Дочь Дракона

      Мираэль проснулась рывком, словно её выдернули из сна, и резко села, но тут же была повалена чьей-то лапой. — Талара! — спросонок прошипела Мираэль. — Сама ты Талара! — буркнул мужской голос. — Э… — Мираэль с трудом возвращалась в реальность. — Ваша? Какого…? — Т-ш-ш! Не слышишь, что ли?! Мираэль умолкла больше от недоумения, чем от покорности, и тут же услышала характерный свист — так рассекают воздух крылья дракона. — Лапы убери! — шикнула она. — Я драконов не боюсь. Каджит подчинился, но сделал это осторожно, чтобы кружащий над болотами дракон не приметил движения. — А ты не так проста, как кажешься, — обронил он. — Замолкни! — попросила Мираэль, через переплетение ветвей стараясь разглядеть дракона. С трудом, но ей это удалось. Чешуя ящера, парившего в рассветной дымке, имела коричневато-жёлтый окрас, крылья были светлее. Всё это позволило разглядеть солнце, кое-как пробивающееся сквозь хмурый рассвет. — Древний… — выдохнула с восхищением Мираэль. Первый древний дракон, увиденный ею. Красив, ничего не скажешь. И вдесятеро опаснее сотни кровавых и морозных драконов, вместе взятых. Интересно, он Старший, или из младших дова?       Мираэль решила переждать опасность — в конце концов, если дракон начнёт плевать огнём, то сухая трава и торфяная почва очень быстро вспыхнут. А им только пожара тут не хватало. Оставалось надеяться, что его внимание не привлечёт приметная шкура тигрицы. Мираэль завела руку за голову, наткнулась пальцами на подбородок Талары и почесала, чувствуя как играют мышцы под кожей на ещё толком не заросшей шерстью челюсти.       Когда дракон, покружив над болотами, улетел, путники стали сворачивать лагерь. Мираэль повернулась в сторону, куда улетел ящер, и тихо выругалась. — Ты чего? — спросил Ваша, засыпая остатки костра землёй. — Он к Морфалу полетел. — А тебе-то что? — недоумённо поинтересовался каджит.       Мираэль не ответила. И что теперь делать? А если он разорит Морфал? Бывали случаи, когда драконы просто пролетали над людскими селениями, не трогая их. Повезёт ли в этот раз? Айварстеду, вон, не повезло… Если она будет бегать за каждым замеченным драконом, то до Алдуина не доберётся ещё о-о-очень долго. Стоит ли так рисковать? — Талара, проверь, всё ли чисто, — приняв нелёгкое решение, попросила Мираэль, и тигрица исчезла в мутноватом тумане, поднявшемся с болот с рассветом. Через некоторое время она вернулась, спокойная, и они двинулись всё так же строго на юг, вдоль скрытого туманом берега. До них доносился гул очередного рабочего утра солитьюдского порта, перезвон колоколов и крики чаек.       Идти в тумане было неудобно, но плюс всё-таки присутствовал — туман не позволял враждебным созданиям их обнаружить, а отличные слух и зрение тигрицы и каджита не позволяли наткнуться на трясину или того же врага неожиданно. Запах болотных испарений всё чаще перебивался веянием солёного запаха моря, плещущегося по правую руку. Изредка они останавливались, прислушиваясь к шорохам, и снова Талара уходила на разведку.       Спустя почти сутки болота отпустили их из своих жадных объятий, предоставив взорам покрытую рыжеющей на пике осени травой холмистую пустошь, окольцованную реками Хьял и Карт. Более привычная местность, напомнившая вайтранскую долину, основательно взбодрила Мираэль, и она с удовольствием вдохнула нормальный воздух. Талара взглядом спросила разрешения. Она знала правило — не попадаться людям на глаза без сопровождения. Поэтому Мираэль кивком отпустила её, и тигрица белой молнией помчалась к рощице впереди.       Совсем скоро оттуда раздался свирепый лай, и Мираэль укоризненно вздохнула. Похоже, её принцесса нашла-таки неприятности. Хотя она изначально нашла их себе, сбежав из Вайтрана. За это ей ещё предстоит понести наказание. Мираэль поспешила на выручку, и лицезрела странную картину — Талара невозмутимо сидела на земле, а в нескольких метрах от неё надрывался лаем нордский волкодав. Он стоял, подняв дыбом шерсть, на пороге маленького домика, и похоже, был настроен защищать его до последнего. А Талара не двигалась, всё так же спокойно глядя на разоряющегося пса. Похоже, только очень заметное истощение мешало волкодаву вцепиться ей в глотку. Заслышав шаги, юная тигрица повернула голову и озадаченно посмотрела на Мираэль, словно спрашивая «Ну и что мне с ним делать?» — Талара, назад! — приказала Мираэль. Кошка обиженно фыркнула, но подчинилась и отошла к Ваше. А Мираэль приблизилась к псу — осторожно, открытыми ладонями демонстрируя дружелюбие и легонько соприкасаясь с его разумом: — Эй, дружок, где твой хозяин?       Пёс красноречиво оглянулся на домик. У Мираэль появилось плохое предчувствие, и она, на всякий случай обнажив меч, вошла в дом.       Его хозяин лежал на кровати. Спал? Нет, глаза его были открыты. Мёртв. — Поняла Мираэль, приблизившись. Судя по окоченевшему телу, жизнь покинула его несколько дней назад. И всё это время бедный пёс стерёг дом, возможно, оборонялся от хищников и даже не мог поохотиться!       На тумбочке у кровати лежала потрёпанная тетрадка. Мираэль вернула меч в ножны и открыла её. Это оказался дневник умершего. «Столько лет живу в этих лесах, но, похоже, каменная подагра меня всё-таки доконает. Ну, что ж, значит, так тому и быть. Все мои друзья давно покойники. Остался только бедолага Мико. Славный парень, преданный. Надеюсь, он не пропадёт. Может, мы с ним ещё встретимся.» Мираэль положила тетрадку обратно и задумалась. Оставлять вот так тело — совсем не дело. Она вышла из хижины и обратилась к волкодаву: — Так значит, тебя зовут Мико? Услыхав свою кличку, пёс взглянул на неё более дружелюбно, согласно вильнув хвостом. — Ты не будешь против, если я похороню твоего хозяина? Если его оставить — запах привлечёт трупоедов, которые, вполне возможно, окажутся сильнее тебя. А тебе давно пора чего-нибудь поесть. Кожа да кости. — Так, абсолютно спокойно разговаривая с псом, Мираэль выбрала участок земли, и с помощью магии сняла целый пласт, не потревожив ни травинки. Она не хотела, чтобы могила привлекла взгляд. — И зачем ты это делаешь? — поинтересовался Ваша. Он по-прежнему стоял на одном месте, а слева от него на траве развалилась Талара. Мико, похоже, уже перестал на неё реагировать — он внимательно следил за действиями Мираэль. — Хочется, — коротко ответила Мираэль, созерцая готовую могилу. — Поможешь? — на положительный ответ она и не надеялась, всё же они с каджитом абсолютно чужие друг другу. Тем приятнее было, когда он зашёл в хижину и вынес оттуда тело хозяина, предусмотрительно завёрнутое в ткань, которая покрывала ложе.       Перед тем, как скрыть тело землёй, Мираэль положила дневник на грудь мертвеца, а когда могила была зарыта, сказала: — Да упокоит Аркей твою душу, сын Севера. Мико покинул свой пост у порога, подошёл, и завыл, сев у могилы, а Мираэль вздохнула: — Ну что ж… Можно отправляться дальше. Эй, Мико!       Волкодав повернул к ней морду. В его карих глазах читалась такая тоска, что Мираэль стало не по себе. Она положила у порога остатки их вчерашнего ужина. — Поправляйся, парень. И старайся не попасться в когти какого-нибудь падальщика. Талара, вперёд!       Дорога, на которую они вышли, скоро раздвоилась. Левая развилка вела в обход скал, на юг, а правая на запад. Некоторое время спустя, следуя маршруту, они увидели большое дерево, полностью перегородившее дорогу. А около него полулежал, привалившись к стволу, данмер. Он тяжело дышал, прижимая ладони к бедру. Из-под серых пальцев виднелось древко стрелы, и струилась кровь. Мираэль сделала несколько шагов к нему, желая помочь, но Талара свирепо зарычала, припадая к земле. Мираэль остановилась, вняв предупреждению, и внимательно осмотрелась. Ей удалось увидеть, что вдоль дороги в тени деревьев крадутся трое людей в довольно странной одежде из шкур животных. У одного из них на голове был шлем с оленьими рогами. — Изгои! — прошипел Ваша, пригибаясь и вытаскивая Клинок. — Похоже, по его душу. — Мираэль лихорадочно размышляла, как поступить. Решение было принято прежде, чем Изгои их заметили. — Талара… постарайся не подставиться. Коротко мурлыкнув, тигрица растворилась в лесной чаще. — Чёрт, а у меня нет лука… — процедила Мираэль, прячась за деревьями и глядя, как Изгои всё ближе подступают к дереву и раненому эльфу. Она может использовать магию, но сейчас немал риск зацепить либо данмера, либо котёнка. — Предоставь это мне. А сама займись эльфом. Мираэль удивлённо кивнула — возражений не нашлось. Каджит оскалился: — Отлично. Я пошёл. Она и слова сказать не успела, а Ваша уже испарился.       Воздух расколол хриплый басовитый рык и снежный саблезуб прыгнул из чащи прямо на спину Изгоя в шлеме. Судя по хрусту, смерть была мгновенной. Талара в свои почти девять месяцев весила более полусотни килограммов, и у неё вполне доставало силы, чтобы в рывке сломать шею взрослому мужчине — что она и проделала. Прежде, чем другие ричмены успели очухаться, в бой вступил Ваша и — Мираэль даже рот раскрыла — Мико! Волкодав промчался мимо неё, сбив с ног третьего Изгоя, навострившегося воткнуть топор в спину Талары.       На некоторое время предоставив их самим себе, Мираэль, не теряя больше времени, подбежала к раненому эльфу. Его алые глаза были широко раскрыты, выражая страх, и он внимательно прислушивался к звукам боя. Мираэль с удивлением и толикой облегчения узнала данмера, которому подкинула серебряное кольцо в Рифтене. Ничего себе, поворот… — Уберите руки, — попросила Мираэль, садясь на корточки. Эльф взглянул на неё насторожённо, но послушался, и Мираэль быстро избавила его от стрелы. По счастью, она вошла неглубоко, и хоть задела нервы, но большой раны после удаления не оставила. Залечив её так, что остался лишь шрам, скрытый лохмотьями порванной штанины, Мираэль встала, протягивая руку. Когда эльф поднялся, она поинтересовалась: — Идти можете? — Вроде да. — Данмер сделал несколько неуверенных шагов и сказал бодрее: — Да, могу. Спасибо, сэра. — Пожалуйста. — Мираэль подождала, пока Ваша, Мико и Талара вернутся от поверженных врагов, и снова обратилась к эльфу, с любопытством созерцающему их компанию: — Не думаю, что мне вас учить, но будьте осторожнее. В следующий раз рядом может не оказаться подмоги. Кивнув в знак прощания, Мираэль свистом послала Талару вперёд и пошла по дороге, не дожидаясь ответа. — Эй! — окликнули её через несколько секунд. Мираэль остановилась, обернулась: — Что? — Скажи хоть, как тебя зовут, чтобы я знал, за чьё здоровье просить богов. — Вежливо попросил данмер. Мираэль улыбнулась: — Мира. — А я — Бранд-Шей. — Необычное имя для тёмного эльфа… — заметила Мираэль. — Меня вырастили аргониане, — пояснил данмер. — Ну, Мира, удачи тебе. И ещё раз спасибо. — Ещё раз не за что, Бранд-Шей.       Оказавшись около моста, ведущего через приток Карта, Мираэль спустилась к воде вместе с Таларой, и тщательно вымыла недовольную таким произволом тигрицу. Талара в отместку отряхнулась, забрызгав покровительницу с ног до головы, зато её шкура теперь была такой же красивой, как и всегда. — Ну, вот и добрались! — сказала Мираэль с облегчением, когда они оказались на территории поселения Драконий Мост. Медленно разгорался день, и Мираэль посетила мысль о том, как она, даэдра задери, устала. — Слушай, Ваша, я понятия не имею о твоих планах, но… — А я думал, мы это обсудили… — мурлыкнул каджит. — Я не расскажу никому о том, что ты сделала, и соберу для тебя информацию о поползновениях Братства. Жди меня не позже следующего полнолуния. — Гм… это почти через месяц, если я правильно помню. Но я могу быть очень занята. — Я не отниму много твоего времени. И я сам тебя найду. — Многообещающе! — фыркнула Мираэль. — Тогда, как бы мне ни хотелось расстаться навсегда, подозреваю, придётся сказать «до встречи»? — Именно. До встречи, бесхвостая воительница. Она на секунду запнулась, потом ответила: — До встречи, сын Эльсвейра. — И заметила, что в ярких глазах каджита мелькнуло нечто, похожее на уважение. *****       Мираэль неспешно шла по узкой деревенской улице, раздумывая, как бы устроиться на ночлег. Если волкодав вполне привычное зрелище для здешних нордов, то снежная тигрица — явно не то, что хотелось бы им видеть по соседству. Лишь на миг она сбилась с темпа, невольно впившись взглядом в высокую фигуру в чёрном плаще. Альтмер. Да не один, а в сопровождении сородичей, облачённых в броню. Очередной юстициар в поисках Братьев Бури, — подумала Мираэль. Но когда эльф чуть повернулся в профиль, заговорив с каким-то стражником, Мираэль заметила на его золотистых волосах обруч, увенчанный чёрным бриллиантом. «Вот как. Снова боевые маги. И чего им на своём острове не сидится?»       На какую-то долю секунды их взгляды почти встретились — по крайней мере, ничего не выражающие глаза высшего эльфа скользнули по ней, и Мираэль почему-то порадовалась, что всё ещё не отвыкла скрывать лицо за капюшоном. Она свистом приказала Таларе и Мико держаться поближе, и быстрым шагом направилась в сторону Солитьюда. Мираэль могла бы сразу отправиться в храм Небесной Гавани. Но её снедала тревога за хускарла, перебивающая даже усталость. Только бы Лидия не уехала из Рифтена! Наверное, ночевка в таверне всё же откладывалась.       Она остановилась глубоко за полночь в небольшом овражке недалеко от тракта. Желудок возмущённо требовал еды, и Мираэль мысленно попросила Талару поохотиться. Умная кошка вскоре притащила аж трёх кроликов, двух из которых умяла на пару с Мико, а третьего сама Мираэль зажарила на костерке. Без посуды было не слишком сподручно, пришлось применить магию и спалить шкуру зверька… с частью мяса. однако оставшегося вполне хватило на перекус. Помянув недобрым словом усопшую Астрид, Мираэль улеглась на мягкий бок тигрицы. — Талара, ты подходила к Рифтену? Тигрица завозилась и чихнула, потерев лапой нос. — Лидия там? — невольно улыбнулась Мираэль, почёсывая кошку за ухом. Фырканье, но на этот раз почти ясно слышится согласие. Мираэль снова улыбнулась. Воистину, боги покровительствовали ей в ту ночь, когда к её костру приковылял осиротевший котёнок. — Тогда воспользуемся извозчиком. Что бы я без тебя делала? — не раз Мираэль задавалась этим вопросом, особенно в такие моменты, когда воспитанница выказывала необычайную для дикого животного понятливость. Талара в ответ лизнула её шершавым языком. — И тебе спокойной ночи. В руку Мираэль ткнулся холодный нос. Мико, улёгшийся рядом, тихо заворчал. — Ты чего? — поинтересовалась Мираэль, погладив жёсткую шерсть на холке волкодава. — Ревнуешь? Серьёзно? Ну, не хватало ещё делить себя меж двух питомцев. Лошадей выше крыши достаточно.       Неожиданно в голову Мираэль пришла мысль, заставившая улыбнуться. Почему бы не подарить Мико Алвору? Всё равно у пса нет пристанища, а подвергать его риску быть убитым драконом очень не хотелось. В принципе, она и Таларой не раз рисковала, но это можно было принять за часть обучения — мало ли, кого встретит в своей жизни тигрица, когда уйдёт к своим диким сородичам? А Мико уже немолод, пусть доживает свой век в сытости и покое. Спустя несколько часов беспокойного сна, Мираэль уже была на ногах. Она забросала костёр землёй, скомандовала Таларе держаться поодаль и не высовываться, чтобы не пугать лошадей и людей, и двинулась по тракту в компании Мико. — Сколько до Рифтена? — поинтересовалась она, подойдя к веренице телег, ожидающих пассажиров под величественными стенами скайримской столицы. Она шла сюда почти два дня — и всё из-за того, что в Драконьем мосту не было вообще ни одной повозки. Все они, оказывается, здесь! — ворчливо подумала девушка. — Тридцать золотых. — Ответил извозчик, к которому она обратилась. — Оплата на месте устроит? — Почему это? — скривился мужчина. — Потому что отсюда до Рифтена ехать больше двух недель, — спокойно пояснила Мираэль. — И, кто знает, вдруг на нас нападут, меня убьют, и какой смысл был отдавать деньги? — Какой смысл тогда вообще на повозках путешествовать? — проворчал возница. — А, ладно, садитесь. — Мико, ко мне! — позвала Мираэль, и пёс запрыгнул в повозку, укладываясь у её ног. — За более быстрое прибытие плачу втрое больше.       Свист кнута был ей ответом. Лохматый аффингтон повёл ушами в ответ на это действие и пошёл крупной рысью, постепенно переходящей в короткий галоп. Кнут не коснулся его, а всего лишь подал сигнал к движению, и Мираэль подумала о вознице с уважением. Хозяин, не бьющий своё животное почём зря — хороший человек. По определению. Когда они выехали на широкую дорогу, конь нервно всхрапнул, сбился с ритма, едва не рванув в карьер. Возница огляделся, но никого не увидел и перебрал вожжи, контролируя аллюр саврасого: — Но-о, чего ты, дурашка? Давай-ка, приложи старание, а то на овёс тебе не заработаем! Чует тигрицу, — поняла Мираэль. Она тоже осмотрелась. Но Талару не увидела и довольно улыбнулась. — Скажите, а почему так много извозчиков здесь? — полюбопытствовала, лишь бы не молчать. — Сегодня какой-то особенный день, или тут так всегда? Просто я впервые в Хаафингаре. — Через три недели будет большой праздник, — возница заговорил охотно. — Свадьба кузины Императора Виттории Вичи и Асгейра из клана Снегоходов. По слухам сам Император приедет на свадьбу. Вот и валит народ валом. В городе, считай, не протолкнуться! — шутливо пожаловался он, повернув к ней голову и улыбнувшись.       Мираэль понимающе кивнула. Если Тит Мид Второй действительно посетит северную провинцию, тогда ясно обилие народа. Простые смертные всегда жаждут узреть властью облечённых… всегда тянутся к ним.       К городу воров они прибыли на два дня раньше, чем могли бы. Днём ехали преимущественно рысью или тяжёлым галопом, а ночью переходили на шаг. За это время им пару раз встретились великаны, но видимо, боги миловали — ничего плохого не случилось. — Молодец, — сказала Мираэль, спрыгивая с телеги. — Дай коню передышку, он славно потрудился. И иди за мной. У меня сумка в таверне. «Надеюсь», — прибавила она мысленно. — Мико, посторожи повозку.       На сей раз ворота города были распахнуты. А у конюшни стояло множество телег с охраной, и Мираэль вспомнила, что сегодня проводится ежегодная ярмарка. Ох, только бы Талара осталась в роще, — подумала она, проталкиваясь через толпу.       Город прямо-таки бурлил, по улицам сновали горожане, гости и заезжие торговцы, звучала музыка, бегали со смехом дети — и стражи было больше чем обычно.       Мираэль в первую очередь зашла в конюшню. Кватч, увидев её, едва не выбил дверь стойла, успокоившись с огромным трудом. Мираэль мысленно воздала богам хвалу за то, что не пожалела денег на обслуживание лошадей. За прошедшее время конь не похудел, и в стойле у него было чисто.       В таверне тоже было не протолкнуться. Едва войдя, Мираэль принялась выискивать взглядом фигуру в стальных латах. Это было непросто, поскольку в «Пчеле и жале» сегодня были и воины, в такой же, как у Лидии, броне. Протиснувшись к прилавку, Мираэль спросила: — Эй, Кирава, моя спутница здесь? — Э… это ты? — изумлённо прошипела аргонианка. — Но как… — Я задала вопрос! — перебила её Мираэль. — Или мне обратиться за помощью к Бриньольфу? — Не надо! Здес-сь она, твоя с-спутница. Вс-сё время безвылазно в комнате прос-сидела. — Она хоть что-нибудь ела? — Мы нос-сили… — ответ был странно уклончивым. — Спасибо, я оплачу.       Мираэль подала извозчику знак и быстро пошла на второй этаж. Она так спешила, что столкнулась с какой-то богато одетой горожанкой. — Прошу прощения. — Мираэль мельком взглянула на ту, чей покой потревожила, и узнала в ней советницу ярла Лайлы. Кажется, её имя — Мавен Чёрный Вереск. Глава самого могущественного клана Рифта. Ну да, ну да. Но женщина, похоже, её не узнала. Уголки её губ дёрнулись, складываясь в высокомерную гримасу. Но ждать от неё словесного извержения Мираэль не стала. Она извинилась, чего ещё надо?       Лидия сидела на кровати, с помощью куска специально обработанной ткани полируя меч. На тумбочке у кровати — гора пустых тарелок и бутылок. Когда дверь распахнулась, женщина подняла голову. Глаза её подозрительно блестели. — Я же сказала не тревожить меня! — рявкнула она, и осеклась. — О боги… Мой тан… это ты? — Собственной персоной! — усмехнулась Мираэль, сдерживаясь, чтобы не поморщиться от висящего в воздухе запаха перегара. — А ты тут что, поминаешь меня?       Лидия вскочила… и рухнула на колени, низко склонив голову. Мираэль так удивилась, что отступила, едва не наткнувшись спиной на стоящего позади извозчика. — Простите меня, мой тан… я растерялась… я думала… Братство… — О делах поговорим позже! — оборвала её Мираэль. — И встань ты уже, ради Акатоша!       Мираэль, как и обещала, отсчитала извозчику почти сотню золотых, и когда он, кланяясь, покинул комнату, повернулась к Лидии. Воительница понуро стояла посреди комнаты. — Ну, рассказывай. Сколько меня не было? — Мираэль только сейчас сообразила, что не знает такой важной детали. Эх, сколько мелочей важных в этой жизни… — Почти месяц. — Значит, за вычетом путешествия сюда — две недели, — обронила Мираэль. — Ясно. И всё это время ты пробыла тут? — недоверчиво спросила она, оглядывая бардак, царящий в комнате. — Я хотела… — Лидия отвечала, иногда заикаясь, и глядя на своего тана во все глаза, словно не веря, что она тут. — Хотела пойти тебя искать… но Бриньольф пришёл. Он с уверенностью сказал, что ты жива, и что мне надо подождать. Но шёл день за днём, а тебя не было… ну… и вот. — Значит, надо будет его поблагодарить, — Мираэль улыбнулась. — Но для начала ты проспишься и сходишь в баню. Негоже моему хускарлу так… благоухать. Лидия поднялась, затем снова опустилась перед Мираэль на одно колено и прижала её руку к губам: — Спасибо. — Да хватит, ты чего? — вконец растерялась Мираэль, отступая. — Думала, я накажу тебя? Эх, Лидия… мы столько знакомы, что пора бы тебе перестать сомневаться во мне. — Вы правы. — «Вы»? Когда это мы успели перейти на «вы»? — Прости. — Всё, ложись спать, — вздохнула, поднимаясь, Мираэль. — Я пойду, закончу дела с Киравой. — Хорошо.       Строптивая аргонианка, памятуя, что Довакину покровительствует Гильдия воров, вела себя очень даже любезно, и охотно приняла компенсацию за оккупированную и слегка порушенную комнату в размере сотни септимов.       Мираэль не была жадной, и знала цену хорошему обслуживанию. Однако подумала, что ей всё же стоит поумерить пыл. От мечты купить дом в Вайтране она не отказалась, а деньги, заработанные выполнением заданий у Соратников, отнюдь не вечны.       Когда Мираэль вернулась в комнату, Лидия уже спала сном младенца. Мираэль магически заперла дверь — ещё не хватало нежданных посетителей — и вышла в город. Забрала от конюшен Мико, искренне жалея, что не может привести в город тигрицу. На рынке она сразу нашла взглядом Бриньольфа. Его огненная шевелюра пламенела на ласковом солнце, ярким пятном выделяясь в пёстрой людской и не людской массе. Увидев Мираэль, вор ухмыльнулся: — Ну, как оно? — Жива, как видишь, и даже вполне невредима, — ответила Мираэль, улыбаясь в ответ. — Назло врагам. — Вот уж точно. Расскажешь? — Сейчас, что ли? — Разумеется, нет. Вечерком. Я забью нам столик. — Хм… Ну, в благодарность за то, что ты удержал Лидию от её порыва — так уж и быть. — О, как полезно, оказывается, быть в курсе событий. — Ну, ну, не загордись, смотри! — осадила вора Мираэль добродушно. Ей было сейчас чертовски спокойно. — Чем торгуешь-то? — Эликсиром для омоложения из крови фалмера. — Чем? — глаза Мираэль округлились, а потом она не выдержала и рассмеялась, привлекая любопытные взгляды. — Ну и что смешного? Прекрасный эликсир же… — Бриньольф скорчил обиженное лицо, но долго не продержался — снова шкодливая улыбка изогнула губы, и он тихонько закончил — …для дураков. — Вы неисправимы! — сказала, успокаиваясь, Мираэль. — Ну, не буду отвлекать тебя, господин торговец. Вечером в таверне. — Ага. Часов в девять. — Договорились. — Мираэль кивнула ему на прощание и пошла в сторону приюта.       Как счастлива была её приходу Руна! И хотя Мираэль купила небольшие подарки всем детям — она помнила, что их десять человек — но девочка была особенно горда, ведь она первая познакомилась с Довакином, и искренне считала её своей подругой. Мираэль провела в приюте почти весь день, и стала свидетелем того, как семейная пара торговцев из Сиродила усыновила одного из мальчишек. Другие поглядывали с весьма заметной грустью — уходит их товарищ — и лёгкой завистью — у него теперь будет семья.       Ближе к вечеру Мираэль поймала гонца. Точнее, это гонец поймал её. За время, проведённое в приюте, она успела написать три письма — отцу, Вилкасу и Хадвару. В свою очередь, у гонца было для неё письмо. Они обменялись свитками и разошлись.       Лидия всё ещё спала. Мираэль тщательно проверила снаряжение и охранные чары на двери. Сняла плащ и кожаную куртку, оставшись в рубашке — всё-таки нечасто выпадает возможность отдохнуть от привычной тяжести доспехов. В городе она не заметила ни одного талморца. Почему бы не расслабиться? Нет, конечно, ушки на макушке держим, но в целом…       Наконец Мираэль смогла взяться за письмо. Несколько секунд она с недоумением изучала восковую печать, на которой красовался олень с ветвистыми рогами. Что от неё может быть нужно правящему дому Фолкрита? «Уважаемая Драконорождённая! Позволь мне представиться. Моё имя Сиддгейр, и я имею честь быть ярлом гордого древнего города Фолкрит. Моих ушей достигла молва о твоих подвигах в Скайриме. Если ты желаешь стать таном владения Фолкрит, зайди поговорить со мной, как будешь в Фолкрите. Титул не только принесёт тебе честь и уважение, но и позволит тебе иметь личного хускарла. Могу также сообщить конфиденциально, что, если твои услуги окажутся полезны мне, ты сможешь приобрести в собственность участок земли во владении Фолкрит. Жду нашей встречи. С уважением, Сиддгейр, ярл Фолкрита». — Так… — пробормотала Мираэль, сворачивая свиток. — Начинается.       Она несколько минут созерцала свиток, потом раздражённо, но тихо фыркнула. Игнорировать прямое приглашение не стоило. Но и желания мчаться в Фолкрит сейчас не было. Как-нибудь потом.       Дождавшись девяти часов, Мираэль приказала Мико стеречь комнату и спустилась в зал, где сразу приметила рыжего вора. Сейчас он был в своей чёрной броне, ярко выделявшей его в толпе нарядных горожан. Интересно, такую только для членов Гильдии делают? — подумала Мираэль, изучая взглядом добротную кожу. Ей понравилось, что Бриньольф выбрал один из самых отдалённых столиков. Сделав заказ у подошедшего аргонианина, Мираэль решила, что про Бранд-Шея Бриньольфу не расскажет. Ну его. — Ну-с, — с самым деловым видом сказал Бриньольф. — Рассказывай. — Да рассказывать почти нечего. — Мираэль устроилась поудобнее. — Я после разговора с тобой оказалась в какой-то хижине в болотах на границе Хаафингара и Хьялмарка. Понятия не имею, как меня незаметно протащили туда и как столько дней продержали в отключке. Но — что есть, то есть. Мне предложили заплатить тем, что я убью одного из трёх пленников. Вроде как на одного из них проведено Тёмное Таинство. — И? — поторопил Бриньольф, когда пауза затянулась. — Ну и… я убила. Ассасина. — Ты… что сделала? — такое потрясение Мираэль видела на лице Бриньольфа лишь раз — когда он узнал в ней похищенную по ошибке девушку. — Ты сейчас серьёзно? — Абсолютно. Бриньольф, тебе не идёт такое выражение. — Невольно поддела Мираэль вора, и тот постарался придать лицу прежнюю серьёзность. — А кто это был? Мужчина или женщина? Мираэль промолчала, изучающе глядя на него. Поняв, о чём она думает, Бриньольф сказал: — Да не выдам я тебя. Для того чтобы ты мне доверяла, есть множество причин. «Серьёзно?» — немного скептично подумала Мираэль, но всё же продолжила, чуть понизив голос: — Это была Астрид. Конечно, лучше бы она сказала это не в тот момент, когда Бриньольф делал глоток эля. Как следствие, вор поперхнулся, и Мираэль пришлось пару раз стукнуть его по спине. — Клянусь Восьмерыми… — пробормотал он, придя в себя. — Как?! — Рефлексы сработали, — пожала плечами Мираэль. — Но вообще мне просто повезло. Я оглушила её Криком и прирезала её же кинжалом. Вот, собственно, и всё. — Ты же понимаешь, что тебе этого так не оставят? — Разумеется. Я теперь сплю вполглаза! — хмыкнула Мираэль. — Я не понял… — с подозрением глянул на неё Бриньольф, — Ты как-то очень оптимистично рассуждаешь. Не боишься? — Ну, почему же… Боюсь. Но это не значит, что я забьюсь в угол и буду дрожать там, как кролик. Предпочитаю бороться. — Против целой гильдии профессиональных убийц… смело. — Мне не оставили выбора. — Мираэль пожала плечами. — И кроме того, я говорила тебе, что быть убитой ассасинами — явно не моя участь. — Да уж, похоже на то. И каким ветром тебя вообще в этот приют занесло? — проворчал Бриньольф. — Попутным, — хмыкнула Мираэль. — Доброта подвела. — Она вкратце рассказала о своей встрече с Руной. — Да, Констанция хорошо тебя прикрыла, — задумчиво сказал Бриньольф. — А дети вообще молчат в тряпочку, вроде как ничего не видели, не слышали. Всё обустроено, как несчастный случай. Поскользнулась, упала, не встала. Возраст, и всё такое… Тут даже нам не пришлось особо работать. — Бриньольф… я так понимаю, у вас определённые отношения с Братством? — Ну да. — Рыжий норд проницательно взглянул на Мираэль. — Нет, о том, что ты с нами связана, Братство не в курсе. По крайней мере, насколько мне известно. — А если они узнают? — И что? — Разве у вас не начнутся неприятности? — Ты что, волнуешься за презренных воров? — ехидно улыбнулся Бриньольф. — С чего ты взял? — Мираэль ответила ему такой же улыбкой. — Просто мало ли, у кого-то из вас язык развяжется. А ещё если я враг Братства, а вы — их союзники, то… — А вот это ты зря. Ты же помнишь слова Мерсера — у Гильдии свой кодекс. Клиентов и друзей не выдаём никому, включая Талмор и Императора. — А я ни клиент, ни друг. И что? — Ты друг Клинков. Этого достаточно для того, чтобы закрыть глаза на твои тёрки с Братством. «Когда это я успела стать другом Клинков?» — подумала Мираэль, вновь вспомнив прощальные слова Эрондила. Но возражать Бриньольфу не стала. — Тогда мне остаётся только радоваться вашей верности кодексу. Они немного помолчали, вслушиваясь в неровный гул голосов, уютно наполняющий таверну. Позже глядя, как Мираэль поднимается, собираясь уходить, Бриньольф поинтересовался: — И куда ты теперь? — У Довакина много путей, — туманно отозвалась Мираэль. — Кто знает, какой из них ляжет завтра под копыта моего коня? — Я понял, — фыркнул Бриньольф. — Секретный секрет. Ну, как бы то ни было — удачи. Надеюсь, Братство до тебя не доберётся. — А я-то как надеюсь… — пробормотала Мираэль. Она кивнула вору в знак прощания и направилась на второй этаж. *****       Они покинули Рифтен на рассвете. Когда две всадницы и собака миновали сторожевые башни Рифта, из рощи к ним выскочила белая тигрица. Она деловито обнюхалась с волкодавом, дождалась от одной из всадниц обязательной ласки, и по её знаку снова исчезла в роще, чтобы распугивать мелочь вроде волков.       Ехали молча. Лидия иногда зевала, но продолжала обшаривать окрестности пристальным взглядом настоящего телохранителя, а Мираэль сидела в седле, отпустив поводья. В руках она держала карту Лидии, а поперёк седла лежал, чуть покачиваясь в такт ходу коня, эбонитовый меч. — Стоять! — резкий окрик заставил обеих всадниц вздрогнуть от неожиданности, а Мико — злобно рыкнуть. Следуя по дороге, они подъехали к крепости, обозначенной на карте, как форт Гринвол, и намеревались его объехать. Но похоже, кое-кому их план бы не по вкусу. На стене форта стояли трое мужчин и целились из луков прямо в Мираэль и её компанию. Мираэль неспешно спрятала карту: — Что случилось? — Эта дорога проходит через нашу территорию. За проезд здесь все платят. Плати и ты! — откликнулся громила в пластинчатой броне. — Странно, — так тихо, чтобы слышала только Лидия, сказала Мираэль. — Так близко к Рифтену крепость, оккупированная бандитами… Когда мы проезжали здесь в прошлый раз, такого не было. Хотя постой… мы же в обход ехали… ну да… — Она нахмурилась. — Объедем их с севера. — Они повернули лошадей к роще, но из неё выступили ещё пятеро явно недружелюбно настроенных бродяг. Однако броня у них была неплохая — железная, стальная, у одного даже орихалковые доспехи были. — Не так быстро! — ухмыльнулся громила, ранее говоривший с Мираэль. — Раз ступили на нашу территорию — платите. Иначе живыми не уйдёте.       Тихое рычание было ему ответом. Из южной рощицы плавно выскользнула белая тигрица. Вид её был страшен. Шерсть дыбом, глаза — огонь, а морда в крови. Похоже, она наткнулась на других бандитов. И мало что оставила от них.       Мираэль похолодела, когда луки синхронно развернулись в сторону её воспитанницы. Одной рукой схватив меч, она что есть силы швырнула его в ближайшего к тигрице лучника, а с другой руки послала огненный шар, одновременно крикнув Лидии: — Давай!       Женщине не нужно было повторять дважды — за несколько секунд она уложила троих бандитов из северной рощи; остальные двое были небезрезультатно атакованы шустрым и понятливым Мико. Едва пал последний бандит, они услышали шум и топот во дворе крепости. Мираэль послала нервно грызущего удила Кватча к бандиту, в которого угодил её меч. Верный эбонит пробил железный нагрудник, застряв в трупе, а инерция удара сбросила тело со стены.       Наклонившись вбок, одной рукой держась за луку седла, Мираэль обхватила рукоять меча и дала Кватчу шенкеля. Одновременно с этим спину обожгло тупой болью, она ощутила, как меч от мощного рывка выскальзывает из чужого тела, а рука, вцепившаяся в луку, немеет. Это ещё что за…?       Неважно. Не падать… Не падать! Оглянуться через плечо — Лидия подгоняет вороного, на всём скаку всаживая стрелу в очередного бандита, Мико мчится прыжками, а Талара отскакивает от двуручника, лезвие которого проходит в сантиметрах от её бока…       И без того едва сдерживаемая, теперь ярость кровавой пеленой застила Мираэль взор. Развернув коня, она отклонилась чуть вбок и рявкнула: — Fus Ro Dah! — отшвырнув бандита с двуручником в противоположный конец двора, где его полёт затормозила стена. Навсегда. — Бегом! — крикнула Мираэль, надеясь, что верные соратники поймут её. Над головой свистнула стрела, и она невольно припала к шее коня. Короткий, полный злой боли взвизг у самого уха временно дезориентировал. — Кватч! — выдохнула Мираэль, понимая, что сбылись её худшие опасения.       Конь под ней сделал ещё несколько скачков, а потом небо и земля поменялись местами, основательно пошвыряв друг другу Мираэль, словно мячик. Прежде, чем закончилась эта своеобразная игра, Мираэль отключилась, окончательно перестав понимать, какого же даэдра творится в Аурбисе в целом, и в Скайриме в частности. *****       Звуки были первым, что достигло её сознания. Шорохи рядом, означающие чьи-то шаги, какое-то потрескивание, тихий лязг и шорохи. Затем пришли запахи. Кожа, железо, дым… Мираэль открыла глаза и упёрлась взглядом в каменный потолок. Ну и куда это её занесло на сей раз? Руки коснулось что-то холодное, и обзор загородила бело-полосатая морда. — Талара — ого, как сел голос… словно она орала, как резаная. А ведь и вправду, орала. — Мираэль медленно, будто нехотя, начала вспоминать произошедшее. — Ты не ранена? — она рывком поднялась, и тут же пожалела об этом, так как в спину словно стальные когти вцепились. — Уй… — Она — нет. А ты — да. Ну куда ж без него-то… — Мираэль повернула голову, встретившись с кристально-голубыми глазами эльфа. Он протянул ей флягу. — Пей.       Понимая, что вряд ли он спас её только для того, чтобы отравить, Мираэль покорно сделала пару глотков, кивнула в благодарность и огляделась. Они находились в небольшой комнате с камином и несколькими грубо вырезанными деревянными кроватями, на стенах Мираэль заметила не поддающиеся опознанию рваные гобелены и трофейное оружие. — Где я… мы? — В форте Гринвол. — А… — Все бандиты мертвы. Уведомление о них уже послано в Рифтен. — А где Кватч? — Во дворе под навесом, вместе с вороным. Ещё раз осмотревшись, Мираэль разглядела на дальней кровати — подумать только!!! — спящую сном младенца Лидию. А около камина растянулся Мико. Мираэль обняла тихо мурлычущую Талару за шею: — Поможешь встать, малышка? — А ну лежать! — в голосе эльфа зазвенела сталь. — Жить надоело? — Почему вы мне указываете? — проворчала недовольная его тоном Мираэль непроизвольным движением ища ониксовый фиал. Ух, на месте. — Моё дело — жизнь твою сохранить, чтобы Долг отдать, если ты запамятовала. — Сухо отозвался лорд Эрондил. — Сама подумай, очень мне нужен этот геморрой — со смертной препираться? — Усталая ирония всё же прокралась в равнодушный, казалось бы, голос. Вот же… высокомерная задница! — Из-за тонких доспехов стрела прошла до самого лёгкого. Скажи спасибо, что зацепила с внешнего края, а не со стороны сердца. — Спасибо! — сделав несколько успокаивающих вдохов, процедила Мираэль. — А вы вообще как тут оказались? — Странный вопрос для «продвинутой особи». Скотина остроухая… Мог бы и не издеваться!       Талара, на взгляд Мираэль, была слишком спокойна. Неужто доверила лечить её незнакомцу? Или он на разум кошки как-то воздействовал…? Он же боевой маг, как-никак. — Мираэль внимательно взглянула на тигрицу. Та лежала, как ни в чём не бывало, щуря на огонь жёлтые глаза. Будто на курорте! — Я должна убедиться, что с моим конём порядок, — вздохнула Мираэль, почти признавая поражение. — С ним порядок, — спокойно откликнулся альтмер. — На бедре глубокая царапина. Была. Спустя несколько секунд, ушедших на осмысление, с губ Мираэль слетело искреннее: — Спасибо. — Не за что. — И сколько мне валяться? — поинтересовалась Мираэль, только чтобы разорвать повисшую неуютную тишину. — Ещё пару часов. — Отозвался лорд Эрондил даже не поворачиваясь в её сторону — всё это время он перебирал какие-то склянки на тумбочке, стоявшей у противоположной стены комнаты. — Затем последняя диагностика, и если рана затянулась, я наконец-то избавлюсь от общества одной… не в меру нервной нордской девчонки. Чтоб тебя… Периайт в своих Ямах чумой заразил! Мираэль стиснула зубы, чувствуя иррациональную обиду, и уговаривая себя не реагировать. Ты выше этого, Мираэль Саттиника! Он что-то говорил про диагностику? Только сейчас Мираэль осознала, что на ней нет брони. — Но зачем вы меня раздели?! — прошипела Мираэль возмущённо, поддаваясь порыву, но почти тут же прикусила язык, ибо сама всё проняла. Лорд Эрондил даже не глянул на неё. — О, да ради Азуры, неужто ты решила, что я могу на тебя покуситься? Ну и самомнение… — фыркнул он. — Поосторожнее со словами! — вспыхнула Мираэль. — А то я забуду, что вы мне помогли! — И что же ты сделаешь? — теперь он повернулся, и смотрел прямо на неё. Его глаза вдруг сменили цвет на золотой, тёплый, как свет Магнуса, но сам взгляд стал холоднее ледников Атморы. — А? В твоём-то состоянии… Ты серьёзно? Бери пример с твоих друзей. Они хоть и не одобряют моего присутствия, но понимают, что я делаю это для тебя. Весьма неблагодарное занятие, но я вынужден, хотя в данный момент мне стоит только пальцами щёлкнуть, чтобы ты перестала дышать. Так что, пожалуйста, ещё на некоторое время заткнись и дай мне вернуть тебе Долг Крови, смертная!       Мираэль действительно заткнулась. Но не потому, что так сказал этот… этот… в общем, не поэтому. Если поразмыслить непредвзято — чего она вскинулась-то? Ведь раненый участок в любом случае надо освободить от одежды, она и сама так сделала бы. Стало стыдно, но Мираэль не желала этого показывать. Ну уж нет. — Дожили! — тихо буркнула она. Произнеся диагностирующее заклинание, она поняла, что лорд Эрондил был прав — на спине медленно затягивалась рана от стрелы, равно как и на краю левого лёгкого.       Мираэль прикрыла глаза, но расслабиться не могла, чувствуя присутствие эльфа. Это было такое ощущение, словно у неё где-то саднит маленькая царапина — не особо заметно, но и не замечать не получается. Интересно, сам Эрондил в Ривервуде чувствовал себя так же? Давление чужой магии заставило её вскинуться, рефлекторно нашаривая меч. — А, это вы… — задремавшая Мираэль окинула склонившегося над ней эльфа насторожённым взглядом. Лорд Эрондил даже бровью не повёл. Молча провёл диагностику, отстранился. По его лицу невозможно было понять, каков вердикт. — Ну и? — нетерпеливо спросила Мираэль, чувствуя облегчение, когда дистанция между ними увеличилась. — Тебе не больно дышать? — эх, ей бы его контроль, вон, голос такой бесстрастный, словно и не он угрожал ей недавно. Мираэль на пробу пару раз глубоко вдохнула и выдохнула. — Левый бок покалывает. — Созналась она, заметив, что эльф хмурится. — Рана затягивается слишком медленно. Порог, когда можно применять магию, уже пройден. Если я применю больше восстанавливающей магии, могу случайно воздействовать на неповреждённые органы. Особенно на сердце. Так что теперь всё зависит от твоего организма. Придётся потерпеть. Ещё где-то двое суток у тебя будет сбита координация, возможны приступы головокружения и вот это покалывание. Если переусердствуешь с нагрузками — вызовешь рецидив. Рана откроется. Нужно объяснять, чем это закончится? — Да нет… — растерянно ответила Мираэль, укладывая в голове то, что узнала. Эрондил ещё какое-то время смотрел на неё в задумчивости, потом тяжело вздохнул, словно принимая неприятное решение: — Ты направлялась в Вайтран? — Откуда вы… — Догадался, — бесцеремонно прервал её альтмер. — Я провожу тебя. — Мы уже обсуждали это! — воспротивилась Мираэль. — И вообще, я думаю, вы уже отдали Долг… — Если бы это случилось, я бы прямо сейчас мог телепортироваться отсюда, — прервал её эльф. — А я не могу. Значит, Долг Крови ещё в силе. И тебя телепортировать не получится, опять-таки, надеюсь, ясно, почему. — Посчитав разговор оконченным, он вернулся к своим склянкам. — О, Великий Дракон, как я докатилась до этого?! — горько усмехнулась Мираэль, вскинув голову к потолку. — До «этого»? — повторил эльф ехидно. — Тебе что, зазорно принимать помощь от альтмера? Ты страдаешь расизмом, как большинство нордов? — Что?! Я… нет! — возмутилась Мираэль. — Я… просто… Ай, да не важно, — сдалась она. — Забудьте. — Мой тан, ты как? — о, а вот и Лидия проснулась… — Дышу пока. Не переживай. Всё нормально.       Мираэль больше не поднимала тему нахождения Эрондила в их маленькой компании. Поняла, что смысла нет. Какой бы высокомерной заразой ни был этот боевой маг, но Долг Крови не позволит ему навредить ей или её спутникам. А о том, что будет потом, она подумает… потом. — Почему моя диагностика не показала эту проблему? — поинтересовалась Мираэль. Эрондил ответил, не отрываясь от смешивания каких-то составов: — У тебя неплохой запас магии для смертной, и, тем более, для северянки. Но это — высшая магия Школы Восстановления. И под силу далеко не каждому. — Эльф едва заметно усмехнулся. Есть ли предел эльфийскому высокомерию???       Мираэль смолчала, пытаясь вспомнить, были ли такой свиток в запасах её матери. Вероятнее всего, ведь Высшему Целителю важно знать такое. Надо будет посмотреть, как заедет в Ривервуд. Чуть позже, игнорируя брошенный на неё неодобрительный взгляд Эрондила, Мираэль с трудом поднялась, покачнулась, и тут же ощутила под ладонью надёжное плечо тигрицы. — Ого… — вздохнула она, осознавая, насколько прав был эльф. — Чувствую себя ребёнком, учащимся ходить. — Может, утром поедешь верхом? — спросила Лидия, с беспокойством глядя на неё. — Нет, — отрицательно качнула головой Мираэль. — Пусть Кватч отдохнёт как следует. — Нам далеко идти. Ты обессилеешь раньше, чем наступит полдень, — вновь вмешался Эрондил. — Опять-таки, спровоцируешь открытие раны. — Лорд Эрондил, вы же тут не просто так? — устало огрызнулась Мираэль, возвращаясь к своей кровати. Талара запрыгнула первая, заставив кровать жалобно заскрипеть, и вытянулась у стены. — Вы отдаёте Долг, вот и присмотрите, чтобы я не отправилась в Совнгард раньше, чем вы освободитесь. Ещё вопросы? Нет? Замечательно! — Мираэль морщась, отвернулась, уткнувшись в тёплый бок Талары. Даэдра подери, почему каждое его замечание так цепляет её? И почему она ведёт себя, как ребёнок? Неприятные дни уже неделя, как прошли, а её всё ещё штормит. Странно. — Спокойной ночи… — тихонько донеслось со стороны Лидии. — Спокойной! — буркнула Мираэль, закрывая глаза. Но сон не шёл к ней. Похоже, организму хватило обморока, который длился весь день.       Стыдно-то как… Нет, конечно, любому бы не поздоровилось, если бы ему сначала попали стрелой в лёгкое, а потом ещё на него свалился бы собственный подстреленный конь, и всё же… Ей надо чаще ввязываться в подобные переделки, чтобы закалиться. Если подумать, она в последнее время всего-то пару раз встретилась с драконами и врагами поменьше. Этого мало для того, чтобы поддерживать себя в тонусе. Очень мало.       А ещё стыдно перед эльфом. Никакое состояние не может оправдывать намеренно грубое отношение — тем более, к тому, кто, хоть и вынужденно, но всё же спас ей жизнь. Надо бы извиниться… Если хватит духу. *****       Когда они уже собрались покидать форт, прибыл отряд солдат из Рифта. Лорд Эрондил предоставил Мираэль объясняться с ними, но отпустили их быстро. Не в последнюю очередь благодаря Таларе, при виде которой бравые солдаты конкретно оробели.       По пути они задержались в поселении Камень Шора, где Лидия пополнила запас стрел. Мираэль, как и пожелала, шла пешком, Кватч в ритм с её шагом двигался справа. Мико и Талара рыскали по кустам в поисках угрозы, Лидия ехала на своём бессменном Сварт Тордене, а под Эрондилом был призванный жеребец.       Более странной лошади Мираэль, пожалуй, ещё не видела. Впрочем, она вообще с даэдра дел предпочитала не иметь, в отличие от альтмеров, которые не гнушались прибегать к помощи этих потомков Падомая. Хотя… призыв огромного даэдрического коня, кроме отвращения, внушал и некоторое уважение — так же, как и Высшее Исцеление, призыв даэдра — роскошь не для средних магов. После полудня они сделали короткую остановку, во время которой была проведена последняя диагностика, и только потом Мираэль всё же поехала верхом — лишь бы не видеть колючих взглядов эльфа, которому явно не терпелось избавиться от них. Ну да, быстрее отдаст Долг — быстрее свалит. Почему бы не поспособствовать этому?       Спустя ещё три дня они прибыли в Ривервуд. Вообще они должны были ехать прямо в Вайтран, но просто в какой-то момент Мираэль свернула на юг, и её спутникам ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Хотя Эрондил на территорию деревни не въехал, оставшись ждать на мосту.       Как и планировала, Мираэль оставила волкодава с Алвором, а в «Ривервудском торговце» избавилась от лишнего груза. Задерживаться не стали, но кузнец взял с Мираэль обещание погостить, как выдастся свободное время. Кроме того, он презентовал ей новую амуницию для Талары, взамен давно сожжённой.       Расстались нордки с эльфом у конюшен Вайтрана. Оставив Кватча у коновязи, Мираэль подошла к лорду Эрондилу. Эльф уже развеял спектральную лошадь и явно собирался открыть портал. На звук шагов он обернулся. Его лица Мираэль не видела из-за глухого шлема, но это и не требовалось — она прекрасно чувствовала и его взгляд. Равнодушный, и самую малость вопросительный. — Извините меня, — собравшись с духом, тихо сказала Мираэль, чувствуя себя крайне неловко и сдерживаясь, чтобы не удрать, махнув на всё рукой. — И… спасибо.       Молчание между ними затянулось, и Мираэль уже собралась уйти, смирившись с тем, что ответа от гордого альтмера ей не видать, но тот вдруг заговорил — на удивление чисто, невзирая на преграду в виде шлема. — А ты не безнадёжна. — Или ей почудилось, или он и впрямь улыбался, говоря это. Да нет, быть не может. — Береги себя… дочь Акатоша. Ещё увидимся.       С этими словами эльф отвернулся, делая завершающий пасс рукой. Пространство пошло лёгкой рябью, из ниоткуда возник эллиптический провал, мерцающий фиолетовыми переливами, и Мираэль явственно ощутила дуновение ветра по ту сторону и даже поёжилась, непроизвольно обхватывая себя руками и отступая — похоже там, куда направлялся Эрондил, было дьявольски холодно. Портал уже исчез, а Мираэль продолжала недоумённо пялиться в тут точку, где только что был эльф. Он назвал её дочерью Акатоша? Представитель расы, презирающей смертных, не допускающей ни малейшего намёка на обожествление человека… — Ну и что это было? — пробормотала Мираэль в пустоту, и побрела к городу. 25-е Начала морозов — 14-е Заката солнца