Life without Love

Проснувшись утром, Люси первым делом привела себя в порядок. После нескольких тяжелых ночей, девушка казалась сама не своей. Раскрасневшиеся, уставшие карие глаза, обветренные губы, синяки под глазами. Лицо было больным и нуждающимся в отдыхе. Лишь открыв глаза, блондинка поняла, что наступил очередной бессмысленный день в её жизни. Порой в мыслях девушки, проскакивало желание не проснуться утром, покинуть тело и ощутить себя свободной. Но нет. Надежда где-то жила в глубине её сердца. Служанки то и делали, что иногда перешёптывались, придумывая очередные сплетни и небылицы про неё, которые вскоре станут распространяться во дворце. Хартфилии было всё равно, она вовсе об этом не думала, ведь все её мысли занимала та улыбка, те глаза, те ямочки на щеках. Она видела его лишь раз, а в груди уже покалывало приятное чувство, похожее на дежавю. Только вот в тот же момент оно разбилось на тысяча осколков. Вдребезги. Словно его никогда не должно было быть. Сон покинул её и ночи для неё стали, словно очередным испытанием. «Я Люси Хартфилия, дочь Джуда и Лейлы Хартфилиев. Я наложница его Величества, наследника великой династии Дреяров. Для меня он мой муж, мой господин, тот, ради кого я должна жить. Моя жизнь полностью в его руках.» — эти слова Люси повторяла себя каждый раз: днём, ночью, даже во сне она нашёптывала эти фразы. Но сердце начинало сжиматься, когда она лишь вспоминала тот судьбоносный день. Те живые, наполненные счастьем глаза незнакомца заставляли душу трепетно оживать. Она не могла противоречить, что это любовь, или симпатия, любопытность. Она признавалась самой себе, но понимала, что этого никогда не будет. Карие глаза лишь медленно закрывались и во тьме зарождался новый мир, та жизнь, о которой Люси могла лишь мечтать. Где её обнимает мама, отец, чья добрая усмешка еле заметна через густые, русые усы. И он. Розоволосый нищий, который всё не перестает улыбаться, оголяя все свои зубы. А ведь она и имени его не знает! Светило яркое солнце, предвещая о хорошем предстоящем дне. Город только начинал просыпаться. Внезапно, Люси услышала слабый смешок. Неожиданно подпрыгнув, блондинка следом расцвела на глазах, словно лучик солнца. Тёплые карие глаза с нежностью смотрели в игривые изумрудные. Его улыбка не могла не заставить улыбнуться в ответ. Слишком заразной она была. Возможно, это было и к лучшему, ведь её сердце больше не узнает, что такоe печаль… Хартфилия опомнилась. Девушка была в своих покоях. В отражении в зеркале, она видела хрупкую, юную девушку, с темно-карими глазами. Длинные блондинистые волосы были собраны в высокий конский хвост и перевязаны синей, пышной ленточкой. Небольшая челка слегка прикрывала правый глаз. Длинное, пышное, но достаточно лёгкое платьице очень шло красавице. Хартфилию ждали на занятиях по хореографии. За окном шёл холодный дождь. Небо давило на город. На мелких улицах не было ни души, казалось Королевство омертвело. Люси слабо улыбнулась. Это и была её жестокая реальность.

***

Джувия ждала смерти. Вскоре, через несколько дней, Локсар сожгут и наконец — то её душа упокоится с миром. Наконец — то она сможет вздохнуть полной грудью, посидеть на холодном, но таком приятно щекочущем песочке и понаблюдать за морем. Пройтись по родному городу, где раньше она жила, увидеть те знакомые улицы, удивиться, как быстро пролетело время и как все выросли, похорошели, состарились. Но увы, никто не будет видеть Джувию. Никто даже не вспомнит про неё. Но каждый прохожий будет ощущать ту печаль, боль и разочарования умершей. И всегда, когда она просто будет наслаждаться бесконечным днем, будет лить такой же печальный, колючий, портящий все планы дождь. Голубые глаза, которые уже семь дней просто — навсего застыли в слезах, с завистью смотрели за пределы тюремной решетки. Где каждое утро выглядывали последние лучики солнца для неё и каждую ночь, светила волшебная луна вместе со звёздочками. Обида на судьбу вызывала у Джувии плач, который долгое время не прекращался. Пока один из тюремных надзирателей не ударит её и на время отправит во тьму. А ещё Джувия ненавидела себя. Ненавидела себя ещё сильнее. Ведь Джувия не смогла убежать, защитить себя, это её вина. Она всегда виновата в собственных бедах! Глупая Джувия! Из-за своей ошибки, Локсар поплатилась своей невинностью, а вскоре поплатиться и жизнью. Мысли о том злосчастном дне вызывали отвращение, ненависть и тошноту. Охотника девушка ни разу и не видела после прибытия в Королевство. Джувия толком и не помнила, как она приехала, как её отправили в темницу. Ответом на все вопросы была тьма. Тело непередаваемо болело, ныло. Лишь простые движения вызывали дикую боль. И поэтому она могла лишь лежать. Лежать и смотреть на серый бетон, покрытый плесенью. Лишь переводя обречённый взгляд, она вглядывалась в далёкие просторы, стараясь исключить надоедливую решётку из поля зрения. Даже сейчас, Джувия лишь лежала, думая о своём, о проблемах, о случившемся. Закрыв такие прекрасные глаза, синеволосая валялась в пыльной грязи, словно давно умерший труп. Не было ни капли сил что — либо делать. До ушей доносилось чьё — то надоедливое пение о несправедливом конце жизни. — Эй! Вот остатки со вчерашнего дня. Приятного аппетита! — следом послышался шум бьющегося металла и громкий смех надзирателя. Джувия устало открыла глаза. В желудке было пусто. Отказаться от предложенной еды, пусть и остатков, было настоящим грехом, поэтому бедняга, подавив свою гордость, доползла до проклятого подноса с миской воды и куском горбушки. Так же на краю посудины лежали пару ягодок, которые надолго утоляли жажду. Локсар не понимала, почему власти вообще дают заключённым еду, если они всё равно убьют их. Плюс Джувию немного тошнило, скорее всего из-за долгого отсутствия пищи. Бедолага воистину наслаждалась простым чёрным хлебом, который для остатков, был, к удивлению, достаточно свежим. Немного отпив из стакана воды, девушка отложила его в сторону. Следующую порцию дадут только завтра, а целый день ещё впереди. Утомленный взгляд упал на красные ягоды. Взяв одну в руки, синеглазая слегка покрутила её и, не задумываясь, проглотила. На вкус ягоды были вкусными: слегка сладкими, слегка кислыми. Однако в следующий момент вялая дева почувствовала что — то неладное. Вкус вызвал некое отвращение. Джувия почувствовала, что её сердце начало неистово биться быстрее, а тело, словно бросило в жар. Через несколько секунду тошнота затмила ком и Локсар вырвало…

***

— До свидания. Я пойду в центральный храм. Хочу прочитать молитвы за нашего Короля, — проговорила Хартфилия, выходя за ворота дворца. К её счастью, стражники согласились оставить наложницу саму и позволить ей провести остаток дня в гордом одиночестве. Тем более в храм их и не пустят, ведь туда дозволено идти только девушкам, женщинам, сиротам, пожилым людям и вдовам. Только вот не факт, что кареглазая направляется именно туда. Люси поправила шелковый платок, нервно прикусывая нижнюю губу. Обманщица немного волновалась. Главное — не привлекать к себе много внимания. Хартфилия улыбнулась, наблюдая, как вечная суета замка потихоньку покидает её и она становиться свободнее. Обходя большие лужи после сильного дождя, девушка внезапно засмеялась. Подобный звону маленьких колокольчиков смех разносился по окраинам. Люси была уверенна, что всё будет хорошо, она чувствовала, как никогда ранее. Возможно, это последние события так изменили девушку, или же та самая яркая улыбка её счастливого бродяги. Она обязательно встретиться с ним ещё раз!