Понимание приходит после

Король Мидас получил дар, о котором мечтал, и который, как ему когда-то казалось, был дороже всего на свете. По факту же, он дорого заплатил за него, и продолжит платить до конца своей жизни. Его королевство наполнилось слухами, выставляющими далеко не в лучшем свете своего правителя. А из его королевства начали бежать люди, боясь попасть под гнев полоумного короля. Когда он получил золотое проклятье и не справился с ним, это стоило жизни королеве. Несмотря на наличие большого количества золота, его королевство в этом не нуждалось. Были необходимы рабочая сила и люди — нужно было отстраивать королевство, обрабатывать и заселять земли. Вера в него, как в правителя, только слабла, а единственным, что могло её подкрепить — были контракты с соседними королевствами. Он заключил один, как ему казалось, очень хороший и выгодный с королём Георгом, приёмным отцом принца Джеймса, брата Дэвида. Приток людей, которые спустя 5 лет жизни и работы в королевстве Мидаса могли бы сами выбрать, хотят они вернуться обратно или остаться на новом месте, должен был успокоить подданных. Он дал Георгу много золота, точнее многое из его королевства превратил в золото, но нет, обещанного он не получил. В назначенное время, как полагалось по договору, он не увидел на горизонте кораблей. Он неоднократно посылал гонцов к королю Георгу с требованием выполнить свою часть сделки, но все письма оставались без ответа, кроме последнего, в котором Мидас обещал приехать разбираться. В ответном письме Георг обратил внимание на пункты договора, где подчёркивалось, что люди прибудут из королевства, где будет править сын Георга. Если бы он женился, как первоначально предполагалось, на дочери короля Мидаса, то заменил бы на троне короля Георга, и из этого королевства отправили бы людей. Но сейчас он женился на Белоснежке, дочери покойного короля Леопольда. А потому все вопросы теперь к королевству Прекрасных. Мидаса очень огорчала сложившаяся ситуация, но другого выхода не оставалось, кроме как отправиться к Прекрасным. Он тщательно готовился к предстоящим переговорам. После того, как его дочь вышла замуж, в пустом королевстве стало невыносимо одиноко. Единственное что спасало, как не странно, работа. Вопреки ожиданиям, дорога показалась не такой уж длинной. По прибытии он попросил срочную аудиенцию у Прекрасных, и его проводили в переговорную. Мидас успел задремать в кресле, когда со скрипом отворилась дверь, и вошли Белоснежка с Дэвидом. — Мы рады приветствовать Вас у Нас, — поклонился Дэвид и сделал жест рукой, приглашающий занять место, когда Мидас встал и поклонился в ответ. — К сожалению, у Нас много дел. Поэтому не возражаете, если Мы сразу перейдём к делу. Что же привело Вас к Нам? — Приятно, что Вы перешли сразу к делу. Признаться, у Нас времени тоже мало, — сказал Мидас в ответ. Он протянул свиток, зажатый в левой руке, которая не обладала способностью превращать в золото всё, до чего дотронется. Дэвид взял, протянутый свиток, быстро просмотрел его и отдал жене. Он знал о договоре между Георгом и Мидасом. А вот Белоснежка, напротив, только сейчас вникала. Когда она закончила читать, то положила его на стол, ближе к середине, то вопросительно посмотрела на мужа: «Дэвид, почему ты мне не рассказывал об этом?». — Потому что это не имеет ко мне, точнее к нам, никакого отношения. — Как это не имеет?! Ты его хоть читал? — раздосадованная Снежка всё повышала и повышала голос. Ещё чуть-чуть и назреет скандал. Она привыкла все долги сразу возвращать, как появится возможность. А моменты, когда ей о них напоминали или ставили в известность, заставляли сгорать от стыда. А сейчас их пришли требовать, да ещё и не подданный какой-нибудь, а сам король! — Простите Нас, Нам нужно немного подышать свежим воздухом. Моя жена себя неважно чувствует. Давайте продолжим наш разговор минут, через тридцать? — Хорошо. Если не возражаете, я Вас подожду здесь. — Конечно, никаких возражений. Спасибо за понимание, — поклонился Дэвид и повёл Снежку в коридор. Сказать, что услышанное Мидаса очень огорчило, значит не сказать ничего, но так просто он не собирался сдаваться. Допустим, Георг и правда теперь не должен платить, а вот Дэвида он заставит! Интересно, как он будет стрелки переводить… Как только Прекрасные отошли на достаточное расстояние, чтобы их не было слышно, Белоснежка начала упрекать мужа: «Мы решили, что у нас не будет никаких секретов друг от друга! А сейчас я узнаю об этом договоре, который теперь имеет отношение и ко мне тоже! Как ты это объяснишь?». — Во-первых, это не мой секрет, а моего отца… — Не родного, — уточнила Белоснежка, перебивая мужа. — А, во-вторых, ты ему ничего не должен, особенно после того, как он обошёлся с нами! — Снежка больше не контролировала громкость своего голоса. — Дорогая, можно я сначала всё тебе расскажу, а затем ты выскажешь всё, что думаешь по этому поводу? Она утвердительно кивнула. — Так вот. Во-вторых, этот договор был заключен между королём Мидасом, королём Георгом и моим покойным братом, принцем Джеймсом. И я не обязан нести ответственность по этой сделке. — Замечательно. Но, боюсь, Мидас с этим не согласится, особенно, учитывая, что Георг его направил к нам. А ты, хоть и не подписывался, а формально замещаешь Джеймса, а значит и отвечаешь. — Всё было бы так, любимая, если бы не одно но, — Дэвид замолчал, когда они подошли к его рабочему кабинету. Он отпер дверь и вошёл внутрь, Белоснежка последовала за ним. Пока он рылся в ящиках стола, Снежка села на кресло, находившееся рядом со столом, и с интересом наблюдала за супругом. — Нашёл! — торжествующе воскликнул Дэвид и передал в руки жене найденный свиток. Она принялась внимательно изучать содержимое: в документе говорилось, что за определённую плату вся ответственность по договору с Мидасом ложится на плечи королевы Реджины. Внизу красовались две подписи, Джеймса и Реджины, а так же печати обоих королевств.

***

Белль спустилась в зал, сердце по-прежнему лежало на столе, ничего не изменилось с момента, как они ушли. Она успокоилась, подошла к столу и села за него. Почувствовав сильное желание спать, она решила, сидя за столом, лечь на него. Красавица подумала, что полноценно отоспаться успеет потом, поэтому сейчас она немножко подремлет, а потом продолжит заниматься делами. — Ну что, чему успела научиться? — раздался знакомый голос, разбудивший Белль. Он был такой же, как тогда, когда её заставили бросить свиток в огонь, и который был в лесу. Красавица не ожидала этого, её застали врасплох, по спине пробежала холодная волна, и окутал страх. Белль резко встала и вся напряглась, ожидая очередного укола боли. В груди бешено колотилось сердце, как у пойманной птицы. Когда она только успела попытаться снять это чёртово ожерелье? — Ну, что молчишь? — вновь раздался голос спустя несколько минут, как раз, когда Белль начала расслабляться, думая, что от неё сейчас отстали. — Чего вам нужно? Я не пыталась снимать кулон! — кричала в ответ она, словно пытаясь докричаться. Внутри бушевали эмоции, она только более-менее успокоилась после слов любимого о последнем приступе, как, пожалуйста, этого только сейчас не хватало. — Девочка, а тебе никто не говорил, что с тобой будут общаться только тогда, когда ты будешь его пытаться снять, — доносился мурлыкающе играющий голос, словно кот общается с пойманной им мышкой. Каждое слово этого некто ударяло по Белль, которую от эмоционального напряжения просто трясло. — Ничему почти, — сказала она, пересилив себя. — Так не пойдёт. Ты должна учиться магии, времени остаётся всё меньше и меньше. — Так учите! — со злостью выкрикнула она. Над ней издеваются, а затем ещё и интересуются, а почему она ничего не достигла. Как будто итак не понятно! — Учить тебя я не буду, а вот учителя советую найти. Если будут какие-нибудь вопросы, ты можешь всегда со мной связаться. Для этого зажми в кулаке кулон и позови меня. — Позвать? И как же мне вас величать? НЕКТО? — решила наступать в ответ Красавица. — А что, я не против. Так и зови, достаточно один раз позвать. Белль тяжело дышала, думая, что ответить, но мыслей не было вообще. — У тебя уже появились вопросы? Если да, то задавай, иначе позже пообщаемся. — Как я могу учиться, если тут мне недоступны самые нужные для этого книги? От кулона пошла магия, которая окутала Белль и слегка подкинула. От неожиданности у неё перехватило дыхание, она закрыла глаза и боялась пошевелиться. — Девочка, дышать не забывай. Тебя всего лишь переместили, — смеялся некто. Красавица начала жадно хватать воздух, которого начало не хватать. Она нахмурилась, но страх прошёл, играло любопытство, и она открыла глаза, осмотрелась. Она находилась посреди лаборатории Румпельштильцхена. — Как вы это сделали? — Прочитаешь в книге, тут есть та, что подробно описывает как этому научиться. Подожди немного. Воздух стал, словно очень плотным, что она с трудом могла дышать, концентрация магии только увеличивалась, появился какой-то необычный запах. Белль не могла определить, что он ей напоминает, а любопытство продолжало нарастать. — Что вы делаете? — Снимаю защиту, чтобы тебе стали доступны книги. А он искусный маг, жалко только, что ему, скорее всего, не долго осталось… — Как недолго? — перебила она. — Что ты знаешь? Умоляю, расскажи мне. Мне очень нужно знать! — Что ты думаешь о том, что одето на Тёмного? Я про то, что атакует магией твоего Румпельштильцхена. — Ты следишь за мной? — Конечно, а разве это не было понятно с самого начала? Ну, твоя версия, что на нём? — Артефакт, подобный тому, что вы на меня напялили. Он могущественный, и я не знаю, как его снять. — Да, тебе ещё учиться и учиться. На тебе — артефакт, а на нём — нет. — Как нет? Он сам рассказывал, что он в форме браслета! — Есть те, кто могут прикидываться вещами, или те, кого запирают в них, оставаясь при этом живыми. А вот тот, кто на нём и есть твой противник. Битва с ним у тебя в любом случае будет. Свою истинную форму он примет только в одном из двух случаев: либо когда заберёт жизнь того, на кого надет, либо когда его снимут. Хотя, если твой друг не будет вообще использовать магию, то проживёт ещё долго, наверное. Это было слишком и полностью опустошило её. Она стояла посреди лаборатории и перестала реагировать на любые раздражители. В голове только вертелись слова любимого о последнем приступе. Как она могла ему поверить! Ему не станет лучше, а она ничего не может сделать! Очень хотелось плакать, но свой лимит, она, похоже, пока выплакала. Ком так и застрял в горле, отзываясь выходить. Она полностью зациклилась на слове «последний», не слыша, что ей пытаются сказать после уточнения про использование магии её любимым. Захотелось ничего не слышать, просто открыть глаза и обнаружить, что это только сон, но нет, она не просыпалась. Пытаясь привести себя в чувства, она начала бить себя по щекам, но даже это не помогало. В итоге Белль села на корточки, зажала уши руками и начала, как заведённая, повторять вслух: «Последний, последний, последний…». Она не заметила, как её подхватило магией. Следующее, что она явно ощутила, как она очутилась в воде. Жить захотелось сильнее, и она начала бороться за свою жизнь. Самым трудным стало — определить, куда всплывать, а воздух быстро заканчивался. Сначала она неправильно определила направление и через несколько секунд достала до дна. После чего резко развернулась, оттолкнулась ногами от него и со всех сил устремилась к поверхности воды.

***

Румпельштильцхену не спалось. На этот раз, его трясло от холода и боли, но они были не такими сильными, чтобы терять сознание. Он решил лишний раз не беспокоить любимую, поэтому лежал с закрытыми глазами, пытаясь уснуть. Когда стало очень тошно, он попытался себя занять. А лучший способ отрешиться от реальности, правильно, погрузиться в мысли. Итак, что сейчас происходит? Проклятье уничтожено, и создавать новое не имеет смысла. Реджина беременна, ну надо же, как только её угораздило… Главная проблема сейчас это артефакты. Больше всего занимал тот, что на нём. Магия вокруг всё время менялась, как у живого существа, да и концентрация всё время на уровне. Если это и передатчик, то тот, кто им пользуется, точно не спит, и очень само организован. Если предположить, что это человек, то это невозможно, значит, за всем этим стоит кто-то могущественный и, скорее всего, бессмертный. А вот тут уже плохо, ибо Румпельштильцхен не знал никого в этом мире, обладающим могуществом, сравнимым с его, да ещё и не по светлому направлению. Вообще, если характеризовать эту магию, то она действовала очень чётко и не промахивалась, что характеризовало противника, как опытного. Румпельштильцхен услышал, как Белль с кем-то разговаривала. Он открыл глаза и начал вслушиваться, были различимы два голоса, второй явно не знаком, но разобрать о чём разговор не получилось. Маг нахмурился. Кто же это? Никаких гостей не ожидалось, да и замок окружён магическим полем, через которое незамеченным никто не мог пройти. Что-то неприятно в тисках зажало всё внутри, пока это был не страх, скорее предчувствие чего-то очень нехорошего. Белль в опасности! Паника охватила его, он резко вскочил с кровати, встав на книги, и поехал на них, упав. Он ударился рукой о столик, что рядом, но не почувствовал этого. Всё внимание сейчас Румпельштильцхен сосредоточил не на себе. В ушах неприятно зазвенело, а перед глазами зарябило. Не стоило так резко вставать, но что сделано, то сделано. Рука касалась чего-то мягкого, он ухватился за это и потянул. Вещь оказалась рубашкой, Румпельштильцхен взял её и надел не застёгивая. «Белль», — вырвалось у него. Тёмный начал вставать, придерживаясь за кровать. Это было трудно, мешали боль и слабость, к тому же его всего трясло. Но надо, он должен прийти на помощь к Белль! Когда он встал, то начал двигаться в сторону выхода из комнаты. Вдоль кровати было ещё ничего пробираться, но отойдя от неё на несколько шагов, он запнулся о книги и опять упал. Чертыхаясь, он подполз к стене и облокотился на неё спиной. Кружилась голова, поэтому ничего не оставалось, кроме как пережидать это. Румпельштильцхен почувствовал чужую магию сначала в направлении зала, затем со стороны лаборатории. На его Красавицу кто-то кричал. Произошло что-то очень плохое! От обиды на себя, сейчас беспомощного, у Румпельштильцхена в уголках глаз блестели слёзы. Как он мог такое допустить! — Белль! — крикнул он в надежде, что она отзовётся. Ему хотелось надеяться, что незваный гость пришёл за чем-то определённым и ему не нужна его любимая. Ответом была тишина. Когда почувствовалась чужая магия со стороны лаборатории, его артефакт сначала сильно ослабил хватку, затем и вовсе пропала вся магия браслета, словно Румпельштильцхен перестал его интересовать. Осталась только слабость после истощения, оказанным на него воздействием. Почувствовав себя намного лучше, он встал и как можно быстрее направился к выходу из комнаты. Когда первая цель была достигнута, и он оказался в коридоре, Тёмный кинулся в сторону лаборатории. Вскоре он почувствовал изнеможение и вынужден был перейти с бега на медленный шаг. В голове пульсировало, было очень жарко и трудно дышать. Он должен двигаться, он не имеет права на передышку сейчас! Когда до двери в лабораторию оставалась какая-то пара метров, он почувствовал, как магия пропала. Кто-то переместился, значит нашёл, что искал! — Б … Бе … Белль! — задыхаясь звал Тёмный любимую. Снова ответом была тишина. Стало страшно, но Румпельштильцхен сделал над собой усилие и вошёл в лабораторию. Там никого не было! Он опустился на колени, в боку закололо. Тёмный ударил рукой по каменному полу. — НЕТ! — огласил его вопль помещение. Душили злость, обида и отчаяние. Он снова её потерял, он всегда будет терять всех, кто ему дорог! Внезапно озарила мысль: если бы её убили, то тут было бы её тело. Значит, она жива! Это придавало сил, надежда разгоралась. Румпельштильцхен встал, подошёл к столу, тяжело на него опёрся и переместил хрустальный шар. Вызвал магию, приказывая показать ему Белль. Он тяжело дышал, но перед глазами уже не плясали мушки. Белль была воде и отчаянно пыталась выплыть. Он начал уменьшать картинку, как бы отдаляясь, чтобы понять, где она. Через несколько секунд понял, что она в воде, что заполняет ров вдоль его замка. Но он не слышал всплесков, значит, её туда переместили, а не выкинули из окна. Кто-то за это обязательно ответит! Зло сверкнув глазами, Румпельштильцхен переместился. Оказавшись в воде, рядом с Белль, Румпельштильцхен переместил их обоих в комнату Красавицы. Появившись в комнате, они оба растянулись на полу, Белль, лёжа на его руках не двигалась. Сердце Румпельштильцхена пропустило удар, он судорожно сглотнул и применил целительную магию, пытаясь помочь любимой. Она дёрнулась, выплюнула воду и зашлась в приступе кашля. — Всё будет хорошо, потерпи немного. Сейчас станет легче, — приговаривал Тёмный, гладя её по щеке. Белль открыла глаза и непонимающе посмотрела на своего спасителя. — Румпельштильцхен, — сказала она. — Да, это я, — улыбнулся он в ответ. — Где мы? — В твоей комнате, самое страшное позади. Скажи, кто это сделал с тобой? Белль пыталась собрать воедино мелькавшие фрагменты событий последних минут. Вот, она в лаборатории, затем… Да, вода, она тонет, её переместили в неё. А дальше… — Как мы оказались в комнате? Тёмный нахмурил лоб, он хотел вновь обратить внимание Белль на свой вопрос, но сдержался, решив, что сначала нужно её успокоить. — Я переместил нас. — Ты использовал магию?! — с ужасом она, то ли выкрикнула, то ли задала вопрос. — Да, а что мне ещё оставалось делать? Ты чуть не утонула! — терпеливо объяснял Маг. — Тебе нельзя сейчас пользоваться магией! Это тебя убьёт! — кричала она сквозь рыдания, пытаясь донести до него. Румпельштильцхен стиснул зубы, сдерживаясь, ему тоже хотелось на неё кричать. Она чуть не погибла, а вместо хоть какой-нибудь благодарности на него орёт! Так, пора им обоим успокоиться, иначе кто-нибудь точно не сдержится. Он сжал свои руки в кулаки, закрыл глаза и начал про себя считать до двадцати, при этом глубоко дыша. Белль заметила действия Тёмного и замолчала, обняв его и ожидая, что ему сейчас станет плохо. Когда Румпельштильцхен закончил считать, открыл глаза и посмотрел на Белль. — Нам нужно переодеться и выпить горячего чаю, — сказал он, отстраняя от себя любимую. Красавица успела немного успокоиться, поэтому покорно встала. — У меня тут ничего не сталось, — подытожила она, заглянув в шкаф. — Значит, одень что-нибудь из моих вещей. Я не хочу, чтобы ты заболела, — сказал Тёмный. — Апчхи. Белль усмехнулась и побежала в его комнату. Румпельштильцхен хотел последовать за ней, но почувствовал сильную слабость. Сил хватило только, чтобы залезть на кровать. Он не заметил, как отрубился.