Отец

…Подобрав ноги и обняв колени руками, Мерфи с тоской смотрел на Асгард. Где-то там отец и... и… второй отец в очередной раз спорят. Отец хотел уйти, как только стало ясно, что последствий отравления для Мерфи не будет, но царь Асгарда воспротивился, запретив Хранителю Врат отпускать их. Мерфи до сих пор вздрагивал, вспомнив бешенство, в которое пришел отец. Но даже он не смог переубедить упрямого громовержца. Странно и смешно, но, выросший на рассказах о супергероях и Мстителях, Мерфи и предположить не мог, что его биологический отец окажется одним из них, да еще и асгардским богом, а папа… Поверить в это было не просто сложно. Невозможно. Но реальность, поймав его в свои цепкие лапки, отпускать больше не собиралась. И Асгард, и Локи, и Тор – все это было реальностью. Но от нее такой мутило. Мерфи хотел домой. Просто домой. К своим глупым проблемам, «хвосту» по психологии, друзьям-придуркам и Нарви. Здесь все на него смотрят, как на чудо. Или бога. Хотя он всего лишь обычный парень, каких полно. Он не умеет извлекать огонь из пальца, превращаться в птицу или понимать животных. Он обычный. Совсем обычный. Но этим… асам, похоже, было все равно. Они видели в нем наследника, сына Тора. Он с боем отвоевал свое право носить футболку и джинсы. Хотя, глядя на отца, облачившегося в свой обычный асгардский костюм, иногда сомневался в правильности своего решения. Ибо тот в этих странных одеждах смотрелся… хорошо. Даже слишком. Над ним не хотелось смеяться, он не казался здесь чужим. Это был его мир, и первые дни Мерфи со страхом вглядывался в глаза отца, боясь увидеть там признаки изменений. Но их там не было. И Мерфи снова и снова ластился к нему, наплевав на то, как смотрится это со стороны. Он просто не хотел потерять отца и доказывал ему свою любовь как мог. Только бы тот не оставил его тут. В дверь негромко постучали, и Мерфи поджал губы. Если это опять служанки… Но на пороге стоял Тор. Светловолосый, голубоглазый. Такой, каким его на картинках рисуют. Его глаза Мерфи видит каждый раз, когда смотрится в зеркало. Сомнений в том, что Тор – его биологический отец, не было. Но что-то держало его на расстоянии. Возможно, они станут друзьями когда-нибудь, но той близости, которая была у них с отцом – не будет никогда. Слишком поздно. - Здравствуй, сын, - Тор улыбнулся, но без приглашения входить в комнаты не спешил. Мерфи был очень похож на Локи, а тот вторжений в свое личное пространство не терпел. – Я могу войти? - Входи, - Мерфи кивнул максимально вежливо. Отец рассказал ему все. О себе и Одине, о Торе, читаури и Джейн Фостер, его матери. О троне, ссылке, магии… Он говорил и говорил, кусая губы от волнения и страха, что сын обвинит его в том, что все это время от него скрывали правду. Но Мерфи не нужна была такая правда. Совсем. И винить отца он ни в чем не собирался. И считать его чужим – тоже. Но тот просил дать Тору шанс узнать его поближе. Ради матери. И Мерфи уступил. - Я не сильно потревожил тебя? – Тор прикрыл за собой дверь и подошел ближе, глядя на него с интересом, почти болезненной жадностью и непонятной нежностью. - Мне все равно здесь нечем заняться, - Мерфи пожал плечами и снова повернулся к открытому окну, за которым простирался Асгард. Город из фантастических фильмов. Слишком чуждый для него. Пустой без Нарви. - Не болит? – Тор аккуратно коснулся повязки на его руке. Рана от укуса твари перестала кровоточить, но еще не зажила, и к Мерфи каждый вечер приходил лекарь, чтобы смазать ее какой-то пахучей мазью и сменить повязку. - Нет, - Мерфи еле подавил в себе желание отдернуть руку. На лицо Тора легла тень. Он покусал губы, а потом почти робко предложил: - Сейчас начнется тренировка воинов, хочешь посмотреть? Мерфи недоверчиво на него покосился. Тренировка? Чисто мальчишеское любопытство мгновенно дало о себе знать покалыванием подушечек пальцев, и Мерфи еле удержал себя на месте. - На мечах? – на всякий случай уточнил он, уже зная ответ. - На мечах, - Тор светло улыбнулся. – Если хочешь, я могу научить и тебя. У тебя должно получиться. Мерфи облизнул губы, мучительно колеблясь. Сочтет ли отец это предательством? Или все-таки нет? Но он сам просил не отталкивать Тора. - Хочу, - наконец приняв решение, Мерфи кивнул и слез с кровати. Одернул задравшуюся футболку и покраснел, представив себе вдруг, как будет он смотреться в своих джинсах рядом с воинами в доспехах. Тор тепло усмехнулся и сжал его плечо. - Тогда пойдем, ты сам выберешь себе меч… …Локи отошел от окна, сжав губы в узкую полоску. Кто бы мог подумать, что Тор найдет наконец, чем увлечь Мерфи. Тор никогда не был силен в словах, но Мерфи был его сыном, кровь от крови, плоть от плоти. Отрицать это было глупо, но смотреть на это было больно. Тор владел всем вниманием Одина. И теперь отбирает сына. Мерфи, которого Локи все равно считал своим. Как же хочется домой. К Нарви и Старку, которые, наверное, с ума сходят, не зная, что с ними. Тони не дурак и вряд ли не догадался, куда Локи так торопился с умирающим сыном на руках, но Нарви… Простым объяснением Старк от него не отделается. Нужно возвращаться. И как можно быстрее. Локи потер лицо ладонями и бесшумно вышел из покоев. Прошел знакомым маршрутом, игнорируя откровенно любопытные взгляды, и оказался во дворе, воздух которого, кажется, звенел от ударов мечей. - Локи, - Тор заметил его сразу. Развернулся, и Локи с раздражением отметил искорку счастья, все сильнее разгоравшуюся в зрачках голубых глаз. Кольнуло сердце и отпустило. – Потренируешься со мной? Или жизнь в покое лишила тебя сил? - Я обычный человек, Тор, - усмехнулся Локи, неторопливо спускаясь по ступенькам. – Разве может смертный тягаться с богом? - Ты можешь все, - Тор отразил его усмешку. – Ты всегда был осторожным, но никогда не был трусом. Локи кинул быстрый взгляд на замершего мышонком рядом с Тором Мерфи и покачал головой. Вместе с бессмертием он изрядно потерял в скорости, но если откажется… - Хорошо, - кивнул он, сделал неуловимое движение рукой, и в лучах заходящего солнца тускло засияло лезвие ножа. Локи не любил ближний бой, но тяжелые, неповоротливые мечи не любил еще больше. Воины расступились, очищая площадку, и противники закружили по кругу, присматриваясь друг к другу, вспоминая заново и ожидая нападения. Наконец Тор, никогда не обладавший особенным терпением, рванулся вперед, подняв меч, но Локи без труда ушел от удара. Мышцы запели, тело вспоминало забытые навыки. Веселая злость захватила его, а осознание того, что сейчас на него смотрит сын, только добавило адреналина. - В чем дело, Тор, жизнь в мире сделала тебя неповоротливым? – Локи язвил, Локи дразнил, кружа вокруг брата и делая резкие, неожиданные выпады. Тот злился, огрызался выпадами в ответ, но достать Локи не мог, сколько не старался. Их бой был больше похож на странный, завораживающий танец, который закончился как-то сразу и вдруг. Тор сделал обманный выпад, схватил Локи за руку, крутанул и, заведя ее за спину, дернул брата на себя. Прижал к груди, приставив лезвие меча к его горлу. - Попался, брат. - Думаешь? – Локи улыбнулся, и Тор зашипел, почувствовав, как острие кинжала жалит кожу бедра в опасной близости от паха. Тор рассмеялся и опустил руки, отпуская Локи: - Я рад, что кое-что в этой жизни не изменилось. - Я рад, что ты такой же увалень, каким был раньше, - Локи подмигнул смотрящему на все это большими глазами Мерфи и развернулся к Тору. – Мы уходим, брат. Прямо сейчас. Наше время здесь истекло. - Нет. – По двору словно ветер прошелся. Небо потемнело, и где-то вдали загрохотало. – Вам нет нужды покидать Асгард, вы дома. - Смертные в обители богов? – Локи сузил глаза. – Ты знаешь, что это невозможно. - Я верну тебе твою магию, - Тор кинул тяжелый взгляд на собравшихся воинов, и те поспешно покинули площадку. – Твое бессмертие. Я не хочу потерять сына и брата, которых только обрел. - Асгард больше не мой дом, - Локи покачал головой и отступил. – Не наш дом. - Ты обещал, Локи, - Тор поджал губы. – А как только у меня начало что-то получаться – ты решил лишить меня этого. В этом весь ты. - Ты слишком долго собирался, - подбородок Локи отвердел, заострился. – Мы уходим. Открой врата. - Не решай за вас обоих, - Тор отбросил меч в сторону. – Может, спросим у Мерфи? Хочет ли он уйти? Локи поджал губы и повернулся к Мерфи, ловя его взгляд, а Тор выступил вперед. - Твой дом здесь, сын, - он смотрел на юношу с отчаянием и болью. – Ты мой сын. Твое место здесь, рядом со мной. Я покажу тебе миры, о которых ты не мог и мечтать. Научу всему, что знаю сам. Ты достоин большего, чем жизнь обычного смертного. Мерфи растерянно посмотрел на меч в своей руке, а потом вскинул взгляд на Локи: - Отец? - Решать тебе, - после недолгого молчания произнес тот, тяжело сглатывая. – Это твоя жизнь и только ты волен выбирать, какой она будет. - Ты же… не останешься? – Мерфи смотрел на него с тоской и отчаянием. Он еще помнил, как пел в его руках металл меча, помнил, как кипела кровь. Это не было сказкой и все то, о чем говорил Тор – тоже. Ему начал нравится этот мир, но отец всегда говорил, что дом – это люди. Он будет жалеть, если уйдет, но что станет с ним, если он останется? - Я должен вернуться к Нарви… - негромко произнес Локи, и меч зазвенел, выпав из мгновенно разжавшихся пальцев Мерфи. Нарви… - Мы возвращаемся, - Мерфи перевел взгляд на Тора и слабо улыбнулся. – Прости. Но тот только вскинул руку, останавливая обоих: - Нарви? - Мой сын, - Локи сверкнул глазами сквозь ресницы. – И если тебе интересны подробности – к его рождению ты не имеешь никакого отношения. Тор отступил: - Ты не говорил, что у тебя есть еще один ребенок. - Ты не спрашивал, - Локи скривил губы. – Он родился здесь, в Асгарде, пока ты был в Мидгарде, а Один спал после смерти матери. Но когда он проснулся, мне пришлось отдать всю свою магию, чтобы забрать его с собой. Твой отец был столь любезен, что не оставил мне другого выбора. - Локи… - Тор отступил, глядя на него с потрясением и ясно читавшимся недоверием в глазах. – Отец не мог… - Твой отец даже не сказал тебе, что Джейн больна, - нехорошо усмехнулся Локи. – Не думал, что ты настолько наивен. Тор отвел взгляд, шумно дыша, и Локи сощурился, продолжая: - Мерфи и Нарви росли вместе. Как мы с тобой. Разлучишь их? Отпусти нас, Тор. Мерфи свой выбор сделал. - Ты жесток… - прохрипел побелевший Тор. - Я отец, - Локи вскинул голову, улыбаясь уголками губ. – Не царь, не ас, а просто отец. Все просто, Тор…

***

…За окном полыхнула молния, а от последовавшего за ней раската грома, кажется, содрогнулась Башня. Нарви улыбнулся, выводя вензель на стекле, в которое барабанил дождь. - Громовержец сердится? Тони хмыкнул, возвращаясь к изучению схем новой системы вооружения, выпущенной компанией Хаммера. - Может быть, - спрятать кольнувшую ревность можно было от Нарви, но не от себя. - Как думаешь, они вернутся? – озвучил Нарви тот вопрос, задавать который Старк боялся. - А есть варианты? Локи не оставит тебя. Да и Мерфи… Тору очень не поздоровится, если он попробует удержать его. Знаешь, мне даже странно видеть тебя одного. По тонким губам Нарви скользнула улыбка. О том, что Тони рассказал ему не все, он не сомневался ничуть, но детали были не так важны, если он знал главное. Принять такую правду было сложно, но отец никогда не казался ему обычным человеком. Слишком отличался он от скучных обывателей. Когда Нарви был маленьким, он часто рисовал папу сидящим на троне. С короной на голове. Старк хмыкал, отец только вскидывал бровь, а Мерфи смотрел странно, непонятно. Но не смеялся. Только хмурился почему-то. Словно хотел что-то вспомнить и не мог. Плохо без отца. А без Мерфи пусто. Пусть и не брат вовсе, оказывается. Все равно пусто. И взгляд его везде ищет. Когда-то Нарви часто думал о том, почему у его братика глаза голубые, если у них с папой зеленые, но чем старше они становились, тем меньше этот вопрос его волновал. Мерфи рос, менялся, уходила детская неуклюжесть и угловатость, добавлялся рост, раздавались плечи. Только улыбка не менялась. Светлая, солнечная. Мерфи шли его темные длинные волосы, и у Нарви временами дыхание перехватывало, стоило только их коснуться. Упругие, шелковистые, прохладные на ощупь… Нарви опустил ресницы, чуть заметно улыбаясь. Если бы не сжималось сердце всякий раз, когда Мерфи оказывался рядом, принял бы он известие о том, что тот и не брат ему вовсе так спокойно? Вряд ли… - Ты ведь очень любишь отца, да? – продолжая улыбаться, и так и не открыв глаз, спросил Нарви. Взрослые никогда не говорили в их присутствии о своих отношениях и, по правде говоря, Нарви даже не помнил, когда «мы и Старк» стало вдруг одним большим «мы», но ему это было и не нужно. Тони всегда был рядом, сколько он себя помнил. Ехидный, теплый, смотрящий на отца с обожанием. - Так заметно? – после недолгого молчания усмехнулся тот и, поднявшись из-за стола, встал рядом с Нарви, глядя на то, как заливает дождь раскинувшийся перед ними город. - Заметно, - Нарви повернул к нему голову. – Всегда было. Ты боишься, да? - Он вернется, - Старк пожал плечами. – К тебе – обязательно. - И к тебе тоже, - уверенно произнес Нарви, и Тони, обняв его за плечи, притянул к себе, прижавшись губами к макушке. - Спасибо, - улыбнулся грустно и закрыл глаза, вслушиваясь в шум дождя и дыхание стоявшего рядом юноши, которого давно привык считать своим сыном. Локи… Где же ты, мой сумасбродный бог?

***

- Локи… Это нечестно, - Тор больше не был похож ни на владыку Девяти миров, ни на громовержца. Потерянный мужчина, который переминался с ноги на ногу и не знал, куда деть руки. Они стояли у самого края Радужного моста, и Локи не чувствовал ничего, кроме усталости. Близость Тора выматывала, воспоминания убивали, беспокойство за Нарви и Тони не давало покоя. Нужно просто пережить эту ночь. А завтра утром Хеймдалль вернет их домой. Таков был уговор. - Все рано или поздно возвращается на круги своя, - Локи поднял голову, подставляя лицо свету далеких звезд. – Жизнь не заканчивается, Тор. Я не могу и не хочу запрещать тебе видеться с сыном. И только от тебя зависит, сможешь ли ты завоевать его доверие. Он не ребенок на самом деле и понимает больше, чем кажется. - Я учту, спасибо, - серьезно сказал Тор, а потом, немного поколебавшись, спросил: - Он говорил мне, что ты и Старк… - Вместе? – закончил за него Локи. – Да, наверное, это можно и так назвать. - Почему он? - Потому что ему единственному все равно на то, где и кем я родился. Он не ждет благодарностей, он просто рядом. - Мужчина? - А есть разница? Тор покраснел, смутившись. - Есть. Наверное. - Никакой на самом деле, - Локи развернулся к нему всем телом. Подался вперед, заглядывая в глаза. – Не дергайся, - взял лицо в ладони, потянул на себя, прижимаясь губами к губам. Странный поцелуй, неправильный. Когда-то такой желанный. У Тора мягкие губы, с привкусом меда и полевых цветов. Такие покорные, податливые. Словно их не целовали очень и очень давно. - Вот видишь… Никакой разницы, - еле слышно выдохнул Локи, закончив этот поцелуй. - Локи… - Успокойся. Ничего не будет больше, - Локи накрыл ладонью рот Тора, запирая готовые вырваться слова изумления. – Я должен был это сделать. - Почему ты никогда не… - Тор стиснул пальцами его запястье, отводя руку. – Никогда не говорил. - Я говорил. Только ты никогда не слушал меня, - Локи отступил, улыбаясь слабо, болезненно, почти ненавидя себя за эту слабость. – Спокойной ночи, Тор. - Локи!! - Хороших снов… брат…