Фак ю

Грязнокровка и рыжий при взгляде на Драко теперь усмехались как-то очень обидно и даже не отводили взгляд, что бесило просто неимоверно. Драко злился, но поделать не мог ничего - ну что с этим можно сделать, кроме как дать в морду? Но отец строго-настрого запретил ввязываться в драки и привлекать внимание к их семье. Поэтому Драко оставалось лишь делать вид, что он не замечает их ехидства, толкать Поттера плечом при встрече как можно больнее, и прятаться за невозмутимостью Крэбба и Гойла. Драко не признавался себе, что обиднее всего было то, что Поттер вел себя совершенно как прежде. Не усмехался с наглой издевкой, как рыжий, не поглядывал с жалостливым снисхождением, как Грейнджер - он просто по-прежнему не замечал Драко. Вообще. И это было невыносимо, как и всегда. Легко отцу говорить “не ввязывайся в драки”. А если это единственный способ привлечь внимание того, кто ему… Внезапно перед глазами всплыли губы, сложенные трубочкой “ю”, и Драко невольно закончил про себя: “...нравится”. На этом слове Драко запнулся и чуть не полетел вниз по едущей лестнице, благо Гойл успел ухватить его рукав. Со страхом глядя в темную пропасть, в которую он чуть не свалился, Драко ужасался не своему возможному падению вниз, а другому своему падению, так сказать, более глобальному. Он и правда мог подумать, что ему нравится Поттер? Этот проклятый очкарик, который… Дурацкий шрам... Черные вихры... Губы... сложенные трубочкой... “Фак ю”. Драко обдало жаром. От этого надо было избавиться раз и навсегда. - Ненавижу тебя, Поттер, - объявил Драко, когда они нечаянно оказались вдвоем с ним у кабинета Зельеварения. Поттер, внимательно изучавший какую-то книгу, дернул плечом и небрежно обронил, не оборачиваясь. - Это вряд ли. Драко, растерявшись, глядел на него во все глаза. И когда тот успел стать таким взрослым? Поттер просто обязан был краснеть, смущаться и прятать взгляд. Но уж точно не смотреть изредка, да еще и с такой дерзкой небрежной уверенностью, от которой сердце начинало частить. - На что ты намекаешь? - Драко, не собираясь отступать, скривил губы в как можно более презрительной усмешке. - На то, о чем говорит вся школа, - сволочной Поттер, углубленный в книгу, совершенно не обращал внимания на взгляд, которым Драко прожигал в его мантии большую дыру. - И что же? - Драко постарался растянуть гласные особенно мерзко, именно так, как Поттер всегда терпеть не мог. Услышав ненавистные звуки, тот наконец-то обернулся - когда это он успел еще вырасти? - и, окинув его оценивающим взором, снисходительно, как малолетнему, пояснил: - Я тебе нравлюсь, - и снова отвернулся, утыкаясь в свой фолиант, небрежно закончил, отмахиваясь от Драко, как от осенней мухи: - А теперь будь любезен, оставь меня в покое, Малфой, и дай почитать. Драко показалось, что под ним зашаталась земля. - Ты. Мне. Не нравишься, - выдохнул он, чувствуя, как злость затапливает его изнутри, и рванул его за плечо, заставляя смотреть на себя. - Я ненавижу тебя! Видеть не могу твою очкастую рожу! Но Поттер нагло усмехнулся ему в лицо, пренебрежительно приподнимая бровь в фирменном жесте, позаимствованным у самого Драко: - Да ну? Этого Драко стерпеть уже просто не смог. Он рванул гриффиндорского гада за грудки и впечатал в стену, что есть силы. - Повтори, что ты сказал, сволочь! - Драко понимал, что его лицо неаристократично покраснело от натуги, но ему уже было плевать на красоту. Невозмутимый Поттер, больно вдавленный затылком в острый камень, наконец-то потерял свое непробиваемое спокойствие. - Я! Тебе! Нравлюсь! - выпалил он, с ненавистью глядя Драко в лицо. - Доказать? Драко чуть не задохнулся от подступающего смеха, сжимая в своих кулаках плотную ткань. - И как же ты это докажешь? - прошипел он, встряхивая того посильнее. Поттеровское лицо едва заметно дрогнуло и снова приобрело какой-то невыносимо взрослый вид. Теперь Поттер молчал, тяжело дышал и смотрел Драко прямо в глаза. Просто смотрел. Так близко. Очень-очень близко. Драко внезапно ощутил это всем своим существом. Как зачарованный, он стоял, ощущая ветерок дыхания на своей щеке, чувствовал твердость и тепло его тела, видел темные зрачки, прикованные к его глазам, и понимал, что готов так стоять вечно. Чувствуя, что краснеет, он с силой отшвырнул Поттера в сторону, роняя на пол. - Ты бредишь. Пойди покажись мадам Помфри, уже пора, - надменно процедил он. Поттер, наконец-то разозленный, поднимался, отряхиваясь на ходу. - Я докажу тебе это, Малфой. И ты проиграешь, - выплюнул он. - Размечтался, - Драко уже уходил прочь по коридору от поверженного врага, когда услышал в спину насмешливое: - Я-то как раз не мечтаю. Это ты обо мне мечтаешь, Малфой. И Драко, проклиная вообще все на свете, едва заставил себя не оглянуться.