Не замечай меня

Середина марта — время неоднозначности души и плохой погоды, но это не мешало 11 «А» провести выходные в «Маленькой Шотландии». Во вторник, шестнадцатого числа, через неделю после дня рождения Легкова, восемнадцать стукнуло Аллочке Грибоедовой — лучшей Лериной подруге. Четыре машины уехали рано утром в субботу — девочки вместе с мамой Аллы отправились готовить дом к вечеринке. — Привет, — Тиму позвонила Лера. — Привет, — ответил парень, ворочаясь в постели. — Ты с кем поедешь? — Поеду куда? — Тим, ты, как всегда, не в курсе, — наигранно возмутилась подруга. — Грибоедовскую днюху сегодня отмечаем. Ты с кем поедешь? Забить тебе место с нами в машине? Можно, конечно, электричкой добраться или автобусом, но ты ведь этих мест не знаешь, поэтому лучше к кому-то прыгнуть на хвост. Тим посмотрел на часы. Девять утра. Суббота. Он хотел спать. — Лер, я же говорил, что не поеду. Я Алле на подарок скинул со всеми, но за город не собирался. — Понятно. Это странно, потому что я сейчас смотрю список гостей и ты в нем есть. — Это ошибка. Я сразу сказал, что не пойду. — Ладно, Тимочка, тогда мы уехали. Хороших выходных, не скучай там. Целую. — Ага. Вам тоже круто оторваться. Пока. Тим нажал «Отбой», собираясь еще поваляться, но капризный сон почти выветрился из головы. Тим нехотя сел в кровати. — Мам? — он шел на кухню, натянув лишь футболку, сонно почесывая то голову, то ногу. — Мам! Дом ответил подозрительной тишиной. Включив чайник и собираясь идти в ванную умываться, Тим заметил на столе свернутый пополам листок бумаги. Мамин почерк гласил: «Дорогой, не хотела тебя будить. Надеюсь, ты помнишь, что у нас с папой сегодня годовщина, мы уехали в „Сосновый бор“ на все выходные. Напоминаю тебе, потому что знаю, как ты всегда внимательно меня слушаешь», — в этом месте в записке стоял нарисованный шариковой ручкой смайлик от мамы, чему Тим не смог не улыбнуться. Далее было следующее: «… Деньги оставила на тумбочке. Сходи куда-нибудь с друзьями, но до двенадцати, не позже. Целую тебя, милый. Не скучай и не сиди дома все выходные». — Круто, — особого энтузиазма в голосе слышно не было. Тим еще раз перечитал записку, заварил чай и решил принять душ. С чаем, а потом и с кофе он провалялся у телека почти до обеда. Походил кругами у незаконченной картины и вышел, закрыв в мастерскую дверь. Перспектива провести так целых два дня его не прельщала. Он пересчитал деньги, которые оставила мама, и небрежно бросил их на место. Рука потянулась к мобильнику. — Лер, скажи точный адрес, где вы там находитесь. Я приеду. — Ооо, круто! Но как ты будешь добираться, все уже либо здесь, либо выдвинулись. — Ерунда, я что-нибудь придумаю. На крайняк такси возьму, — вариант с электричкой Тим не рассматривал вовсе. — Ладно, я вышлю адрес сообщением. Хотя… — Лера замолчала, что-то обдумывая. — Слушай, мне тут сказали, что Легков еще не уехал. Обычно по субботам у него тренировка до пяти. Артема тоже нет, значит они приедут позже, захватят новенькую Катю, ну и тебя, получается, тоже. — Я даже не знаю, хорошая ли это идея? — Это отличная идея. А что плохого? Вы с Легким уже общаетесь нормально, вроде. Хочешь, я ему позвоню, узнаю, есть ли для тебя место? — Их «легковский» водитель повезет? — Нет, Саша теперь сам водит. Папочка ему тачку на днюху подогнал. А ты ведь реально не в курсе? — Лера, как всегда, засмеялась Тиминой неосведомленности в делах насущных. — Короче, заодно и оценишь его водительские таланты. Так что, я звоню ему? — Не заморачивайся, я сам. — Ок. Тогда до встречки. Чмоки. Тим брезгливо отвел от лица трубку услышав ванильные прощания, и без того слабое желание отправляться на сейшн стало еще слабее. — Ага. Пока. *** Саше Тим не дозвонился, видимо, тот все еще был на тренировке, думать о том, что Легков специально не отвечает на его вызовы, как-то не хотелось. Зато Артем законнектился сразу. — Да, конечно. Место есть. Я дам знать, когда выдвигаемся. Будь готов. — Ок. Спасибо. Слушай, Тём, а Легкий не будет против? Может, лучше у него спросить заранее? — Саша? Против? Да с чего? Ему жалко, что ли? Место одно точно есть, с нами никто, кроме Стародумцевой, не поехал, потому что мы поздно выдвигаемся из-за его тренировки. Да и вообще, на такие движухи нужно ближе к ночи приваливать. Смысл там с утра тусоваться, только перегоришь, а ночью самое интересное начинается, сам знаешь. Тим не знал, но ответил: — Ок, — веселый голос одноклассника развеял все сомнения. И провести с Сашей час в замкнутом пространстве уже не казалось такой дикостью, при наличии в этом же пространстве, разумеется, еще и третьих лиц. Вдвоем с Легковым Тим напрочь отказался бы ехать. «Кстати, почему новенькая (вторая после Тима) тоже увязалась с ними?» — Но Тим не стал заморачиваться еще и по этому поводу, а просто начал собираться в ожидании вестей от Тёмы. *** Саша подъехал к «Ленинградке» на двадцать минут позже запланированных семи вечера. Артем, Катя и Тим сели в новенький черный «Паджеро», приятно пахнущий внутри чем-то лимонно-мятным. Тим сел сзади вместе с Катей, Артем прыгнул на переднее сиденье, заняв свое бессменное место по правую руку от лучшего друга. — Привет всем. Знаю — задержался. Пришлось домой заезжать, в зале воду отключили, что-то накрылось в душевой. — Расслабься, никто и не рассчитывал, что ты объявишься вовремя, — отшутился Артем. — К тому же лучше подождать лишних полчаса, чем всю дорогу чувствовать, как интенсивно ты колотил по груше. Сидевший сзади Тим на секунду представил Сашу с ручейками пота, струящегося по вискам, в мокрой у горла и между лопаток майке… Он смотрел в окно, обдумывая пришедшие в голову образы. Интересно, как он пахнет по-настоящему… — Мог бы и промолчать, раз я позаботился о твоём комфорте, неблагодарная ты свинья, — Саша смеялся непринужденно и чисто, так, как смеются только с лучшими друзьями в лучшие времена своей жизни. Тим отметил влажный ежик светлых волос, видневшийся с переднего сиденья, и установил, что лимонно-мятный аромат исходил от самого Саши. «Наверное, гель для душа или шампунь», — подумал Тим, а еще он подумал, что Саша не просох толком, что от него воздух в машине становится влажным, или это просто Тима бросило в жар по непонятным причинам. А взгляд тем временем уже ощупывал рельефное плечо, обтянутое белой тонкой тканью кофты, рукав, засученный на три четверти, ниже смуглое предплечье, вены на нем, уходящие упругими дорожками под браслет объемных часов, сжимающий тонкое запястье. Изящные пальцы непринужденно лежали на руле. «Разве могут быть у боксеров такие пальцы», — снова мысли в пустой голове задавали ритм сердцу. Тим неосознанно начал поигрывать языком с колечком в губе. Саша следил за дорогой, пересмеиваясь с Артемом, время от времени поглядывая в зеркало заднего вида, где отражался Тим, облизывающий это свое кольцо. На его фоне готически черноволосая и белокожая Катя меркла совершенно. — Я думаю, сегодня пойдет метеоритный дождь, ну или случится землетрясение. Как думаешь, Тём? — спросил Саша как бы между прочим. — Ты о чем? — не уловил Артем ход мыслей друга. Зато Тим уловил на себе наглый и насмешливый взгляд через зеркало. — Обо мне. — Я уверен, что день, когда ты добровольно решил к нам присоединиться, Вселенная просто не может не отметить для истории. — За дорогой лучше смотри, а то этот день, и правда, станет особенным. Доброжелательное выражение на Сашином лице померкло быстрее скорости света. — Вот умеешь ты все омрачать, Легкодымов, — недовольно раздалось с водительского. — Я бы даже сказал: «К хуям портишь настроение». — Да, мне уже говорили. Один из моих талантов. — Один из твоих антиталантов. — Пусть так, — Тим довольно улыбнулся, цеплять Сашу доставляло ему откровенное удовольствие. — Я на права сдал еще в шестнадцать и вожу получше многих со стажем, так что можешь быть спокоен за свою безопасность, — Саша молча уставился на дорогу. Ему показалось, или Легков действительно зазвучал обиженно. — А вот это очень зря было, Тим. Сочувствую тебе, бро, — вмешался Артем. Саша резко перестроился и пошел на обгон. — И всем нам заодно, — озабоченно добавил Тёма. — Видишь, что ты натворил? Наш «золотой мальчик» очень чувствителен в вопросах собственного превосходства, поэтому до конца поездки все мы по твоей вине, между прочим, заценим его навыки экстремального вождения, — Артём чувствовал, как мерно, но уверенно разгоняется движок под капотом, а они на встречке. — Саш! Давай, ты ему все в другой раз докажешь…. Ну, или хотя бы дай нам с Катей из машины выйти, а после хоть поубивайте друг друга! Завершив обгон колонны на запредельной скорости, Саша вернулся в правый ряд, удовлетворенно отмечая возникшее в салоне напряженное молчание. — Только ради тебя, Тём, — Саша полоснул по Тиму через зеркало недобрым взглядом. — И больше никаких подъебов в мою сторону, а то седые к Грибоедовой приедете. Тим безропотно кивнул, а руки нервной ощупью искали по сиденью признаки ремней безопасности. Не нашли.