5
9 марта 2016 г., 20:36
3.1. Чем меньше скопление искр, тем быстрее искры гаснут. Закон Угасания. Третий закон Мориарти
***
— Зачем? Зачем выкачивать из человека жизнь, чтобы потом… я не знаю… закачать искусственную? — у Джона дрожит нижняя губа, а взгляд никак не может сфокусироваться. — Кто-то пытается завершить эксперимент Мориарти. На сдвинутых деревянных столах лежат пять неподвижных тел. Все женщины, все невысокого роста, все светловолосые с темно-голубыми глазами. Все мертвые. Убитые. Дважды. — Эксперимент? По превращению людей в живых мертвецов? — злость, кипящая в Джоне, словно нагревает воздух. — Мориарти изучал природу так называемых жизненных искр, искал способы воздействия… — Шерлок замолкает, когда Джон поджимает губы так сильно, что те белеют. — Ты ведь не можешь ошибаться, верно? — неожиданно тихо произносит Джон и в его голосе вместо вполне уместного упрека отчего-то звучит вина, — Конечно, нет… — Я бы хотел, — Шерлок опускается в низкое пыльное кресло и трет лицо ладонями. — В этих телах почти не осталось ничего… живого. Первый раз я нашел вкрапления живой ткани случайно. Потом просто знал, что искать. — Все они были живыми… — шепчет Джон, — и в первый и во второй раз. Шерлок ничего не говорит, только отводит глаза и едва заметно кивает.***
— То есть вы хотите убедить меня в том, что в городе появился маньяк, превращающий людей в марионеток неведомым способом, который, как вы утверждаете, на самом деле был изобретен еще сотню лет назад? — Лестрейд говорит с ним, как с умалишенным, но в глазах читается совсем другое. — Книга, в которой подробно описан этот способ, как вы сами могли бы догадаться, находится под запретом. Но нет кукольника, который не прочитал бы ее. — Могу я взглянуть? Шерлок надменно улыбается и стучит указательным пальцем по виску. — Все здесь, инспектор. Я все храню здесь, — взгляд Лестрейда меняется, и Шерлок вкрадчиво добавляет, — У вас ведь должен быть доступ к закрытым архивам. Молчание длится недолго, но повисает вязкой тяжестью. — И что же там? В этой проклятой книге? — почти отмахивается Лестрейд, но глаза снова выдают его вполне искреннюю заинтересованность. — Давайте начнем с простого. Вы когда-нибудь задумывались о том, почему куклы двигаются? — Благодаря сложным механизмам, разумеется, — Лейстрейд пренебрежительно усмехается, но улыбка на его лице гаснет по мере понимания того, что причина запрета книги начинается с простых вещей. — Вы когда-нибудь встречали куклу, работающую на топливе? Солнечных батареях? Или, может, с отверстием для заводного ключика? — Шерлок отвечает сам, — Наверняка, встречали. Но, я повторю вопрос, почему куклы двигаются? На самом деле. Шерлок протягивает руку, коротким кивком предлагая инспектору сделать то же самое, после чего накрывает ладонь Лестрейда второй рукой. — Холодные руки. Должно быть, мои вам кажутся горячими. Что ж, сейчас я вдохну в вас немного жизни. — Что за бред вы несете, Холмс? — Инспектор недовольно хмурится, но руки не убирает. — Простой теплообмен, — улыбается Шерлок и отпускает ладонь инспектора спустя еще некоторое время. — Теперь они одинаковой температуры. Немного тепла в обмен на холод. Инспектор трет ладони и хмурится, но его озадаченный вид пока совсем не связан с пониманием главного вопроса. — Так же и с куклами. Мы даем им немного жизни. Чуть более сложное понятие, чем просто температура, но суть та же. — И что в замен? Шерлок едва заметно улыбается. — Один из разделов той книги, инспектор, посвящен подробному разбору процесса переноса жизни от одного тела к другому. Из одного тела в другое, если давать точные формулировки. Появившийся словно из ниоткуда мальчик-посыльный прерывает Шерлока. Несколько строчек в аккуратно сложенной записке заставляют его сорваться с места. — Автор книги проводил эксперименты на приговоренных к смерти заключенных. Поднимите архивы, инспектор! — доносится до Лестрейда вместе с гулким эхом быстро удаляющихся шагов. «Ты уже догадался, что я догадался, так ведь? Давай впредь делиться друг с другом своими маленькими секретами. Составь мне компанию сегодня вечером, если не хочешь остаться один. Совсем-совсем один… М.»
