1. Нужно сохранить хотя бы то, что у нас есть....

— Мне нужно поговорить с тобой, Марк… — Джейби заглядывает в комнату и видит перед собой стоящего Туана, который даже на голос не оборачивается и смотрит в окно, — Можно? Марк держит паузу. Его затылок может многое сказать Джейби. Тот даже видит закрытые глаза парня, его сжатые губы и затвердевшие скулы. Лидер все же делает шаг в комнату и закрывает за собой дверь. — У меня не будет, наверное, больше шансов поговорить… Сейчас никого нет… Я должен использовать эту возможность… Снова мне не решиться… Слышишь? Иен продолжает молчать, только поворачивается и делает шаг к кровати, потом нерешительно заглядывает в лицо друга и снова устремляется к окну, прилипнув намертво взглядом к чему-то там. Джейби проходит вперед и останавливается за спиной Марка. Решая, что у него нет выбора и придется разговаривать с затылком парня. Но Туан поворачивается и заглядывает прямо в глаза лидера. Тот не ожидает такого прямого взгляда и опускает взор, прячась за ехидную улыбку. — Им, я думаю в нашем разговоре нет необходимости… Ты же знаешь, будут только проблемы… Марк садится, наконец, на свою кровать и поджимает под себя ноги. — Я все же должен это сделать... ты же знаешь, о чем я хочу поговорить с тобой? — Джейби садится рядом, но близко не приближается, держа дистанцию, которую выделил для него друг своим нежеланием разговаривать… Лидер даже готов на монолог, лишь бы его просто выслушали, — Марк… Мне все труднее быть собой… Я очень долго думал и просчитывал варианты… И выбрал этот… Ты должен все знать… — А о Ежике ты подумал, просчитывая свои ходы? — голос Иена немного дрожит, так бывает, когда он жутко нервничает. Джейби не ожидает такого вопроса, он немного теряется и смотрит на Туана. Марк же продолжает: — Ты сейчас хочешь переложить ответственность на меня. Просто вот взять и поставить меня перед фактом, который сделает несчастными трех человек… Ты хорошо подумал? Ежик не выдержит этого, ты убьешь его. — Он все знает… — вдруг тихим голосом продолжает Джейби, — Он с самого начала все знал… Мы просто использовали друг друга… — Это ТЫ его использовал, Им! А он просто любил тебя… Любит… Он же пошел на это только из-за того, что думал, ты тоже его сможешь полюбить… Надеялся на это… И ведь мы все считали, что так и произошло… Что же тогда пошло не так? Все же было у вас очень хорошо… Джебом, ты же знаешь, что Еджэ — это наш лучик солнца. Его нельзя предавать! Он же самый чистый. Он самый лучший из нас. — Ты для меня самый лучший, самый чистый из нас… — Молчи, Им! Не перекладывай ответственность на меня, у меня проблем — выше крыши! — Марк начинает злиться, щеки наливаются румянцем, верхушки ушек краснеют, -Ты взваливаешь на меня сейчас еще одну ношу. Что мне прикажешь делать? Уйти из группы? — Марк! Ты просто должен знать, что на самом деле происходит. Ты можешь выслушать меня? Я не займу много времени и после уйду. Все останется так же, только мы больше не будем жить в одной комнате с Енджэ… Он сам не хочет, не я… — Им! Когда ты произнесешь ЭТИ СЛОВА вслух, мне придется брать на себя ответственность за тебя тоже! Ты можешь оставить все как есть? — Нет, Марк…я больше не могу прятаться… — Джейби снимает очки и трет глаза, пытаясь собраться с мыслями, потом заглядывает Туану в лицо и замечает, что тот очень расстроен. Лидер вздыхает и жалеет уже, что затеял весь этот разговор, но отступать больше не в его силах, поэтому он продолжает, — Я полюбил тебя гораздо раньше, чем ты думаешь… — Марк резко поднимает глаза на парня и морщится от боли, — Ты тогда только приехал… Шел навстречу мне по коридору в здании JYP…Такой весь загорелый… Твои волосы ежиком стояли на голове… Ты ел мороженое и улыбнулся мне, проходя мимо… Зачем ты тогда это сделал? Туан очень пугается, когда Джейби припадает к его плечу, обнимая его за шею и замирает так, пытаясь справиться со своей слабостью, не показывая мокрых глаз. Когда Марк хочет высвободиться из объятий, он молча напрягает руки, не давая ему двинуться с места. У Иена все обрывается внутри… Он ненавидит это чувство. Все, что угодно он испытывает к Чжебому! Все, что угодно. Только нет любви… И поэтому он снова должен брать на себя ответственность и переживать, заботясь о том, не ранят ли его действия теперь еще и лидера… А это значит, что Джексон будет расстроен и обижен, когда не получит достаточно нежности. Почему, Марк думает именно об этом в данную минуту, когда больше всего на свете сейчас необходим Чжебому. — С тех пор, каждую ночь я думаю о тебе… Всегда… Даже когда появился, как ты называешь, Ежик, я был честен и рассказал ему все о том, что чувствую к тебе… Но он не ушел, он остался… Казалось бы, все хорошо, мы прекрасно ладим и нам легко друг с другом. Но, Марк, это было использование плоти и Енджэ сам подписался на это, я не заставлял его… — Конечно, не заставлял, он же влюбился по ушки! Вот почему, ты сейчас не берешь ответственность за него? Я не верю, что Еж отказался от тебя и не хочет больше быть с тобой… Он слишком сильно тебя любит… Я знаю… — Вот поэтому и не хочет… Ему надоело слышать чужое имя из моих уст… Которое я повторяю ночами… — Джейб заглядывает прямо в глаза Туана, но его душа опустошена сейчас. — Что мне теперь делать с этим знанием, Им? Я кажусь себе каким-то прокаженным! Если Джексон узнает про все это? Я ведь не могу скрывать от него ничего… А мне приходится скрывать очень многое… Джексону будет трудно… Он не сможет с этим справиться… Ты же знаешь, он наломает дров! — Я думаю, он все знает, Марк… Он знает, так же, как знаю я… О Югеме, Джинене… И обо мне тоже… Ты всегда его недооцениваешь… Он очень умен и все чувствует… — Тогда, почему же он молчит, я ни разу не слышал от него ни слова упрека. — Марк, он верит тебе… И он любит нас всех, что он сделает? Убьет наши чувства? Он выбрал самое простое решение — не вмешиваться. Ты сам определяешь, с кем быть… — Откуда тебе знать? Ты что, разговаривал с ним? — Нет, я бы не решился… Я просто так думаю, зная Вана. — И что мне теперь прикажешь делать, Чжебом? Зачем мне знать о чувствах, которые мне не нужны? — Марк! Я думал, что любовь — это прекрасно… И как же я ошибся… Когда я понял, что влюбился, я очень испугался, я вдруг почувствовал себя ничтожеством, полностью зависимым от этих чувств. Я не мог себя контролировать… Мне хотелось вцепиться в тебя и вдавить в свое тело, растворить тебя в себе… Ты знаешь, как может ныть сердце? Сперва мне было достаточно только смотреть на тебя и слушать твой голос, потом мне захотелось трогать тебя… Твои волосы, губы… Это было такое сильное желание, что я сходил с ума! Я мог тебя обнимать и касаться твоей кожи руками, но остановиться было очень трудно… Мне, с каждым разом, требовалось все больше и больше… Сейчас я испытываю чудовищные муки рядом с тобой, если я прикоснусь хотя бы к твоей руке, мне будет очень трудно сдержаться… Это не радость, это боль… — А как же Еж, Чжебом? Почему, он только сейчас захотел уйти, ведь вы вместе уже несколько лет… И он любит тебя… — Марк почти не слышал, то, что ему говорил лидер, в голове его засели совсем другие мысли. — Он стал гордым, он узнал себе цену и понял, что стоит большего, чем «мягкая игрушка»… Некоторое время они молчат. Туан перебирает в руках подол своей футболки, а Джейби следит за пальцами парня, не в силах отвести глаз от этих тонких кистей. — Вот так же всегда делает Енджэ… Когда нервничает, он мусолит в руках низ одежды, загибая его кверху… — Им… Ты же будешь скучать… Ты уже скучаешь… Я думаю, что ты просто не понимаешь, что любишь его, а не меня… У вас еще все наладится… — Нет, Марк… Мне нужен только ты… Лидер набирается смелости и берет тонкую руку соседа в свои руки. Он осторожно гладит пальцами нежную кожу, совершая круговые движения кончиками пальцев. В них мягко пульсирует тепло и хочется, чтобы это продолжалось бесконечно долго. Туан осторожно высвобождается. — Им… Мне очень жаль… Я люблю Гагу… Я ничем не могу тебе помочь… *** Джексон гоняет по залу Енджэ, заставляя его громко кричать. Тот оглушает сам себя и зажимает уши руками. Ван перехватывает парня и начинает делать ему растяжку, хватая его за ноги. Тренировка проходит в бешеном темпе, каждый занимается делом. Марк с Джуниором, держась за руки, осторожно растягивают себе связки на ногах. Джейби подлетает сзади Туана и ложится ему на спину, заставляя его упасть на Джинена. Югем и БэмБэм растягивают мышцы спины, повисая по очереди друг на друге. Джейби незаметно целует Марка в голову и уши. Джуниор отталкивает лидера и обнимает Иена. Тот краснеет и останавливает чужие руки. Джексон ничего не замечает, он занят Енджэ, продолжая его мучить. Тот орет и просит пощады. Джуниор не выдерживает и когда они с Марком поднимаются, он хватает Вана за ноги и переворачивает его. Ему помогает Джейби, они вместе растягивают Джексона и тот грозит расправой и пытается схватить лидера за голову. В это время Югем подлетает к Туану и обнимает его сзади, сминая его своими крепкими руками. Иен пытается вывернуться из цепкого захвата и падает на пол. Младший не отцепляется и летит вместе с ним, успевая целовать старшего куда придется. Марк злится и стервенеет. Он скидывает Югема с себя и вскакивает на ноги. Марк ненавидит, когда к нему прикасается кто-то, помимо Джексона. И такие игры и занятия только злят его. Ему все ужасно надоедают. И этот Гага! Который вместо того, чтобы защитить его от чужих рук, сам успевает мацать других! Иен мечтает свалить с такой тренировки и забраться куда-нибудь в тихий угол. Но мечты его разбиваются о чьи-то горячие губы, которые прикасаются к его взъерошенному затылку. Он успевает заметить лидера, который, походя, еще успевает погладить его по спине. Марк взрывается. Он толкает Джексона в твердую, толстую попу и тот летит вперед, обнимая Джинена. Следом летит лидер, которого Туан хватает за руку и делает подсечку. Югем отбегает на безопасное расстояние, но Иен с диким воплем догоняет его и пинает в крепкий, обтянутый джинсами, зад. Младший кричит и медленно сминает собой БэмБэма, который оказывается рядом вполне кстати. Когда наступает тишина и все устало валяются кто — где, Марк садится в угол и углубляется в свой смартфон. *** — Парни, Марка видел кто-нибудь? — Ван заглядывает в гостиную, где собрались все посмотреть какую-то новую дораму, о которой Югем уже прожужжал всем уши. Но Туана с ними нет. Джинен слезает с дивана и идет искать парня вместе с Джексоном, но в разные места. Иена нигде нет. Тут Бэм вспоминает, что видел, как Марк выходил из дома. Один. Красиво одетый и пахнущий ужасно приятным парфюмом. Джексон бежит в комнату и хватает смартфон в руки. Туана в сети нет. Тогда он набирает сообщение: «Марки! Ты где? Я тебя заберу!» Он ждет отчета о доставке, но номер вне зоны. «Туан! Где тебя черти носят?» Джуниор заглядывает в комнату и вопросительно смотрит на Вана. — Я не нашел его, телефон отключен! — Джексон злится и переживает, но еще не выходит из себя и контролирует свои эмоции. — Надо расспросить БэмБэма, что он еще видел и во сколько это было. — Дверь захлопывается и лицо Джинена исчезает. — БэмБэм!!! — орет он через секунду и Ван идет в гостиную вслед за Паком. Дораму уже никто не смотрит. А Джейби забрасывает младшего вопросами: — Когда это было? — Час назад примерно, — Конпимук старается быть точным, — Ну плюс, минус десять минут… — Он что-то сказал? — Джексон влезает, берет младшего за руки и разворачивает к себе. — Нет, он только подмигнул… Еще он улыбался… — Как улыбался? Радостно или иронично? — Ван не отцепляется, а Бэм не понимает вопроса и с надеждой оглядывается на Чжебома. — Отпусти его, ты делаешь ему больно! — лидер тут же реагирует и убирает руки Вана от малыша. — БэмБэм! Ты не можешь отличить веселую улыбку от сарказма? — Кайе хватается за голову и взъерошивает свои волосы, ища кепку. — Он улыбался хитро… — наконец, подбирает слово младший. — Хитро?! — Ван гримасничает и выпускает свой гнев, — Ну, Иен… — Нужно подождать… Марк скоро вернется и все объяснит, — перебивает Югем, а Джексон заканчивает: — Всенепременно объяснит! Туан возвращается где-то под утро. Сон застает мемберов кого-где. Югем и БэмБэм засыпают под звуки фильма прямо на диване, привалившись друг к другу. Джейби и Джуниору удается дойти до своих кроватей. Енджэ свернулся клубком прямо на мягком ковре возле дивана в гостиной. Их собака Коко лежит рядом, нос к носу с парнем. Когда Марк заглядывает в комнату, Коко, радостно повизгивая, устремляется к нему. Иен сгребает ее на руки и потихоньку уходит в свою комнату. Он неслышно открывает дверь и отпускает щенка на пол. Джексон спит, широко расставив ноги и разбросав руки прямо на полу на мягком матрасе. Он похрапывает и что-то бормочет во сне. Марк улыбается, а Коко забирается в подмышку парня и устраивается там, предварительно полизав лицо Вана. Тот переворачивается на бок и храп стихает. Иен раздевается в темноте, стягивая с себя шикарный, черный пуловер и такого же цвета джинсы, рваные на коленях. Он аккуратно развешивает вещи на плечики. Затем тихо, чтобы не потревожить соседа, ложится к нему, обнимая его за спину и дышит на нежную кожу между лопатками. Джексон не просыпается и Марк закрывает глаза, сладко утопив лицо в гладком теле любимого. Родной запах кружит голову и щемит сердце. *** — Где ты был, Марк?! — Джексон тормошит его, Коко лает и лижет Туана в губы. Иен очень хочет спать, он отворачивается и укутывается в одеяло с головой, — Нет, ты не будешь спать! — Ван сдергивает с него мягкую накидку и оставляет тело открытым. Щенок тут же прыгает Марку на спину и топчется по нему, царапая нежную кожу своими коготками. Туан орет, а Джексон отгоняет собаку, закрывая его тело собой вместо одеяла. — Гага! Ты холодный! Уйди! — кричит парень и дергается, пытаясь сбросить с себя накачанную тушку. — Нет, Марк, не дождешься, я сейчас принесу воды и умою тебя прямо тут! Сейчас же поднимай свою ленивую задницу! Ты должен держать ответ! — Ничего я не хочу держать, просто дай мне поспать еще немного. Я рано лег, то есть поздно… То есть, рано утром. Имей совесть… — Что? Марки! Это у тебя нет совести! Где ты был? Сейчас же отвечай, иначе, я тебя сейчас унесу в таком виде в ванную. И пусть все полюбуются на твое красивое тело. — Нет, Гага. Не делай этого, ты притянешь мной еще кучу проблем… — Как я могу притянуть твоим тощим телом проблемы, что ты несешь? Ты пил что ли? — Ван прислоняется губами к губам старшего и пытается вдохнуть запах, но Иен его отталкивает и прячет губы, отплевываясь от языка собаки, которая тут же лезет вслед за губами Кайе. — Отвяжитесь… Я не пил… Но Джексон никогда не останавливается на полпути. Он поднимает Туана за плечи и пытается просунуть руки под ноги парня. Оттолкнувшись, ему удается подняться с тяжелой ношей. И он устремляется в ванную. Марк орет и пинается, сзади бежит Коко и лает. Мимо Джейби, который моет пол в коридоре, проходит Джексон, волоча голого Туана, подбадриваемый милым голоском щенка. От такого комичного ужаса, лидер застывает и успевает только крикнуть Вану: — Осторожнее, тут скользко! Но уже поздно, босые ноги Кайе поскальзываются и он летит вперед, посылаемый по инерции, а крик Марка переходит в рычащий ор свихнувшейся рыси. Все, что Джейби успевает сделать — это перехватить тонкое тело, отталкивая от себя швабру. Он ловит Туана и садится на пол, не в силах удержать парня. Джексон ударяется головой в дверь ванной и остается там, прижатый к полу своим весом. Коко вскакивает ему на спину и продолжает прыгать на нем, предлагая поиграть и дальше. Марк, вцепившись в шею лидера, смотрит на Кайе, который стонет и держится за голову. — Гага, с тобой все в порядке?! В коридор заглядывают остальные мемберы и застывают в удивлении, видя такую странную картину. Лидер почему-то держит в руках голого Туана и сидит на полу с этой ношей, бережно обвивая его за пояс. А Джексон ползает по полу и играет с собакой, периодически щупая себе голову и охая. Коко весело лает и бегает кругами. Марк перебивает общую неразбериху: — Я же говорил тебе, Гага, что будут большие проблемы… Но ты ведь никогда меня не слушаешь. *** — Тебе сильно больно, Джексон? — Бэм Бэм осторожно прижимает к голове Вана ледяной компресс, а тот сидит на диване и на лице его написано страдание. — Конечно, больно! Зачем ты так нажимаешь? Пытаешься вдавить шишку обратно? — Я почти не притрагиваюсь. Что ты придумываешь… — Марк! Иди сюда! Замени Бэма, он мне делает больно! Туан тут же подходит и Конпимук убирает свои руки, зло смотря на парня. Иен же только улыбается и перехватывает повязку. — Марк… куда ты ходил вчера вечером? И тебя не было всю ночь. Ответишь, наконец? Одногруппники сразу навострили уши и смотрят на Туана. — Ничего особенного, Гага, я был на свидании с девушкой… Надеюсь, все слышали и вопросов потом не будет? Марк смотрит в удивленные глаза парней и улыбается. *** — Нет, ты никуда не пойдешь! — Джексон выхватывает яркую водолазку из рук Туана и швыряет ее в дальний угол. — Ты не имеешь права меня держать, я не твоя собственность, Гага… — Марк подбирает одежду и снова пытается напялить ее на себя. Ван сдирает ее одним легким движением и хватает любимого за руки. — Не Гага, а Джексон! И как же наши отношения? Ты — мой, вообще-то, ты забыл?! — он злится и скоро сорвется. Но Иен тоже сердитый и спорить с ним бесполезно. Его упрямство просто непоколебимо. — Какие еще отношения, Джексон? Их нет! — Нет, есть! Я все равно тебя никуда не отпущу и ты это знаешь! Променять меня на какую-то пустышку! Ты совсем сбрендил? — Она не пустышка. Она моя девушка. Ты бы и не заметил, что она у меня появилась, можешь и дальше продолжать в том же духе. — Что опять не так, Туан? Можешь, мне нормально объяснить, я же не обезьяна, понимаю человеческую речь. — Ван притягивает к себе парня и пытается его обнять. — Ну, уж нет! Не собираюсь тебе больше ничего разжевывать! — Иен отпихивает младшего и выходит за дверь. — Марк, так и уйдешь без всего? — Джексон размахивает одеждой, дразня любимого. В гостиной собрались все мемберы и подслушивают громкий разговор этих двух типов. Они настороже и готовы в любой момент вмешаться. — Джинени, дай мне свою одежду! — Туан разговаривает приказным тоном и друг даже не спорит с ним, он молча идет в свою комнату. Марк за ним. Все остальные переглядываются, а Джексон кричит: — Ты что, думаешь, в одежде Джуниора я тебя отпущу? Марк же хватает вещи Пака, который тот ему протягивает и надевает их. — Ты правда познакомился с девушкой? — в вопросе парня звучит насмешка и Туан зло разворачивается к другу и тихо произносит. — А почему бы и нет, Джинени? Это ведь лучше, чем торчать тут с вами и отбиваться от наглых рук. — Я тебя не трогаю… А почему бы тебе не попросить защиты у Джексона? Что, он не сможет тебя отстоять, да? Ты ему не доверяешь? — Я хочу, чтобы все просто оставили меня в покое. Я больше никому не позволю прикасаться к своему телу. — А твоей девушке? — Джинен улыбается и морщинки возле его глаз разбегаются легкой паутинкой. — Джинени, ты сейчас улыбаешься очень наиграно. Постарайся не пропускать уроки актерского мастерства. — Марк полностью экипирован и оставляет парня, продолжая путь в коридор общежития. Там его ждет Джексон и притихшие «ушки» на диване в гостиной. — Марк, ты никуда не уйдешь, я же сказал! Нам нужно посидеть и поговорить. Выдвини свои условия. Я правда на все согласен. Туан обувает свои кроссовки и поднимается. — Пропусти, Джексон… Я не хочу ничего обсуждать. Если бы у меня были условия, я бы сказал. Но их нет! — Не Джексон, а Гага! Сколько раз повторять. Ты всегда мои слова пропускаешь мимо ушей. Ты меня когда-нибудь слушаешь? — Да, Гага… Я тебя всегда слушаю и слышу… А ты? — Марк пытается открыть дверь, но она не поддается, — Выпусти меня… Ты же знаешь, что я все равно уйду. Даже если мне придется высадить дверь или сломать тебе руку… Джексон достает ключ и открывает замок. — Только не думай, что я тебя боюсь… Просто я очень хорошо тебя знаю… Марк выходит на площадку и улыбается яркой улыбкой Вану. — Спасибо, любимый! *** Джексон идет за Туаном. Он преследует его осторожно, боясь «проколоться». Тот же идет не оглядываясь. Даже не думая, что кому-то есть интерес его «пасти». На улице темнеет, неоновый свет преобладает над сумерками. Прохожих совсем нет в этом богатом районе Сеула. Марк вдруг заходит в какой-то маленький клуб в подвале здания. Джексон выжидает и спускается следом. Ван попадает в царство компьютерных автоматов. Иен сидит за одним из них, натянув на себя наушники. Целых два часа Ван ждет, когда старшему надоест и он, наконец, пойдет домой. Но Иен даже не думает уходить. Он играет в «стрелялки» и громко вопит, когда выигрывает и переходит на новый уровень. Джексон исподтишка следит за игрой и тихо улыбается крикам Туана. Наконец, тому надоедает гоняться с оружием за какими-то монстрами и он выбирает игру попроще. Игры меняются, но Иен все равно громко смеется и кричит, не собираясь домой. Ван уже хочет выйти из убежища и показаться парню, но тот вдруг заканчивает игру и встает из кресла. Джексон тут же ныряет вниз, прячась за каким-то автоматом и выходит следом за Туаном. Они идут друг за другом. Впереди Иен, следом, прячась в тени деревьев, невидимо скользит тенью Джексон. Марк заходит в кинотеатр. Ван же останавливается у входа. Он боится, что в таком светлом месте, сразу будет обнаружен старшим. И ждет, когда пройдет время, затем тихо ступает на яркую сторону от двери. Туан покупает напитки и попкорн в полупустом вестибюле. Джексон понимает, что Марк собирается посмотреть фильм, но не знает, в какой зал его занесет. И только когда Туан скрывается за толстыми дверями «зеленого зала», он спешит купить билеты туда же. Он протягивает карту в окно кассы и с удивлением понимает, что берет билеты на какой-то детский мультик, вместо леденящего ужастика. Туан выбрал мульт?! А не фильм ужасов? Это что-то совершенно новое для него. Джексон осторожно пробирается в зале между кресел. Наконец, он замечает знакомую макушку внизу. Марк сидит один в центре ряда и лопает попкорн. Джексон незаметно приближается и опускается рядом, в мягкое кресло. Душа его переполняется нежностью к этому чудо-ребенку, что сидит сейчас так близко и ничего не замечает вокруг. Марк пьет колу через соломинку и весело смеется, отдаваясь событиям на экране. Ван улыбается и следит за милым профилем, наслаждаясь этим с избытком. Когда картина заканчивается и зажигается свет в зале, Джексон встает вместе с Туаном и застывает в проходе. Иен секунду ждет и не смотрит на человека, что закрыл ему выход, а потом фокусирует свой взгляд на лице соседа. — Гага? А ты что тут делаешь? — голос Иена дрожит от неожиданности. — Как это «что»? Кино смотрел, а ты? — Ван улыбается и берет парня за кисть. Тот не убирает руку, он все еще не может прийти в себя, — И где твоя девушка? Марк вдруг обнимает Джексона и утыкается ему в теплую шею. — Ты за нее… — щекочет он ухо Джексона тихим голосом. — Что? Я не слышу? — Ты за нее! — орет Марк и толкает любимого к выходу… *** — Почему ты мне ничего не сказал? — Джексон немного сердится и дуется. Они гуляют по набережной реки Хан, держась за руки. Теплый ветер треплет волосы парней, нежно касаясь кожи и лаская ее. — Я устал бороться… А ты ничего не замечал вокруг… Мне надоело это твое равнодушие… Я ждал, когда ты заметишь меня… — Я всегда тебя замечаю… — Ван меняет позу, обхватывая талию Марка. — Это неправда… Ты очень редко это делаешь… Я соскучился… Мне не хватает твоего внимания… Очень сильно не хватает… — Я постараюсь измениться… Только не оставляй меня… — Ты никогда не изменишься, Гага… Но я все равно люблю тебя… — Люби меня, Марки… — Я и люблю! — Туан почти кричит, а Джексон начинает улыбаться. — Ты можешь любить меня еще сильнее? — Нет! Это невозможно! — уже истерично орет Туан. — Я никому больше не позволю лапать тебя и даже подходить ближе согнутой ладони. — Ты сам перестань всех лапать своими согнутыми ладонями! Или я найду себе девушку! Я сделаю это, ты же знаешь? — Конечно знаю, Марки. Ты никогда этого не сделаешь… Потому что ты — мой. От этих кончиков пальцев и до мозга костей. — Только попробуй еще потискать хоть кого-то. И ты увидишь, каким я могу быть прекрасным героем-любовником. — Ты же не сделаешь этого, Марки, скажи, что ты этого не сделаешь? Туан вырывается из объятий Джексона и несется вперед, весело крича и хохоча. Ван срывается ему вслед, пытаясь поймать и зацеловать его тут же. Не сходя с места. До смерти.