Кожа да кости

Кабинет Виктора Альтхауса в здании из стекла и металла убаюкивал жужжанием кондиционера, еле слышным плавным ходом настенных часов, плавным и спокойным голосом самого психотерапевта и отсутствием уличного шума, приглушённого всё теми же тяжёлыми шторами. Джерри снова был здесь, на этой удобной кушетке, смотря в ровный потолок, в поиске ответов, которые были на поверхности, но снова не давались ему так просто. На этот раз Джерри волновал вопрос о том, как лучше всего поступить с Томом. Парень стал ему за это короткое время не просто приятным собеседником, а уже фактически единственным другом среди лая адвокатов, презрительного фырканья жены, тоски по детям, бесконечных звонков агентов, помощников, знакомых лицемеров, газетчиков, приставаний журналистов, щелчков затворов фотоаппаратов, выпивки и таблеток, таблеток и выпивки… Джерри сам не заметил, как привязался к нему, как привык к этим встречам и разговорам. Но с состоянием парня нужно было что-то делать. Во власти Джерри было помочь Тому, ведь у МакФаррела было всё для этого – деньги, связи, а главное желание и время. Но сперва он решил наведаться к старику Альтхаусу и поговорить с ним об этом. С Томом он рассчитывал побеседовать на эту тему тем же вечером и сомневался, согласиться ли парень на его предложение, не расценит ли это неправильно. Виктор Альтхаус выслушал Джерри с обычной внимательностью и сосредоточенностью, не перебивая, не гипнотизируя взглядом и ничего не царапая карандашом на бумаге. Когда Джерри вкратце рассказал ему о Томе, об их встречах и нарастающем желании помочь молодому человеку, то Альтхаус на несколько минут замолк, а затем спросил: — Так ли вам нужна моя помощь в этом вопросе, Джерри? Неужели, если я скажу, что это плохая идея, ваше желание помочь сразу угаснет? Точно также, если бы я сказал, что помочь необходимо, очень навряд ли, что в вас тут же вспыхнуло это стремление. Вы понимаете меня? — Вы хотите сказать, что все решения уже есть во мне, и я зря к вам пришёл? — Можно сказать и так, хотя не сказал бы, что вы посетили меня зря, я всегда вам рад и охотно готов поговорить с вами в любое время, — слегка усмехнулся старик, снял очки и начал спокойно протирать их специальной салфеткой, продолжая легко улыбаться. — Пожалуй, вы правы. Я хочу ему помочь, очень. Но я не уверен, примет ли он мою помощь. — Вы не привыкли к отказам, Джерри, это верно? — Это так, Виктор, но в последнее время я только их и слышу. — Отпустите ситуацию с разводом, всё заканчивается, завершится и этот процесс. Вам стоит найти то, в чём вы сможете реализоваться в своём маленьком отпуске, вполне возможно, что это помощь ближнему, мой друг. Как вы сами думаете, Томас привык принимать помощь от других людей? — Вот это уж вряд ли. Но я хочу показать ему, что бывает и по-другому. Я знаю, мы встретились с ним не зря, я прямо чую это, Виктор! Я тот, кто спасёт этого парня. Тем более у него талант. Он должен жить, чёрт возьми! Джерри решительно сел на кушетке и посмотрел на психотерапевта. Тот невозмутимо ответил ему: — Вот вы и нашли снова ответ, Джерри. Попытайтесь помочь этому молодому человеку. Но прошу вас – не огорчайтесь, если ваша помощь будет отвергнута или не понята. И помните, что вы помогаете, чтобы стало комфортно другому, а не вам самому. Вы согласны со мной, мой дорогой друг? МакФаррел самодовольно улыбнулся, встал с кушетки и ответил: — Он примет мою помощь – уж я постараюсь. Какой смысл отказываться от того, что действительно тебе нужно? Спасибо, Виктор, мои сомнения окончательно развеялись. Всё будет в порядке. До встречи, — он пожал старику руку и двинулся на выход. Альтхаус сказал ему вслед: — Всего хорошего, Джерри. Смею пожелать вам большой удачи в своём начинании. Будьте здоровы! Преисполненный решимости и чувствующий прилив новых сил, Джерри вежливо попрощался с секретаршей в приёмной и бодрой пружинистой походкой пошёл к лифтам. На выходе автоматическим движением бросил мелочи тому же попрошайке у входа в здание, сел в машину и поехал домой, строя в голове планы на вечер. Вечером к нему снова приехал Том. Они не виделись последние несколько дней ввиду того, что у молодого человека был срочный заказ, но теперь он был свободен и охотно приехал в знакомый уже особняк. Следует сказать, что и сам Том привязался к Джерри, но, отнюдь, ни к его славе, средствам или роскоши. Он никогда не оставался ночевать в особняке, старался всеми силами отказаться от машины с шофёром, когда уезжал домой, ему была неинтересна экскурсия по дому, баловство с плазмой во всю стену и новейшей видео-приставкой, пользование битком набитым баром или другие блага звёздной карьеры Джерри. Лишь сам МакФаррел вызывал настоящее любопытство Тома, хотя он и не всегда понимал заморочек актёра. В этот вечер, однако, всё пошло не так, как оба рассчитывали. Джерри, выждав полчаса, завёл разговор, к которому сегодня готовился. — Том, я не буду ходить вокруг да около, и сразу скажу тебе, над чем я думал в последнее время. Том на это с интересом поднял брови и продолжал тянуть через трубочку свой сок. Джерри продолжил: — В общем, я думаю, что тебе пора перестать играть невесть в кого и принять мою помощь. Мы оба знаем, что в моих силах сделать для тебя что-то действительно необходимое и полезное для тебя. Я немного изучил вопрос и думаю, что начнём мы с нескольких консультаций у нескольких ведущих специалистов, я кое-кого знаю, они должны тебе помочь. Возможно, понадобиться приём каких-нибудь медикаментов, возможно постоянное присутствие кого-то, но никаких клиник. Предлагаю переселиться сюда, ко мне, я помогу тебе всем, чем смогу. И не нужно сейчас выдумать всякой ереси, ты можешь мне доверять. Чуть позже я думаю, что мы подыщем тебе жильё получше, а ещё у меня есть некоторые связи в парочке издательств, я уверен, что им будет более чем интересно взглянуть на твои работы. Готов поспорить, что не пройдёт и года, как ты опубликуешься и сможешь уже нормально заниматься тем, что любишь, не волнуясь о заработке и не боясь, что тебя прирежут на пути домой. Затем мы… — Заткнись, Джерри. МакФаррел удивлённо прервал свой пылкий монолог и, наконец, посмотрел на Тома. Тот сидел мрачный и хмурый, смотрел на свой стакан, прикусив нижнюю губу до крови. — Только не говори, что… — Давай ты не будешь указывать мне, что говорить, а что нет, ладно? – вскипел, наконец, парень и поднял горящие глаза на своего собеседника. – Смотрите-ка, да ты просто гений, всё продумал и всё учёл! Жильё, работа, врачи, легче лёгкого, когда у тебя есть деньги, да, Джерри? Только вот одного ты не учёл в своём шикарном плане – меня! Неужели ты и правда думаешь, что мне на какой-то хер сдалось твоё поганое бабло? Неужели думаешь, что я сейчас упаду тебе в ножки, радостно кивая, буду тебя вечно благодарить и как хомячок, позволю делать всё, что моему богатенькому дружочку заблагорассудиться? Спасителем себя возомнил? Ну прямо второе пришествие дядюшки Иисуса. Нашёл бедного мальчика и решил поиграть в святого? Плевал я на твою помощь. — Ты что, совсем уже свихнулся? Тебе нужно всё это, Том! Нужны нормальные условия проживания, нужен нормальный стабильный заработок, твоим идеям нужно выйти в свет, твой талант заслуживает этого! Не закапывай себя заживо, Том, прошу тебя! Не будь идиотом! Я ничего не прошу взамен и никогда не попрошу, позволь мне помочь тебе, дурак! — Да плевал я на всё это! Затолкай себе обратно в глотку свои условия, заработок и прочее! Всё за меня решил, поди уже и позвонил кому-нибудь из своих знакомых? Джерри замялся, вспомнив, как ещё до прихода Тома, сделал несколько пробных звонков и узнал, кто сейчас ведущий специалист по проблемам с приёмом пищи с хорошей репутацией у его коллег, а также отыскал несколько милых квартирок для Тома, пока лишь первоначально, по интернету, со специалистом по недвижимости он ещё не связывался… Эта заминка просто взбесила Тома. Он сразу всё понял. — Я прав. Ты уже заранее был уверен, что я соглашусь, и мы весело поскачем в закат меня лечить. Самоуверенный петух! Себе сначала помоги! — Мне в отличие от тебя помощь вообще не нужна! Справлюсь без сопливых! — Да что ты? Это ты-то справишься? Глушащий спиртягу с утра до ночи? Да у тебя таблеток по дому рассовано больше, чем сперматозоидов в причиндалах! На полках премии стоят, пыль собирают, а ты косишься на них несколько раз за день, самолюбие своё сраное тешишь! Твои статуэтки нихрена не стоят, как и твои тачки – просто железки, жрущие бензин! Твоя конура – всего лишь побольше моей конуры, а с ума ты сходишь в ней так же, как и я в своей! Никаких стоящих различий, слышишь, Джерри? Только вместо того, чтобы стремиться кому-то подавать руку, задай себе вопрос, протянул ли ты руку сперва сам себе? Продолжай собачиться с женщиной, которая скоро обдерёт тебя до нитки и поделом тебе, высокомерный избалованный кусок дерьма! Нужно было детьми нормально заниматься, с женой больше разговаривать, а не просирать свой талант за большое бабло! Джерри взорвался в ответ: — Не тебе меня учить, сопливый говнюк! Думаешь, раз у тебя тяжёлое детство и юность, раз тебе в жизни меньше повезло, ты теперь можешь учить меня, как мне жить?! Чёрта с два! Гордый какой нашёлся, отказывается он от всего! Да я впервые, может, задумался о ком-то постороннем, помочь хотел от чистого сердца! Неблагодарный засранец! — Пошёл ты, МакФаррел, — холодно бросил ему Том и вылетел из кухни. — Вот и катись, козлик, проваливай, — буркнул Джерри, поднявшись и вскрывая новую бутылку из бара. Через несколько секунд в доме громко хлопнула парадная дверь.