил Врата... - Я тоже напишу, если что узнаю, - Тургон поспешно поднялся, обращаясь к собеседникам. - А теперь, прошу меня простить... Но я и так с вами засиделся. Чувствуйте себя как дома... Канафинвэ, к тебе это тоже относится. Двое оставшихся на скамье эльдар ничуть не взволновались, заслышав о ранении Маэглина. Оба когда-то прекрасно слышали, как еще в Ангамандо наставлял сына возлюбленной Келегорм. Слышали они и о том, как ему стоит побыть «немного беспомощным» и «чуть раненым». - Ну, как вам всем? - раскрасневшийся от вина Берен, чрезвычайно гордый собой, восседал в гостиной покоев Келебримбора и Лютиэн в Менегроте. Он уже несколько привык к пошитым для него праздничным одеждам в дориатском стиле, и даже освоился с тем, что лично для него в кармашке всегда лежал белоснежный носовой платок. - Первый парень в Бретиле будет! Кстати, колыбельные-то, что я учил, пригодились. Орёт, прям как я в бою да с перепою... - Никогда не видела раньше детей эдайн, - задумчиво сказала Лютиэн, покачивая в руке бокал с вином. - Только полуэльфов. И то уже подросших. Даэрон, уже почти оправившийся от тяжких ранений, сидел там же, извлекая из лиры мелодичные звуки и обеспечивая музыкальное сопровождение. Неожиданно он покраснел: - Лютиэн, тебя что, тоже Белег водил поглядеть? - Да кого он не водил, - фыркнула принцесса. - Разве что мой отец так и остался в блаженном неведении... как всегда. Вот и теперь все на твоего сына, Берен, сбежались посмотреть. И это ведь после праздника в честь победы еще. А после праздников в Менегроте все обычно с ног валятся. - Эльфы неправильно все делают, - поднял палец Берен. - Вы как делаете — пьете, пока не свалитесь, дня два, и после этого весь праздник кончается. А вот как надо: выпил, поспал, снова пить пошел. И так недельку-другую, пока вино во всей округе не кончится... - Ну не скажи, - встрял Тьелпэ, - праздник закончился вчера, мы все уже проспались, и теперь снова пьем... - Вчетвером, это не то, - отмахнулся Берен. - Нет того размаху! - Мне вчерашнего размаха хватило, - поморщился Келебримбор. - Чувствую, про нас еще песни и легенды сложат. - Про наш поход вчетвером в Ангбанд песни уже сложили, - вмешался Даэрон. - Только лично я несколько штук... А ты, Келебримбор, не жалуйся. Кого вчера на пиру славили как Мастера из нолдор, одолевшего Моргота и заключившего его в оковы? Мастера, равного нолдо Феанору, но не свершившего его преступлений? - Вот именно это я и имею в виду! Всё не так! И в легендах наверняка будет иначе... - А что тебе не так? - не понял Берен. - Можешь гордиться, всё, прямо как в сказаниях. На прекраснейшей деве женился, из темницы сбежал, Врага Мира поверг, цепь для него зачарованную отковал... - Да всё не так! Королева Мелиан изменила Рок. Мои родственники и твой, Лютиэн, отец со своими союзниками объединили Белерианд и затеяли эту войну. Хуан помог нам... лежи, Хуан, лежи, чего ухо поднял... А без вас, друзья, мне бы и вовсе ничего не удалось. - Просто ты полюбил, - задумчиво ответила ему супруга. - И в первую очередь — изменил себя. Поменял свою судьбу. Кто знает, какой твоя судьба была бы без всего этого. Следом за ней — изменился и мир. Друзья помолчали, улыбаясь. Первым пошевелился Даэрон, со вздохом откладывая лиру: - Мне пора идти. Я сегодня не сплю, на дежурстве. - Тебя что, Маблунг припряг? - усмехнулась Лютиэн. - Он, - несчастно отозвался Даэрон. - В городе еще гуляют, вот и придется по домам... разносить... и успокаивать... - Так сказал бы, что еще после ранений не оправился. - Да вашего Маблунга самого стрелами хорошо так продырявили, - вмешался Берен. - А бегает уже, как ужаленный в... - У Маблунга просто сильно развито чувство ответственности, - пояснила Лютиэн. - И он считает, что все такими быть должны. Белег и Орофер от него последние века в лес сбегали и на границы. И сейчас сбежали, как праздник кончился. Так что ты, Даэрон, как ныне великий воин, крайний. - Знаешь, Лютиэн, - задумчиво сказал Тьелпэ. - Поехали-ка мы из Дориата... А то Маблунг скоро сочтет, что я тут свой, даром что не синда, и мне тоже придется... - Тебя не тронет, - неуверенно ответила супруга. - Наверное. А куда поедем, в Нарготронд? - В Нарготронд, - кивнул Келебримбор, и, решившись, произнес. - Я когда с отцом прощался, он мне сказал... ну, в общем, они с дядей Тьелкормо уже это обсуждали... они хотят вернуться в Химлад. - Так там же жить негде, - нахмурилась Лютиэн. - Я так слышала. Там всё разрушено и выжжено после Дагор Браголлах. - Земля восстановилась за годы. И крепость хотят заново отстроить. Те эльдар, что пришли вслед за отцом и дядей в Нарготронд, их поддерживают, тоже хотят вернуться. Так что, вполне вероятно... - А ты сам-то хочешь? - Хочу, - признался Тьелпэ. - Я вырос в Химладе. Да и жить хочу на земле, что отцу принадлежит, а не королю Финдарато. Вовсе не потому, что не люблю его или не уважаю, а потому что... - Я понимаю, - мягко прервала его Лютиэн. - Что же, я пойду с тобой. Да и до Менегрота оттуда ближе, я смогу чаще навещать родителей. Знаю, поначалу там будет сложно. Учти, Тьелпэ, на полях и в мастерских я работать не умею, да и вообще мало что умею... но я научусь. - Тебе не придется, Лютиэн... - Мировая жена тебе досталась, Келебримбор, - поднявшийся Берен хлопнул друга по плечу. - Моя такая же — куда угодно за мной пойдет. Цени. Даэрон, пошли! Тебе еще переодеваться в патруль полчаса... - А ты что, со мной? Ты гость Дориата, тебе вовсе не нужно... Да и жена у тебя всего месяц назад произвела на свет дитя, тебе нужно быть с ней... - Вот именно. С ребенком она уже наловчилась, а меня к себе еще не подпускает... Пошли-пошли. Угомонить пьяных эльфов я уж смогу, не волнуйся. И быстрее, чем ты со своими разговорами. Келебримбор, Лютиэн, вы с утреца-то сразу не уезжайте, может, вечерком еще посидим, а? - Да мы не так сразу, - удивленно ответил Келебримбор. - Может, через месяц-другой... - А, точно, я забыл. У эльфов между «принял решение» и «начал шевелиться» лет десять может пройти. В общем, завтра еще выпьем. Даэрон церемонно попрощался с хозяевами покоев, и, подгоняемый Береном, выкатился за дверь. Тьелпэ и Лютиэн еще довольно долго молчали после ухода гостей, допивая вино. Впрочем, молчание было тихим, уютным, умиротворенным. - Может, погасить свечи? - в пространство произнесла дева. - А то еще кто-нибудь придет... - Не придет, - ответил Тьелпэ. - Белег сбежал, Маблунг в городе, дяди Амбаруссар, что по пути к Амон Эреб здесь подзадержались, во дворце почти и не бывают... у дев своих, наверное, пропадают... Так что разве что твой отец проверить придет, не холодно ли нам, не жарко ли, и удобно ли лежим. - Его мама не пустит, - отмахнулась Лютиэн. - Родители в очередной раз помирились, и их в очередной раз самих не видно. А насчет «проверить придет» — я в этом плане больше за Финдуилас беспокоюсь... от нее недавно письмо пришло. - Да, ты успела сказать, что она помолвлена, но потом нас отвлекли. Что там у нее? - Она вместе с Гвиндором ездила в Гавани, еще до битвы, - пояснила Лютиэн. - Точнее, как — ездил он, а она вслед за ним из Нарготронда сбежала. Ну, и я ей помогла немного... В общем, она его догнала. А потом Гвиндору уже ничего не оставалось, как честному эльда, кроме как немедленно предложить ей брак, не дожидаясь благословения ее отца. - А мне Финдуилас всегда казалась такой спокойной и застенчивой девой... - Любую спокойную и застенчивую деву можно довести до белого каления, - поучительно заметила Лютиэн. - Знаешь, Тьелпэ... - Что? - Я как впервые сына Берена на руках подержала... а он ведь первый ребенок нынешнего мира в Белерианде... как увидела его жену, счастливую... Я тоже так хочу. - Да я же не против, - Келебримбор впервые обернулся к супруге и тепло улыбнулся, положив ей руку на ладонь. - Сам хотел. Не знал, как тебе сказать. Ты ведь такая решительная, независимая, Лютиэн... мне казалось, тебе это не нужно. По крайней мере, еще долго не будет нужно. - Артанис уже второй месяц выхаживает своего довольно легко раненого мужа, и пылинки со своего великого воина сдувает, - вздохнула принцесса Дориата. - Она мне вчера по секрету призналась... - Что, и у них тоже?! Впрочем, ничего удивительного... Моргот побежден, в Белерианде настал мир... - Сомнительный мир. Гортхаур неизвестно где скрывается, большой части орков Ангбанда удалось сбежать. - А мира никогда и не будет, Тьелпэ. И благо, что это так. Но это все на меня тоже действует... Я хочу родить тебе сына. И чтоб непременно был похож на тебя. - Будет здорово, если он будет похож на твоего отца, - фыркнул Келебримбор. - Что, прямо вот сейчас идем? Слушай, ну я так не могу... - Допьем сначала, - рассмеялась Лютиэн. - Ты ведь не настолько пьян, чтоб не мочь... сосредоточиться? - Да я вообще не пьян... Когда ты меня пьяным-то видела? - О, несколько раз было... Ну, вот как Берен в Нарготронд приезжал. - Это все он, - отперся супруг. Лютиэн, не слушая его возражений, деловито отставила кубок и придвинулась к мужу, поворачиваясь на диванчике. Келебримбор с его отличной реакцией тут же поймал деву, которая чуть не свалилась на пол. Лютиэн лукаво блеснула глазами, удобно укладываясь у него на коленях. - Ты ведь не упала бы, - начал он наконец что-то подозревать. - Если бы ты меня не поймал — упала, - честно ответила дочь айнур. - Но ты знала, что я тебя поймаю. - Разумеется, знала... Келебримбор склонился, целуя возлюбленную. И даже не услышал, а почувствовал, как последний раз, отзвуком в воздухе и в самой материи Арды, прозвучал Рок, избывая себя до конца.