Дочь Дракона

flashback. Вечер после победы над Салокниром, дворец Исграмора. — Так-так… Дельфина, ты ли это? — вольготно рассевшийся на стуле мужчина поднял брови. Весь его облик выражал приятное удивление. — Именно, Ульфрик. — Женщина, сдерживаясь, чтобы не оглядываться поминутно, закрыла за собой дверь и села напротив. — Рада видеть тебя в добром здравии. — Взаимно, весьма взаимно. Что же такого случилось, что тебе потребовалась беседа тет-а-тет? — Я нашла Довакина. — Прости, что? — светлые брови взлетели едва не к самому обручу — символу власти ярла. Дельфина дёрнула плечом, но язвить не стала. Слишком хорошо знала характер владыки Виндхельма. Поэтому она просто повторила: — Я нашла Драконорождённого. Вернее, Драконорождённую. — Так это о вас болтают? Что в роще Кин дракона прибили? — О нас, — кивнула Дельфина. — Правда… есть некоторые нюансы… — Не томи! — попросил ярл. — Я не знаю, на чьей она стороне. — А подробнее? — Ульфрик насторожился. — Слышал о скандале в Талморском посольстве? — Гм… это когда одного из гостей в покои эмиссара занесло? — Да. — Твоя работа? — Почти. Моего… хм… доверенного лица. — И даже не навели их на свой след. Блестящая работа. Впрочем, как и всегда. — Льстец, — усмехнулась Дельфина. — Но не будем отвлекаться. Так вот. Девочку эту, Довакин которая, я увидела ещё у Фаренгара, когда Карту искала. Она в тот день первого дракона уложила. Я не поверила, решила о ней подробнее разузнать. — Дельфина помрачнела. — Глухо. По мнению окружающих — она сирота из Хелгена, чьи родители погибли, когда на крепость напал дракон. — Женщина была явно недовольна скудостью информации. — Проложила себе путь до тана Вайтрана, но даже это не помогло мне узнать о ней больше. Ничего, кроме того, что она, похоже, воспитана в лучших имперских традициях — даром что нордка. Ругается иногда, но в целом её поведение говорит о врождённом аристократизме. Значит, не совсем та, за кого себя выдаёт — в смысле, не деревенская простушка. Как я поняла, становиться частью войны не собирается. Прямо как Балгруф, коему она, кстати, присягнула в верности. — Зато Балгруф пока никому не присягнул… — нехорошо улыбнулся Ульфрик. — Недолго осталось, впрочем. — Н-да, ты не дремлешь, как я погляжу. — Дельфина закинула ногу на ногу, с усмешкой глядя на ярла. — Однако мы снова отвлеклись. В день скандала в посольстве мой агент видел Миру. Она преспокойно общалась с одним из боевых магов, и… Эй! Ярл подавился воздухом, и теперь усиленно откашливался. Дельфина вскочила и легонько постучала его по спине: — Ты чего? — Боевой маг-альтмер? В Скайриме? — выдавил Ульфрик. — Даэдра возьми этот Талмор! Что они задумали?! — Мне это тоже интересно. Но нужно быть терпеливее, Ульфрик. И вообще, ты меня не дослушал! — женщина капризно выпятила нижнюю губу, на что Ульфрик улыбнулся. Ему не привыкать. — Прости, прости. Продолжай. — В общем, этот боевой маг провёл Миру куда-то в сторону конюшен. Дальше агент не видел, но я лицезрела коня девчонки. Айлейдская порода. — Так ты думаешь, эта Мира — талморский выкормыш? — перешёл к сути Ульфрик. — Есть такой вариант. Окончательно не знаю. Я не успела её толком растрясти, девочка попала в оборот к Седобородым в тот же день, и увидела я её уже после Испытания. Она стала более замкнутой, если это вообще возможно. Она и так не то чтобы болтушкой была. К тому же демонстрирует полнейшее недоверие, несмотря на то, что мы… сотрудничаем. В общем, не знаю. — Дельфина вздохнула. — Буду её обрабатывать. И если она действительно талморский шпион… — Не кипятись, — поднял ладонь Ульфрик. — Иметь Довакина в стане — очень даже полезно. — И что ты мне предлагаешь? Склонить её на твою сторону? — Дельфина, до того мерившая шагами комнату, остановилась перед ярлом, уперев руки в бока. — Ты как всегда чрезвычайно сообразительна. — Ульфрик подался вперёд, притягивая к себе охнувшую от неожиданности женщину. Противиться она не стала, наоборот, запустила пальцы в пшеничные волосы ярла и улыбнулась, чувствуя, как он крепко обвивает её талию. — А где сейчас эта Мира? — пробурчал Ульфрик ей куда-то в живот. — Я нашла Эсберна. — Ответила Дельфина, поёжившись от удовольствия. — Девочка приведёт его в Ривервуд. Займёмся Пожирателем мира. Ульфрик поднял голову, встречаясь с ней глазами: — А ты не думаешь, что она не готова? — А я на что? — Дельфина склонилась, касаясь его губ своими, выдохнула: — Научу, направлю. В принципе, у девчонки нет выбора. Это её судьба. Не выживет — не выживем и мы. А выживет — постараюсь притащить её в твой стан. — Я в тебе никогда не сомневался. — промурлыкал Ульфрик, и бесцеремонным рывком заставил бретонку приземлиться к нему на колени. Такое завершение деловой беседы вполне устраивало обоих. end of flashback       Мираэль с трудом удержалась от того, чтобы не шарахнуть дверью подвала и огляделась, выискивая взглядом Лидию. Женщина сидела за ближайшим к двери в подвал столом, неспешно потягивая эль. Казалось, она отдыхает, но её глаза зорко шныряли по таверне.       Увидев тана, Лидия отставила кружку, намереваясь встать, но Мираэль отрицательно качнула головой, и она замерла. Дверь таверны открылась — в помещение зашёл капитан деревенской стражи, Роэн. Мираэль, накидывая капюшон на голову, кивнула ему, а он остановился перед ней, загородив дорогу. — Дельфина у себя? — спросил мужчина. — Да, она внизу. — Хорошо. Нужно её задержать, чтоб не выходила подольше. — Зачем? — удивилась Мираэль. — Там эльфы приехали… — Они ищут её? — Нет. Они приехали за вами. — Не поняла… Как это — за мной? — быстро же слухи о стычке в Норе достигли ушей Талмора… — Ну, я не совсем правильно выразился, — ответил капитан. — Они приехали, чтобы поговорить с вами. По крайней мере, так они сказали. — Не сидится им на месте! — процедила Мираэль. — Поговорить, значит… Лидия, спустись в подвал, задержи Дельфину и Эсберна, пусть не высовываются. А я пойду… поговорю. — Помощь нужна? — с готовностью спросил Роэн. Лидия исчезла за дверью. — Нет, не думаю, но за предложение спасибо.       Мираэль вышла из таверны и втянула воздух, расслабляясь. Постояла в тени веранды, наблюдая, как четыре эльфа и среди них один в даэдрической броне — вот так «сюрприз»… — переминаются около кузницы. А за верстаком продолжает невозмутимо работать Алвор. Мираэль даже не понадобилось ничего говорить — эльфы услышали её шаги и обернулись, как по команде. — Чем обязана? — поинтересовалась Мираэль. — Наша госпожа, посланница Талмора и Первый Эмиссар, благородная Эленвен, приглашает вас посетить званый ужин. Она желает лично познакомиться с вами. — отчеканил эльф в даэдрике. Мираэль слегка подняла брови. — Хм. Серьёзный повод, — кивнула она. — Простите, лорд Эрондил, но у меня много важных дел. — В голосе Мираэль была вежливая прохлада. — Некогда по званым ужинам бегать. Не уверена, что смогу принять приглашение раньше, чем… через несколько месяцев. — С чего ты взяла, что можешь отказывать Талмору? — вскинулся один из младших эльфов. — Дайте-ка подумать… — Мираэль внимательно посмотрела на него и эльф захрипел, схватился за горло, а прежде чем его сородичи сделали хоть что-то, рухнул на колени, задыхаясь. Остальные эльфы — кроме Эрондила — обнажили оружие, но не успели сделать ни шагу. Луки каждого стражника деревни уже щерились в их стороны стрелами, а эльф в даэдрике повелительно поднял ладонь, приказывая своим собратьям угомониться. Медленно и явно нехотя эльфы убрали острые клинки в ножны. Так же медленно опустили оружие стражники Ривервуда, когда Мираэль скопировала движение эльфа. Но напряжение всё ещё висело в воздухе, и всё произошедшее сопровождал хрип придушенного магией эльфа. — Вы уже пригласили меня. В Рифтене. Очень вежливо пригласили, не так ли? — процедила Мираэль, вытаскивая из кармана и магическим импульсом отправляя в руки лорду Эрондилу изрядно помятое послание. — Почему бы вам не оставить меня в покое на время, а то я после вашего приглашения… слегка не в себе. Покалечить могу ненароком, а это никому из нас не нужно, правда? Я же не отказала вам совсем, хотя после произошедшего имею на то полное право. Но я лишь сказала, что не смогу оказать почтение госпоже Эленвен в ближайшее время.       Невидимая удавка ослабла, оставив эльфа корчиться в пыли в попытке вновь научиться нормально дышать. Лорд Эрондил пробежал взглядом записку и вернул ей, но пока молчал, будто давая Мираэль выговориться. — Я уверена, вам не понаслышке известно понятие долга, — уже спокойнее сказала Мираэль, глядя, как по знаку Эрондила эльфы поднимают пострадавшего и дают ему какое-то зелье. — Равно как и мне. С благородной Эленвен я обязательно познакомлюсь, даю слово. Это и в моих интересах тоже. Но только при наличии у меня свободного времени. Сейчас у меня его нет. Неужели так сложно понять, не вынуждая меня применять силу? — завершила она почти устало. — Дракон! — взвыл один из стражников. Зазвенел тревожный колокол. Мираэль поджала губы: — Вот видите? Совсем нет времени. Долг зовёт! — Она взглянула на вскочившего из-за верстака Алвора: — В дом, бегом! И не выходите! Кузнец понятливо кивнул и скрылся.       Из таверны выбежали ещё несколько людей, в их числе были Роэн и Лидия. Мираэль почувствовала облегчение, не увидев Дельфину. Хоть бретонка и раздражает, но нечего ей высовываться при талморцах… пока что.       Дракон, напавший на деревню, оказался довольно слабым, совсем ещё малыш — размерами всего-то втрое превосходивший лошадь. Тем не менее, прежде чем шквал стрел превратил его ещё не окрепшие крылья в рваные клочья, и дракон рухнул в реку, окрасив прозрачные воды своей кровью, он успел снести стену, защищавшую деревню от реки. А падение туши дракона вызвало большую волну, хлынувшую через пробоины прямиком в деревню. — Лидия, держись! — закричала Мираэль, руками и ногами хватаясь за один из столбов, поддерживающих веранду дома Алвора.       Волна налетела с мощью тарана. Силы её хватило на то, чтобы пересечь всю деревню, охватить таверну и затопить территорию за ней, где располагались дома и огороды других ривервудских жителей. Но всё же Белая не была морем, а потому волна оказалась короткой — прошло не более двух минут и вода отступила, унося в реку трупы погибших в бою с драконом стражников. Среди них Мираэль заметила золотую эльфийскую броню. Если Белая донесёт тела до самого Вайтрана — не миновать ей серьёзного разговора с ярлом…       Пока стражники выясняли, кто из гражданских пострадал, Мираэль двинулась к конюшне, оказавшейся в зоне поражения. К её облегчению все лошади были целы, разве что ноги малость промочили, и нуждались в смене подстилки в стойлах. Успокоив встревоженных животных массовым заклинанием, Мираэль вышла из конюшни. Алый всполох среди завалов стены привлёк её внимание, и Мираэль присмотрелась. Так и есть — даэдрика. — Вот только разборок с Талмором из-за гибели их боевика мне не хватало! — проворчала Мираэль. — Капитан Роэн, нужна помощь!       Она телекинезом подняла и сдвинула в сторону тяжёлые куски камня и дерева, что завалили тело лорда Эрондила, а капитан вытянул талморца из зоны риска. — Благодарю, — сказала Мираэль, бросая в эльфа диагностирующее. Несколько переломов — заслуга завала, а не дракона. Небольшое внутреннее кровотечение, осколком ребра задето лёгкое и есть вероятность сотрясения. Тем не менее, ему повезло больше, чем всей его команде. — Отнесём его к Дельфине, — казала Мираэль капитану. — Это же эльф! — поразилась подошедшая Лидия. Мираэль мельком глянула на неё, убеждаясь, что её хускарл относительно невредима. — Никто из них не спас бы тебя, окажись ты в подобной ситуации! — Знаю. — Мираэль устало улыбнулась. — Но я — не они. Кроме того, он — мой… знакомый. Тема закрыта. Я помогу ему встать на ноги, и пусть катится ко всем даэдра… — тут же она обречённо подумала, что теперь её и неугомонного альтмера точно свяжет Долг Крови. Сплошное везение… — Мира, это… Ты с ума сошла?! — взвизгнула Дельфина, когда Роэн занёс бесчувственного эльфа, и по знаку Мираэль уложил на одну из кушеток в подвале. — Это же талморец! Сейчас же… — Ради крови Акатоша — закрой рот! — рявкнула Мираэль. — Я знаю, кто он. Но я никогда не уподоблюсь им, и помогу ему, хочешь ты этого или нет! Эсберн, помоги снять его доспехи. Надо лечить, пока не началась регенерация и кости не срослись неправильно. Капитан, спасибо большое за участие. Эсберн, в отличие от Дельфины, не принял в штыки поведение Мираэль. Он вообще никак не отреагировал на происходящее — молчал, видимо, собирая и анализируя информацию. Но Мираэль была благодарна за его молчание. — Дельфина, будь добра, принеси мне верёвку и плотную ткань, — попросила она. — Э-э… Ладно, уже иду. — Дельфина покосилась на Эсберна, а он кивнул. Что ж, хоть кто-то имеет управу на эту особу, — неприязненно подумала Мираэль. — Лидия! Мне понадобятся зелья, они в моей сумке в доме Алвора. — Я мигом.       Мираэль в процессе лечения пришлось выпить два регенерирующих зелья. Лорд Эрондил и правда заработал сотрясение, но небольшое — шлем уберёг. Лёгкое залечено, кровотечение устранено, и кости начали регенерировать под воздействием зелий. В завершение Мираэль взяла склянку с зельем лечения, и влила его в полуоткрытые губы эльфа, следя, чтобы не пролилось ни капли. Она сделала всё, что могла. Остальное зависит от воли к жизни этого эльфа. — И чего тратишься? — проворчала Дельфина. — Я хочу, чтобы он быстрее очнулся, — уже спокойно пояснила Мираэль. — Чем раньше это случится, тем быстрее я смогу заняться своими делами. Моя мать была Высшим Целителем и передала этот дар мне. А Высшие лечат всех, кто попал в их руки и нуждается в помощи. С этой точки зрения для нас не важно, враг перед нами или друг. — Логично, — Дельфина кивнула, признавая её правоту. — Ну, хорошо. Иди, отдыхай, а я его посторожу. Если что-то изменится — дам знать. — Спасибо. И, Дельфина — без глупостей. Это боевой маг, а я не хочу, чтобы из-за твоего страха ярлу Балгруфу пришлось познать на себе гнев Талмора. Ты меня поняла? — Что я, совсем дура по-твоему?! — возмутилась Дельфина. — Иди.       Лорд Эрондил подал признаки сознания перед рассветом. Когда Дельфина и Мираэль спустились в подвал — прошло не более двух минут с момента, как Дельфина сообщила, что эльф очнулся — они обнаружили, что верёвки, стягивавшие руки раненого, валяются на полу. И повязка, что закрывала ему обзор, тоже. Сам Эрондил невозмутимо стоял спиной к вошедшим, растирая запястья.       Дельфина открыла рот, но Мираэль одной рукой зажала ей губы, а другой — двинула кистью, создавая магический барьер между ними и альтмером. — Я знаю, что вы сделала, и я благодарен вам, тан Мира. Я знаю, где нахожусь. Но даю слово - вам это ничем не грозит. — Чего стоит твоё слово, талморец? — гневно фыркнула Дельфина, оттянув руку Мираэль от своего лица. — Многого, ибо теперь я обязан Драконорождённой жизнью, последняя из Клинков.       Мираэль подошла ближе. Эрондил без малейшего стеснения повернулся к ней, и она немедленно скрестила с ним взгляды, чтобы случайно не опустить глаза ниже. — Милорд Эрондил… — заговорила осторожно, взвешивая каждое слово. — Я прошу прощения за предпринятые мною меры предосторожности. Сейчас вам принесут вашу броню и оружие. И я прошу вас сразу покинуть это место. Я рискну поверить вашему слову. Но хочу предупредить — если с моими друзьями что-то случится, не найдётся такого мира, в котором не настигнет вас моя месть. — Я не держу на вас зла за то, что вы сделали. — Отозвался талморец. — Напротив, это было весьма разумно, хоть и бесполезно. Э-э… её только что похвалили? — не поняла Мираэль. — У меня нет причин сомневаться в вашем слове. Как и у вас, леди Драконорождённая — в моём. — В глубине голубых глаз эльфа взметнулось и опало пламя, а затем он нарушил некую торжественность их беседы ехидным: — Хотя могли бы и не распыляться. Не забывайте, что мы связаны. — Такое захочешь — не забудешь. — Мирно хмыкнула Мираэль, не отреагировав на вопросительный взгляд Дельфины. Женщина просканировала их взглядом, и покинула подвал, а между альтмером и нордкой воцарилась спокойная тишина. Мираэль отступила, увеличивая расстояние между ними — близость обнажённого мужчины нервировала её больше, чем она готова была признать. Тем временем Оргнар, разбуженный хозяйкой таверны, принёс доспехи эльфа и ушёл, не проронив ни слова.       Мираэль прислонилась к косяку двери, наблюдая, как Эрондил, вновь повернувшись к ней спиной, облачается в свою броню. У Мираэль была отличная возможность оценить его телосложение — такое же поджарое, как у почти позабытого ею Вайлана, но мускулатура выражена ярче. Сухой, гибкий, быстрый. Такие обычно становятся лучниками или разведчиками, и носят лёгкий доспех. Но Эрондил отчего-то носит тяжелейшую даэдрическую броню, хотя и орудует в основном магией. Нетипичный какой-то талморец.       Когда лорд Эрондил повернулся к ней, держа шлем в руках, Мираэль собиралась покинуть подвал, но взгляд эльфа словно пригвоздил её к месту. — Я знаю Эленвен дольше, чем ты живёшь на этом свете, Мираэль, — негромко сказал он, вдруг вновь переходя на "ты". — К нападению в Рифтене Первый Эмиссар непричастна. Верить мне или нет — твоя прерогатива, я всего лишь ставлю тебя перед фактом. Мираэль приподняла бровь — мол, это всё? — И ещё… С твоими друзьями никогда ничего не случится, как я и говорил. — Он текучим, плавным движением оказался рядом, застав Мираэль врасплох, и выдохнул, склонившись к самому её уху: — Вот только Клинки тебе не друзья, дитя Дракона. ***** — В Картспайр? — поинтересовалась Лидия — Не будем спешить, — повела плечом Мираэль. — Я так долго здесь, а не видела толком провинцию. Даже не знаю, может, завернём в Солитьюд, и обязательно проведаем Соратников. Время терпит.       Пока они молчали, не находя новых тем для разговора — да и не стремясь разрушить приятную тишину этого утра — Мираэль погрузилась в размышления. Через два месяца у её отца день рождения. В прошлом году, закрутившись в вихре обрушившихся на неё событий, Мираэль просто побоялась поздравить его, не желая дать наводку ищейкам, буде таковые объявятся. К её удивлению, этого не произошло, и Мираэль тщетно гадала, в чём причина. Но позже отбросила эти мысли. К чему ей бояться Вайлана, если есть куда бо́льшая заноза в одном месте, под названием Алдуин? Хотя она уже привыкла к сокращённой версии своего имени, а некоторые недомолвки словно стали частью её самой…       Мираэль поёрзала в седле, садясь поудобнее, и улыбнулась. Почему-то при мысли об Алдуине над страхом ощутимо довлело любопытство. Возможно, так повлияло на неё понимание, что первенец Акатоша, вместо того, чтобы убить, перекинулся с ней парой фраз. Надменных, отнюдь не дружелюбных, но всё же. Не хотелось признаваться самой себе — но Мираэль с удовольствием поговорила бы с драконом ещё раз. Хотя и понимала, что это вряд ли возможно.       Интересно, Эрондил сообщил её отцу, что с беглянкой-дочерью всё в порядке? — перескочили мысли Мираэль на отвлечённую тему. За это время от него не пришло больше ни одного письма, и Мираэль это беспокоило. За себя она не опасалась, но тревога за отца, задвинутая в дальний уголок сознания, никуда не делась.       До подножия Глотки мира оставался один поворот, когда подобно отдалённому раскату грома прозвучал крик дракона. Мгновенно тан Вайтрана и её хускарл насторожились, а кони под ними захрапели, прядая ушами.       Мираэль взглянула в сторону, откуда донёсся драконий рык, однако обзор заслонял каменный бок горы. Тем не менее, только сейчас она заметила, что небо слишком тёмное для утра. А ноздри только сейчас уловили запах гари. Тело приобрело самостоятельность ещё раньше, чем мозг отдал команду — Мираэль подалась вперёд, почти прильнув к шее коня, ударила его пятками в бока и рявкнула: — Пошёл!       От неожиданности Кватч взвился, вставая на свечу, и кинулся вперёд, опасно скользя по обледенелым ступеням. Мираэль услышала удивлённый окрик Лидии, но не остановилась. Эбонитовый клинок надёжно и привычно лёг в ладонь, а раздавшиеся вскорости крики людей только подстегнули рвение. Вот поворот и…       То, что предстало её глазам, заставило Мираэль резко натянуть поводья, отчего конь даже присел на задние ноги, недовольно заржал, кусая удила и раздражённо мотая головой. Но его всадницу это сейчас не заботило. Айварстед горел. А в затянутых дымом небесах сверкало пламя, и змеились молнии… «Алдуин…» — Мираэль подумала о чёрном драконе не со злостью или гневом, а как-то… как-то не так, как следует думать драконоборцу.       В качестве извинения гладя коня по шее, Мираэль поджидала Лидию. Когда хускарл поравнялась с ней, они обе рысью направились к деревне. Но близко подъезжать не стали, остановившись на краю моста. Людские вопли и гул пламени становились всё громче, Мираэль вскинула голову, вглядываясь. Однако вместо чёрного дракона увидела серебристо-зелёного. Значит, Алдуин пробудил сородича и смылся.       Правда, перед этим приложил лапу к уничтожению деревни. Будто насмехался, дразнил — вот он я, попробуй достань. «Вот гад», — констатировала Мираэль мысленно. Как-то обидно даже. Придётся иметь дело с обычным драконом. Неинтересно. — Готовься! — бросила Мираэль, и Лидия кивнула.       Как и предполагала Мираэль, безымянный дракон не представлял собой ничего особенного. Основной бой разгорелся на узкой деревенской улочке. Крестьяне храбро попрятались кто куда, стоило двум новым лицам отвлечь на себя внимание крылатого монстра, но это было Мираэль только на руку. Когда «Безжалостная сила», прицельно попавшая прямо в морду ящера, оглушила его, нордка быстро отдала Лидии сумку с зельями и приказала позаботиться о раненых, а сама с мечом наперевес кинулась на временно дезориентированного ящера. Первый же удар пришёлся прямо по глазам, и дракон, шатаясь, попятился.       Он погиб, погребённый под одним из пылающих домов, сквозь который пытался просочиться, уходя от яростных атак Мираэль. Его сожрало собственное пламя.       Опустив меч, с которого струйками стекала драконья кровь, Мираэль стояла посреди разрухи, чувствуя, как душа дракона изгоняет из тела слабость. «Спи спокойно, брат».       Мелькнувшая внезапно чуждая мысль напугала. Мираэль потрясла головой, отвела взгляд от завалов и увидела, как медленно и неуверенно возвращаются оставшиеся в живых жители деревни. Крестьяне обступили её, поток благодарностей смешивался с рыданиями, а Мираэль вдруг захотелось очутиться подальше отсюда. — Ты же Довакин! Где ты раньше была?! Мираэль даже опешила. Уж чего-чего, а этого она точно не ожидала.       Высказавший своё недовольство дюжий детина в первом ряду смотрел на неё отнюдь не с благодарностью. Мираэль медленно склонила голову к правому плечу, и одарила его долгим пронизывающим взглядом. Мужчина, не выдержав, отвёл глаза. Остальные крестьяне дружно зашикали на него, но парень явно был в ярости. — Где ты была раньше?! — вновь повторил он, больше не рискуя поднять голову. — Этот монстр сжёг мой дом… а у меня там сестра младшая была! Мираэль вздрогнула. Удар не в бровь, а в глаз. — Матэль, прекрати! — прикрикнула седая старуха в первых рядах. — Ты, что ль, один потерю понёс?! — Я не могу спасти всех, как бы мне этого ни хотелось. — Мираэль заговорила негромко, но гомон стих мгновенно. — В общем и целом я тут нахожусь только по стечению обстоятельств. — Убивать драконов — твоя работа! — упорствовал Матэль. — Спасибо, что просветил, — усмехнулась Мираэль. — Я сожалею о твоей сестре, но моё сочувствие не вернёт её. И твой психоз тоже. Поэтому затихни и помоги пострадавшим. И запомни — появление дракона предугадать невозможно. Я прихожу, когда это в моих силах, но я не бог, и не всё мне под силу. — Что ж ты за Довакин такой?! — в голосе Матэля ясно звучало презрение. — Уж какой есть. И другого не будет, — отрезала Мираэль и, ставя точку в разговоре, повернулась к парню спиной.       Она своей магией и зельями помогла, насколько это было возможно, раненым. Пока Мираэль сражалась, Лидия успела раздать несколько порций исцеляющего зелья, облегчив своему тану задачу. Некоторых Мираэль удалось исцелить полностью, иным требовались уход и долгая реабилитация. Так или иначе, Мираэль сделала всё, что было в её силах. — Я сообщу рифтенским властям о произошедшем, и они отправят сюда всё необходимое. А пока постарайтесь укрыться на ночь. — Сказала Мираэль на прощание четыре часа спустя, и послала Кватча лёгкой рысью, с облегчением покидая разорённую деревню. Какой бы ни была видимость, но слова Матэля засели у неё в мыслях, медленно, но верно отравляя их. Она ведь действительно не всесильна. Хуже всего становится, когда девушка видит результаты нападения драконов — сожжённые поселения, трупы, сироты… Словно угадав, что гложет её тана, Лидия сказала: — Слушай, ты действительно не виновата. — Это с какой стороны посмотреть. — Мираэль вздохнула. — Каждый человек, погибший из-за дракона — на моей совести. Я это чувствую. Искупить смогу только тогда, когда разберусь с Алдуином. — Я рада, что ты говоришь «когда», а не «если». — Хускарл улыбнулась. Мираэль чуть приподняла уголки губ в ответ. Да, сейчас она не задумывалась о том, что может погибнуть. Забавно, как суровая действительность способна изменить человека в какие-то доли мгновения.       До Рифтена добрались через пять дней. Мираэль, как только среди деревьев мелькнула вышка сторожевой башни Рифта, потянулась к капюшону, а потом тихо фыркнула и опустила руку. Плевать. Ворота почти уснувшего города не спешили открываться навстречу всадницам. — Эй, ты! — подал голос один из стражников. — Хочешь войти в Рифтен — плати гостевой налог. — Да? — Мираэль соскользнула с седла и приблизилась. — Твоя жизнь в качестве налога подойдёт? — Что? Да кто ты такая?! — мгновенно завёлся стражник, и на пару с товарищем выхватил меч. — Какая, к даэдра, разница? Важно лишь то, что у меня неотложное дело к ярлу Лайле. Уверен, что хочешь скрестить со мной оружие? — Мираэль красноречиво погладила ребристую рукоять своего клинка. — Гм… вроде, Кувалда говорил что-то про некую девушку… — Подал голос второй стражник, опуская меч острием вниз. — Эбонитовое оружие, кожаная броня, сопровождающая — женщина… И конь необычный. Да, точно. Грэг, пропускай. Просим прощения, госпожа Довакин. Больше не повторится.       Мираэль хмыкнула. Кто бы мог подумать, что ей доведётся вновь испытать благодарность к Гильдии воров? ***** — У меня новости по поводу нападения дракона на Айварстед. — сказала Мираэль, зная, что рабочий день ярла ещё не окончен. Скрестившие алебарды стражники у дверей рифтенского дворца мгновенно успокоились, а один из них вызвался проводить девушку в тронный зал.       Ярл Лайла Рука Закона в окружении приближённых восседала на троне, расположенном на возвышении в конце пиршественного зала. Стражник с поклоном доложил имена пришелицы и удалился. Мираэль вежливо наклонила голову. Низко кланяться она полагала нужным только тому, кому присягала на верность. А это — ярл Балгруф. Ну, и Император. Остальные обойдутся. — Значит, ты Драконорождённая? — Лайла с любопытством прошлась взглядом по Мираэль. — Так точно, ваша милость. — Ты впервые почтила меня своим присутствием. Какие новости у тебя для меня? — Вчера утром я стала свидетелем нападения дракона на деревню Айварстед. Сожжены большинство жилых построек, урожай сгорел, и погибли тридцать человек, включая всех стражников. В глазах ярла мелькнула паника, а поза перестала быть такой расслабленной. — Талос всемогущий! — вздохнула Лайла. — Это ужасные новости. Но я благодарю тебя за то, что ты озаботилась их скорейшим донесением. Сегодня же в деревню отправятся обозы с продовольствием. Присядь и отдохни, мне нужно отдать распоряжения и достойно наградить тебя.- Ярл повела рукой в сторону скамей, стоявших у стен. — При всём моём уважении, ярл Лайла, мне не нужна награда. — сказала Мираэль. — С вашего позволения я бы хотела отдохнуть в вашем городе, прежде чем займусь неотложными делами. Лайла смотрела на девушку с лёгким недоумением. Мираэль была первой, кто отказался принять награду. Это было любопытно, и ничуть не обидно. — Что же, раз так, я не задерживаю тебя, — милостиво улыбнулась Лайла. — Надеюсь, это не последняя наша встреча. И знай, что тебе в этом дворце всегда рады.       Мираэль склонила голову и покинула дворец, на сей раз на автомате накидывая капюшон и раздумывая о подоплеке слов ярла. Злить власть имущих она не собиралась, но присяги от неё они не дождутся. Мираэль не видела смысла в том, чтобы служить многим. Тем более что все ярлы Скайрима, кроме Балгруфа, принадлежат к тому или иному лагерю в этой гражданской войне. Следует обдумать, как бы повежливее отказаться от «чести» быть связанной клятвой верности с другими ярлами провинции.       Мираэль остановилась у деревянных поручней платформы, на которой верхние ярусы города возвышались над нижними. Подняв голову, девушка втянула ночной воздух. С Велотийско-Джерольских хребтов, меж которыми притулился город, тянуло прохладой. Месяц Высокого солнца только наступал, даруя почти всей провинции зной, но здесь, в предгорьях, ветры уравновешивали его, делая погоду более сносной. По крайней мере, было чем дышать.       Что-то довольно сильно ткнуло её в бок, Мираэль едва устояла на ногах, резко развернулась, и увидела… ребёнка. Неверный свет факелов позволил рассмотреть, что это маленькая русоволосая девочка, скорее всего нордка. В её глазах стояли слёзы. Столкнувшись с Мираэль, она отскочила, как маленькая лань, и залепетала: — Простите меня, госпожа… я… — Эй, эй, тише, ты чего? Кто тебя обидел? — мягко поинтересовалась Мираэль, придержав девочку за плечи. — Не… никто… простите… — Да хватит извиняться. И лгунья из тебя никакая. — Мираэль улыбнулась, располагая малышку к себе. — Пойдём со мной. — К-куда? — Проводи меня к тем, кто тебя обидел. — Н-не… не надо! — В глазах девочки отразился самый настоящий ужас. — Надо, ещё как надо! Веди. Не бойся. Если что, я защищу тебя. — Почему? — Мираэль с трудом расслышала вопросительную интонацию — настолько безэмоционально говорила девочка. — Что «почему»? — Почему вы интересуетесь? Мираэль улыбнулась: — Потому что ты плачешь, а если ребёнок плачет — значит, его обидели. А я не люблю тех, кто обижает детей. В глазах девочки блеснуло что-то странное, и исчезло, прежде чем Мираэль успела охарактеризовать это «что-то». — Как тебя зовут? — Руна Крепкий Щит. — А я — Мира. Приятно познакомиться.       Руна повела её в сторону обратную той, в которой находилась таверна, в тупичок с примостившимся в нём старым домом, над дверьми которого дугой располагались кованые буквы, складывающиеся в слова «Благородный сиротский приют». — Так ты отсюда? Руна кивнула, и Мираэль почувствовал, как она дрожит. — Спокойно, Руна. Я же говорила тебе, что не дам тебя в обиду.       Дверь была не заперта, и, войдя, Мираэль очутилась в ярко освещённом и скудно обставленном коридоре. Слышались приглушённые стенами голоса, похоже, кто-то говорил на повышенных тонах.       Руна, тянувшая Мираэль за руку, остановилась около одной двери и дёрнулась, словно борясь с желанием убежать. В ответ на это Мираэль нахмурилась и, ободряюще сжав её ладошку, толкнула дверь.       Старая женщина довольно неприглядной внешности разорялась на более молодую. Да как разорялась! Не стесняясь в выражениях и активно работая кулаками. У Мираэль просто челюсть отвисла. Оглядевшись, она заметила кровати, расположенные у стен, и детей, сжавшихся в комочки и с ужасом глядящих на происходящее. — Дура безглазая! Ты куда смотрела? Как ты могла упустить девчонку?! — визжала старуха, вызывая у Мираэль совершенно иррациональное желание врезать ей.       Вместо этого она постучала костяшками пальцев по косяку, привлекая внимание всех в комнате. — О! Нашлась пропажа! — глаза старухи заблестели, и она молнией подскочила к ним, хватая Руну за запястье и грубо дёргая на себя. — Прекрасно, спасибо вам. Можете идти, а ты, маленькая мерзавка… — Заткнись. — Мираэль без особых усилий разжала старушечью лапку и отодвинула трясущуюся девочку себе за спину. — Ч-что…? — опешила старуха, и уставилась на Мираэль с неподдельным изумлением. — Имя. — Что? — тупо повторила женщина. — Твоё имя! — процедила Мираэль. — Я должна знать, чьё имя назову ярлу. — Не… что… ты… — Бить детей — непростительно. — Холодно оборвала её лепет Мираэль. — Интересно, власти в курсе происходящего? Думаю, мне следует доложить о том, что я увидела. Руна, идём со мной. С неожиданной для своего возраста прытью женщина выхватила из-за пояса плётку, замахиваясь… Как глупо. Мираэль усмехнулась, поставила блок, перехватывая хвост плётки, дёрнула на себя, приблизив лицо старухи и прошипела угрожающе: — Но-но, смертная! На Драконорождённую руку поднимать? Зубы обломаешь. — Девчонка принадлежит приюту! — окрысилась старуха, словно не соображая, о чём ей вообще толкуют. — Приют, в котором с детьми так обращаются, что они сбегают, не имеет права на существование! — Не тебе решать! Кто ты такая?! — Я уже сказала тебе, кто я, глупая ты старуха. И я не терплю подобного поведения. Но не в моих правилах убивать слабых. Спрячь плётку, пока я тебя же ею не отходила. Я отправляюсь к ярлу Лайле, уверена, она с интересом выслушает меня.       Старуха побледнела, отступила, убирая плеть. Подтолкнув дрожащую Руну к выходу, Мираэль повернулась к женщине спиной, и услышала вскрик. Резко обернулась, и заметила тусклый блеск стали. На автомате двинув рукой, девушка отшвырнула от себя нападавшую, услышала, как с лязгом упал на пол тонкий стилет, заметила, что женщина лежит недвижной грудой у стены, и с первого взгляда стало ясно, что она не дышит. «Переборщила…» — Мираэль на миг обуял ужас. Она убила человека. Простого человека, не разбойника или бандита… Неважно, что это была самооборона. Даэдра подери, ну почему она вечно влипает во всякие неприятности?! В комнате по-прежнему царила тишина, и Мираэль лихорадочно раздумывала, что теперь делать. Капюшона она не надевала, значит, сбежать не получится. Да и не смогла бы она… — Теперь мне точно придётся идти к ярлу… — пробормотала Мираэль. — Стойте! — впервые подала голос избитая старухой девушка. — М? — Мираэль покосилась на неё. — Я… уберу всё. Никто не узнает об этом. Дети будут молчать. Вы спасли нас. — Чего? — опешила Мираэль. — Она… эта женщина… её звали Грелод Добрая. Но… вы же видели, как она себя ведёт. И… я знаю человека, который поможет обставить всё так, будто это был несчастный случай. Ну, в общем, так оно и было. Вы её оттолкнули, она удержалась на ногах, но запнулась и ударилась о стену головой. — И обо что же она… запнулась? — Ну… — девушка красноречиво вытянула собственную ножку. — Вам-то не страшно? — мягко спросила Мираэль. — Нет. Детям станет легче без этого чудовища. Все как один сироты дружно закивали, и затхлый воздух прорезали робкие голоса, твердящие «Спасибо большое». — Сумасшедший дом! — вздохнула Мираэль. — Так значит, вы относитесь к детям лучше? Руна, это так? Девочка кивнула, всё ещё цепляясь за рукав её куртки. Похоже, Грелод настолько её запугала, что даже зрелище смерти и крови не отвратило малышку от защитницы.       Мираэль внимательно осмотрела место, в которое целилась попечительница приюта. Крепкая дублёная кожа куртки была только слегка оцарапана, и девушка мысленно воздала хвалу мастерству дяди Алвора. — А ты можешь взять меня с собой? — спросила неожиданно Руна. — Что? — удивилась Мираэль. — Руна… видишь ли, я — воин. Я часто сплю под открытым небом и иногда целые дни провожу в седле. И в Скайриме много недоброжелателей похуже Грелод, которые захотят тебя обидеть. Но самое главное — я охочусь на драконов, и тебе рядом с ними делать нечего. Руна закусила губу, глядя так жалобно, что Мираэль вздохнула, погладила её по голове: — Ну, ну, сопли не распускай. Ты же большая девочка, и ты — нордка. Давай так — когда у меня выдастся свободное время, я тебя навещу, а до тех пор можем переписываться. Ты писать умеешь? — Я помогу, — мгновенно вызвалась помощница Грелод. Мираэль благосклонно кивнула: — Ну что, Руна? Это предложение мгновенно преобразило девочку — она выпрямилась, и её глаза заблестели. — Хорошо! — Руна порывисто обняла опешившую Мираэль. — Знаешь, я бы хотела, чтобы у меня была такая мама. «Не дай Акатош тебе маму-воина» — подумала Мираэль и слегка улыбнулась, обнимая девочку в ответ: — У тебя обязательно будет хорошая мама. Ну, мне пора. Я надеюсь, — она в упор взглянула на молодую женщину — что подобных инцидентов больше не возникнет. — Можете не сомневаться. Идите, госпожа Довакин, и ещё раз спасибо, — улыбнулась та. «Великие Девять, — подумала Мираэль, шагая к помигивающей огнями в окнах таверне, — Я убиваю драконов, и вижу среди людей особей гораздо хуже, чем даже Алдуин. Как-то это… нехорошо». ***** Мираэль зашла в таверну, и сразу направилась к стойке: — Приветствую. Что вы можете предложить усталому путнику? Стоявшая за прилавком аргонианка прищурила змеиные глаза и прошипела: — С-сперва покажи деньги. — А меч мой тебе не показать? — поинтересовалась Мираэль вполне мирно. — Я устала, ваша работа — обслужить меня, а не тревожиться о деньгах. Хотя чего еще ждать от этой дыры… Пожалуй, я не буду ничего заказывать. Обойдётесь и тем, что я тут заночую. Хотя, моя бы воля… — она повернулась в тот же момент, когда открылась дверь. Гул стих, словно на всех разом наложили проклятье немоты.       В таверну вошёл высокий рыжеволосый мужчина в чёрной кожаной броне. Его зелёные глаза обвели зал насмешливым и собственническим взглядом, остановились на Мираэль, слегка расширились, а по губам скользнула тень улыбки. — Мира, не чаял тебя встретить так скоро, — бархатный баритон после аргонианского шипения ласкал слух, но Мираэль всё равно нахмурилась. Ещё встречи с Гильдией не хватало. — Взаимно, — сухо ответила она. Краем глаза заметила, что аргонианка втянула голову в плечи. Хмыкнув, Мираэль прошла к столику, за которым сидела Лидия: — Ты что-нибудь заказала? — Тебя ждала. Но мне эта ящерка не нравится. — Мне тоже. Хамка ещё та. Ну да ладно, я-то не сильно голодна, но морить голодом тебя не позволю. Ступай, возьми себе поесть. Если она вякнет про деньги вперёд, скажи, что моё предложение всё ещё в силе. Она поймёт. Лидия кивнула и пошла к стойке. — Две порции жаркого, салат, бутылку эля и снежноягодного сока. — Что нас-счёт денег? — Моя госпожа велела передать, что её предложение ещё в силе, — обронила Лидия. — Если я задержусь, ты наживёшь себе врага в лице Довакина. И тогда за сохранность твоей шкуры не поручится никто в целом мире. — Что это я слышу? Кирава, ты опять за своё? — Бриньольф чуть наклонил голову, выдавая, что узнал Лидию. Женщина усмехнулась в ответ. Аргонианка напряглась, сверкнув змеиными глазами: — Всё будет через несколько минут. — Деньги получишь по исполнении заказа! — бросила Лидия и вернулась к столику. — Чего это Бриньольф рядом ошивался? — поинтересовалась Мираэль. — Помог. Одно его слово — и она чуть лужицей не растеклась. Ненавидит его, это заметно. Но и боится до дрожи. — Какая лестная характеристика. — Тебя не приглашали, рыжий, — процедила Мираэль. — А вору приглашение не требуется, детка. — Он, как ни в чём не бывало, уселся за их стол. — Я тебе говорила не называть меня так, — нахмурилась Мираэль. — А у меня тоже имя есть. И ты его знаешь. — Чтоб тебе пусто было… — вздохнула Мираэль, откидываясь на спинку стула. — Благодарю покорно. А теперь серьёзно. Это о тебе говорила Констанция? — Кто? — Мираэль недоумённо свела брови к переносице. — Помощница из приюта. Мираэль поспешно подобрала челюсть и выпрямилась. — Ну почему?! — обречённо простонала она, не повышая голоса. — Что «почему»? — полюбопытствовал Бриньольф. — Почему везде — вы?! — Это наш город, дет… Мира, — ухмыльнулся вор. — Мы в курсе всего и покрываем многих, от простых граждан до ярловых лизоблюдов. Значит, старуха Грелод случайно отбросила коньки, но ты косвенно ей помогла… Проблемно, но замнём. — Да ты что? — ядовито улыбнулась Мираэль. — За просто так? Не верится. — Я знал, что ты умница, — подмигнул Бриньольф. — Видишь ли, в этом деле не только мы фигурируем.       Он замолчал, потому что аргонианин-мужчина принёс заказ — то, что заказала Лидия и кувшин черноверескового мёда с кружкой для Бриньольфа. Мираэль выудила из кармана мешочек с золотом и швырнула в лапы ящера: — Сдачи не надо. Скройся. Аргонианин поклонился и последовал её совету. — Весьма опрометчиво так разбрасываться деньгами в городе воров, не находишь? — вскинул брови Бриньольф. — За моим столом сидит явно не последний в иерархии представитель Гильдии воров. Так что нет, не нахожу. — Отпарировала Мираэль. — И ты говорил, что в этом деле есть кто-то ещё. Кто? — Подозреваю, что это Тёмное Братство. — Портянки Мерунеса… — пробормотала Лидия, поперхнувшись. Мираэль стиснула зубы и процедила: — Дальше что? Это просто подозрения, или они имеют под собой основу? — Мира, — мурлыкнул Бриньольф, отчего она невольно поёжилась.— За информацию надо платить. — Проехали, — вздохнула Мираэль. — Я не собираюсь из-за тебя нарушать закон. Мне одного раза хватило. Разберусь сама. — Ну ладно, по старой дружбе я поделюсь с тобой. — Ты случайно не перегрелся? — иронично улыбнулась Мираэль. — О какой дружбе речь? Ты, между прочим, своим присутствием портишь мою репутацию. — В этом городе любая репутация — пустое место. — Бриньольф хищно ухмыльнулся. — Кроме репутации Гильдии, разумеется. Вес здесь имеют только деньги и связи. И поверь, Братство уже знает об убийстве своего объекта. — О чём ты? — от нехорошего предчувствия у Мираэль похолодели ладони. — Грелод была давно заказана Тёмному Братству одним из сирот, сбежавшим примерно месяц назад. Его зовут Авентус Аретино, и живёт он в Виндхельме. То есть, там у него дом от умершей матери. Думаю, туда он и вернулся. — И чем мне это поможет? — не поняла Мираэль. — Это тебе, так сказать, для общего развития. Факт в том, что Братство наверняка сразу вычислило, кто забрал их заказ. Так что тебе придётся ждать их визита. Единственное, что я могу — это посоветовать тебе не дёргаться, когда встретишься с ассасином. Эти ребята не просто так свою славу получили. — Как и вы, — Мираэль хмыкнула. Указательным пальцем она медленно водила по подбородку, что обычно означало крепкую задумчивость. Изучая взглядом столешницу, Мираэль размышляла, как ей выпутаться из сложившейся ситуации. — Чего мне ждать? — Этого я не знаю, — качнул головой Бриньольф. — Наши гильдии иногда пересекаются, есть пара договорённостей, но ничего особого ни мы о них, ни они о нас не знают, во имя безопасности. Но зарываться с ними вредно для здоровья. — Да жить вообще вредно для здоровья, — буркнула Мираэль. — От этого умирают. Ответом ей послужил короткий, но тёплый смешок. — Эх, какие возможности открылись бы Гильдии, будь ты в наших рядах! — Это не мои трудности, — впервые за долгое время Мираэль ответила на шутку искренней улыбкой. — Будь серьёзнее, мы не ерунду обсуждаем. Ты сказал, что я отняла у них заказ. Значит ли это, что мне придётся за свой промах… заплатить? — Именно, — посерьёзнел Бриньольф. — Ага… А я после этого на своих двоих уйду, или меня ножками вперёд вынесут? Снова смешок — на этот раз одобрительный. Рыжий вор взглянул на неё внимательнее, с незлой усмешкой. — У них свой закон. Полагаю, на первый раз обойдётся отработкой. Ну, и выговором. — То есть… придётся что-то для них сделать? Ответом послужил кивок. — Лидия, вот скажи, почему неприятности липнут ко мне, как репей к собачьей шкуре?! — тихо простонала Мираэль, прикрывая глаза ладонью. — Потому что ты Довакин? — предположила хускарл. — Я не выбирала себе такую участь! — буркнула Мираэль. — Она сама тебя выбрала. Вернее, выбрали Древне Свитки. — Поумничай ещё мне тут… воришка. — А вот сейчас обидно было. Я Вор с большой буквы. — Бриньольф с важностью поднял указательный палец. — Бандит ты с большой буквы. Взяточник и змей. — О, да ты мне льстишь. — Непрошибаемый Бриньольф ухмыльнулся и чуть понизил голос. — А как там наши общие друзья? — В убежище. Ищут способ убить Алдуина. — А ты чего не с ними? — Дела были. Айварстед сжёг дракон, и я приехала, чтобы доложить ярлу. Завтра уезжаю. — Айварстед сожжён? — Бриньольф нахмурился. — Нехорошо. Ну, что, удачи, дет… извини, Мира. Рад был поболтать, но мне пора. Надеюсь, ещё встретимся.       Мираэль в молчаливом прощании отсалютовала ему бутылкой, похвалив себя за то, что не ответила Бриньольфу словами лорда Эрондила «Клинки мне не друзья». Ведь талморец был отнюдь не далёк от истины, если подумать… ***** Когда сознание начало пробуждаться, Мираэль подумала: «Почему Лидия меня не разбудила? Я же просила её…» Оттолкнувшись от кровати руками, она приняла сидячее положение и, потирая глаза, пробурчала: — Лидия, сколько времени? — Как спалось? Незнакомый голос заставил руку Мираэль метнуться в ту сторону, где она оставила меч. — Не так быстро.       Мираэль открыла глаза и уставилась на говорившую. То, что это женщина, было понятно по голосу. Её лицо было скрыто капюшоном, включая нижнюю часть, и открытыми оставались только светло-голубые глаза. Броня из добротной красно-чёрной кожи обтягивала тело женщины, а сама она сидела на какой-то балке почти у самого потолка.       Стоп. Балка? Мираэль огляделась, уже сообразив, что она не в рифтенской таверне. Стены и потолок помещения были сделаны из тёсаных брёвен, плотно пригнанных друг к другу, и само помещение знакомым не казалось. В углу, противоположном тому, в котором находилась таинственная женщина, Мираэль увидела трёх людей. Вернее, людьми были двое, а третий — каджит. И всех их объединяла пара деталей — чёрные мешки на головах и связанные руки. — Кто ты? И где я? — поинтересовалась Мираэль, предварительно глубоким вдохом загнав растерянность подальше. — Какая разница? Тебе тепло, и сухо, и ты живёшь. В отличие от некой старухи из Рифтена. Ассасин…ша. Вот так встреча, однако. — Что вам от меня нужно? — прямо спросила Мираэль. — Я не убивала Грелод Добрую нарочно, это случайность, но раз уж я тут, это значит, что именно мне придётся отвечать за сорванный заказ. Поэтому скажите прямо, что от меня требуется. Ой, какое плохое предчувствие… — А ты хорошо соображаешь, — хмыкнула женщина. — Ну что ж, перейдём прямо к делу. За кровь ты заплатишь кровью. Но не своей, благодари за это наших общих друзей. Видишь этих троих? На одного из них заключён контракт. Твоё дело понять, на кого именно, и убить его. Вот так всё просто.       «Просто? Да ничуть не бывало!» — подумала Мираэль, собираясь с мыслями. Что делать? Что, если эта незнакомка обманывает, и здесь невинные? Да она по любому будет чувствовать себя паршиво, если убьёт безоружного! А если не убьёт? Тогда, похоже, убьют её. Другие варианты как-то на ум и не приходят.       Мираэль со вздохом поднялась, потянулась, окончательно сгоняя с тела дремотную негу, и подошла к пленникам, которые сидели тихо и вслушивались в происходящее. — Эй, — Мираэль тихонько тронула за плечо человека в ламеллярной броне. — Не… не убивай меня, пожалуйста! — проскулил мужчина. — Я… я не виноват, клянусь! — Да тише ты! — шикнула поражённая его реакцией Мираэль. — Ты лучше скажи, кто-то мог желать твоей смерти? — Не знаю… Я, правда, не виноват! «Тьфу ты! Мужчина, называется. Позорище…» Мираэль оставила мужчину в покое и подошла ко второму пленнику — это была женщина в старом крестьянском платье с множеством заплат. — Кхм, — озвучила своё присутствие Мираэль. — Извините, ответьте мне на вопрос — вы могли кому-то помешать настолько, что на вас заключили бы контракт? — Чего?! — завизжала женщина. — Да как тебе не стыдно?! Я порядочная женщина, мать-одиночка, а ты… А ну, развяжи меня, я тебе покажу контракт! Мираэль отскочила, удивлённо потирая уши. Ну и голосок же… Истеричка. — Так, ну ладно… — Она попыталась абстрагироваться от непрекращающихся воплей женщины, искренне жалея, что вообще подошла к ней. — Теперь ты, каджит. У кого мог на тебя быть зуб? — Зуб на меня? Да у всего Тамриэля, поди! — фыркнул каджит. — Серьёзно? Кто же ты такой, раз так в этом уверен? — Кто я такой? Ты это сейчас серьёзно? — каджит хрипло рассмеялся. — Я — Ваша. Убиваю людей, граблю караваны и порчу девок. — Как информативно… — пробормотала Мираэль. — А ты? Кто ты? — А это важно? — Ну, должен же я знать, на чьём трупе мои люди вырежут моё имя. — Однако это очень… самоуверенно. — Мираэль хмыкнула. Она даже не разозлилась, потому что слышала в голосе каджита злое веселье, насмешку над уготованной участью, а не ненависть, направленную конкретно на неё. — Но мы можем поступить иначе, — теперь в тоне Ваши проскользнуло мурлыкание. — Ты освободишь меня, и мы забудем, что встречались. — Не смешно! — буркнула Мираэль, отходя.       Итак, что мы имеем? Нытик-трус, склочная мать-одиночка и бандит. По логике — именно последний объект контракта. По крайней мере, Мираэль заказала бы именно его…       Стоп, стоп! Что за идиотские мысли?! Никогда она до такого не опустится, чтоб с Тёмным Братством дела водить! Ни за что! — её передёрнуло. — Итак? — вкрадчиво заговорила ассасин, о которой Мираэль успела позабыть. — Ты сделала выбор?       Мираэль сжала кулаки. Нет. Бандит или ещё кто, но он безоружен и связан. Даже для неё это будет низко.       Мираэль приблизилась к женщине, сверля её таким же изучающим взглядом. Что она делает? Похоже, ей действительно надоело жить…       Ты - дитя Акатоша! - полыхнуло изнутри нечто нечеловеческое, тёмное напугав на миг, и в то же время прояснив разум. - Не тебе трепетать перед жалкой смертной, пусть даже профессиональной убийцей. Один шанс. Всего один. А мне больше и не надо! - зашипело это нечто яростно. — Fus-Ro-Dah!       Женщину ожидаемо впечатало в стену, раздался хруст костей и хриплый болезненный крик. Равновесия она не потеряла, но клинок выпустила, чем и воспользовалась Мираэль. Честный бой с ассасином? Нет, спасибо. Короткий взмах, резкий свист, и лёгкое шипение крови, толчками хлынувшей из перерезанного горла. Ты сделала выбор, Драконорождённая. Дороги назад нет.       Мираэль отвернулась от тела, бьющегося в затихающих судорогах, и вернулась к пленникам. Молча принялась освобождать их, начав с мужчины. Когда она сняла с его головы мешок, то поняла, что это норд. Мужчина посмотрел на неё с ужасом, а потом ломанулся к двери, отчаянно дёргая ручку. — Похоже, мы заперты, — резюмировала Мираэль, освобождая женщину и каджита. — А ключ у этой… — она кивнула на труп. Норд не только не сделал к нему ни шага, но и наоборот, попятился.       Мираэль презрительно фыркнула, подошла к телу и зачем-то откинула с лица капюшон. Хм. Симпатичная молодая женщина. Что же могло толкнуть её на путь убийства? Порывшись в карманах, которых на броне было просто бесчисленное множество, Мираэль наконец нашла ключ. — Интересная вещица, — промурлыкали позади. Мираэль опустила взгляд на кинжал, который продолжала сжимать в руке. — Ты об этом? — Именно, — подтвердил Ваша. — Это легендарный Клинок Горя. А это — глава Тёмного Братства, Астрид. — Гла… глава? — потрясённо повторила Мираэль, отступая от тела. — Ага, — лениво оскалился каджит. — Видались пару раз. Ведь меня же и заказали им, сукам. Кстати, об этом. Ты не убила меня, поэтому заслужила мою благодарность. — Она мне не нужна. Я просто не убиваю безоружных. Встреться ты мне на месте преступления — другое дело. — Что же… буду иметь в виду. Ты ответишь на мой вопрос? — Какой? — Кто ты? — Всё также хочешь вырезать своё имя на моём трупе? — насмешливо покосилась на него Мираэль. — Да не особо… Хотя, будь ты каджиткой, я бы имел другие планы на твоё тело. — Его глаза вспыхнули.       Мираэль только фыркнула на своеобразный комплимент, и, оставив вопрос бандита без ответа, отперла дверь и вышла первой, оглядываясь. Вокруг расстилались болота, и в целом было похоже на окрестности Морфала. Откуда-то с запада веял почти неуловимый запах морской соли и бриза. — Где мы? — нервно спросила освобождённая женщина, когда Мираэль заперла дверь домика и швырнула ключ в болото. — Мне тоже интересно… — отозвалась Мираэль, на звериный манер втягивая воздух, пытаясь понять его ноты. — Я чую запах моря! — подтвердил её догадки Ваша. — Я тоже… — протянула Мираэль. — С запада вроде.       Пришлось напрячь память, вспоминая хотя бы примерный топографический рисунок провинции — карты с собой не было. Туман, окружающий их, мешал обзору, так что приходилось полагаться на приблизительные познания. — Мы недалеко от Солитьюда, — наконец поняла Мираэль. — Если идти в сторону, откуда пахнет морем, то выйти можно, я думаю, к солитьюдскому порту. Между вами и городом будет пролив. — И как нам перебраться?! — голос освобождённой женщины приобрёл требовательные нотки. — Нам? — Моральное напряжение дало о себе знать, и Мираэль дала волю раздражению. — Я вас освободила, но ответственность за вашу судьбу лежит лишь на вас! Как хотите — так и перебирайтесь. Можете уйти на север, к Морфалу, но идти вам через болота, а в болотах корусы и прочая дрянь. За мной не тащитесь, мне балласт ни к чему. Я объявила войну Тёмному Братству, ради вас прикончив их лидера, так что будьте благодарны. — Бессовестная! — буркнула женщина. — Какая молодёжь пошла, а? — пожаловалась она затравленно озиравшемуся норду. — Скажи спасибо, карга, что она тебя вообще развязала! — прошипел вдруг каджит. — Сейчас бы сидела и куковала взаперти, пока не подохла от голода и жажды.       Мираэль искоса взглянула на неожиданного заступника. Ведь чего-то он добивается, однозначно. Каджиты — ребята хитрые. За просто так ничего не сделают. — Ты! — сказала Мираэль, указывая на шарахнувшегося норда. — Я вам подсказала направление. Проводи женщину в Морфал. Пролив вы, ясное дело, не переплывёте, так что проще повозку нанять. Как вы это сделаете — не моя проблема. Ваша, если есть желание — присоединяйся к ним, — глупое предположение, но чем даэдра не шутит? — В конце концов, они безоружны, а у тебя хоть когти… В общем, делайте, что хотите. Всего хорошего. Эта жестокость… откуда она вдруг в её сердце? Мираэль не смогла бы ответить. Может, устала от общества людей? Вряд ли. А что тогда?       А так ли это важно? Она действительно крупно влипла, убив Астрид. И некогда сейчас заботиться о незнакомых. Нужно выбраться из болот и понять, как сделать новую встречу с Тёмным Братством — а в том, что она будет, Мираэль не сомневалась — наименее болезненной.       И Мираэль, не медля больше ни секунды, направилась в сторону Солитьюда. Нет, она не собиралась переплывать ледяной пролив. Она пойдёт вдоль берега примерно до Драконьего Моста — там течение теплее, да и река сужается, перебраться проще простого. И вообще — там мосты есть…       Сообщить властям о смерти Астрид? Нет, тогда Тёмное Братство быстрее её отыщет.       Только сейчас Мираэль осознала, что в её руках всё ещё находится Клинок Горя. Сколько же невинной крови он выпил? Мираэль с неожиданной брезгливостью выпустила его из рук, и Клинок с глухим чавканьем вонзился во влажную почву у её ног. Поддев его носком сапога, Мираэль отшвырнула Клинок подальше, и когда он скрылся под водой, продолжила путь.       Многие вопросы мучили её. Где Лидия? Не тронула ли её Астрид? Она в Рифтене или уже ищет её?       Мираэль была настороже — помнила, сколь недобрые здесь места. И потому поняла, что не одна, довольно быстро. — Что тебе надо? — она остановилась, не оборачиваясь. — Ты меня услышала? — искренне удивился Ваша. — Нет. Ещё раз спрашиваю — чего тебе? Я в спутниках не нуждаюсь. — Зря Клинок выбросила. — А ты подобрал? — по молчанию Мираэль поняла, что так и есть. — Твои трудности. Я просто хочу, чтобы Братство нашло меня как можно позднее. — Могу помочь. Я же говорил, что имел с ними дело… — Мне всё равно. Мне нечем отплатить тебе ни за помощь, ни за информацию, поскольку не вижу смысла тратить на это деньги, так что я отказываюсь. — А я говорил что-то о плате? — каджит поравнялся с ней, вертя Клинок в когтистых лапах. Мираэль промолчала и возобновила движение. — Ты же освободила меня. Жизнь за жизнь. Ассасины начнут на тебя охоту, и их много. Что ты будешь делать? — Пытаться выжить, что же ещё? — фыркнула Мираэль. — И у меня это получится. — Знаешь, ты мне нравишься. Дерзкая, умная, и уверена в себе. — Не скажу, что это взаимно, — откликнулась Мираэль. — Не имею привычки водить дружбу с бандитами. «Ой ли?» — тотчас самокритично подумалось ей, едва она вспомнила очаровательно-бессовестную ухмылку Бриньольфа. — Ну, дружба, это сильно сказано, — каджит ощерил клыки в улыбке. — Я предлагаю временное сотрудничество. У меня свои осведомители по всему Тамриэлю, а тебе угрожают мои знакомые. Принесу тебе как можно более полную информацию о них — и мы в расчёте. Ну? — Да делай, что хочешь! — отмахнулась Мираэль, и тут же рефлекторно толкнула каджита в спину, падая вместе с ним наземь. Над ними пронеслась струя яда коруса. — А, чтоб его! — проворчала Мираэль. Как невовремя, однако. — Будь аккуратнее… впрочем, не мне тебя учить. — Увернувшись от очередного плевка, Мираэль швырнула в монстра огненный шар, глухо охнув, когда ядовитые жвала вцепились в неосторожно выставленную ногу. Всё же её техника боя не идеальна! — посетовала она мысленно, заметив, что каджит не остался в стороне — подскочив сзади, он рубанул коруса Клинком Горя по хвостовым шипам, в то время как тот разжал челюсти, сгорая в охватившем его магическом огне. — Ненавижу! — пробормотала Мираэль. Убедившись в том, что больше корусов поблизости нет, она уселась на островок более-менее сухой земли и оглядела порванную штанину и кровь. — Это ж надо так по-детски подставиться! Ногу на блюдечке ему подставила… видел бы Вилкас — засмеял бы. — Реакция у тебя что надо, — в голосе каджита проскользнуло уважение. — Ты опять меня выручила. — Не хотела, извини! — огрызнулась Мираэль, ощупывая рану. Корус только слегка порезал кожу, но в кровь даже за эти секунды мог попасть яд. Хотя сейчас она ничего такого не чувствовала, следовало перестраховаться. — Чёрт, а ведь противоядие в сумке осталось… — пробормотала Мираэль. — Придётся по старинке. — Она прошептала заклинание, и её руки окрасились нежно-фиалковым цветом. Этот цвет окутал рану, в течение минуты он не менялся. — Чисто. — Облегчённо вздохнула Мираэль, сменяя вектор заклинания с диагностики на восстановление. Каджит с молчаливым интересом наблюдал за её манипуляциями. — Готова идти дальше? — поинтересовался он, когда Мираэль вскочила на ноги, удостоверяясь в том, что больше ничего не болит. — Подскажи, как от тебя отвязаться? — обречённо поинтересовалась Мираэль. — Никак! — ухмыльнулся кошак. — Нам по пути, так почему бы не составить компанию друг другу? — Проехали…       На закате, не сговариваясь, остановились. Путники уже шли вдоль береговой линии и видели строения Солитьюда. На уютном островке под защитой старых вязов они развели костёр, на котором пожарили невесть как забредшего в болота зайца и нескольких рыб, весьма ловко пойманных Вашей. До устья реки Карт оставалось немного, но идти по болотам ночью ни Мираэль, ни каджиту не хотелось. — Выйдем на рассвете? — полувопросительно сказал Ваша. — Да. Я первая подежурю. — Это ни к чему. Я вижу в темноте. — Воспротивился каджит. — Не строй из себя благородного рыцаря. Не твой образ, — отрезала Мираэль. — Совсем не обязательно видеть в темноте, чтобы знать, где враг. Ложись и спи. Разбужу через четыре часа.       Ваша удивлённо пожал плечами и лёг на собранную в стожок сухую траву. Мираэль, убедившись что споры закончены, села на свою подстилку и оперлась о ствол вяза, таким образом защищая свой тыл. Ваша лежал по другую сторону костра, и Мираэль следила, чтобы никто не явился из темноты за его спиной.       В тягостных раздумьях прошло её дежурство. А собираясь разбудить Вашу, Мираэль заметила белый промельк в чаще тростника, и вздрогнула, потянувшись к собственному кинжалу. Показалось?       Мираэль еле слышно свистнула. Раздался треск, Ваша подорвался, хватая Клинок, а на их островок выбралась белоснежная дикая кошка. Ну… ладно, не совсем дикая, и совсем не белоснежная — что не удивительно в болотах. — Талара! — в восторге вскрикнула Мираэль, оттолкнув занесённую лапу каджита, и опустилась на колени, обхватив руками шею юной тигрицы. — Девочка моя хорошая! Ты как меня нашла?       Она применила «Глас природы», соприкасаясь с разумом воспитанницы, и в её мысли хлынул поток эмоций — восторг, тоска, облегчение и гнев, желание разобраться с тем, кто посмел обидеть и множество вопросов… — Ну-ну, всё хорошо, — Мираэль без конца трепала любимицу по холке. — Надо же, как ты заляпалась… — она оглядела тигрицу и покачала головой. — Ты не ранена? С корусами не сталкивалась? — Я что-то не понял, — подал голос Ваша. — Ты её знаешь? — Не просто знаю, — откликнулась Мираэль, ни на миг не прерывая связи и слушая тигрицу. — Я её вырастила. — Ну ничего себе… — Ага. Талара, ты, разумеется, не знаешь, где Лидия? Взгляд Талары стал оскорблённым. — Знаешь? — выслушав нелестную характеристику своим умственным способностям, улыбнулась Мираэль. — Ну, я в тебе не сомневалась. Отведёшь меня потом. Сейчас я немного посплю и мы двинемся. Кстати, Талара, это Ваша, и в данный момент он свой. Тигрица и ухом не повела — она подошла к лежанке девушки и растянулась на ней. — Эй! Наглая морда, а ну подвинься! — возмутилась Мираэль. — Мы с тобой ещё позже обсудим твоё поведение. Сбежать по прихоти, и обрыскать пол-провинции! Уму непостижимо, как ты уцелела!       В итоге Мираэль пристроила голову на мягком боку тигрицы, предварительно очистив его от засохшей грязи и пообещав, что, когда достигнут Драконьего Моста, она заставит её искупаться. Талара слушала её, и на её клыкастой морде явственно читалось доброе ехидство. Засыпая, Мираэль снова чувствовала себя в полнейшей безопасности. 3-е Начала морозов — 24-е Начала морозов