Практические особенности ётунской магии

- Один отправляет нас с Локи в Альвахейм для переговоров, - поведал громовержец, оторвавшись от поедания ножки фазана. Княжна, грезившая в объятьях Лафейсона, открыла глаза и повернулась к младшему принцу. - Надолго? - Почти на месяц, - трикстер кивнул. Не то, чтобы он был в восторге от предстоящей поездки, но развеяться тоже не помешало бы… После бурной страсти парочка сидела на ложе, устроившись посреди горы подушек. Приобняв Сиф, Локи занимался самым приятным делом на свете в такой прелестной для него компании – попросту ничего не делал, а лишь наслаждался близостью девы и безмятежным покоем, в отличие от дофина. У того после любовных утех просыпался просто звериный аппетит, Тор восполнял потраченные калории с фантастической скоростью. Лафейсон прошелся дорожкой быстрых поцелуев по плечику княжны, снова вдохнул запах волос девы. Нет, пахло от нее воистину божественно. - Нам нужно что-то придумать на это время, - лениво протянул трикстер, не желая особо работать сейчас мозгами. - А чего тут думать? – Тор пригубил кубок с вином. – Мы едем с делегацией, возьмем Сиф с собой. - Мне нравится эта идея, - промурлыкал младший принц, добираясь губами до прелестного ушка. - М-м-м-м-м, - протянула княжна, уворачиваясь от Локи, она не была готова к продолжению. Ётунский сын все понял и печально вздохнул, но объятий не разорвал. - Кто бы еще меня отпустил с вами! Матушка непременно захочет навязаться в спутники или сестриц направит. Одинсон молчал, обдумывая слова Сиф, а Локи проблем вовсе не видел. - О твоем участии в делегации будет соответствующее распоряжение дофина. Вдобавок, объяснишь матушке, что если она так горит желание приобщать тебя к финансовым делам, то тебе не помешает самостоятельно навестить ваших управляющих в мире светлых альвов. - И в кого ты такой умный, а Локи? – прогудел добродушно наевшийся Тор, тяжело вставший из-за стола. Лафейсона совершено не задела фраза брата, его сейчас просто переполняло чувство абсолютного довольства жизнью. Никто в Асграде, кроме королевской семьи, не знал, кем был настоящий отец Локи, да и о том, что он приемный сын многие вспомнили только после «бравых» похождений младшего принца в Мидгарде. Но оставлять без внимания слова дофина Локи не стал, иначе какой же он трикстер? - В себя, любимого! А у тебя мозгов маловато, - борясь с зевотой, проговорил младший принц. – У тебя вся пища идет в мышцы, а вот у меня туда, куда нужно… Сейчас бы лечь, поспать вместе с Сиф… Но Тор возник за спиной словно из воздуха. - Ага, то-то я гляжу, какой ты тщедушный! – громовержец обхватил сидящих Локи и Сиф, и что есть мочи сдавил обоих. Сиф смогла только протестующе пискнуть, а вот Локи предпринял попытку освободиться, но не удачно, за что Тор еще сильнее сжал их в объятиях. - Прекрати тискать меня, как девчонку! – взорвался Лафейсон, чувствуя, как трещат собственные ребра. – Вдобавок, у тебя руки жирные… Одинсон послушался. Посмеиваясь, он отпустил брата и княжну. Сиф повернулась к Локи. - Ах, вот как! – княжна изогнула бровь. – Значит меня ему тискать можно? Лафейсон хотел было закатить глаза, но Брандсон прошлась пальцами по его животу, потом по бокам. Ойкнув, боявшейся щекотки как огня, трикстер подскочил с дивана, отпрыгивая от дофина и девы на приличное расстояние. - Да вы сговорились, что ли? – он переводил негодующий взгляд с Сиф на громовержца. - Руки, значит, жирные, - подозрительно шмыгнув носом, Тор прошелся цепким взглядом по ложу. Не успел Локи возмутиться заново, как одна из подушек полетела в его сторону. «Снаряд» нашел цель, увернуться разомлевший трикстер не успел. - Неженка! - довольно пробасил Тор. По смех Сиф младший принц кинулся поднимать подушку с пола. - Дикарь! – трикстер резко швырнул «снаряд» в ответ и спрятался за колонну. - Ну держись, братец! – дофин словил валик рукой. Одинсон ринулся в атаку, намериваясь настигнуть непокорного ётунского сына. Локи кинулся в сторону, стремясь обежать, схватить другую подушку… Резко притормозил, хватаясь за очередную колонну, ушел с прямой линии. Тор пролетел мимо, затормозить быстро грузный дофин просто не мог. Оторвавшись от брата, Локи рванул к заветному дивану… Сиф хохотала, смотря на мальчишескую игру двух братьев, и восторженно хлопала в ладоши. Принцы кидались подушками, как в далеком детстве, прячась за колонны, бегали по купальни. Парочка шелковых, набитых пухом «снарядов» медленно опускались на дно бассейна. В воздухе плавно кружили белые перья и пух… Лафейсон поймал себя на мысли, что так не отрывался уже давно. В груди младшего принца все больше вспыхивал огонек радости, и он знал, что стало тому причиной: смеющаяся Сиф и Тор с горящими глазами… Под сводами купальни стоял счастливый женский смех и торжествующие крики двух братьев. - Ага, словил, дохлик! - От тролля слышу! На - получи, волосатая громила!- очередную подушку Локи направил в цель с помощью магии. Щелкнув пальцами, Лафейсон создал собственную иллюзию, но Сиф сделала большие глаза и возбужденно затараторила. - Тор, он там, там! Это обманка! - Предательница! – вместо дофина подушка полетела в деву, но та увернулась и лишь состроила младшему принцу рожицу. - А ты играй честно! - Так неинтересно, - протянул Локи, прячась за одной из колонн. - Я знаю, Сиф! - кинул дофин деве, прямиком направляясь к тому месту, где стоял настоящий трикстер из плоти и крови. Младший принц не успел хорошенько подумать, с каких это пор вечно попадающейся на его уловки Тор стал таким чувствительным к его иллюзиям, как дофин вынырнул с боку, с ходу огребая того подушкой. Локи ничего не оставалось, как пуститься прочь за новым «снарядом». На десятой минуте Тору все же удалось схватить юркого и проворного трикстера. Лафейсон принялся освобождаться, но хватка дофина была мертвой. Локи извивался, бил Тора по ногам, в итоге принцы потеряли равновесие и оба рухнули в бассейн, поднимая фонтан брызг. Сиф сложилась пополам от хохота. Братья не спешили всплывать. Княжна только видела двигающиеся тени на дне, разобрать, что там сейчас происходит, из-за толщи воды было нельзя. - Тор, Локи! – позвала дева, но никто не показался на поверхности. Перестав смеяться и начав волноваться, Сиф подошла к самому краю бассейна, напряженно вглядываясь в воду. Сердце ёкнуло, вдруг что-то случилось? Две руки – одна потолще, другая потонешь – показались одновременно из-под воды, схватили деву за лодыжки и рванули. Брандсон завизжала, чувствуя, что падает вперед в гостеприимную синеву источника. Повторный сноб водяных брызг поднялся в купальни. Отфыркиваясь и отплевываясь, княжна поднялась на поверхность, выплыла на мелкое место. Чьи-то мужские руки тут же подхватили её и снова бросили в воду. Сиф сразу поняла, что это был Тор, только он так брал её сильно и одновременно бережно, словно она была хрупкой, фарфоровой статуэткой. Прямо перед ней из воды поднялся довольный дофин, позади послышался всплеск, а по влажной спине холодком пробежал вздох Лафейсона. Они снова были по обе стороны от нее. Два брата, такие разные, и одновременно такие похожие, два принца. Её принца, Сиф не сомневалась в этом ни на минуту. Огненный, взрывной и могучий Тор; холодный, двуличный и изящный Локи. Оба они всегда были для нее чем-то недосягаемым, как две яркие, далекие звезды на темном небосводе. Старший брат вспыхивал, как порох, превращаясь за минуту в огненный смерч, круша все пламенем, но также быстро остывал; младший же был непостоянным, как вода, тихо журчал, словно родник, навязывая то, что было нужно ему, так что потом и не поймешь – сам дурак или трикстер попутал - или мог обрушить свою ярость на несчастный берег, педантично, под корень, уничтожая все на своем пути. Только Сиф теперь знала на какие ласки они оба были способны. С ней огонь Тора не обжигал, как могло показаться вначале. Наоборот, он согревал и дарил тепло, так было его много для нее в душе дофина; а сущность Лафейсона могла незаметно нахлынуть и тут же ласково отступить, как Черное море в ясный, погожий день. - Поедешь с нами, чаровница, - пробормотал Одинсон, проводя пальцем по влажным губам княжны. В голубых глазах дофина появился знакомый блеск вожделения. – Нам без тебя никак… - …нельзя, - закончил за брата Локи, - месяц - смерти подобно. Мы точно не протянем. Младший принц провел языком на шее, под ушком, обхватил ладонями грудь. - Вы оба, - пробормотала княжна, млея от того, что делали пальцы трикстера с ёе сосками, - меня не отпустите, ведь так? Рука Одинсона прошлась между ног Сиф. Тор поглаживал чувствительный клитор сильнее, чем обычно, ведь в воде все воспринимается по-другому. - Не отпустим, - дофин согласно кивнул, закусив губы от вида возбуждающейся Сиф. - Точнее, не сможем, тоска замучает… Брандсон застонала, когда он ввел в нее один палец, затем другой, заводя, дразня, готовя… - А если матушка не пустит – украдем… Тор, кажется, я знаю, что больше всего заводит нашу прелестницу, - тоном искусителя протянул трикстер. – Устроишь ей сеанс рукоблудства? Сиф открыла рот, чтобы возмутиться такой непристойности, но дофин её предвосхитил, ни чуть не уступая в пошлости брату. - Только если ты поставишь её на колени и вылижишь всю досуха, Локи! - О, с удовольствием, - промурлыкал трикстер, прикусывая нежную кожу на шее Сиф. Младший принц потянул деву из воды. - Ненасытные, какие же вы оба ненасытные, - пробормотала смущенная Брандсон. Конечно же, никто из них так и не заметил маленькую пичужку, порхающую под сводами купальни. Затрепетав крылышками, магическое создание выскользнуло в слуховое окошко и скрылось в синеве неба под ярким асгардским солнцем. **** Вших, вших, вших… Щетка скользила по кожаным полам кафтана, наводя последний лоск в одежде младшего принца. Новый камердинер Лафейсона сосредоточено и дотошно чистил одеяние своего господина, словно прислуживал самому Всеотцу. Локи нравилось такое рвение в работе слуги. Его предыдущий камердинер не отличался подобной скрупулезностью, поэтому, хотевший было поначалу возмутиться такой частой смене слуг, Лафейсон решил повременить. Но сегодня уже через полчаса должно было состояться первое заседание Городского совета, на котором Локи предстояло выступить, принца лихорадило от волнения, и размеренные действия слуги просто бесили. Накануне Один похвалил младшего сына за поправки к налоговому законодательству, предложенные им, чем одновременно несказанно удивил и насторожил трикстера. Теперь же Локи предстояло донести суть реформ до представителей богатых кланов. «Ну, вот мозги работают, когда захочешь!» - сказанное прозвучало ровным и спокойным тоном, но Лафейсон отчетливо услышал нотку облегчения в голосе Всеотца. Зато потом в присущей для себя манере Один выдал как обычно: « А то я уж начал опасаться, что ты, сын, отличаешься от ребенка лишь размерами детородных органов и умением создать полномасштабный Рагнарёк из-за проблем в песочнице». Сказанное задело Локи, но показывать этого он не стал - Всеотец всегда был довольно резок в оценке умственных способностей сыновей, Тора так вообще в мир смертных сослал. Впрочем, других подданных он тоже не особо голубил, искренне полагая, что если «верные слуги» не называют за глаза своего короля полным мудаком, значит, тому пора подписывать отречение от трона. Так что обижаться было бесполезно, Одина нужно было принимать таким, какой он есть. Только в этот раз слова Всеотца затронули какие-то тайные струны в душе трикстера. Сам не понимая до конца почему, младший принц решил, что будет рыть землю носом лишь бы оправдать доверие приемного отца. Лафейсон полночи потратил на составление текста речь, расставляя голосовые акценты, и сейчас неимоверно волновался, отчего становился жутко раздражительным, неспешность черни выводила трикстера из себя. - Шустрее, Хруг, не то напущу тебе змей в сапоги! Слуга покорно кивнул, давая понять, что услышал угрозу принца, но работать щеткой быстрее не стал. Уф, Всеотец, и за что ему такое испытание! Или это и есть наказание для разгулявшегося младшего сына? Зачем только королевский мажордом наградил его этим недоразумением по имени «Хруг»? Даже магией на него не повлиять, это никуда не годится… Локи поморщился. Нет, еще немного и он точно взорвется. Камердинер продолжал уделять внимание каждой складке, словно играя на натянутых нервах принца. - Хватить, ты сотрешь весь бархат, дурень! - не выдержал трикстер. - Подавай сюда для одевания! Хруг спокойно отложил щетку и подошел к господину, почтительно протягивая тому кафтан. Флегматичность камердинера пробуждала в Локи настоящего дикого ётуна – так и хотелось отчебучить чего-нибудь эдакое, но сейчас было нельзя. Сцепив зубы так, что проступили желваки на скулах, принц послушно дал себя одеть. Кафтан, регалии члена королевской семьи, портупея… Хруг помог господину закрепить изумрудный, тяжелый плащ на плечах, затем почтительно поклонился и удалился. Локи некоторое время смотрел на свое отражение в зеркале. Глубокий вдох, медленный выдох… Успокоиться, как перед колдовством, сосредоточиться, настроиться. Снова вдох, выдох. Он докажет Одину, что прекрасный оратор, умеющей держать внимание аудитории. Хороший стратег, с развитым чутьем прирожденного руководителя… Он - принц Асгарда, и Городской Совет примет его поправки. Локи хитро подмигнул сам себе. Секунда - и в зеркале лишь промелькнули разлетевшиеся полы изумрудного плаща младшего принца.