Воспоминания о детстве

Асгардийский дворец значительно отличался от чертогов Лафея, причем внутри это различие ощущалось даже сильнее, чем снаружи. Сама атмосфера, царившая в залах, была другой, куда более теплой (я надеюсь, многоуважаемый читатель понимает, что, говоря об атмосфере, я имею в виду не температуру воздуха, а нечто иное — часто незаметное и неуловимое, но необычайно важное). Мягкие светло-золотистые тона радовали взор и даже в какой-то степени успокаивали, умиротворяли. Но, несмотря на все это, в глубине души я ощущал себя подавленным и несчастным. Да, Асгард действительно оказался приветливым и светлым, как я и рисовал в своих мечтах, но во втором приближении выяснилось, что приветливый и светлый он только для своих, а для чужаков вроде меня — жестокий и агрессивный, не многим лучше моего родного мира. Тор и его друзья продемонстрировали это просто великолепно. Усугубляли мое моральное состояние и взрослые асы, то и дело проходившие мимо нас. Я постоянно ощущал на себе их взгляды, полные опаски и недоверия, слышал их тревожное перешептывание, пару раз видел, как на меня показывают пальцем, словно на диковинную зверушку. От всего этого хотелось провалиться сквозь землю. Уж лучше бы на меня совсем не обращали внимания, как дома, чем так. Я каждой клеткой своего тела ощущал, что я здесь чужой, и никогда не смогу влиться в новую, непривычную и во многом непонятную мне среду, стать неотъемлемой её частью. Нет, мне суждено навсегда остаться за бортом этой яркой, ритмичной и, наверное, очень увлекательной жизни… Эти мрачные мысли раз за разом прокручивались у меня в голове, и с каждой секундой мое положение казалось мне все более и более безнадежным. Теперь, спустя много лет, я понимаю, что в тот момент делал чересчур поспешные выводы и излишне драматизировал, но дети не умеют заглядывать в будущее и склонны обо всем судить по первому впечатлению. Так что в тот день я брел по бесконечным и запутанным коридорам, поджав плечи, словно опасаясь удара со спины, и низко опустив голову. Фригг, заметив, что экскурсия не доставляет мне никакого удовольствия, решила, что лучше будет продолжить её потом, когда у меня улучшится настроение, и отвела меня в покои Тора — теперь уже наши общие покои. — Не переживай, малыш, все будет хорошо, обещаю тебе. — Ласково сказала мама, присев на кровать рядом со мной и взяв меня за руку. — Почему Тор и его друзья не хотят играть со мной? — Этот вопрос очень долго мучил меня, и я, наконец, отважился его озвучить. — Я же не виноват в том, что родился йотуном. — Конечно, нет, просто… Они, как и многие взрослые асы, не готовы так быстро принять человека, который на них не похож. Это многим свойственно, но твоим сверстникам в особенности. А если уж они собрались группой, то тут и говорить не о чем. Понимаешь, отторгая тебя, они чувствуют ту сплоченность, которая им так необходима. Мысль о том, что ты плохой, объединяет их, и лишь поэтому она для них так привлекательна. Но ты не должен отчаиваться — так будет не всегда. Да, поначалу придется потерпеть, но со временем к тебе привыкнут, вот увидишь. С Тором ты точно подружишься, он совсем не такой агрессивный и заносчивый, каким любит казаться в компании своих товарищей, уж я-то знаю. В тот момент мне не особо в это верилось, и потому я лишь глубоко вздохнул и посмотрел в окно, мир за которым казался таким притягательным…и таким чужим. Мама едва ощутимо провела рукой по моему плечу, заставив меня повернуться и взглянуть в её лазурно-синие глаза. — Я видела, как ты рисовал дыханием на льду. — Губы матери тронула едва заметная улыбка. — Это было великолепно. — Тору не понравилось. — Пробурчал я себе под нос, в душе радуясь, что хоть кто-то оценил мои старания. — Он сказал, что нормальные люди так не делают. — Он ошибается, в этом нет ничего ненормального. Наоборот, магия — это величайший дар, который открывает перед его обладателем огромные перспективы. Я, например, тоже маг. — В самом деле? — Я против своей воли улыбнулся. — Да, и я могу научить тебя многим приемам. До сих пор твоя магия была интуитивной, а я расскажу тебе, как управлять ею сознательно. Посмотри сюда. Я послушно посмотрел на маму и увидел, как прямо у нее в руках расцвела прекрасная роза. Приглядевшись, я увидел, что на нежных алых лепестках, испускающих тонкий, ни с чем не сравнимый аромат, колеблются прозрачные капельки росы, искрящиеся в лучах заходящего солнца, которые проникали в окно. Мне очень хотелось дотронуться до цветка кончиками пальцев, но я не смел этого делать, боясь нарушить его неповторимую гармонию, и потому просто смотрел, пытаясь уловить мельчайшие детали и запечатлеть в памяти максимально целостный образ. — Она великолепна. — Налюбовавшись цветком, выдохнул я. — Я видел много цветов в саду, но ни один из них не сможет сравниться с этой розой. — Ну, я приукрасила немного. — Пожала плечами Фригг. — Но знаешь, природа еще и не на такое способна. Цветок растаял так же быстро, как и появился, и это немного огорчило меня. — То, что ты видел — это не настоящая роза, Локи. Это всего лишь трехмерная картинка, созданная в твоем сознании. — Сообщила мне Фригг. — Это как? — Не сообразил я. — Говоря простым языком, этой розы здесь не было. Тебе просто казалось, что она была. — Но я чувствовал её запах… — От такого неожиданного заявления я несколько растерялся. — Тебе казалось, что ты его чувствуешь, только и всего. Это была голограмма, мираж, иллюзия…можно называть по-разному, но суть от этого не меняется. Это своего рода обман человеческих органов чувств. — И я могу научиться так делать? — При мысли о том, что в скором времени я буду творить настоящие чудеса, мое сердце радостно затрепетало. — Я уверена, ты станешь способным учеником. — Улыбнулась мне мама. — Ты расскажешь, как это делается, прямо сейчас? — Мне не терпелось приступить к обучению. — Нет, занятие придется отложить. Видишь ли, овладеть навыком создания иллюзий не так-то просто, как кажется на первый взгляд. Это требует много времени и сил. А сейчас уже вечер, и ты, к тому же, устал, да и меня ждут другие дела. Но завтра я обязательно позанимаюсь с тобой, обещаю. А сейчас мне и вправду надо идти. Не скучай, скоро уже Тор должен возвратиться. Меня эта новость не сильно обрадовала, уж лучше бы я посидел в одиночестве, но я не стал высказывать свои мысли вслух, а только коротко кивнул и произнес: — Пока…мама. — Слово «мама» прозвучало как-то неуверенно и смято, поскольку я до сих пор не мог до конца поверить в то, что, наконец, обрел настоящую семью. — До завтра, сынок. — Фригг провела рукой по моим волосам, улыбнулась и вышла из покоев, прикрыв за собой дверь. Я сидел на краю кровати, слушая, как удаляются её шаги, и думая о том, что моя жизнь в Асгарде уже начала понемногу налаживаться.